Многим из нас знаком исторический нарратив о том, как культуры могут быстро и бурно приходить в упадок и погибать. Но что собой представляет цивилизационный коллапс — катаклизм, катастрофу или мерное угасание определенной культуры с неоднозначными последствиями? Может ли гибель цивилизации открыть пространство для обновления? Насколько сложно будет воспроизвести знания, которыми человечество обладает сейчас, если индустриальное общество потерпит крах? И почему коллапс, который угрожает нам сегодня, гораздо страшнее тех, что пережили Древние Египет, Римская Империя и Шумерское Царство? Разбираемся в новом переводе материала из Aeon.

«Гибель цивилизации может также открыть пространство для обновления. Национальное государство не возникло бы в Европе без распада Западной Римской империи за много веков до этого. Поэтому некоторые ученые предполагают, что коллапс является частью «адаптивного цикла» роста и упадка систем. Как и лесной пожар, творческое разрушение коллапса обеспечивает ресурсы и пространство для эволюции и реорганизации».


https://monocler.ru/czivilizaczionnyj-kollaps/

В 1960-е Мишель Фуко поставил перед собой задачу: описать то, что не сформулировано в истории культуры — историю безумия, наказаний, сексуальности, тюрем. И ему это удалось. Но к описанию этих пробелов он приходит через исследование власти и того, как в общественном сознании сменяются парадигмы знания, дискурсы и практики управления ими. Культуролог, преподаватель МГУ Олег Комков делает введение в философию культуры Мишеля Фуко, анализируя один его важный текст «Порядок дискурса», и разбирается, какие эпистемы знания последовательно сменяли друг друга в Средние века, эпоху Просвещения, в XX веке и как в процессе эволюции культуры мы пришли к тому, что в наш век стала главенствовать парадигма контроля и манипуляции информацией.

«...Будь то система Менделеева или системы в экономике или политологии. В век информации может установиться что-то вроде эпистемы контроля. Человек сначала все уподоблял – потом разделял – затем собрал в систему – что теперь с этим делать? Человек теперь хочет контролировать мир, себя и других. И тут видна взаимосвязь между некоторыми из основных слов Фуко. Знание. Весь культурный процесс замешен на знании, на воле к знанию. Мы знаем, что знание – сила. Фуко понимает власть как силу. (В отличие от Ханны Арендт.) Знание дает власть над собой и другими. И путь к этому пролегает через историю. Фуко этого в полной мере не застал. Эпистема контроля проявляется в том, что над всеми представлениями о системах и организациях главенствует возможность доступа к информации. Власть дает доступ к информации и возможность манипулировать ею, а через нее манипулировать людьми».


https://monocler.ru/poryadok-diskursa-fuko/

Конспирология и эволюция

На Aeon статья собравшая бинго наших любимых тем: конспирология, когнитивные искажения, эволюционная психология. Откуда берутся теории заговора? Авторы пишут, что это такой эволюционный трейт - дескать, в древние времена межплеменных войн, получало преимущество то племя, которое постоянно подозревало соседей в недобрых намерениях. В том случае, если намерения и впрямь оказывались недобрые, подозрительное племя успевало свалить, либо нанести упреждающий удар. Но что если подозрения оказывались ложными? Здесь попросту имеет значение цена ошибки. Если древний человек принял куст за саблезубого тигра и обделался со страху - это неприятно, но не смертельно. А вот если проглядел настоящего тигра - уже смертельно. Так и с племенными войнами - здесь лучше перебздеть, чем недобздеть, поэтому племена параноидальных конспирологов получали эволюционное преимущество.

Но сегодня, в мире основанном на взаимовыгодном сотрудничестве разных социальных групп, излишняя подозрительность только вредит. Подчас физически - те конспирологи, которые отказываются от прививок и лекарств, не верят в существование ВИЧ - наносят себе смертельный ущерб. Автор сравнивает это с тем, как другие эволюционные модели поведения вредят в условиях современного общества. Например, тяга к сладкому не мешала нам в палеолите т.к. это сладкое еще пойди найди, однако современный человек, поддавшись соблазну может быстро превратиться в шарик, который покатится в сторону диабета и инфаркта. Вот и здесь так же. Древняя конспирология была не так вредна в силу того, что чужаков вокруг было не много. Но сегодня - когда вокруг представители разных рас, этносов, профессий, взглядов и т.д. - открывается раздолье для паранойи.

