— Моя Инанна!
Это Энхедуанна,
Молитву к тебе
Произношу я:
Моё спасенье от бед
Решить прошу я.
Я помолчу и, любя
Просто поплачу.
Слёзы мои для тебя
Чем вино слаще.
(стихотворение самого древнего автора XXIII в.д.н.э.-
аккадской поэтессы с шумерской глиняной таблички,
переложение на ясный стих)
Это Энхедуанна,
Молитву к тебе
Произношу я:
Моё спасенье от бед
Решить прошу я.
Я помолчу и, любя
Просто поплачу.
Слёзы мои для тебя
Чем вино слаще.
(стихотворение самого древнего автора XXIII в.д.н.э.-
аккадской поэтессы с шумерской глиняной таблички,
переложение на ясный стих)
❤4❤🔥1
«Взглянуть в глаза и — разрыдаться
и никогда не умереть.»
"Борис Рыжий"
"Сергей Есенин"
«Не умру я, мой друг, никогда.»
и никогда не умереть.»
"Борис Рыжий"
"Сергей Есенин"
«Не умру я, мой друг, никогда.»
❤10❤🔥1
"Любовь во время холеры"
Денёк-бельмо, пишу письмо,
Листок схватил ради неё
Чудно моих тирад нытьё,
Свеча горит, смотрю в трюмо.
И взгляд ниспосланных дорог.
Пишу балладу для Эллады,
Для неё, для Рима, отрады!
Вот гром любви и рокот строк...
——————————————————
«Эрос вязнет в чувстве меры,
Плоть сочилась из холеры,
Видно нам хватило веры
На разврат в мечтах Венеры.»
- Мусаев
Денёк-бельмо, пишу письмо,
Листок схватил ради неё
Чудно моих тирад нытьё,
Свеча горит, смотрю в трюмо.
И взгляд ниспосланных дорог.
Пишу балладу для Эллады,
Для неё, для Рима, отрады!
Вот гром любви и рокот строк...
——————————————————
«Эрос вязнет в чувстве меры,
Плоть сочилась из холеры,
Видно нам хватило веры
На разврат в мечтах Венеры.»
- Мусаев
❤7❤🔥3🤩1
Бог веселый винограда
Позволяет нам три чаши
Выпивать в пиру вечернем.
Первую во имя граций,
Обнаженных и стыдливых,
Посвящается вторая
Краснощекому здоровью,
Третья дружбе многолетной.
Мудрый после третьей чаши
Все венки с главы слагает
И творит уж возлиянья
Благодатному Морфею.
- Пушкин
"К Морфею"
Морфей, до утра дай отраду
Моей мучительной любви.
Приди, задуй мою лампаду,
Мои мечты благослови!
Сокрой от памяти унылой
Разлуки страшный приговор!
Пускай увижу милый взор,
Пускай услышу голос милый.
Когда ж умчится ночи мгла
И ты мои покинешь очи,
О, если бы душа могла
Забыть любовь до новой ночи!
- Пушкин
Позволяет нам три чаши
Выпивать в пиру вечернем.
Первую во имя граций,
Обнаженных и стыдливых,
Посвящается вторая
Краснощекому здоровью,
Третья дружбе многолетной.
Мудрый после третьей чаши
Все венки с главы слагает
И творит уж возлиянья
Благодатному Морфею.
- Пушкин
"К Морфею"
Морфей, до утра дай отраду
Моей мучительной любви.
Приди, задуй мою лампаду,
Мои мечты благослови!
Сокрой от памяти унылой
Разлуки страшный приговор!
Пускай увижу милый взор,
Пускай услышу голос милый.
Когда ж умчится ночи мгла
И ты мои покинешь очи,
О, если бы душа могла
Забыть любовь до новой ночи!
- Пушкин
❤7
Осознавать свою незначительность — мучительно, читая произведения представителей серебряного века, невольно начинаешь ужасаться от великолепной, удручающей гармонии, ритма, формы. Каждая бессонная ночь — это попытка приблизиться к ним.
