«Перелетные птицы» — это проект о свободе.

Не только о свободе передвижения в пространстве и о свободе мысли, слова и творческого выражения, но и о свободе художественного и поэтического, о вдохновении, как части общечеловеческого ресурса.

Поверхность стола — большой круг, является проекцией малого золотого круга, в который вылетают и влетают движимые непрерывным потоком белые птицы. От самого начала пути, обычный белый лист бумаги претерпевает трансформацию от складывания, скручивания и скомкивания до превращения в свободную белую птицу. И там, с другой стороны Золотого Солнца, происходит его истинное перерождение.

Почему женское? Женское — это что?

Петр Быстров, и журналисты, и художники — многие спрашивали, что за безобразие, почему такая дискриминация.

Нет, я не теоретик, не исследователь и не адепт гендерного искусства. Я в курсе про арт-фем и его ключевые этапы и фигуры. Нет, я не про это.

Я выбрала такой фокус — показывать женщин-художниц. Я девушка и это домашняя галерея, а дом уже сам по себе некий женский микрокосм. Но мне интересны все грани женственного. То есть, я все таки настаиваю на его сущностности. Феминное - как подлинное, жизненное, как первооснова.

Феминное могут передавать и мужчины (не случайно я люблю Альмодовара и Владика Монро). Многие писатели соотносили себя с героинями (Флобер: «Мадам Бовари — это я»). Рильке считал, что «Поэзия говорит женскими устами». Художники-мужчины могут использовать материалы, относимые к исконно женским (Тимур Новиков) и так далее.

Но все же, я выбрала себе такие рамки — показывать женщин. Мне кажется — это мой личный арт-проект. К 40 годам, будучи уже давным давно матерью двоих детей и все такое прочее, но вдруг, я стала ощущать, как во мне рождается женщина. И рождается она в муках. Тому были свои причины. И вот я открыла галерею. Если хотите я использую художниц как способ исследования, наблюдения собственной сопричастности к этой женской сущностности, как способ самотерапии.

Инсталляция «Перелетные птицы», куратор Петр Быстров

«Когда совсем не хочешь выходить из комнаты». Вот в том то и дело — понимаете … и смешно, и грустно.

Спасибо давнему приятелю, основателю Untitled Foundation. Посмеялись и слегка приободрили друг друга. Он сразу все понял.

Я человек старой формации — цинизм, сарказм и самоирония для меня лучшее лекарство, чем современное - «позаботиться о себе» и прочие эмпатичные няшки из каждого утюга.

Спальня с эффектом сфумато

В одном сером-сером городе, в сером-сером доме, в серой-серой комнате ...

Я мечтала о чистом тихом интерьере. И он получился очень успокаивающий, обволакивающий. Но он же и брутальный, нордический.

Горшки Ольги Божко и платье на листе Екатерины Рожковой обосновались тут временно с прошлой выставки, у них ещё нет покупателя (внимание!). А работы на бумаге — Логвина и Маши Инокентьевой-Читаевой уже мои. Мне нравится, как мы приклеили их прямо на стену - без оформления.

Шкафы и тумбочка выполнены на заказ в мастерской Allora Woods,
всю встроенную мебель заказывали там.