День ушел, убавилась черта,
Я опять подвинулся к уходу.
Легким взмахом белого перста
Тайны лет я разрезаю воду.
В голубой струе моей судьбы
Накипи холодной бьется пена,
И кладет печать немого плена
Складку новую у сморщенной губы.
— Есенин.
«Поэтический вечер посвящённый творчеству Сергея Есенина, прошедший в библиотеке имени Фазу Алиевой.»
Я опять подвинулся к уходу.
Легким взмахом белого перста
Тайны лет я разрезаю воду.
В голубой струе моей судьбы
Накипи холодной бьется пена,
И кладет печать немого плена
Складку новую у сморщенной губы.
— Есенин.
«Поэтический вечер посвящённый творчеству Сергея Есенина, прошедший в библиотеке имени Фазу Алиевой.»
❤🔥10❤5🍾2👍1💅1
«Неслышный и неторопливый, так странно плавен шаг ее, нельзя назвать ее красивой, но в ней все счастие мое», — писал Гумилев про Ахматову в своем дневнике.
❤8❤🔥2👏1
«Зло»
Меж тем как рыжая харкотина орудий
Вновь низвергается с бездонной вышины
И роты и полки в зелено-красной груде
Пред наглым королем вповалку сожжены,
И сумасшествие, увеча и ломая,
Толчет без устали сто тысяч душ людских,
— О, бедные, для них нет ни зари, ни мая,
О, как заботливо выращивали их.
Есть бог, хохочущий над службой исполинской
Хоругвей, алтарей, кадильниц и кропил,
Его и хор осанн давно уж усыпил.
И вот разбужен бог тревогой материнской, —
Она издалека пришла к нему в тоске
И медный грош кладет, завязанный в платке.
- Артюр Рэмбо
Меж тем как рыжая харкотина орудий
Вновь низвергается с бездонной вышины
И роты и полки в зелено-красной груде
Пред наглым королем вповалку сожжены,
И сумасшествие, увеча и ломая,
Толчет без устали сто тысяч душ людских,
— О, бедные, для них нет ни зари, ни мая,
О, как заботливо выращивали их.
Есть бог, хохочущий над службой исполинской
Хоругвей, алтарей, кадильниц и кропил,
Его и хор осанн давно уж усыпил.
И вот разбужен бог тревогой материнской, —
Она издалека пришла к нему в тоске
И медный грош кладет, завязанный в платке.
- Артюр Рэмбо
❤3❤🔥2
Forwarded from Названия нет, но мы есть (fatti.)
Шираз – поэтическое объединение, которое начало свое существование с марта 2023 года. В целом это было абсолютно спонтанным решением.
Мы – люди разных возрастов,
увлечений и взглядов на мир, поняли, что нас в первую очередь объединяют стихи и нам безумно интересно обсуждать и читать их не только на семинарах им. Магомеда Ахмедова,
но и после них, в кафе. На основе таких посиделок и зародилось объединение.
Мы – люди разных возрастов,
увлечений и взглядов на мир, поняли, что нас в первую очередь объединяют стихи и нам безумно интересно обсуждать и читать их не только на семинарах им. Магомеда Ахмедова,
но и после них, в кафе. На основе таких посиделок и зародилось объединение.
🍾2
Forwarded from Лёха Никонов 🤪🤑🤣😛🤮🥳😱😤👻💥💢💯18+
Кончено со словами.
Полубезумный Верлен
пьянствует в кабаках, ищет Бога
в стаканах с абсентом
и разглагольствует
о стихах, туманах Моне, Уистлире
и туалетах Парижа.
В носилках несут поэзию мёртвого века
четыре негра.
В поясе прочно зашиты
пресловутые двадцать один фунт
золота - это потяжелее
двух тоненьких книжек
и нескольких стихотворений.
Белый песок отражает глаз неба,
и воздух шевелится от жары.
По расчётам, до гор добираться
ещё пару суток.
Мир поменялся и стал безупречным -
хочется ссать и ебаться.
В письмах сестры
разумные предложения, расчёты
и благодать
практических рассуждений, мать
довольна - ты всё-таки заработал
приличную сумму
и мог бы приехать.
В Шарлевиле тебя уже ждут.
Хочется ссать и ебаться, скоро привал,
это солнце тебя убивает за то, что раньше ты его убивал.
Остановка. Выебал сопровождающую негритянку.
Если бы увеличить
сумму денег хотя бы вдвое.
Со мною
только двадцать один фунт.
До гор добираться ещё пару суток.
Бухгалтеры из компании
обещали прибавку.
Эти негры ползут
или стоят на месте?
Неужели нельзя быстрей?
И с чего он решил, этот жалкий военный,
что мне интересен
мерзкий хлам детских песен?
За него не заплатят ни су.
Я не помню ни строчки
из, как его... "Пьяного корабля".
На носилках несут меня -
французского инженера
снова хочется ссать.