Что же с этим делать? Автор пишет, что все не так страшно. Дескать, качества распространяются в популяции неравномерно - в этом суть изменчивости и отбора. Поэтому хардкорных адептов "пиццагейта" не так много. Конспирология всегда сопутствовала человечеству, поэтому как-нибудь сумеем ее пережить и сегодня.

Я бы добавил к этому то, что все-таки негативные эволюционные программы компенсируются у нас культурой. Например, тягу к сладкому уравновешивают культурные нормы, рекомендующие жрать поменьше, а двигаться побольше. С конспирологами можно поступать так же - шеймить их по мере возможности. Впрочем, тогда они cмогут изобрести свою разновидность бодипозитивности и затребовать себе сейфспейс под лозунгом "верить в иллюминатов не стыдно".

«Если мы не в состоянии примириться с тем, какие мы сами, то никогда не сможем принять окружающих такими, какие они есть в действительности».

В своей лекции «Смелость быть несовершенным» психолог Рудольф Дрейкурс размышляет, что заставляет нас стремиться казаться лучше, чем мы есть, быть главнее и правее других, чем отличается взаимодействие с миром по вертикальной оси от взаимодействия с ним по горизонталльной оси, почему страх совершать ошибки —это наследие рабской психологии, от которого так сложно избавиться, и как набраться смелости «быть неидеальным», что, по мнению Дрейкурса, равнозначно понятию «быть настоящим».


https://monocler.ru/smelost-byit-nesovershennyim-rudolf-dreykurs-o-pogone-za-pravotoy-i-strahe-sovershat-oshibki/

Базовое доверие — модус отношения человека к миру и другим людям, который формируется в детстве. Или не формируется. Что на это влияет? Какие этапы взаимодействия с миром мы проходим в процессе взросления? И почему человеку, у которого в детстве была нарушена способность доверять себе или родителям, сложно во взрослом возрасте включаться в коммуникацию и строить отношения. Разбираемся с психологом Дмитрием Прокофьевым.

https://monocler.ru/doverie-k-miru/

Рене Декарт – один из тех мыслителей, чье наследие стало неотъемлемой частью научного и обыденного мировосприятия, свойственного современному западному человеку. Крен в сторону рационализма и проведение строгих границ между разумом и природой в свое время стали предпосылками для технического и социального прогресса, но в то же время это негативно сказалось на цельности человеческой психики. Concepture публикует переводную статью о том, как декартовский дуализм лег в основу современного понимания «сумасшествия».
http://bit.ly/2YxwxRh

«Человек, который принял жену за шляпу» — невероятная книга, написанная в 1985 году неврологом и нейропсихологом Оливером Саксом. Продолжая традицию «клинических рассказов» XIX века, Сакс описывает истории людей, которые столкнулись с теми или иными повреждением психики — от галлюцинаций до более сложных нарушений. Публикуем одноименный рассказ Сакса, в котором ученый рассказывает историю талантливого человека, профессора П., который утратил способность видеть мир и людей в их естественных пропорциях, однако сохранил обостренную музыкальность: Сакс описывает, как, лишенный «образа тела», профессор научился слышать его музыку, почему он начал функционировать, как вычислительная машина, и когда абстракция заменила для него реальность.

«Картины оказались развешены в хронологическом порядке, и я с любопытством стал их разглядывать. Все ранние работы П. были реалистичны и натуралистичны, живо передавали настроение и атмосферу, отличаясь при этом тонкой проработкой узнаваемых, конкретных деталей. Позже, с годами, из них стали постепенно уходить жизненность и конкретность, а взамен появились абстрактные и даже геометрические и кубистические мотивы. Наконец, в последних работах, казалось, исчезал всякий смысл, и оставались лишь хаотические линии и пятна.

Я поделился своими наблюдениями с миссис П.

