Противогерманский фронт народников I
На протяжении партийной истории народников, отношение к войнам, ведущимся Россией, различалось. Было и приветствие эмигрантом Герценым польского восстания, и добровольчество некоторых народников на Балканской войне 1877-1878 гг. Специфическая ситуация сложилась во время Русско-Японской, совпавшей с первой революцией, когда революционеры делали ставку на раскачивание режима любыми средствами, а война казалась колониальной и ненужной.
Тем не менее, действительно опасная Мировая война была встречена вполне патриотически. Основной позицией сразу же стала оборонческая. Это логично исходило из взглядов народников, которые хотя и признавали социалистические схемы классового общества и капитализма все же не были приверженцами идеи о существовании единого прогрессивного пролетариата, и наоборот, утверждали самостоятельный путь развития каждого народа и его социализма.
В таких условиях, возможно наиболее оборонческую позицию занял Б.В.Савинков, однако, de facto из партии он ушёл. Действительный же вес имела группа неформальным лидером которой можно назвать Н.Д.Авксентьева.
Не отрицая возможности борьбы за политическое освобождение внутри страны они напрямую отвергали любые выступления, подрывающие обороноспособность. Основной деятельностью декларировалось участие в общественных организациях созданных для помощи фронту.
Оборонцы этого крыла считали Германию наиболее реакционной державой, при господстве которой в Европе, как между народами, так и внутри стран, будет осуществляться тяжелейшая тирания. Также, оборонцы не испытывали иллюзий по поводу грабительских целей германской кампании в России.
Когда большевики размышляли о ничтожности поражения своего правительства, для народников было вполне открыто, что основные страдания в таком положении понесет вовсе не Пуришкевич или Морозов, но простые русские крестьяне. Как и произошло при немецкой оккупации Малороссии и других областей.
На протяжении партийной истории народников, отношение к войнам, ведущимся Россией, различалось. Было и приветствие эмигрантом Герценым польского восстания, и добровольчество некоторых народников на Балканской войне 1877-1878 гг. Специфическая ситуация сложилась во время Русско-Японской, совпавшей с первой революцией, когда революционеры делали ставку на раскачивание режима любыми средствами, а война казалась колониальной и ненужной.
Тем не менее, действительно опасная Мировая война была встречена вполне патриотически. Основной позицией сразу же стала оборонческая. Это логично исходило из взглядов народников, которые хотя и признавали социалистические схемы классового общества и капитализма все же не были приверженцами идеи о существовании единого прогрессивного пролетариата, и наоборот, утверждали самостоятельный путь развития каждого народа и его социализма.
В таких условиях, возможно наиболее оборонческую позицию занял Б.В.Савинков, однако, de facto из партии он ушёл. Действительный же вес имела группа неформальным лидером которой можно назвать Н.Д.Авксентьева.
Не отрицая возможности борьбы за политическое освобождение внутри страны они напрямую отвергали любые выступления, подрывающие обороноспособность. Основной деятельностью декларировалось участие в общественных организациях созданных для помощи фронту.
Оборонцы этого крыла считали Германию наиболее реакционной державой, при господстве которой в Европе, как между народами, так и внутри стран, будет осуществляться тяжелейшая тирания. Также, оборонцы не испытывали иллюзий по поводу грабительских целей германской кампании в России.
Когда большевики размышляли о ничтожности поражения своего правительства, для народников было вполне открыто, что основные страдания в таком положении понесет вовсе не Пуришкевич или Морозов, но простые русские крестьяне. Как и произошло при немецкой оккупации Малороссии и других областей.
👏4
Противогерманский фронт народников II
Не обошлось, однако, без антивоенного направления. Традиционный партийный центрист Виктор Чернов считал войну империалистической и намеривался путем международного социалистического давления усадить обе стороны за стол переговоров, а то и совершить одновременную революцию. Отрицая принятие позиций Антанты или Центральных держав Чернов надеялся на интернационал как на третью силу.
В данном случае не лишним будет сравнить две цитаты:
""Ни победителей, ни побежденных" - это должно означать: поражение правительства от руки возрожденной "третьей силы", - и нельзя подменять его формулой "поражение своего правительства в империалистической войне" [...] ибо последнее означает победу другого, столь же враждебного трудовой демократии правительства, в той же войне" - Виктор Чернов
"При данном положении нельзя определить, с точки зрения международного пролетариата, поражение которой из двух групп воюющих наций было бы наименьшим злом для социализма. Но для нас, русских с.-д., не может подлежать сомнению, что с точки зрения рабочего класса и трудящихся масс всех народов России наименьшим злом было бы поражение царской монархии" - Владимир Ленин
На примере этих отрывков можно установить разницу в восприятии авторов, для одного из которых победа определенной стороны создаст положение её господства, а для другого независимо от международной конфигурации лучше всего России проиграть и тем избавиться от монархии.
Чернов за свои взгляды и последующее участие в Циммервальдской конференции, где он и проталкивал идею третьей силы, заслужил у русских правых амплуа интернационалиста. Впоследствии, при Временном правительстве упоминались случаи, когда военные отказывались делать доклады при этом противнике войны и немецком агенте.
При этом настоящим интернационализмом отметились такие лидеры партии, как Марк Натансон и Борис Камков (Кац). Натансон стоял на позиции, что у пролетариата нет отечества и в отличии от Чернова подписал манифест Циммервальдской конференции. Интернационалисты впоследствии вошли в союз с большевиками в качестве "левых эсеров", однако, по отдельной иронии, этот союз завершился мятежом бывших интернационалистов против результатов Брестского мира. Германские условия никаким интернационализмом не пахли.
Не обошлось, однако, без антивоенного направления. Традиционный партийный центрист Виктор Чернов считал войну империалистической и намеривался путем международного социалистического давления усадить обе стороны за стол переговоров, а то и совершить одновременную революцию. Отрицая принятие позиций Антанты или Центральных держав Чернов надеялся на интернационал как на третью силу.