Вечность Обретена.
03.55.07.08.02.
Полубезумный Верлен
пьянствует в кабаках, ищет Бога
в стаканах с абсентом
и разглагольствует
о стихах, туманах Моне, Уистлире
и туалетах Парижа.
В носилках несут поэзию мёртвого века
четыре негра.
В поясе прочно зашиты
пресловутые двадцать один фунт
золота - это потяжелее
двух тоненьких книжек
и нескольких стихотворений.
Белый песок отражает глаз неба,
и воздух шевелится от жары.
По расчётам, до гор добираться
ещё пару суток.
Мир поменялся и стал безупречным -
хочется ссать и ебаться.
В письмах сестры
разумные предложения, расчёты
и благодать
практических рассуждений, мать
довольна - ты всё-таки заработал
приличную сумму
и мог бы приехать.
В Шарлевиле тебя уже ждут.
Хочется ссать и ебаться, скоро привал,
это солнце тебя убивает за то, что раньше ты его убивал.
Остановка. Выебал сопровождающую негритянку.
Если бы увеличить
сумму денег хотя бы вдвое.
Со мною
только двадцать один фунт.
До гор добираться ещё пару суток.
Бухгалтеры из компании
обещали прибавку.
Эти негры ползут
или стоят на месте?
Неужели нельзя быстрей?
И с чего он решил, этот жалкий военный,
что мне интересен
мерзкий хлам детских песен?
За него не заплатят ни су.
Я не помню ни строчки
из, как его... "Пьяного корабля".
На носилках несут меня -
французского инженера
снова хочется ссать.
Вечность Обретена.
03.55.07.08.02.
Это лик благосклонный Изиды
Иль мерцанье встающей луны?
Неужели хотят пирамиды
Посягнуть на покой вышины?
- Гумилёв
Иль мерцанье встающей луны?
Неужели хотят пирамиды
Посягнуть на покой вышины?
- Гумилёв
❤🔥2
Любовь выскочила перед нами, как из-под земли выскакивает убийца в переулке, и поразила нас сразу обоих! Так поражает молния, так поражает финский нож! Она-то, впрочем, утверждала впоследствии, что это не так, что любили мы, конечно, друг друга давным-давно, не зная друг друга…
— Писал Михаил Булгаков в романе «Мастер и Маргарита»
— Писал Михаил Булгаков в романе «Мастер и Маргарита»
❤🔥5❤4💔1🍾1
Еще не раз вы вспомните меня
И весь мой мир волнующий и странный,
Нелепый мир из песен и огня,
Но меж других единый необманный.
Он мог стать вашим тоже и не стал,
Его вам было мало или много,
Должно быть, плохо я стихи писал
И вас неправедно просил у Бога.
Но каждый раз вы склонитесь без сил
И скажете: «Я вспоминать не смею.
Ведь мир иной меня обворожил
Простой и грубой прелестью своею».
— Гумилёв
1917 г.
И весь мой мир волнующий и странный,
Нелепый мир из песен и огня,
Но меж других единый необманный.
Он мог стать вашим тоже и не стал,
Его вам было мало или много,
Должно быть, плохо я стихи писал
И вас неправедно просил у Бога.
Но каждый раз вы склонитесь без сил
И скажете: «Я вспоминать не смею.
Ведь мир иной меня обворожил
Простой и грубой прелестью своею».
— Гумилёв
1917 г.
❤4❤🔥1👍1
«Литовский католик»
Монашка в постели
С курящим повесой,
Счастливый доселе,
Прикрытый завесой.
В Литовском соборе
Познавший сок горя,
В гробнице Пандоры
Со всеми поссорясь.
Создатель символик,
Спаситель невинных,
Блаженный католик
В руинах глубинных.
Предатель, ублюдок,
Пропавший святоша,
Сбежавший рассудок,
Наркотик предложат.
Исчезну — в молитве,
В молитве безбожной,
В морщинах от бритвы,
В морщинах наложниц.
Прикрытый, разбитый,
В кровати с монашкой.
Архангел — хранитель,
Спасибо... с натяжкой.
- Морфей
Монашка в постели
С курящим повесой,
Счастливый доселе,
Прикрытый завесой.
В Литовском соборе
Познавший сок горя,
В гробнице Пандоры
Со всеми поссорясь.
Создатель символик,
Спаситель невинных,
Блаженный католик
В руинах глубинных.
Предатель, ублюдок,
Пропавший святоша,
Сбежавший рассудок,
Наркотик предложат.
Исчезну — в молитве,
В молитве безбожной,
В морщинах от бритвы,
В морщинах наложниц.
Прикрытый, разбитый,
В кровати с монашкой.
Архангел — хранитель,
Спасибо... с натяжкой.
- Морфей
❤5❤🔥1💋1
~ Ночь — бледна,
цепь так прочна.
Ночью мне часто
хочется пить. ~
- Морфей
❤🔥4❤1💔1💘1