В околомузыкальном телеграме и фейсбуке родился (точнее воспрял) новый жанр: мужики кричат на облака. Все им не нравится в современной музыкальной журналистике. Дикси и Икея. Пишут не так. Анализируют не так.

С одной стороны, мне нравится, что вообще идет какой-то диалог о профессии (то об отношениях с ньюсмейкерами, то о формате, то о языке). С другой стороны, вся эта история меня раздражает своей совершеннейшей бесцельностью. Сетовать на то, что некоторые журналисты вольны с фактурой или недостаточно глубоко анализируют произведение группы Theodor Bastard — это легкий и при том порочный путь. Он не предполагает решение проблемы. Он даже не предполагает ее анализ.

Угадай группу по рецензии! Варианты присылайте в @muzzhurnewsroombot

Если что, там дальше еще круче: первобытные флейты! Шаманская перкуссия! Судя по тому, что рецензия не подписана, есть у нас подозрение, что это никакая не рецензия, а пресс-релиз

Ии... первым угадал героев музыкальный редактор одного лейт-найт шоу из Москвы Сергей М. Речь о группе Theodor Bastard.

Сергей, поздравляем!

Тут опрос про концерты академической музыки после пандемии. Нас читают завсегдатаи филармонии?

Опрос: ваше отношение к концертам после пандемии

ClassicalMusicNews.Ru и наши коллеги-музыканты хотели бы узнать, что ждет нас всех после отмены или хотя бы смягчения режима самоизоляции.

https://www.classicalmusicnews.ru/news/concerts-after-pandemia-survey/

Фестиваль и новость, которые нужно было сделать хотя бы ради того, чтобы в одном предложении встретились Рената Литвинова и Арсений Креститель, Вера Полозкова и группа «Позоры», Борис Борисыч и «Хадн дадн»

Очень коротко о главной дилемме в СМИ

«Медуза» про Лану. Сложно

Крик души

https://twitter.com/hateunites/status/1265303143904149507

Видимо, это к вот чему (прямо сейчас, включайте)

❗️Через полчаса начинаем онлайн-дискуссию о проблемах общения журналистов с музыкантами. Участвуют:

Андрей Замай — рэп-артист, создатель творческого объединения «Антихайп»
Николай Овчинников — редактор раздела «Музыка» сайта «Афиша Daily»
Руслан Муннибаев — концертный директор группы «Каста», редактор The Flow
Максим Задворнов — пресс-атташе Black Star

Трансляция состоится в сообществе ИМИ во «ВКонтакте».

Мы включили на словах: «Хочется возвращения нормальных профайлов [музыкантов]». А они были?

Покидайте нам в @muzzhurnewsroombot ваши любимые эпохальные профайлы музыкантов в российской прессе! Кроме Тимати.

Ой, и не Фейса с Тимой Белорусских! Вообще, хорошие профайлы, написанные музыкальными (!) журналистовцами.

«Журналист — это должно звучать гордо!»

Шурик Горбачев с мини-манифестом новой (старой доброй) критики

ПРОТИВ ИНДУСТРИАЛЬНОГО ПОДХОДА

Лучший способ бить себя по рукам — делать это публично.

Я стал замечать, что когда пишу тут, даже в этом миниатюрном формате про новые российские записи, оцениваю их с точки зрения потенциального коммерческого успеха. Отсюда — лексика вроде «перспективы», «хиты», «взрыв» и так далее. Я не уверен, что это правильно, и хотел бы прекратить это делать.

В последние пять лет в России появилась более-менее настоящая музыкальная индустрия со своими механизмами — и все закономерно очарованы этим явлением. В том числе — журналистика / критика. С одной стороны, это нормально. С другой, это приводит к тому, что механизмы работы индустрии становятся главной, если не единственной содержательной повесткой. Посмотрите на темы нынешних онлайн-дискуссий — почти все они так или иначе толкуют об индустрии, бизнесе, инфраструктуре и прочих культурно-строительных делах. Одно из побочных следствий этого — проникновение industry speak в критический дискурс; вся эта внутренняя терминология типа слова «артист» и «площадка», которая становится доминирующим языком. Другое — что в музыкальной критике сильно реже, чем в других (кино-, арт-, театральной), возникают новые оптики: классовая, гендерная, колониальная, да даже собственно предметный разговор про звук.

Конечно, индустрия заслуживает осмысления и описания. Но я замечаю в себе, что индустриальный подход начинает заменять смысловой; что я начинаю думать про какую-то музыку не в ракурсе «что это значит», а в ракурсе «может ли это сработать». И мне это, пожалуй, не нравится. Все-таки одна из важнейших функций критики — это производство смыслов; рискну даже сказать, что это более важная функция, чем финансовая аналитика.

Очевидно, например, что в отношении экспериментальной музыки (лейблы Klammklang, «ТОПОТ», Cant, магазин Stellage и пр.) критических смыслов производится куда больше, чем в отношении какого-нибудь русского пост-R’n’B. Одним из ответов на вопрос, почему так, будет такой, что в экспериментальной музыке этих смыслов больше и есть. Другим — что во второй области этим производством мало кто занимается. Я за второй.

Понятно, что крохотки в этом канале могут называться критикой с большой долей условности. Тем не менее. Попытаюсь отказаться тут от рассуждений про рыночные перспективы. Как принято сейчас выражаться, рыночек пусть порешает сам. Без меня.