Мария Кувшинова прощается с проектом «Дау» и призывает мертвых хоронить своих мертвецов, в чём мы с ней солидарны:

«Российская критика сознательно выводит этические аспекты производства «Дау» за скобки обсуждения не потому, что эстетический результат оправдывает любые методы автора, а именно потому что наша культура отчаянно сопротивляется постановке этических вопросов. Потому что если поднять вопрос о человеческом достоинстве харьковской непрофессиональной актрисы, то будет сложнее демонстрировать свое финансовое и интеллектуальное превосходство над ней. Ни одной уступки гуманизму, никогда. Только иерерахии, только привилегии, только высокое искусство. Только гейткипинг.

Не надо себя обманывать, сегодня (очередной «интеллектуальный» журнал с «Дау» на обложке вышел в апреле) эти люди защищают не искусство — они защищают свое место в иерархии и свое эксклюзивное право назначать шедеврами то, что им захочется назначить шедеврами. (Всю неделю перед «Дау» я смотрела документальные фильмы на платформе Artdoc.media — их там больше тысячи. Говорить о какой-то правде, трансгрессии, деконструкции, искусстве, риске, поиске в «Наташе» — просто нечестно по отношению к работе этих людей, российских, и не только российских, документалистов, которые без денег, прессы, зрителя и надежды создают хронику постсоветского распада и возникающей на его обломках новой жизни. Документалистка c мощным фильмом про молодую спортсменку, потерявшую ноги, запертую вместе с мамой в своей квартире и своем отчаянии, мечтающую о муже, никогда не получит и доли процента того внимания, который был и будет у «Дау»). 

Гора пленки родила мышь. Колониальная прогулка по буфету на шальные деньги с эксплуатацией аборигенов закончилась пустотой. Эта пустота поглотила в себя весь постсоветский интеллектуальный слой: журналы «Сеанс» и «Искусство кино», Дмитрия Быкова, Татьяну Толстую, Светлану Алексиевич; Дмитрия «Митю» Волчека, который всю жизнь красиво отстраивался от советского, но оказался таким же советским, как и все остальные; Шуру Тимофеевского, который последние дни своей жизни посвятил пылкой защите «Дау» в фейсбуке. Я рада, что все эти репутационные гекатомбы и гигабайты текста вокруг проекта уходят в молоко. Советское и антисоветское — это одно и то же, вот новость. «Дау» — в той же степени не кино, в какой российские публичные интеллектуалы — не интеллектуалы. Gesamtkunstwerk у тебя в штанах, Юра Сапрыкин.

Нам нужен разговор на другом языке и на другие темы. Разговор о выходе из состояния самоколонизации (потому что Россия — такая же колония мертвой империи, как и Украина до Майдана, пора это признать), о гендере, о трудовых правах, о домашнем насилии и вообще о насилии, которые мы не умеем распознать и называем разными именами, в том числе именем «искусства». Разговор о самых разных оптиках, об абсурдности иерархий в горизонтальном мире и об инфантильности апелляции к авторитетам. Нам нужен human touch, нам нужны фильмы, которые делаются людьми для людей и дают зрителю что-то».

Исследовательский проект #Музей: появился классный сайт с результатами анализа 82 тысяч фотографий посетителей Эрмитажа из Instagram. Посмотрите и почитайте, что люди фотографируют, как позируют и что фотографии интерьеров могут сказать о типичных маршрутах. Исследователи используют подход культурной аналитики (см.: Лев Манович), но делают это осторожно и рефлексивно: напоследок сформулированы ограничения и рекомендации по поводу анализа больших визуальных данных в изучении аудитории.
https://hashtag-museum.org/

📹 🎧 #МирПослеПандемии Виктор Мизиано, куратор выставок современного искусства, размышляет о будущем культурных институций и важности индивидуальных решений, сомневается в появлении художников-пандемистов и рассказывает о теме нового номера «Художественного журнала».

▶️ Видео: https://youtu.be/9y3UQwsn4XE