В данном случае не лишним будет сравнить две цитаты:
""Ни победителей, ни побежденных" - это должно означать: поражение правительства от руки возрожденной "третьей силы", - и нельзя подменять его формулой "поражение своего правительства в империалистической войне" [...] ибо последнее означает победу другого, столь же враждебного трудовой демократии правительства, в той же войне" - Виктор Чернов
"При данном положении нельзя определить, с точки зрения международного пролетариата, поражение которой из двух групп воюющих наций было бы наименьшим злом для социализма. Но для нас, русских с.-д., не может подлежать сомнению, что с точки зрения рабочего класса и трудящихся масс всех народов России наименьшим злом было бы поражение царской монархии" - Владимир Ленин
На примере этих отрывков можно установить разницу в восприятии авторов, для одного из которых победа определенной стороны создаст положение её господства, а для другого независимо от международной конфигурации лучше всего России проиграть и тем избавиться от монархии.
Чернов за свои взгляды и последующее участие в Циммервальдской конференции, где он и проталкивал идею третьей силы, заслужил у русских правых амплуа интернационалиста. Впоследствии, при Временном правительстве упоминались случаи, когда военные отказывались делать доклады при этом противнике войны и немецком агенте.
При этом настоящим интернационализмом отметились такие лидеры партии, как Марк Натансон и Борис Камков (Кац). Натансон стоял на позиции, что у пролетариата нет отечества и в отличии от Чернова подписал манифест Циммервальдской конференции. Интернационалисты впоследствии вошли в союз с большевиками в качестве "левых эсеров", однако, по отдельной иронии, этот союз завершился мятежом бывших интернационалистов против результатов Брестского мира. Германские условия никаким интернационализмом не пахли.
🤯3
В прошлой жизни доводилось читать измышления о природе межвоенных диктатур. Часто выдавалась оригинальная мысль мол люди просто хотели сбросить ответственность. Кажется, настоящая война учит нас постоянному требованию ответственности, профессионализма и решимости, но требования не от низов, а от начальства. Сейчас такое же требование всюду растет к начальству Федерации.
Да и вообще, чтобы построиться в колонны, взять за грудки старую аристократию, другой рукой капиталистов, вдобавок вытрясти парламент и громко об этом кричать нужна не апатия, а мобилизация. Именно мобилизации снабдили людей двадцатого века уникальным опытом. И сейчас снабдят. Через десяток лет сотни тысяч людей будут одинаково отвечать на вопрос о прошлом "бардак был" и одинаково требовать будущего "чтоб бардака не было". А опыт назад не провернешь, он уже прожит.
В итоге, бардак на сегодня главный политический фактор. Его сила ещё покоится.
Да и вообще, чтобы построиться в колонны, взять за грудки старую аристократию, другой рукой капиталистов, вдобавок вытрясти парламент и громко об этом кричать нужна не апатия, а мобилизация. Именно мобилизации снабдили людей двадцатого века уникальным опытом. И сейчас снабдят. Через десяток лет сотни тысяч людей будут одинаково отвечать на вопрос о прошлом "бардак был" и одинаково требовать будущего "чтоб бардака не было". А опыт назад не провернешь, он уже прожит.
В итоге, бардак на сегодня главный политический фактор. Его сила ещё покоится.
👍5👎1
Когда то я спокойно называл себя националистом. Вращался в кругах слушателей Просвирнина, и сейчас там присутствую, разделяю их настроение, но не разделяю их дискурса.
Это странное сочетание творчества Погрома, западных исследований национализма, и книги "РФ - не Россия", в целом приводящее к формуле "русским нужна нация". Забавно, что эту формулу сто лет назад одной статьей, я ещё буду её цитировать, описал народник Авксентьев. Но отнють не забавно, что погоня за нацией и нациестроительством застилает националистам реально существующий русский народ.
Националисты могут, например, аргументированно объяснить, что русские не знают что они русские. Или не знали до восемнадцатого века. Или они почти узнали в царское время, но потом большевики нацию украли.
Конечно, русским нужно государство, где они будут в центре, но не на периферии. Однако, фраза "русским нужно узнать, что они русские" ставит в ступор не только меня, но главное непогруженных в политику русских людей, которым орудие стройной идеологии сильно облегчило бы жизнь прямо сейчас.
Оказавшись перед нашим малороссом, интеллектуальный националист способен объяснить почему следует поддерживать Россию, но затем, перейдя на откровенность он же устремляется в русло объяснений кадавры политической нации, и здесь нужно его одернуть и вернуть разговор к тому что русские защищают друг друга. То есть, буквально к пониманию русскими здесь и сейчас, что они русские, и что у нас единая судьба.
А что находится у националистов за пределами построения нации? Есть ли программа? Есть? В итоге интеллектуальные поиски современного националиста возвращают его примерно к советскому русскому бумеру, который знает что он русский.
В этом я вижу грань четко отделяющую меня от национализма. Быть может удастся описать новое народничество куда конкретней.
Это странное сочетание творчества Погрома, западных исследований национализма, и книги "РФ - не Россия", в целом приводящее к формуле "русским нужна нация". Забавно, что эту формулу сто лет назад одной статьей, я ещё буду её цитировать, описал народник Авксентьев. Но отнють не забавно, что погоня за нацией и нациестроительством застилает националистам реально существующий русский народ.
Националисты могут, например, аргументированно объяснить, что русские не знают что они русские. Или не знали до восемнадцатого века. Или они почти узнали в царское время, но потом большевики нацию украли.
Конечно, русским нужно государство, где они будут в центре, но не на периферии. Однако, фраза "русским нужно узнать, что они русские" ставит в ступор не только меня, но главное непогруженных в политику русских людей, которым орудие стройной идеологии сильно облегчило бы жизнь прямо сейчас.
Оказавшись перед нашим малороссом, интеллектуальный националист способен объяснить почему следует поддерживать Россию, но затем, перейдя на откровенность он же устремляется в русло объяснений кадавры политической нации, и здесь нужно его одернуть и вернуть разговор к тому что русские защищают друг друга. То есть, буквально к пониманию русскими здесь и сейчас, что они русские, и что у нас единая судьба.
