Стоит она у барной стойки. Её настроение — весь мир под моими ногами.
Её выбирают на всех кастингах, она работает больше любой другой девочки. И она знает, что привезёт годовую зарплату своих родителей в свой город, проработав всего лишь 2 месяца.
Так будет всегда, не правда ли? Что может измениться, если ты самая уникальная девочка и другой как ты не будет?
Снимаем розовые очки и заходим в дверь, где проходит большой кастинг на Celine. 100 таких же уникальных девочек нас окружают. Только у нашей главной героины в кармане большая сумма денег и ей противно, что вот она опять стоит в этой очереди и на неё не обращают почему-то внимание. После кастинга она принимает решение, что больше не будет терпеть эти унижения.
У нее депрессивное состояние и она просто устала. Легким свайпом вправо она удаляет из своего календаря 10 подтвержденных работ. Легким свайпом влево она берет себе билеты на Бали. Таким образом она кинула не только свое материнское агентство, но и принимающее агентство в Токио.
Если у модели хорошая материнка, то пока девочка находится по контракту в другой стране, то она старается найти ей следующий контракт на другом рынке. И так спустя два месяца работы ей был найден контракт в NY, и уже были поданы документы на рабочую визу.
Наша героиня не берет трубку, не отвечает на имейлы, а это значит, что контракт срывается и теперь агенту надо будет выплатить сумму рабочей визы - 3000 долларов. И как следствие - ему опять придется доказывать, что у него адекватные модели и искать где-то силы на развитие модельной карьеры новой девочки.
Слишком быстро модели привыкают к своему успеху, которого бы никогда не было без агента. Ведь именно агенты каждый день проходят через огромное количество отказов - на девочку может висеть option на campaign, а потом за день он слетает. И агент всегда в одиночку проживает это все внутри себя, потому что он лишний раз не будет обнадеживать модель, что у нее, возможно, будет крутая работа, а скажет только тогда, когда клиент ее 100% подтвердил.
Её выбирают на всех кастингах, она работает больше любой другой девочки. И она знает, что привезёт годовую зарплату своих родителей в свой город, проработав всего лишь 2 месяца.
Так будет всегда, не правда ли? Что может измениться, если ты самая уникальная девочка и другой как ты не будет?
Снимаем розовые очки и заходим в дверь, где проходит большой кастинг на Celine. 100 таких же уникальных девочек нас окружают. Только у нашей главной героины в кармане большая сумма денег и ей противно, что вот она опять стоит в этой очереди и на неё не обращают почему-то внимание. После кастинга она принимает решение, что больше не будет терпеть эти унижения.
У нее депрессивное состояние и она просто устала. Легким свайпом вправо она удаляет из своего календаря 10 подтвержденных работ. Легким свайпом влево она берет себе билеты на Бали. Таким образом она кинула не только свое материнское агентство, но и принимающее агентство в Токио.
Если у модели хорошая материнка, то пока девочка находится по контракту в другой стране, то она старается найти ей следующий контракт на другом рынке. И так спустя два месяца работы ей был найден контракт в NY, и уже были поданы документы на рабочую визу.
Наша героиня не берет трубку, не отвечает на имейлы, а это значит, что контракт срывается и теперь агенту надо будет выплатить сумму рабочей визы - 3000 долларов. И как следствие - ему опять придется доказывать, что у него адекватные модели и искать где-то силы на развитие модельной карьеры новой девочки.
Слишком быстро модели привыкают к своему успеху, которого бы никогда не было без агента. Ведь именно агенты каждый день проходят через огромное количество отказов - на девочку может висеть option на campaign, а потом за день он слетает. И агент всегда в одиночку проживает это все внутри себя, потому что он лишний раз не будет обнадеживать модель, что у нее, возможно, будет крутая работа, а скажет только тогда, когда клиент ее 100% подтвердил.
