Я чувствовал, что если буду писать для хлеба, то скоро погублю своё дарование, ибо оно заключается у меня не столько в искусном пере, сколько в сердце, порождено возвышенным и благородным образом мыслей, который только один и мог его питать. Ничего могучего, ничего великого не может выйти из-под продажного пера.
Жан-Жак Руссо
• Исповедь
Жан-Жак Руссо
• Исповедь
Писательниц отец недолюбливал.
Почему-то совсем не верил, что женщины могут писать, и называл их творчество «женским рукодельем».
Помню, мама как-то решила, что она, как и отец, тоже сможет написать сценарий. Отца это насмешило. Мы ходили с ним на цыпочках по дому и, прикладывая палец к губам, шёпотом говорили: «Тсс, мама пишет!»
Мы так её извели, что однажды она расплакалась и воскликнула: «Какие у меня гадкие, злые дети!»
И вслед за этим сожгла свою рукопись в камине.
Ксения Куприна
Почему-то совсем не верил, что женщины могут писать, и называл их творчество «женским рукодельем».
Помню, мама как-то решила, что она, как и отец, тоже сможет написать сценарий. Отца это насмешило. Мы ходили с ним на цыпочках по дому и, прикладывая палец к губам, шёпотом говорили: «Тсс, мама пишет!»
Мы так её извели, что однажды она расплакалась и воскликнула: «Какие у меня гадкие, злые дети!»
И вслед за этим сожгла свою рукопись в камине.
Ксения Куприна
Важнейшей целью психотерапии является не перевод пациента в какое-то невозможно счастливое состояние, напротив, его нужно укрепить духом и научить с философским терпением переносить страдания.
Целостность и полнота жизни требуют равновесия радости и печали. Последнее неприятно, и люди, естественно, стремятся не думать о тех бедах и заботах, на которые обречен человек. Поэтому раздаются успокаивающие речи о прогрессе и движении к максимуму счастья. В них нет и проблеска мысли о том, что и счастье отравлено, если не исполнена мера страдания. За неврозом как раз очень часто скрывается естественное и необходимое страдание, которое люди не желают претерпевать.
Карл Густав Юнг
Целостность и полнота жизни требуют равновесия радости и печали. Последнее неприятно, и люди, естественно, стремятся не думать о тех бедах и заботах, на которые обречен человек. Поэтому раздаются успокаивающие речи о прогрессе и движении к максимуму счастья. В них нет и проблеска мысли о том, что и счастье отравлено, если не исполнена мера страдания. За неврозом как раз очень часто скрывается естественное и необходимое страдание, которое люди не желают претерпевать.
Карл Густав Юнг
Покой — неотъемлемый элемент творчества. Он собирает, он очищает, он упорядочивает внутренние силы, он вновь объединяет всё рассеянное диким движением. Если бутыль с жидкостью потрясти, а затем снова поставить, то примесь осядет на дно; так и у человека, вдруг оказавшегося вне беспокойной, суматошливой жизни, тишина и размышления отчётливее кристаллизуют характер.
Стефан Цвейг
• Мария Антуанетта
Стефан Цвейг
• Мария Антуанетта
«Христос воскрес», — поют во храме;
Но грустно мне… душа молчит:
Мир полон кровью и слезами,
И этот гимн пред алтарями
Так оскорбительно звучит.
Когда б Он был меж нас и видел,
Чего достиг наш славный век,
Как брата брат возненавидел,
Как опозорен человек,
И если б здесь, в блестящем храме
«Христос воскрес» Он услыхал,
Какими б горькими слезами
Перед толпой Он зарыдал!
Пусть на земле не будет, братья,
Ни властелинов, ни рабов,
Умолкнут стоны и проклятья,
И стук мечей, и звон оков, —
О лишь тогда, как гимн свободы,
Пусть загремит: «Христос воскрес!»
И нам ответят все народы:
«Христос воистину воскрес!»
Дмитрий Мережковский
1887 г.
Но грустно мне… душа молчит:
Мир полон кровью и слезами,
И этот гимн пред алтарями
Так оскорбительно звучит.
Когда б Он был меж нас и видел,
Чего достиг наш славный век,
Как брата брат возненавидел,
Как опозорен человек,
И если б здесь, в блестящем храме
«Христос воскрес» Он услыхал,
Какими б горькими слезами
Перед толпой Он зарыдал!
Пусть на земле не будет, братья,
Ни властелинов, ни рабов,
Умолкнут стоны и проклятья,
И стук мечей, и звон оков, —
О лишь тогда, как гимн свободы,
Пусть загремит: «Христос воскрес!»
И нам ответят все народы:
«Христос воистину воскрес!»
Дмитрий Мережковский
1887 г.
Пасхальная открытка с переписанным наследником Цесаревичем Алексеем Николаевичем
стихотворением
«Животворящий блеск весны...».