А что находится у националистов за пределами построения нации? Есть ли программа? Есть? В итоге интеллектуальные поиски современного националиста возвращают его примерно к советскому русскому бумеру, который знает что он русский.
В этом я вижу грань четко отделяющую меня от национализма. Быть может удастся описать новое народничество куда конкретней.
👍6🤯4👎3🔥2
В связи с последними событиями с Андреем Рудым, уместно ли на обращение "товарищ" отвечать "все товарищи в Париже"?
👍5👏3😢1
Противогерманский фронт народников III
Февральская революция внезапно предоставила эсерам возможность управлять страной. Но управлять в условиях тяжёлого кризиса, который, революционный курс на всеобщую демократизацию только подстёгивал.
Демократизация развивалась в том числе образованием бесконечных солдатских советов. Не секрет, что эти советы, особенно тыловые, занялись подчас прямо разрушительной деятельностью. Большевики в это время продолжали раскручивать тему "империалистической войны" - для них революция никак на суть дела не повлияла. Эти два течения - советы и большевизм - столкнулись напрямую и стали взращивать друг друга.
До первого прямого выступления против Временного правительства многие эсеры считали частью освободительного процесса, который нельзя ограничивать. Керенский потакал всякой демократизации особо. В итоге, радикальные социалисты наносили свои удары практически открыто, в то время как любое поползновение самых абстрактных "сторонников порядка" вызывало острую реакцию. Чисто математически большевизм получил перевес.
Здесь стоит остановиться, и отметить, что после революции война стала осознаваться народниками ещё и как революционная. Чернов ведь говорил, что революция может произойти в России и разойтись по другим странам, так почему бы теперь не ждать ее наступления в Германии. Но до тех пор кайзер является опаснейшим противником, желающим одновременно ущемить национальные интересы и демократические преобразования России.
Эта риторика имела практический смысл в качестве объяснения почему война продолжается, и, вопреки некоторым мифам, на момент Октября русская армия не разбежалась и не сдалась. И все же, ставка на самодисциплину без приказов и наказаний, попытки просто уговорить народ повоевать, взывая к разумности, страх перед монархическим и просто офицерством, все это вело к общей деградации военной машины.
Патриоты ждали от Керенского решительных мер по восстановлению порядка. Вместо этого им дали борьбу с реакцией. Логично, что на решающий бой с большевизмом под знамёна Керенского патриоты не пришли. Эсеры же вообще, делали ставку не на Временное правительство, а на Учредительное собрание, что стало прологом к последней попытке народников воевать с немцами.
Февральская революция внезапно предоставила эсерам возможность управлять страной. Но управлять в условиях тяжёлого кризиса, который, революционный курс на всеобщую демократизацию только подстёгивал.
Демократизация развивалась в том числе образованием бесконечных солдатских советов. Не секрет, что эти советы, особенно тыловые, занялись подчас прямо разрушительной деятельностью. Большевики в это время продолжали раскручивать тему "империалистической войны" - для них революция никак на суть дела не повлияла. Эти два течения - советы и большевизм - столкнулись напрямую и стали взращивать друг друга.
До первого прямого выступления против Временного правительства многие эсеры считали частью освободительного процесса, который нельзя ограничивать. Керенский потакал всякой демократизации особо. В итоге, радикальные социалисты наносили свои удары практически открыто, в то время как любое поползновение самых абстрактных "сторонников порядка" вызывало острую реакцию. Чисто математически большевизм получил перевес.
Здесь стоит остановиться, и отметить, что после революции война стала осознаваться народниками ещё и как революционная. Чернов ведь говорил, что революция может произойти в России и разойтись по другим странам, так почему бы теперь не ждать ее наступления в Германии. Но до тех пор кайзер является опаснейшим противником, желающим одновременно ущемить национальные интересы и демократические преобразования России.
Эта риторика имела практический смысл в качестве объяснения почему война продолжается, и, вопреки некоторым мифам, на момент Октября русская армия не разбежалась и не сдалась. И все же, ставка на самодисциплину без приказов и наказаний, попытки просто уговорить народ повоевать, взывая к разумности, страх перед монархическим и просто офицерством, все это вело к общей деградации военной машины.
Патриоты ждали от Керенского решительных мер по восстановлению порядка. Вместо этого им дали борьбу с реакцией. Логично, что на решающий бой с большевизмом под знамёна Керенского патриоты не пришли. Эсеры же вообще, делали ставку не на Временное правительство, а на Учредительное собрание, что стало прологом к последней попытке народников воевать с немцами.
🔥4😢1
"25 октября 1917 года рано утром меня разбудил сильный звонок. Мой друг, юнкер Павловского училища, Флегонт Клепиков, открыл дверь и впустил незнакомого мне офицера. Офицер был сильно взволнован.
— В городе восстание. Большевики выступили. Я пришел к Вам от имени офицеров Штаба округа за советом.
— Чем могу служить?
— Мы решили не защищать Временного правительства.
— Почему?
— Потому, что мы не желаем защищать Керенского.
Я не успел ответить ему, как опять раздался звонок и в комнату вошел знакомый мне полковник Н.
— Я пришел к Вам от имени многих офицеров Петроградского гарнизона.
— В чём дело?
— Большевики выступили, но мы, офицеры, сражаться против большевиков не будем.
—Почему?
—Потому что мы не желаем защищать Керенского.
Я посмотрел сначала на одного офицера, потом на другого. Не шутят ли они? Понимают ли, что говорят? Но я вспомнил, что произошло накануне Ночью в Совете казачьих войск, членом которого я состоял. Представители всех трех казачьих полков, стоявших в Петрограде (1, 4 и 14), заявили, что они не будут сражаться против большевиков. Свой отказ они объяснили тем, что уже однажды, в июле, подавили большевистское восстание, но что министр-председатель и верховный главнокомандующий Керенский "умеет только проливать казачью кровь, а бороться с большевиками не умеет" и что поэтому они Керенского защищать не желают."
Б.В.Савинков "Борьба с большевиками"
— В городе восстание. Большевики выступили. Я пришел к Вам от имени офицеров Штаба округа за советом.
— Чем могу служить?