– Ах, вы, врачи – ужасные обыватели! – воскликнула она в ответ. – Неужели вы не видите художественного развития в том, как он постепенно отказывается от реализма ранних лет и переходит к абстракции?

Нет, тут совсем другое, подумал я (но не стал убеждать в этом бедную миссис П.): профессор действительно перешел от реализма к абстракции, однако развитие это осуществлялось не самим художником, а его патологией и двигалось в сторону глубокой зрительной агнозии, при которой разрушаются все способности к образному представлению и уходит переживание конкретной, чувственной реальности. Находившееся передо мной собрание картин складывалось в трагический анамнез болезни и в этом качестве было фактом неврологии, а не искусства.

И все же, думал я, не права ли она хотя бы отчасти? Между силами патологии и творчества происходит борьба, но, как ни странно, возможно и тайное согласие. Похоже, примерно до середины кубистического периода П. патологическое и творческое начала развивались параллельно, и их взаимодействие порождало оригинальную форму. Вполне вероятно, что, теряя в конкретном, он приобретал в абстрактном, лучше чувствуя структурные элементы линии, границы, контура и развивая в себе некую сходную с дарованием Пикассо способность видеть и воспроизводить абстрактную организацию, заложенную в конкретном, но скрытую от «нормального» глаза… Впрочем, боюсь, в последних его картинах остались лишь хаос и агнозия».

https://monocler.ru/udivitelnyiy-rasskaz-olivera-saksa-o-cheloveke-kotoryiy-prinyal-zhenu-za-shlyapu/

Пропаганда массового спорта, реклама косметических услуг и средств ухода за телом, мания неувядающей красоты и здоровья: почему так активно оживают темы тела и секса в современных СМИ и каким целям служит этот культ? Философ, социолог, неустанный исследователь современного человека и общества потребления Жан Бодрийяр о том, когда нарциссический культ тела пришел на смену «устаревшей» идеологии души, как культивирование красоты и эротизма помогает превращать тело в объект инвестирования, приносящий доход, и почему трансформация тела в товар ведёт нас к ещё большему отчуждению от самих себя, чем даже его эксплуатация в качестве рабочей силы.

«В наборе потребления есть объект более прекрасный, более драгоценный, более яркий, чем все другие, более нагруженный коннотациями, чем автомобиль, объект, который, однако, все их подытоживает: это — Тело. Его «новое открытие» после тысячелетней эры пуританства, произошедшее под знаком физического и сексуального освобождения, его вездесущность в рекламе, моде, массовой культуре (и особенно женского тела, нужно бы понять почему), гигиенический, диетический, терапевтический культ, которым его окружает, навязчивость молодости, элегантности, мужественности или женственности, ухода, режимов, жертвенных занятий, которые с ним связаны, миф Удовольствия, который его окутывает, — все сегодня свидетельствует, что тело стало объектом спасения. Оно буквально заменило собой душу в этой моральной и идеологической функции.

Пропаганда без устали нам напоминает в соответствии со словами духовного гимна, что мы имеем только тело и что его нужно спасать. В течение веков стремились убедить людей, что они его не имели (впрочем, они в этом никогда не были по-настоящему убеждены), сегодня систематически стремятся их убедить, что они имеют тело. Здесь существует кое-что странное. Не представляет ли собой тело очевидность? Кажется, что нет: статус тела есть факт культуры. Однако, какая бы культура ни была, способ организации отношения к телу отражает способ организации отношения к вещам и социальные отношения. В капиталистическом обществе общий статус частной собственности применяется одинаково к телу, к социальной практике, связанной с ним, и к умственному представлению, которое об этом имеют. В традиционном обществе, например, у крестьянина нет нарциссической привязанности к своему телу, нет зрелищного его восприятия, а есть инструментально-магическое видение, порожденное процессом труда и отношением к природе.Мы хотим показать, что современные структуры производства и потребления порождают у субъекта двойственную практику, связанную с разными (но глубоко взаимосвязанными) представлениями о своем собственном теле: представлением о нем как Капитале и как Фетише (или объекте потребления). В обоих случаях важно, что тело, далеко не отринутое и не упущенное, обдуманно вложено (в двух смыслах этого слова — в экономическом и психическом)...