Вы спустились в метро, садитесь напротив рыжей девушки. Чувствуете на себе ее взгляд, который считывает вас с головы до ног. Она уже вас мысленно раздела до белья, оценила размер ваших бедер. Следующая станция Смоленская. Она поднимается, но вместо того, чтобы выйти из вагона, она подходит к вам. Улыбается. Вы вытаскиваете наушник, она протягивает свою визитку и спрашивает:
- А вы никогда не хотели попробовать стать моделью?
Спустя какое-то время я у вас научилась считывать модельные и не модельные типажи. Этому я научилась не сразу, а только после года тренировок. Возьмем с вами в качестве примера двух девочек, их обеих я считаю очень красивыми, но далее я объясню почему я их не буду показывать своей материнке:
- А вы никогда не хотели попробовать стать моделью?
Спустя какое-то время я у вас научилась считывать модельные и не модельные типажи. Этому я научилась не сразу, а только после года тренировок. Возьмем с вами в качестве примера двух девочек, их обеих я считаю очень красивыми, но далее я объясню почему я их не буду показывать своей материнке:
Типаж успешной (приносящей деньги модели) - симметричное лицо, большие глаза, отсутствие синяков под глазами, хорошая кожа.
Первую девочку мы с вами не сможем взять, потому что она выглядит уже старше своего возраста, хотя ей еще нет и 20. Вторая девочка привлекает внимание, и ты задерживаешь на ней взгляд. Но она ни супер коммерческая ни супер странная - что-то между. Дали бы ей шанс, если бы она была инфльюенсером в инстаграме.
Все это грубо звучит, но так это работает. Если бы я работала скаутом, то я вряд ли бы рискнула и взяла себя в модельное агентство. Если бы в моем арсенале было бы уже много рабочих (коммерческих) типажей, то, возможно, я взяла бы себя для статуса. И надеялась и работала в направлении того, чтобы я сделала что-то очень крутое, что перебьет по статусу все заработки рабочих девочек.
NB: сейчас все зарубежные агентства смотрят не только снепы, которые присылает материнка, но и инстаграм модели. Поэтому очень важно следить за тем где тебя отметили и где могут заметить, что с тобой что-то не так.
Мне пришлось заархивировать это фото, потому что на нем я в широких трусах и мои бедра выглядят а-ля криминально и никак не на идеальные 89 см.
Первую девочку мы с вами не сможем взять, потому что она выглядит уже старше своего возраста, хотя ей еще нет и 20. Вторая девочка привлекает внимание, и ты задерживаешь на ней взгляд. Но она ни супер коммерческая ни супер странная - что-то между. Дали бы ей шанс, если бы она была инфльюенсером в инстаграме.
Все это грубо звучит, но так это работает. Если бы я работала скаутом, то я вряд ли бы рискнула и взяла себя в модельное агентство. Если бы в моем арсенале было бы уже много рабочих (коммерческих) типажей, то, возможно, я взяла бы себя для статуса. И надеялась и работала в направлении того, чтобы я сделала что-то очень крутое, что перебьет по статусу все заработки рабочих девочек.
NB: сейчас все зарубежные агентства смотрят не только снепы, которые присылает материнка, но и инстаграм модели. Поэтому очень важно следить за тем где тебя отметили и где могут заметить, что с тобой что-то не так.
Мне пришлось заархивировать это фото, потому что на нем я в широких трусах и мои бедра выглядят а-ля криминально и никак не на идеальные 89 см.
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
А-ля криминальные бёдра
Есть две категории подиумных работ - показы и презентации. Модели не очень любят работать на презентациях, потому что им приходится повторять некий вид перформанса по несколько раз. По итогу платят за них меньше и на карьеру это особо никак не влияет.
Я как обычно мониторю всё, что публикуют на nowfashion.com и вот сейчас представила как было бы круто поработать на KA WA KEY - дизайнер просто спродюсировал мою идеальную домашнюю тусовку:
Я как обычно мониторю всё, что публикуют на nowfashion.com и вот сейчас представила как было бы круто поработать на KA WA KEY - дизайнер просто спродюсировал мою идеальную домашнюю тусовку:
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Я и мои друзья дома
Когда вы смотрите инстаграм/журнал и видите чужую грудь, то вы особо не задерживаете взгляд, а пролистываете и идёте дальше.