Адресована родителям – Императору Николаю II и Императрице Александре Фёдоровне.
Животворящий блеск весны
Взглянул на землю с вышины;
Из-под разрыхленных снегов
Зелёный тронулся покров,
Сквозь голубые полыньи
Вздохнули волны и струи,
И день намного стал длинней,
И небо дальнее синей...
И первый виден мотылёк,
И первый для него цветок,
И полон первых песен лес,
И солнце... и Христос воскрес!
Ливадия, 6 апреля 1914 г.
Автор стихотворения
Константин Случевский
стихотворением
«Животворящий блеск весны...».
Адресована родителям – Императору Николаю II и Императрице Александре Фёдоровне.
Животворящий блеск весны
Взглянул на землю с вышины;
Из-под разрыхленных снегов
Зелёный тронулся покров,
Сквозь голубые полыньи
Вздохнули волны и струи,
И день намного стал длинней,
И небо дальнее синей...
И первый виден мотылёк,
И первый для него цветок,
И полон первых песен лес,
И солнце... и Христос воскрес!
Ливадия, 6 апреля 1914 г.
Автор стихотворения
Константин Случевский
Милая, дарованная Богом, — когда целыми днями лежишь в постели, когда всё давно перечитано, являются толпы воспоминаний и уставляются на тебя.
Я думаю, нас подарили друг другу, и в самое подходящее время. Мы до боли заждались друг друга. У нас было слишком много прошлого и совершенно никакого будущего. Да мы и не хотели его. Надеялись на него, наверное, иногда, может быть — ночами, когда жизнь истаивает росой и уносит тебя по ту сторону реальности, к непознанным морям забытых сновидений.
Эрих Мария Ремарк
Из письма Марлен Дитрих
23 декабря, 1937 г.
Я думаю, нас подарили друг другу, и в самое подходящее время. Мы до боли заждались друг друга. У нас было слишком много прошлого и совершенно никакого будущего. Да мы и не хотели его. Надеялись на него, наверное, иногда, может быть — ночами, когда жизнь истаивает росой и уносит тебя по ту сторону реальности, к непознанным морям забытых сновидений.
Эрих Мария Ремарк
Из письма Марлен Дитрих
23 декабря, 1937 г.
Под конец жизни дело идет, таким образом, как в конце маскарада, когда снимаются маски. Мы видим тогда, кто, собственно, был тем, с кем мы приходили в соприкосновение на протяжении своей житейской карьеры. Ибо характеры выяснились, дела принесли свои плоды, труды наши получили себе правильную оценку, и все призраки рассеялись. Ведь для всего этого нужно было время. Всего страннее, однако, то, что и самих себя, свою собственную цель и намерения мы тоже, собственно, узнаем и начинаем понимать только к концу жизни, особенно что касается нашего отношения к миру, к другим.
Артур Шопенгауэр
Артур Шопенгауэр
Вся эта "немецкая революция", по глубочайшему моему убеждению, действительно противоестественна и гнусна.
У неё нет ни одного из тех свойств, которыми настоящие революции, даже самые кровавые, завоёвывали симпатию мира.
Она по своей сути не есть "возмущение", что бы ни говорили и ни кричали её носители, а есть ненависть, подлая страсть к убийству и мещанское убожество души. Ничего хорошего из этого не выйдет, я убеждён бесповоротно, ни для Германии, ни для мира, и то, что мы всячески предостерегали от сил, принесших моральное и духовное бедствие.
Томас Манн
Из письма Альберту Эйнштейну
15 октября, 1933 г.
У неё нет ни одного из тех свойств, которыми настоящие революции, даже самые кровавые, завоёвывали симпатию мира.
Она по своей сути не есть "возмущение", что бы ни говорили и ни кричали её носители, а есть ненависть, подлая страсть к убийству и мещанское убожество души. Ничего хорошего из этого не выйдет, я убеждён бесповоротно, ни для Германии, ни для мира, и то, что мы всячески предостерегали от сил, принесших моральное и духовное бедствие.
Томас Манн
Из письма Альберту Эйнштейну
15 октября, 1933 г.
Желая вежливо попросить немного денег, простолюдин здесь говорит "на чай", подобно тому как в других странах говорят "на стаканчик вина".
Русские любят страдать.
На улицах Петербурга я крайне редко встречал счастливых людей, все ходят угрюмые, недовольные, мало улыбаются.
Чем больше я узнаю Россию, тем больше понимаю, отчего император запрещает русским путешествовать и затрудняет иностранцам доступ в Россию.
Астольф де Кюстин
• Россия в 1839 году
Русские любят страдать.
На улицах Петербурга я крайне редко встречал счастливых людей, все ходят угрюмые, недовольные, мало улыбаются.
Чем больше я узнаю Россию, тем больше понимаю, отчего император запрещает русским путешествовать и затрудняет иностранцам доступ в Россию.
Астольф де Кюстин
• Россия в 1839 году