— Мы решили не защищать Временного правительства.
— Почему?
— Потому, что мы не желаем защищать Керенского.
Я не успел ответить ему, как опять раздался звонок и в комнату вошел знакомый мне полковник Н.
— Я пришел к Вам от имени многих офицеров Петроградского гарнизона.
— В чём дело?
— Большевики выступили, но мы, офицеры, сражаться против большевиков не будем.
—Почему?
—Потому что мы не желаем защищать Керенского.
Я посмотрел сначала на одного офицера, потом на другого. Не шутят ли они? Понимают ли, что говорят? Но я вспомнил, что произошло накануне Ночью в Совете казачьих войск, членом которого я состоял. Представители всех трех казачьих полков, стоявших в Петрограде (1, 4 и 14), заявили, что они не будут сражаться против большевиков. Свой отказ они объяснили тем, что уже однажды, в июле, подавили большевистское восстание, но что министр-председатель и верховный главнокомандующий Керенский "умеет только проливать казачью кровь, а бороться с большевиками не умеет" и что поэтому они Керенского защищать не желают."
Б.В.Савинков "Борьба с большевиками"
😢4👏2🔥1
Хорошие люди должны править. Это благо.
Банальность, но сколько раз приходилось слышать и видеть, как одни отказывались от любой власти, а иные и вовсе к ней не стремились. Мне задавали вопрос, вопрос являющийся отговоркой: нужно ли идти во власть если и режим не тот и народ де верные идеи не воспринял? Вот истинно дурное народничество. Как народ иначе чем через избранных людей проявит свою волю? Даже либеральная демократия не предполагает ничего иного. Но если вам угодно можно и в аристократы записаться, тоже люди избранные.
Сейчас же ярко отмечены представители другого сорта, желающие занять уступленные патриотами ступени. Берлинская стипендиатка Шульман, парижский эмигрант Рудой, иерусалимский урбанист Кац - это лишь самые видные фигуры ни на секунду не сомневающиеся что власть должна принадлежать им. Что Россия должна проиграть со всеми положенными жертвами. Эти люди прыгнут в любое предложенное кресло.
Мне горько, что в прошлом я и мои товарищи потратили много времени на обсуждение идей и мало на получение публичного веса, ещё меньше на приобретение официального статуса. Некоторые только приблизившись к власти сказали, что это "не их дело". Нет, берите любую власть и любой больший доход, если только вы являетесь патриотом. Стремитесь наверх, будьте громкими. Теперь общерусское дело находится под действительной угрозой, и остаётся лишь надеется на солдат и офицеров на фронте обретающих глубокое милосердие к своему народу, понимание что для его блага хорошие люди должны править.
Поэтому повторю вновь. Боже, храни русскую пехоту. И благослови русские танки.
Банальность, но сколько раз приходилось слышать и видеть, как одни отказывались от любой власти, а иные и вовсе к ней не стремились. Мне задавали вопрос, вопрос являющийся отговоркой: нужно ли идти во власть если и режим не тот и народ де верные идеи не воспринял? Вот истинно дурное народничество. Как народ иначе чем через избранных людей проявит свою волю? Даже либеральная демократия не предполагает ничего иного. Но если вам угодно можно и в аристократы записаться, тоже люди избранные.
Сейчас же ярко отмечены представители другого сорта, желающие занять уступленные патриотами ступени. Берлинская стипендиатка Шульман, парижский эмигрант Рудой, иерусалимский урбанист Кац - это лишь самые видные фигуры ни на секунду не сомневающиеся что власть должна принадлежать им. Что Россия должна проиграть со всеми положенными жертвами. Эти люди прыгнут в любое предложенное кресло.
Мне горько, что в прошлом я и мои товарищи потратили много времени на обсуждение идей и мало на получение публичного веса, ещё меньше на приобретение официального статуса. Некоторые только приблизившись к власти сказали, что это "не их дело". Нет, берите любую власть и любой больший доход, если только вы являетесь патриотом. Стремитесь наверх, будьте громкими. Теперь общерусское дело находится под действительной угрозой, и остаётся лишь надеется на солдат и офицеров на фронте обретающих глубокое милосердие к своему народу, понимание что для его блага хорошие люди должны править.
Поэтому повторю вновь. Боже, храни русскую пехоту. И благослови русские танки.
🔥10👎3👍2
Противогерманский фронт народников IV
Октябрьский переворот стал точкой начала гражданской войны. Наиболее решительные противники революции и капитуляции выступили тут же. И в большей части это были именно вторые, то есть "оборонцы", сторонники войны до победы.
Дело в том, что большевики за время своей агитации в армии сумели убедить значительное число людей в предательской сущности своей политики. Не важно была ли она таковой намеренно, но первые же действия большевиков лишь подтвердили данное мнение. Ленин приказал полкам на своих участках избирать представителей для заключения локальных перемирий. Офицеры препятствовавшие этому объявлялись контрреволюционерами. Так была спровоцирована ещё одна волна выборов и ещё одна волна расправ. Акт не примирения с внешним врагом сами большевики сделали актом гражданского сопротивления.
Но эсеры не проявили в этот момент радикализма. Они воспринимали временным любое правительство до созыва Учредительного собрания. Собрание же, настав в январе 1918 года, сопровождалось расстрелом демонстраций в его поддержку, клацаньем затворов в зале заседания, а завершилось и вовсе разгоном. Эсерам и членам собрания предлагали тогда начать восстание в столице, но, видимо, жив ещё был образ подавленного московского выступления.
Начались поиски нового места для размещения Собрания. Последовательно отпали Дон и Киев. Сама идея казалось бы начала отмирать в атмосфере уныния. Но большевики вновь нашли способ превратить уныние в крайнее озлобление. Вследствие провальной инициативы мирных переговоров, идиотского их ведения, не способности хоть как-то надежно заслонить от немцев Петроград большевики подписали Брестский мир. Ленин мог сколько угодно ругать мир "похабным", его противники предрекавшие именно такой исход ещё в 1917 году просто не могли понять чего иного он ожидал. Клеймо предательства вторично отпечаталось на большевизме.