…Потребителю вменяется обязанность наслаждаться, он становится предприятием по наслаждению и удовлетворению. Он как бы обязан быть счастливым, влюбленным, расхваливающим (расхваленным), соблазняющим (соблазненным), участвующим, эйфоричным и динамичным. Это принцип максимизации существования через умножение контактов, отношений, через интенсивное употребление знаков, объектов, через систематическое использование всех возможностей наслаждения».


https://monocler.ru/zhan-bodriyyar-telo/

Тиндер - приложение, предназначенное для романтических знакомств с учетом геолокации и заданных параметров.

Дэйтинг-приложения помогают знакомиться. Одно исследование показало, что треть браков начинается онлайн. 72% студентов используют Tinder, 80 % пользователей Tinder - миллениалы. Но как дэйтинг-приложения влияют на нас и наши отношения с другими людьми? И почему иногда мы не можем оторваться от телефона? Подробности в нашем новом материале.

Перевод: Марина Белоусова. Редактура и адаптация: Антон Вотрин.

Поддержите наш проект, ссылки внутри.

https://vk.com/@pure_cognitions-tinder

«Непредсказуемые награды активируют области вознаграждения мозга сильнее, чем ожидаемые. Казино и игровые автоматы – один из примеров этого эффекта. Игроки не знают, когда именно получат джекпот. Они играют, зная, что в конце концов победят, правда неизвестно, когда именно. Поэтому игра притягательна. Tinder работает по тому же принципу: пользователи не знают, когда будет очередное совпадение. И они не знают, когда им ответят. Кроме того, профиль пользователя виден другим, даже когда его приложение закрыто. Это значит, что, когда приложение проверяют после перерыва, видны новые совпадения. Непредсказуемость держит на крючке. Рука сама тянется проверить уведомления».

Внутри статьи много качественой информации о том, почему красота притягивает нас, как ожидание уведомлений и лайков становится важнее самого события в соцсетях и каким образом Tinder захватывает систему обучения вознаграждению, чтобы держать пользователя на крючке. Делимся)

«Нормальный», средний человек вынужден искать жизненных наслаждений вне себя: в имуществе, чине, жене и детях, друзьях, в обществе и т. п., и на них воздвигать свое счастье, поэтому счастье рушится, если он их теряет или в них обманывается. Его положение можно выразить формулой: центр его тяжести — вне его. Поэтому его желания и капризы постоянно меняются, если позволяют средства — он то покупает дачу, лошадей, то устраивает празднества и поездки, вообще ведет широкую жизнь. Удовольствия он ищет во всем окружающем, вовне, подобно больному, надеющемуся в бульоне и лекарствах найти здоровье, истинный источник которого — его жизненная сила.
(с) Артур Шопенгауэр

Способны ли мы ориентироваться в окружающей информации, плотность и объем которой постоянно растает? Какое влияние оказывает новая медийная ситуация на культурную память? Действительно ли виртуализация, дигитализация и мультимизация ведут к исчезновению реальной коммуникации и обесцениванию подлинных объектов культуры, которые теперь без труда можно размножить с помощью простой телефонной камеры? Какие ещё риски несёт в себе дигитальная система? Может ли культурная память сохраниться там, где единственным гарантом её передачи выступает государство? Обо всё этом в рамках лекции «Цифровые медиа и культурная память: парадоксы новой медиасреды» рассказал кандидат философских наук Виталий Куренной.

https://monocler.ru/tsifrovyie-media-i-kulturnaya-pamyat/

«Исследования об игровой зависимости — мусор»: главное из лекции профессора Оксфордского университета
https://dtf.ru/gameindustry/84694-issledovaniya-ob-igrovoy-zavisimosti-musor-glavnoe-iz-lekcii-professora-oksfordskogo-universiteta
Первым зафиксированным случаем обвинений видеоигр в негативном влиянии на общество Пшибыльский считает материал The New York Times 1976 года об игре Death Race. По мнению исследователя, он интересен тем, что в нём присутствуют практически все тезисы и аргументы, которые будут использоваться в подобных материалах на протяжении будущих десятилетий.