Но если же вы видите чужую, но знакомую вам грудь - вы знаете этого человека, тусовались с ним когда-то, то ваша реакция будет немного иная: «Ооо, да я же знаю эти сиськи!»
Помню как на съёмной квартире к моему бывшему пришли в гости его друзья. Они никак не были связаны с индустрией моды, и я особо не старалась объяснять им чем я занимаюсь и что это такое - работать моделью и выступать иногда в качестве предмета искусства.
На столе лежала книга, где есть публикации полуобнаженной меня. Книгу начинают листать. Я сижу на подоконнике, болтаю ногами. В мою сторону периодически сыпятся вопросы. "А все ли у вас там через постель?” Я кидаю улыбку. Книга листается. “Ой, да эта модель вообще страшная!” Я молчу и знаю, что скоро они дойдут до страниц со мной. “Я бы лучше сфотографировал, не вижу ничего сложного.” Кульминация.
Друзья моего бывшего видят мою грудь и вроде бы не пошлые фотографии. Книга закрывается. Молчание и ноль реакции.
Им уже не удастся отделить ту девушку, которая сидит на подоконнике от той, которую они только что видели на страницах в книге. Я предлагаю им чай, а они в ответ предлагают мне свои мысли - если бы ты была моей девушкой, то я бы тебе не разрешил сниматься в таком.
Вывод: очень сложно защищать свое тело особенно, если оно обнажено и ничего кроме ДА ЭТО ЖЕ ГОЛАЯ САША ты не видишь. Открываем глаза и смотрим на искусство.
Вывод номер 2: теперь меня сложнее раздеть, вы должны быть как минимум Тимом Уолкером.
Но если же вы видите чужую, но знакомую вам грудь - вы знаете этого человека, тусовались с ним когда-то, то ваша реакция будет немного иная: «Ооо, да я же знаю эти сиськи!»
Помню как на съёмной квартире к моему бывшему пришли в гости его друзья. Они никак не были связаны с индустрией моды, и я особо не старалась объяснять им чем я занимаюсь и что это такое - работать моделью и выступать иногда в качестве предмета искусства.
На столе лежала книга, где есть публикации полуобнаженной меня. Книгу начинают листать. Я сижу на подоконнике, болтаю ногами. В мою сторону периодически сыпятся вопросы. "А все ли у вас там через постель?” Я кидаю улыбку. Книга листается. “Ой, да эта модель вообще страшная!” Я молчу и знаю, что скоро они дойдут до страниц со мной. “Я бы лучше сфотографировал, не вижу ничего сложного.” Кульминация.
Друзья моего бывшего видят мою грудь и вроде бы не пошлые фотографии. Книга закрывается. Молчание и ноль реакции.
Им уже не удастся отделить ту девушку, которая сидит на подоконнике от той, которую они только что видели на страницах в книге. Я предлагаю им чай, а они в ответ предлагают мне свои мысли - если бы ты была моей девушкой, то я бы тебе не разрешил сниматься в таком.
Вывод: очень сложно защищать свое тело особенно, если оно обнажено и ничего кроме ДА ЭТО ЖЕ ГОЛАЯ САША ты не видишь. Открываем глаза и смотрим на искусство.
Вывод номер 2: теперь меня сложнее раздеть, вы должны быть как минимум Тимом Уолкером.
Я скрываю тот факт, что я бракованная модель - уже 2 года. Никто из модельных агентств и людей из мира моды не знал что со мной что-то не так. Я боялась, что меня выбросят и не верила и до сих пор не верю, что болезнь меня сломает и сделает так, что я слягу окончательно и не буду ходить. Это самый личный и искренний пост, которым я с вами поделюсь здесь. Предупреждаю, что текста много, но в нем вы узнаете про то, с чем мне пришлось столкнуться. Возможно, среди вас есть те, кто тоже через это проходит.