Народники восприняли произошедшее особенно остро. Левые эсеры не хотели разделить с товарищами по правительству нового позора, но в общем то сами погубили себя. В тоже время «правые» т.е. эсеры, которых можно на тот момент назвать партией Учредительного собрания, подняли на щит идею национально-освободительной войны. Россия не просто проиграла, она стала сателлитом, управлялась из-за рубежа кликой агентов, а значит сопротивление большевизму есть сопротивление Германии.
В конце мая загремел чехословацкий мятеж. В начале июня Комитет членов учредительного собрания возник в Самаре. Его фронт был объявлен возрожденным противогерманским восточным фронтом. Так началась война под лозунгом продолжения войны.
Октябрьский переворот стал точкой начала гражданской войны. Наиболее решительные противники революции и капитуляции выступили тут же. И в большей части это были именно вторые, то есть "оборонцы", сторонники войны до победы.
Дело в том, что большевики за время своей агитации в армии сумели убедить значительное число людей в предательской сущности своей политики. Не важно была ли она таковой намеренно, но первые же действия большевиков лишь подтвердили данное мнение. Ленин приказал полкам на своих участках избирать представителей для заключения локальных перемирий. Офицеры препятствовавшие этому объявлялись контрреволюционерами. Так была спровоцирована ещё одна волна выборов и ещё одна волна расправ. Акт не примирения с внешним врагом сами большевики сделали актом гражданского сопротивления.
Но эсеры не проявили в этот момент радикализма. Они воспринимали временным любое правительство до созыва Учредительного собрания. Собрание же, настав в январе 1918 года, сопровождалось расстрелом демонстраций в его поддержку, клацаньем затворов в зале заседания, а завершилось и вовсе разгоном. Эсерам и членам собрания предлагали тогда начать восстание в столице, но, видимо, жив ещё был образ подавленного московского выступления.
Начались поиски нового места для размещения Собрания. Последовательно отпали Дон и Киев. Сама идея казалось бы начала отмирать в атмосфере уныния. Но большевики вновь нашли способ превратить уныние в крайнее озлобление. Вследствие провальной инициативы мирных переговоров, идиотского их ведения, не способности хоть как-то надежно заслонить от немцев Петроград большевики подписали Брестский мир. Ленин мог сколько угодно ругать мир "похабным", его противники предрекавшие именно такой исход ещё в 1917 году просто не могли понять чего иного он ожидал. Клеймо предательства вторично отпечаталось на большевизме.
Народники восприняли произошедшее особенно остро. Левые эсеры не хотели разделить с товарищами по правительству нового позора, но в общем то сами погубили себя. В тоже время «правые» т.е. эсеры, которых можно на тот момент назвать партией Учредительного собрания, подняли на щит идею национально-освободительной войны. Россия не просто проиграла, она стала сателлитом, управлялась из-за рубежа кликой агентов, а значит сопротивление большевизму есть сопротивление Германии.
В конце мая загремел чехословацкий мятеж. В начале июня Комитет членов учредительного собрания возник в Самаре. Его фронт был объявлен возрожденным противогерманским восточным фронтом. Так началась война под лозунгом продолжения войны.
🔥3
Некоторые цитаты в дополнение:
1. Приказ №2 Комуча об организации Народной армии.
"Взяв на себя защиту поруганных прав народа и защиту Учредительного собрания, Комитет, в полном сознании огромной перед народом ответственности, для защиты восстановленных органов истинного народоправства от посягательств большевистских и немецких банд, для защиты города и губернии признал нужным призвать все силы к исполнению своего долга..."
8 июня 1918 г.
2. Из речи члена Комуч Прокопия Климушкина.
"...Вторая задача - в ближайшем будущем возродить Россию, единую великую Россию, каковой она была до войны: с Польшей, Финляндией и мелкими частями окраин. Все это должно быть снова воссоздано. Германия знает, что чем больше она нас разъединит и расколет на части, чем большую вражду посеет между центром и окраинными странами, тем она сделает нас слабее, тем поработить своему влиянию легче. Уже Финляндия объявила себя на положении войны с Россией. Задача Германии состоит в том, чтобы окружить нас такими враждебными нам ячейками монархического направления. Эти ячейки будут терзать тело России и отрывать от него куски. А когда от России останутся обессиленные раздорами группы, тогда в ней будет хозяйничать всякий, кто захочет. Поэтому перед нами стоит ближайшая задача - воссоздать единую Россию. Перед этой задачей должны сплотиться все: партии, классы, интеллигенция, пролетариат, иначе мы погибнем. Только тогда, когда будет единая Россия, наши интересы будут сохранены. Уже Мирбах в Москве заключил с монархическими группами союз: немцы дают силу на занятие отдельных мест и хотят ввести в них монархию, как сделали это на Украине..."
19 июня 1918 г.
3. Резолюция общего собрания георгиевских кавалеров об участии в создании НА
"...Собрание постановило: 1) Вступить в ряды добровольческой Народной армии, и своими познаниями военного дела, широкой боевой практикой ускорить подготовку войск, внести в молодую Народную армию необходимую разумную дисциплину, без которой ни одна войсковая часть не может быть крепкой и надежной, и своим личным примером гражданской исполнительности, вежливости, выдержанности и мужества воспитать новые части. 2) Вопли из деревень, молящих обленить их положение от большевистских банд, постепенное продвижение немцев в пределы родной земли и разорение ее ими, в силу этого необходимо немедленное вступление возможно большего числа георгиевских кавалеров в Народную армию для ускорения формирования и подготовки частей. 3) Вступлением в ряды Народной армии мы не дадим погибнуть родной земле, облегчим положение союзников, а они, в свою очередь, помогут нам спасти Родину от экономической разрухи..."
20 июня 1918 г.
1. Приказ №2 Комуча об организации Народной армии.
"Взяв на себя защиту поруганных прав народа и защиту Учредительного собрания, Комитет, в полном сознании огромной перед народом ответственности, для защиты восстановленных органов истинного народоправства от посягательств большевистских и немецких банд, для защиты города и губернии признал нужным призвать все силы к исполнению своего долга..."