У нас нет данных о том, что зависимость существует, и нет данных о том, что её нет — потому что нормального исследования так никто и не провёл. Поэтому всё сводится к страшилкам, которых более чем достаточно, чтобы замотивировать регуляторов.

Согласно прогнозу Пшибыльского, игровая индустрия в нынешнем виде может просуществовать ещё около пяти лет — после этого случится неизбежное массовое столкновение с властями и общественным мнением. Сейчас её практически не регулируют: понимания широкой общественности и, как следствие, чиновников хватает только на лутбоксы, системы pay-to-win и «антисоциальное поведение» в онлайн-играх. Но вскоре регуляторы войдут во вкус, и непременно разберутся в более сложных концепциях.

Почему мы предпочитаем избегать сильных эмоций, а не проживать их в полной мере? Какими механизмами избегания мы зачастую пользуемся и к каким последствиям это может вести? Как религиозные практики на протяжении веков помогали человеку не обращать внимания на свои чувства и почему так сложно отказаться от подобных практик? Перечитываем сегодня перевод небольшого отрывка из книги итальянского психоаналитика Антонино Ферро «Избегание эмоций, проживание эмоций» (Avoiding Emotions, Living Emotions, Taylor&Francis, 2011), где он предлагает свои (не всегда бесспорные) ответы на эти вопросы.


https://monocler.ru/izbeganie-emotsiy-izbeganie-zhizni/

Пишу статью о депрессии. Цитата из прекрасного Вадима Руднева.

Из слов Фрейда явствует, что случаев меланхолии в его практике было совсем немного... Речь идет именно о «нарциссическом неврозе», о той депрессии, которой в современном мире страдает огромное количество людей и о которой, собственно, и идет речь в этой главе.

Итак, по-видимому, невротическая депрессия, «астено-депрессивный синдром», была для начала века явлением нетипичным. ...главными неврозами классического психоанализа были истерия и обсессия. Истерички охотно рассказывали о своих проблемах, образовывали бурный перенос и легко излечивались. Обсессивные невротики оказывали большее сопротивление, но перенос также устанавливали и также излечивались.

Почему истерия и обсессия были так популярны и, по-видимому, реально распространены, а меланхолия нет? Мы можем только высказать гипотезу. Истерия и обсессия — это «викторианские» неврозы. Они возникли и были отмечены вниманием психоанализа в эпоху больших сексуальных ограничений. Женщина любит женатого мужчину, возникает запрет, который ведет к невротическому симптомообразованию. В результате она не может ходить или говорить, или слепнет, или с ней происходит масса других не менее интересных вещей. Мужчина любит замужнюю женщину, возникает запрет, который ведет к симптомообразованию. Женщины легче забывают — у них происходит вытесение и конверсия в псевдосоматический симптом. Мужчина забывает труднее, поэтому у него образуются навязчивые мысли или действия, в которых он избывает свою викторианскую травму. Или же, как это описано в случае Доры, мужчина прикоснулся к женщине своим эрегированным членом, после чего у нее от ужаса начались истерические ощущения в области горла [Фрейд, 1998].

Сейчас, после нескольких сексуальных революций, эти истории воспринимаются с улыбкой. И действительно, многие отмечали, что к середине века истерия пошла на спад и во второй половине XX столетия чуть ли вообще не исчезла (то есть опять-таки из малой амбулаторной психиатрии). Женщин перестали шокировать мужские болты, замужние дамы стали наиболее увлекательным объектом желания. Да, действительно, запреты XX век отменил, но зато он навел страх и ужас, в нем было две мировых войны, полная смена культурных парадигм, тоталитаризм, геноцид и терроризм. Поэтому в XX веке главными болезнями стали не истерия и обсессия, а депрессия и шизофрения. По всей видимости, главным событием, резко увеличившим количество депрессивных расстройств, была Первая мировая война (по-видимому, неслучайно, что чуткий Фрейд пишет свою работу о меланхолии в разгар этого страшного для Европы события).

