Если решишь остаться, я буду счастлив, а если решишь уйти, не рассчитывай, я спрятал ключи.
Когда она, обессиленная, засыпала на моем плече, я жадно разглядывал каждый её миллиметр и не мог насытиться. гладил её каштановые волосы, целовал ключицы, проводил пальцами по шраму, который она получила в детстве благодаря своей неусидчивости, и вдыхал восточный аромат её тела. я хотел запомнить, запечатлеть в своей памяти это приторное на вкус мгновение. откровенно говоря, мне было чертовски страшно потерять её, лишиться её игривого смеха, нежности и дикой чувственности. я не хотел упускать ни минуты, проведённой без неё; стал зависим, будто от опиума, голодал и дышал только ею, как чертов безумец. всё размышлял над её любовью: эта любовь была редкостной, заморской, нездешней. моя девочка, отдавала всю себя, забирая взамен моё паршивое сердце.
Это были необъяснимые отношения. я то душил её и разбивал ей сердце, то крепко обнимал и лежал у неё на коленях. она кричала, обвиняла меня в изменах, а потом, заплакав, прижималась ко мне и засыпала на моём плече. мы чертовски не подходили друг другу, но не менее безумно любили.
Я разбивал об бетон лица каждого её ухажера, а она стояла и спрашивала красиво ли подкрасила губы.
я не герой, сошедший с твоих любимых книг.
я - злодей, пытающийся отыметь твою душу, играя эмоциональными струнами на гитаре твоей влюбленности.
я - злодей, пытающийся отыметь твою душу, играя эмоциональными струнами на гитаре твоей влюбленности.
Ты была не из тех, чьё имя выбивают себе на тату. потому что твоё имя прожгло мне нутро и легло на сердце проклятым клеймом. О таких, как ты, не треплются с друзьями в барах, пропуская очередную порцию элитного виски. О таких, как ты, молчат на людях, а потом разбивают в одиночестве кулаки о стену в кровь от бессилия и тоски. О таких, как ты, не скучают. Таких держат по карманам и шрамам. Таких, как ты, не любят. По таким, как ты, подыхают и воют, словно дикие звери в западне.
– Она решила, что я ни перед кем не преклоню головы даже под дулом пистолета. Оказалось, существует кое-что пострашнее.
– Что?
– Ты.
– Что?
– Ты.
Я направлю дуло пистолета на любого, на кого ты укажешь пальцем, и если мне самому нужно будет оказаться под прицелом — я спущу этот блядский курок.