8 июня 1918 г.
2. Из речи члена Комуч Прокопия Климушкина.
"...Вторая задача - в ближайшем будущем возродить Россию, единую великую Россию, каковой она была до войны: с Польшей, Финляндией и мелкими частями окраин. Все это должно быть снова воссоздано. Германия знает, что чем больше она нас разъединит и расколет на части, чем большую вражду посеет между центром и окраинными странами, тем она сделает нас слабее, тем поработить своему влиянию легче. Уже Финляндия объявила себя на положении войны с Россией. Задача Германии состоит в том, чтобы окружить нас такими враждебными нам ячейками монархического направления. Эти ячейки будут терзать тело России и отрывать от него куски. А когда от России останутся обессиленные раздорами группы, тогда в ней будет хозяйничать всякий, кто захочет. Поэтому перед нами стоит ближайшая задача - воссоздать единую Россию. Перед этой задачей должны сплотиться все: партии, классы, интеллигенция, пролетариат, иначе мы погибнем. Только тогда, когда будет единая Россия, наши интересы будут сохранены. Уже Мирбах в Москве заключил с монархическими группами союз: немцы дают силу на занятие отдельных мест и хотят ввести в них монархию, как сделали это на Украине..."
19 июня 1918 г.
3. Резолюция общего собрания георгиевских кавалеров об участии в создании НА
"...Собрание постановило: 1) Вступить в ряды добровольческой Народной армии, и своими познаниями военного дела, широкой боевой практикой ускорить подготовку войск, внести в молодую Народную армию необходимую разумную дисциплину, без которой ни одна войсковая часть не может быть крепкой и надежной, и своим личным примером гражданской исполнительности, вежливости, выдержанности и мужества воспитать новые части. 2) Вопли из деревень, молящих обленить их положение от большевистских банд, постепенное продвижение немцев в пределы родной земли и разорение ее ими, в силу этого необходимо немедленное вступление возможно большего числа георгиевских кавалеров в Народную армию для ускорения формирования и подготовки частей. 3) Вступлением в ряды Народной армии мы не дадим погибнуть родной земле, облегчим положение союзников, а они, в свою очередь, помогут нам спасти Родину от экономической разрухи..."
20 июня 1918 г.
🔥3
В день иконы Казанской Божьей Матери мы празднуем как бы избавление России от Смуты.
По этому поводу уместно вспомнить эпическое творение Александра Пушкина, его "Бориса Годунова" повествующего о трагическом начале междоусобицы. Знакомство с ним совершенно необходимо человеку русской культуры. Тем более, что в 1986 году Сергей Бондарчук потрудился над экранизацией трагедии, каковая экранизация также удалась на славу. Предлагаю читать или слушать на выбор.
По этому поводу уместно вспомнить эпическое творение Александра Пушкина, его "Бориса Годунова" повествующего о трагическом начале междоусобицы. Знакомство с ним совершенно необходимо человеку русской культуры. Тем более, что в 1986 году Сергей Бондарчук потрудился над экранизацией трагедии, каковая экранизация также удалась на славу. Предлагаю читать или слушать на выбор.
👍1👎1😢1
"В Баден-Бадене все, кого я встречал, — старые знакомые и новые, с которыми меня знакомили, люди самых различных сортов, положений, полов и возрастов, — неизменно говорили мне: «Ведь Вы, кажется, были в Берлине на евразийском съезде?». Вообще, там господствует убеждение, что евразийство есть какая-то, при том несомненно политическая, организация. О сущности евразийского мировоззрения при этом у всех не то что смутные представления, а просто никаких представлений. Мне кажется, что тут результат неправильной «тактики» (если можно так выразиться) Петра Семеновича. Лучше было бы просто проповедовать известные идеи, не говоря, что это называется евразийством, и только когда заинтересуются — давать читать сборники. А то получается нечто вроде тех фирм, имя которых (одно имя) можно прочесть на каждом столбе, а чем они торгуют - неизвестно. В рекламном деле этот прием часто практикуется, причем предполагается, что публика заинтересуется вопросом о том, чем-де эта фирма торгует, и когда узнает, купит товар, чтобы иметь возможность сказать «jetzt hab ich es endlich!». Не знаю как на других, но на меня этот прием никогда не действовал, и мне совершенно безразлично, чем торгуют намозолившие глаза фирмы. Думаю, что и с нами повторяется то же самое: знают, что такие есть, а кто они — не все ли равно!"
Одна из самых выразительных цитат о евразийстве. Внутри этого эмигрантского течения было достаточно оригинальных идей, однако, и оно раскололось и рухнуло прельстившись идеей национального духа большевизма. Тут была большая работа чекистов, некоторых евразийцев даже убедили в возможности создать свою организацию в России. Впрочем были и те кто на сотрудничество не пошел и остался верен принципу непримирения. Сам Трубецкой, отошедший от дел к моменту раскола, левый поворот части последователей осудил. Цитата выше, кстати, его.
Одна из самых выразительных цитат о евразийстве. Внутри этого эмигрантского течения было достаточно оригинальных идей, однако, и оно раскололось и рухнуло прельстившись идеей национального духа большевизма. Тут была большая работа чекистов, некоторых евразийцев даже убедили в возможности создать свою организацию в России. Впрочем были и те кто на сотрудничество не пошел и остался верен принципу непримирения. Сам Трубецкой, отошедший от дел к моменту раскола, левый поворот части последователей осудил. Цитата выше, кстати, его.
👍2
Евразийцы не единственные кто тогда попали в патриотическую ловушку. Она угрожала и угрожает самим патриотам. Суть её в том, что многие из нас никакой программы кроме блага Родины не имеют. Согласитесь, очень благородно. На деле же бывает так: любая власть на территории России, по факту своего существования, содержания армии и проявления в этой власти русского элемента становится приемлемой и желанной. Нежеланна антинациональная власть, но тут любой чиновник может сказать, что он русский, а там поди дознайся.
Глупо при этом отрицать, что те же большевики охраняли российскую государственность (в форме РСФСР), и многие их действия исходили из национального духа русских и русскими то и были сделаны (а как ещё, дело происходит в России!). Ещё хуже на этой почве тут же им подчиниться.