Текст Екатерина Белокоскова-Михайлова

#история
#психоанализ
#депрессия

Цифровое общение и романтика в XXI веке, тупиковая погоня за совершенствованием и счастьем, генеалогия современного раба, восстание масс и век манипулятивного контроля: по традиции, редакция собрала для вас 13 лучших материалов уходящего года. Выдыхаем!


https://monocler.ru/2019-luchshee/

«Недостойным правлением» называют общественный порядок, цель которого – извлечение ренты правящими группами и связанным с ними лицами. Проще говоря, государством управляют для того, чтобы расхищать его ресурсы как можно больше и как можно дольше. Ничего не напоминает? Политолог Владимир Гельман считает, что в 2010-х в России окончательно установился именно такой режим — и сомневается, что в ближайшее время с ним удастся что-то сделать. Но надежда есть - и это нынешние 20-летние россияне.

https://mdza.io/qnT77PPp5T0

Рубрика этот день в истории. 8 января 1902 года родился Карл (Рэ́нсом) Роджерс — американский психолог, один из создателей и лидеров гуманистической психологии.

Фундаментальным компонентом структуры личности Роджерс считал «я-концепцию», формирующуюся в процессе взаимодействия субъекта с окружающей социальной средой и являющуюся интегральным механизмом саморегуляции его (субъекта) поведения. Роджерс внёс большой вклад в создание недирективной психотерапии, которую он называл «личностно-ориентированной психотерапией». Личностно-ориентированный подход нашёл широкое применение в различных областях психотерапии и консультирования (клиент-центрированная терапия), образования, организации и функционирования групп.

Среди наиболее видных клиницистов ХХ века Роджерс оказался вторым, уступив только Зигмунду Фрейду.

#история
#психология

По этому поводу решили вспомнить работу Роджерса «Что значит "становиться человеком"», в которой психолог пытается ответить на этот, связанные с ним и вытекающие из него вопросы.


«Углубляясь в опыт многих клиентов во время психотерапевтических отношений, которые мы пытаемся для них создать, я прихожу к выводу, что каждый клиент задает один и тот же вопрос. За проблемной ситуацией, на которую жалуется индивид, за проблемами с учебой, женой, начальником, за проблемой своего собственного неконтролируемого или странного поведения, пугающих чувств лежит то, что составляет основной поиск клиента. Мне кажется, в глубине души каждый человек спрашивает: «Кто я в действительности? Как я могу войти в контакт с моим настоящим «Я», лежащим в основе моего поверхностного поведения? Как я могу стать самим собой?...»


https://monocler.ru/karl-rodzhers-chto-znachit-stanovitsya-chelovekom/

«Посторонний», «Камень в сердце», «Хочу все знать, «Кто я?»: штудируем знаменитую книгу Джеймса Бьюдженталя «Наука быть живым» и рассказываем о взглядах психолога-экзистенциалиста, мифах, которые сложились вокруг психотерапии, и случаях из практики Бьюдженталя, сценарии которых так или иначе касаются каждого из нас (вселенское одиночество, страх смерти и попытка спрятаться от чувств за правилами и знаниями, отстраненность от собственной жизни и поиск подтверждения своего существования).


«Изменение, бесконечное изменение. Языки пламени пляшут, обретают причудливые формы, изменяются снова и снова. Мы боимся огня, но мы состоим из него. Мы не можем сопротивляться ему; мы можем лишь ему соответствовать. Когда мы, наконец, покоримся ему, то испытываем облегчение и блаженство.

Быть по-настоящему живым значит быть приговоренным к постоянному развитию, бесконечному изменению. Быть по-настоящему живым значит найти свою идентичность в этом изменчивом процессе, зная, что огонь уничтожит любые стабильные структуры, которые мы будем пытаться построить.

Желания и потребности – горючее для пламени жизни. Мы можем существовать без желаний не больше, чем огонь может гореть без топлива. Если мы хотим жить как можно более полной жизнью, следует как можно более полно знать свои желания и потребности.

Мы состоим из пламени, и его танец – танец нашей жизни».

https://monocler.ru/nauka-byit-zhivyim-dzheymsa-byudzhentalya/