Я хочу её. хочу делать с ней то, чего ещё никто не делал. хочу, чтобы утром она краснела только об одном воспоминании о том, что было ночью.
но её тело - это не первый пункт в списке того, чем я хочу обладать. я хочу её душу, её сердце, её мысли, всю её без остатка, включая её проблемы и фобии, болезни и странности. хочу быть центром её вселенной. знать каждую секунду, что она думает обо мне, нуждается во мне, как в кислороде.
быть для неё наркотиком, без которого она не сможет жить. чтобы нити, связывающие нас, завязались в такие узлы, что ни развязать, ни разрезать.

Апатия - состояние полного безразличия, равнодушия.

Если решишь остаться, я буду счастлив, а если решишь уйти, не рассчитывай, я спрятал ключи.

Я вырубаю свет, чтобы тебя раздеть.

Когда она, обессиленная, засыпала на моем плече, я жадно разглядывал каждый её миллиметр и не мог насытиться. гладил её каштановые волосы, целовал ключицы, проводил пальцами по шраму, который она получила в детстве благодаря своей неусидчивости, и вдыхал восточный аромат её тела. я хотел запомнить, запечатлеть в своей памяти это приторное на вкус мгновение. откровенно говоря, мне было чертовски страшно потерять её, лишиться её игривого смеха, нежности и дикой чувственности. я не хотел упускать ни минуты, проведённой без неё; стал зависим, будто от опиума, голодал и дышал только ею, как чертов безумец. всё размышлял над её любовью: эта любовь была редкостной, заморской, нездешней. моя девочка, отдавала всю себя, забирая взамен моё паршивое сердце.

Это были необъяснимые отношения. я то душил её и разбивал ей сердце, то крепко обнимал и лежал у неё на коленях. она кричала, обвиняла меня в изменах, а потом, заплакав, прижималась ко мне и засыпала на моём плече. мы чертовски не подходили друг другу, но не менее безумно любили.

Я разбивал об бетон лица каждого её ухажера, а она стояла и спрашивала красиво ли подкрасила губы.

я не герой, сошедший с твоих любимых книг.
я - злодей, пытающийся отыметь твою душу, играя эмоциональными струнами на гитаре твоей влюбленности.

Просыпайся, моя юная девочка.
Тебе пора красить глазки, чтобы вызывать во мне ревность к каждому столбу.

Ты была не из тех, чьё имя выбивают себе на тату. потому что твоё имя прожгло мне нутро и легло на сердце проклятым клеймом. О таких, как ты, не треплются с друзьями в барах, пропуская очередную порцию элитного виски. О таких, как ты, молчат на людях, а потом разбивают в одиночестве кулаки о стену в кровь от бессилия и тоски. О таких, как ты, не скучают. Таких держат по карманам и шрамам. Таких, как ты, не любят. По таким, как ты, подыхают и воют, словно дикие звери в западне.

Немного время дайте, братья

Все будет

– Она решила, что я ни перед кем не преклоню головы даже под дулом пистолета. Оказалось, существует кое-что пострашнее.
– Что?
– Ты.