Никакой идол не может быть поставлен выше русского народа ему на благо. Правительство нужно судить по делам, каждому делу отдавая справедливость. И выход из цугцванга видится мне ровно один: содействовать властям там где они поддерживают русских не сливаясь с ними, бороться за собственную программу (список необходимых мероприятий, а не национальный дух) и установление своего режима. Иначе... присяга любому флагу только оттого что он над кремлем поднят.
Глупо при этом отрицать, что те же большевики охраняли российскую государственность (в форме РСФСР), и многие их действия исходили из национального духа русских и русскими то и были сделаны (а как ещё, дело происходит в России!). Ещё хуже на этой почве тут же им подчиниться.
Никакой идол не может быть поставлен выше русского народа ему на благо. Правительство нужно судить по делам, каждому делу отдавая справедливость. И выход из цугцванга видится мне ровно один: содействовать властям там где они поддерживают русских не сливаясь с ними, бороться за собственную программу (список необходимых мероприятий, а не национальный дух) и установление своего режима. Иначе... присяга любому флагу только оттого что он над кремлем поднят.
👍3👎3
Что получится если совместить патриотическую пропаганду, много денег и мутную личность?
Французский министр Луи Мальви считал, что все будет хорошо. Поэтому в разгар Первой мировой занялся спонсированием левого издания "Le Bonnet rouge".
Распределение бюджета всегда является интересной вещью, но ещё интересней когда распределяются секретные фонды МВД, отчет с которых получить сложно. При таких мероприятиях многие люди меняют взгляды и становятся искренними патриотами. Дело "Le Bonnet rouge", однако, было глубже простого распила.
Франция со времен Революции делилась надвое. Левая сторона всегда опасалась правой, а что может быть более правым, чем милитаризм, шовинизм и реваншизм? Спонсирование левой газеты было призвано привлечь больше левых к патриотизму и противодействовать возрастанию реакции.
Противодействие реакции было столь остро, что за несколько лет войны пути газеты и пути правительства разошлись. Газета, впрочем, не бедствовала, как и её редактор. В 1917 году на границе со Швейцарией был взят её казначей, он имел германский чек на крупную сумму.
Расследование привело к аресту редактора и казначея (первый повесился в камере, второй расстрелян), изгнанию министра внутренний дел Мальви - все обвинялись в измене. Такой сильный удар привел к падению кабинета.
Как ни странно, "Фригийский колпак", видимо, получал немецкие и французские деньги за одно и тоже. За здоровый патриотизм. Свет на это проливает работа контрразведчика Луи Маршана, на протяжении войны изучавшего германскую прессу. Маршан обнаружил координацию информационных кампаний на оккупированной территории в немецкой газете "Gazette des Ardennes" и в Париже, в уже известном нам "Le Bonnet rouge".
А теперь самое интересное, какие тезисы под патриотическим соусом двигали немцы?
- К противнику нужно относиться по рыцарски, без ненависти
- Французская пресса и правительство дают неверную информацию
- Блокада Германии недопустима, это негуманно и неэффективно, в будущем повредит французской торговле
- Конфискация германского имущества недопустима, противоречит международному праву
- За немедленный мир, только немедленный мир выгоден Франции
- Беженцы с оккупированных территорий преувеличивают опасности и разорения
- Радикальные патриоты раскалывают общество и служат врагу
Почему то тезисы эти кажутся до боли знакомыми.
Французский министр Луи Мальви считал, что все будет хорошо. Поэтому в разгар Первой мировой занялся спонсированием левого издания "Le Bonnet rouge".
Распределение бюджета всегда является интересной вещью, но ещё интересней когда распределяются секретные фонды МВД, отчет с которых получить сложно. При таких мероприятиях многие люди меняют взгляды и становятся искренними патриотами. Дело "Le Bonnet rouge", однако, было глубже простого распила.
Франция со времен Революции делилась надвое. Левая сторона всегда опасалась правой, а что может быть более правым, чем милитаризм, шовинизм и реваншизм? Спонсирование левой газеты было призвано привлечь больше левых к патриотизму и противодействовать возрастанию реакции.
Противодействие реакции было столь остро, что за несколько лет войны пути газеты и пути правительства разошлись. Газета, впрочем, не бедствовала, как и её редактор. В 1917 году на границе со Швейцарией был взят её казначей, он имел германский чек на крупную сумму.
Расследование привело к аресту редактора и казначея (первый повесился в камере, второй расстрелян), изгнанию министра внутренний дел Мальви - все обвинялись в измене. Такой сильный удар привел к падению кабинета.
Как ни странно, "Фригийский колпак", видимо, получал немецкие и французские деньги за одно и тоже. За здоровый патриотизм. Свет на это проливает работа контрразведчика Луи Маршана, на протяжении войны изучавшего германскую прессу. Маршан обнаружил координацию информационных кампаний на оккупированной территории в немецкой газете "Gazette des Ardennes" и в Париже, в уже известном нам "Le Bonnet rouge".
А теперь самое интересное, какие тезисы под патриотическим соусом двигали немцы?
- К противнику нужно относиться по рыцарски, без ненависти
- Французская пресса и правительство дают неверную информацию
- Блокада Германии недопустима, это негуманно и неэффективно, в будущем повредит французской торговле
- Конфискация германского имущества недопустима, противоречит международному праву
- За немедленный мир, только немедленный мир выгоден Франции
- Беженцы с оккупированных территорий преувеличивают опасности и разорения
- Радикальные патриоты раскалывают общество и служат врагу
Почему то тезисы эти кажутся до боли знакомыми.
🔥3👍2
Думаю из записок выше уже ясно, что народники даже в самом широком и социалистическом своем объединении - в партии эсеров - не были чужды пониманию национальных принципов. А были ещё народники либерального толка - некоторые кадеты, и вовсе противоположные революции личности вышедшие из народничества, как например, Тихомиров.