Образы Лермонтова бессмертны, символизм Бодлера, Брюсова и Рэмбо вызывает непомерное восхищение, сложная и тонкая подвижная ткань, замысловатое переплетение и постоянно меняющийся рисунок в стихах — показатель гениальности Осипа Мандельштама, показатель скудности бытия в которую я сам себя невольно вогнал став поэтом, из этого естества я пытаюсь вырваться, но не ради того чтобы перестать писать, это не представляется возможным, я творю ради небес, ведь в Евангелии от Иоанна ясно сказано, что Слово — Бог. Любите свои стихи, но горделивость погубит поэта, а сомнение спасёт.
- Мусаев
Истинное величие начинается с понимания собственного ничтожества.
Образы Лермонтова бессмертны, символизм Бодлера, Брюсова и Рэмбо вызывает непомерное восхищение, сложная и тонкая подвижная ткань, замысловатое переплетение и постоянно меняющийся рисунок в стихах — показатель гениальности Осипа Мандельштама, показатель скудности бытия в которую я сам себя невольно вогнал став поэтом, из этого естества я пытаюсь вырваться, но не ради того чтобы перестать писать, это не представляется возможным, я творю ради небес, ведь в Евангелии от Иоанна ясно сказано, что Слово — Бог. Любите свои стихи, но горделивость погубит поэта, а сомнение спасёт.
- Мусаев
Истинное величие начинается с понимания собственного ничтожества.
❤8
«Ярость кесаря»
Невзрачный господин меж цветников гуляет.
Он в черном сюртуке, с сигарою во рту.
Порою тусклый взгляд веселость оживляет, —
Быть может, Тюильри припомнил он в цвету.
Да, император пьян вином двадцатилетним.
Свободу некогда задуть он повелел
Тихонько, как свечу. По сведеньям последним,
Свобода здравствует, а кесарь заболел.
Он взят врасплох. Постой! Жестоко лихорадя,
Чье имя, чей упрек монарший мозг язвит?
Не разберешь. Мертвец обычный принял вид.
Проходит перед ним с подзорной трубкой дядя.
Он смотрит, как плывет сигарный дым во мглу,
Подобно облачку вечернему в Сен-Клу.
- Рэмбо
Невзрачный господин меж цветников гуляет.
Он в черном сюртуке, с сигарою во рту.
Порою тусклый взгляд веселость оживляет, —
Быть может, Тюильри припомнил он в цвету.
Да, император пьян вином двадцатилетним.
Свободу некогда задуть он повелел
Тихонько, как свечу. По сведеньям последним,
Свобода здравствует, а кесарь заболел.
Он взят врасплох. Постой! Жестоко лихорадя,
Чье имя, чей упрек монарший мозг язвит?
Не разберешь. Мертвец обычный принял вид.
Проходит перед ним с подзорной трубкой дядя.
Он смотрит, как плывет сигарный дым во мглу,
Подобно облачку вечернему в Сен-Клу.
- Рэмбо
❤7
«К Рыжему»
Борис, поднялся мрак, туман,
Везде обман сулящий гибель.
Слыл Уральский мой дружбан,
Его нутро разорвал книппель.
Края судьбы — едины, шарфы
Душат нас в свирепой бездне.
Волк схватил последнюю арфу,
Стих утих, трамвай железный...
Скажи в лицо, скажи — "vivere".
Мёртв — сгибнул Есенин снова,
Наши взгляды пылали в вере...
Цы́ган, мрак, трамвай, Титова.
Сказка, погадай мне цыганка,
Мëртвый творец стихов души,
Ушёл навечно, лишь молчанка?
Скорби цыганка, скорбь, греши.
- Мусаев
Борис, поднялся мрак, туман,
Везде обман сулящий гибель.
Слыл Уральский мой дружбан,
Его нутро разорвал книппель.
Края судьбы — едины, шарфы
Душат нас в свирепой бездне.
Волк схватил последнюю арфу,
Стих утих, трамвай железный...
Скажи в лицо, скажи — "vivere".
Мёртв — сгибнул Есенин снова,
Наши взгляды пылали в вере...
Цы́ган, мрак, трамвай, Титова.
Сказка, погадай мне цыганка,
Мëртвый творец стихов души,
Ушёл навечно, лишь молчанка?
Скорби цыганка, скорбь, греши.
- Мусаев
❤6👍1