Наш проект для подростков «Библиотека Б.» начинает свою работу!

На сайте уже можно приобрести абонемент на восемь занятий или билет на разовое посещение.

На занятиях мы будем говорить об авторах, важных для Бродского, и разбираться с историческими и литературными контекстами. Мы посмотрим, как устроены поэтические тексты, и выясним, как читать их так, чтобы это было действительно захватывающее чтение.

Абонемент дает нам знать, что вы — с нами, а вам дает право посещать остальные наши мероприятия для подростков (у нас большие планы!) бесплатно или с существенной скидкой. А ещё к абонементу прилагается читательский билет в библиотеку музея, позволяющий работать с нашим собранием самостоятельно.

Ждём вас!

22 октября 1987 года, сидя в китайской забегаловке в пригороде Лондона, Иосиф Бродский узнал о присуждении ему Нобелевской премии — «за всеобъемлющее творчество, проникнутое ясностью мысли и поэтической интенсивностью»:

«В октябре 1987 года Бродский жил в Лондоне в гостях у пианиста Альфреда Бренделя. О своем лауреатстве он узнал, сидя за ланчем в Хэмпстеде, в скромном китайском ресторанчике, куда его привел Джон Ле Карре, прославленный автор шпионских романов. По словам Ле Карре, они выпивали, закусывали и болтали о пустяках «в духе Иосифа — о девушках, о жизни, обо всем». Жена Бренделя отыскала их в ресторане и сообщила, что дом осажден телерепортерами — Иосифу присудили Нобелевскую премию»».
(Л. Лосев «Опыт литературной биографии»)

Фотографий того дня у нас нет, зато есть другие фотографии нобелевского лауреата из разных китайских забегаловок по всему миру (как, например, вот эта с Виктором Голышевым), потому что китайскую еду Иосиф Бродский очень любил. Об этом вспоминают и Лев Лосев, и Петр Вайль, и многие другие.

Так что мы не удержались и решили открыть настоящую китайскую забегаловку и бар Мурузи в доме Мурузи!

Кухню и напитки создаем вместе с ребятами из @elcopitasbar, архитектуру делает Александр Бродский. Открытие планируем весной, а пока будем вам рассказывать про Бродского и Китай. Потому что связей тут на самом деле очень много, хватит на целую выставку!

«Специально отведенная местность. Деревня Норинская 1964–1996–2023»

Открытие выставки 15 ноября

Норинская — деревня в Коношском районе Архангельской области, где в 1964-1965 годах отбывал ссылку Иосиф Бродский.
На видео одна из героинь будущей выставки Лидия Александровна Пестерева, жительница деверни. Съемка 1996 года.

Материалы из Норинской Елены Якович и Алексея Шишова.

«На западной его (дома Мурузи) стороне <…> когда-то жил Александр Блок. Что же до нашей анфилады, в ней обитала пара, царившая на дореволюционной русской литературной сцене, да и позднее, в двадцатых и тридцатых, в интеллектуальном климате русской эмиграции в Париже, — Дмитрий Мережковский и Зинаида Гиппиус. Именно с балкона наших полутора комнат Зинка-личинка поносила революционных матросов» — писал Иосиф Бродский в эссе «Полторы комнаты».

На самом деле это не совсем верно. Гиппиус и Мережковский действительно 23 года прожили в доме Мурузи. Но с балкона Бродского оскорбления революционным матросам поэтесса никогда не кричала. Дело в том, что в конце XIX века второй этаж (где располагаются Полторы комнаты, в которые через 65 лет въедет семья Бродских), считался самым престижным, и у Гиппиус с Мережковским не хватало средств на съем такого жилья.

Вряд ли перед написанием «Полутора комнат» Иосиф Бродский изучал домовые книги — все-таки он писал эссе, а не научную статью. Зато мы изучили, и с уверенностью можем сказать, что с 1889 по 1892 год Зинаида Гиппиус и Дмитрий Мережковский жили ровно над Полутора комнатами, на пятом этаже. Тогда эта квартира шла под номером 20, а сейчас это квартира №34, та самая, которую вы видите на фотографиях.

Дважды в год мы планируем устраивать здесь временные выставки, а между ними в квартире можно пожить и на какое-то время почувствовать себя «соседом» Иосифа Бродского.

Все средства, вырученные от аренды квартиры, идут на развитие нашего музея. Останавливаясь здесь, вы помогаете нам делать выставки, издавать книги, вести исследовательскую и просветительскую деятельность ❤️

Музей выпустил собственное издание эссе 1,5 комнаты. Уже в нашем книжном.

Осенью 1932 года комитет по стандартизации Наркомата легкой промышленности СССР утверждает государственный эталон телогрейки, ставшей известной как «ватник»: «Телогрейка – куртка ватная однобортная, прямого покроя, застегивается по борту доверху на 4 пуговицы имеющимися в левом борте четырьмя пришивными петлями (шлевками)». В конструкцию швейного изделия № 1 было заложено универсальное решение: ватник представлял собой прожиточный минимум верхней одежды, рассчитанный на неблагоприятные климатические условия.

Неблагоприятные климатические условия означали, как правило, суровую лагерную действительность. Ватная телогрейка стала спецодеждой многомиллионного контингента заключенных. Параллельно ватник стал всепогодной одеждой колхозника, сменив крестьянский зипун. Война проверила телогрейку на пригодность к экстремальным обстоятельствам, её носили и в тылу, и на фронте. В послевоенное время ватник — наиболее распространённая форма одежды советского рабочего, поднимающего страну из разрухи.

Именно в ватнике и кирзовых сапогах Иосиф Бродский позирует на многих фотографиях из ссылки. Если кирзовые сапоги предусмотрительно привез ему отец на второе судебное заседание, откуда поэт отправился по этапу, то ватник Бродский приобрел уже на месте. В ссылке Бродский не должен был носить специальную форму, он был волен выбирать себе любую одежду. Поэт выбрал телогрейку, в которой в деревне, как и во всей стране, спасались от холода миллионы советских людей.

Сегодня мы, как и Бродский, добровольно надеваем на себя ватники и спасаемся от холодной зимы.

На фотографии Иосиф Бродский в Норинской, 1964-1965. Из собрания Михаила Мильчика.