Сегодня хочу обширно процитировать позднюю работу Николая Авксентьева со звучным названием "Patriotica". Конечно, она является отпечатком мировоззрения автора, а не однозначным указанием как всё было.
Сегодня хочу обширно процитировать позднюю работу Николая Авксентьева со звучным названием "Patriotica". Конечно, она является отпечатком мировоззрения автора, а не однозначным указанием как всё было.
Patriotica I
1920 г.
>"Родина, как здоровье: их начинаешь действительно ценить только, когда потеряешь". Больше потерять родину, чем мы, русские люди, трудно. Мы не только потеряли ее как изгои. Сама родина разрушается, медленно умирает, становится легкой добычей.
>Принцип есть то, что временному и преходящему сообщает характер вечного, что дает переживание вечного, "Божественного", во временном и "человеческом". И одним из таких принципов — особенно теперь — должно стать для нас требование, сознание необходимости национального самоутверждения, национального самосохранения.
>Русский народ шел отстаивать родину, сражался, умирал, побеждал - по велению свыше. Порою он загорался, может быть, массовым чувством, но он не был проникнут, пропитан сознанием отечества. Мы были чаще — "вятские", "пензенские". Но мы очень редко бывали — гражданами России.
>И не вина это и не особое свойство нашего народа. Национальное самосознание есть дар свободы. Триста лет проклятого рабства, подъяремного безгражданственного подданничества превратили в человеческую пыль то, что должно было быть нацией.
>И именно здесь великое, неоправдываемое преступление большевизма. Он довел этот апатриотизм до апогея. Он оправдал; он разрешил его. Он толкнул народ к тому, чтобы вслух, прямо, без обиняков говорить то, одна мысль о чем — затаенная, невольная, подло стучащаяся в душу — должна была бы залить лицо краской стыда. Он облек слабость и бессознательность в ризы широковещательной и ложной идеологии. Вместо того чтобы свободу, добытую наконец народом, сочетать с одним — и необходимейшим — из достижений ее — национальным самосознанием, правом свободного национального творчества, он извратил ее до степени эгоистического шкурничества.
>Только забывчивостью людей, только желанием, утопая, схватиться хоть за соломинку можно поэтому объяснить иллюзии некоторых, будто теперь большевики могут бороться за национальную целостность России. Будто их борьба может приобрести такой характер. Нельзя, унизив, растоптав душу, сделаться идеологом этой души. Разве растлитель, на этом растлении построивший свою систему, может стать стражем целомудрия своих жертв?
>Протест против отказа от самозащиты, удар по национальному достоинству, разрушение понятия родины — вот что стояло в центре, заставляло и тогда и позже мечтать о восстановлении фронта, о борьбе с узурпаторами ради отпора внешнему врагу.
Общественный инстинкт правильно нащупал эту точку - самую больную - и понял, что именно отсюда должно пойти оздоровление страны, если оно возможно, что спасение в воспитании народа до нации, в осознании им себя нацией в процессе борьбы с разложившей нацию силой.
>Так началась и шла борьба [с большевиками]. И так — и только так — она должна была идти, чтобы не утерять не только своего практического, но — что важнее — своего идейного, воспитательного — метафизического и религиозного, сказал бы я,— смысла.
>Пора вспомнить традиции Великой французской революции. Тогда революционер назывался патриот.
1920 г.
>"Родина, как здоровье: их начинаешь действительно ценить только, когда потеряешь". Больше потерять родину, чем мы, русские люди, трудно. Мы не только потеряли ее как изгои. Сама родина разрушается, медленно умирает, становится легкой добычей.
>Принцип есть то, что временному и преходящему сообщает характер вечного, что дает переживание вечного, "Божественного", во временном и "человеческом". И одним из таких принципов — особенно теперь — должно стать для нас требование, сознание необходимости национального самоутверждения, национального самосохранения.
>Русский народ шел отстаивать родину, сражался, умирал, побеждал - по велению свыше. Порою он загорался, может быть, массовым чувством, но он не был проникнут, пропитан сознанием отечества. Мы были чаще — "вятские", "пензенские". Но мы очень редко бывали — гражданами России.
>И не вина это и не особое свойство нашего народа. Национальное самосознание есть дар свободы. Триста лет проклятого рабства, подъяремного безгражданственного подданничества превратили в человеческую пыль то, что должно было быть нацией.
>И именно здесь великое, неоправдываемое преступление большевизма. Он довел этот апатриотизм до апогея. Он оправдал; он разрешил его. Он толкнул народ к тому, чтобы вслух, прямо, без обиняков говорить то, одна мысль о чем — затаенная, невольная, подло стучащаяся в душу — должна была бы залить лицо краской стыда. Он облек слабость и бессознательность в ризы широковещательной и ложной идеологии. Вместо того чтобы свободу, добытую наконец народом, сочетать с одним — и необходимейшим — из достижений ее — национальным самосознанием, правом свободного национального творчества, он извратил ее до степени эгоистического шкурничества.
>Только забывчивостью людей, только желанием, утопая, схватиться хоть за соломинку можно поэтому объяснить иллюзии некоторых, будто теперь большевики могут бороться за национальную целостность России. Будто их борьба может приобрести такой характер. Нельзя, унизив, растоптав душу, сделаться идеологом этой души. Разве растлитель, на этом растлении построивший свою систему, может стать стражем целомудрия своих жертв?
>Протест против отказа от самозащиты, удар по национальному достоинству, разрушение понятия родины — вот что стояло в центре, заставляло и тогда и позже мечтать о восстановлении фронта, о борьбе с узурпаторами ради отпора внешнему врагу.
Общественный инстинкт правильно нащупал эту точку - самую больную - и понял, что именно отсюда должно пойти оздоровление страны, если оно возможно, что спасение в воспитании народа до нации, в осознании им себя нацией в процессе борьбы с разложившей нацию силой.
>Так началась и шла борьба [с большевиками]. И так — и только так — она должна была идти, чтобы не утерять не только своего практического, но — что важнее — своего идейного, воспитательного — метафизического и религиозного, сказал бы я,— смысла.
>Пора вспомнить традиции Великой французской революции. Тогда революционер назывался патриот.
👍2