Я до сих пор несчастен.

1859 год, 4 октября
37 лет

Я пишу для себя, а печатаю для денег.

1824 год, 8 марта
24 года

На душе мрачно.

1910 год, 7 октября
82 года

"Интересные вещи происходят за окном. Тучи сгущаются, но солнце продолжает светить"

Я что-то сегодня не очень здоров. Животик болит…

1833 год, 8 октября
34 года

Я написал небольшую повесть, довольно хорошо получившуюся, как мне кажется. Хотелось бы услышать в отзывах на Литресе или в личных сообщениях критику.

https://www.litres.ru/m-russo-32255513/solnce-prodolzhaet-svetit/?lfrom=616614645&ref_offer=1&ref_key=e854230ebca22ba661406c34ba3e1f3a72937de85a2473008b324cd71a7e5a3a

На вопрос одного царька: сколько и как прибавить войска, чтобы победить один южный не покорявшийся ему народец, – Конфуций отвечал: «уничтожь все твое войско, употреби то, что ты тратишь теперь на войско, на просвещение своего народа и на улучшение земледелия, и южный народец прогонит своего царька и без войны покорится твоей власти».

1896 год, 5 января
67 лет

Погода испортилась

Ахиллес

Рёк Агамемнону так Ахиллес несравненный,
Храбрейший из воинов-ахеян:
Я презираю тебя, царь дерзновенный,
За то, что своей лишь ты алчности верен,

За то, что народов властителем быть ты желаешь,
Но являешься только губителем, ворон ты чёрный,
Ради влияния воинов своих ты на смерть отправляешь
И не считаешься с жертвами, сидя на троне.

Я не пойду за тобой ни в далёкие земли,
И тем более ни на соседей.
Я с тобой говорю, ты мне внемли:
Я для врагов лишь затачивал копья из меди!

Да, я воин. Да, я рождён, чтоб на поле брани
Головы сечь, отправляя души в земли Аида,
Но я не пёс, я свободный воин-ахеец,
И вина моя в том лишь, что родился мужчиной.

Так говорил Ахиллес богоравный,
В боях закалённый, храбрейший из воинов.
Ему Агамемнон в лицо рассмеялся, злорадный,
Знак он подал своей страже украшенной златом рукою.

Поднял копьё Ахиллес и вонзил он его прямо в сердце
Дерзкому братоубийце, царю, бичевателю рода людского,
Царю, подчинившему греков, пугателю персов.
Гордо понявшись, стал Ахиллес молвить слово:

Я совершил преступленье, то знаю, и буду казнён,
Но я останусь вовеки веков на устах у поэтов.
Каждый ахеец, кто пал от меча Его, был отомщён,
Бейте же, псы, благороднейшего из человеков.

Острыми копьями был в ту минуту пронзён Ахиллес,
Пал он на спину, но не упал на колени.
Грянули молнии, так разъярён был Зевес.
Псов разорвали жестоко мужи из ахеян.

И пировали потом, в трауре, гордые греки,
И на двенадцатый день в погребенье отправили брата.
Не за царя, за Ахилла лились вина реки.
Не в Аид, на Олимп отправляли тогда - не царя, но солдата.

《Всем на мгновенье война им кровавая сладостней стала,

Чем на судах возвращенья в любезную землю родную》

Илиада, Песнь Вторая, 454 строка.

Воспевая героев и битвы, Гомер всё-таки называет вещи своими именами: войну - кровавой, нападение на город - нападением ради разграбления, воины у него боятся и хотят бежать, но подчиняются правителям и богам.
Интересно, как нынешние генералы и главнокомандующие читали бы Илиаду. Увидели бы они скорбь и уловили бы презрение Гомера к войне или от крови у них окончательно слиплись глаза?
Хотя вряд ли генералы станут читать Илиаду.

Хочу баловаться.

1900 год, 15 октября
72 года

В дополнение:
В Илиаде Зевс называет Ареса "ненавистнейший мне меж богов", потому что "только тебе и приятны вражда, да раздоры, да битвы"
Песнь пятая, 890 строка

Так что отношение Гомера к войне очевидно - тут мы с ним сходимся.

P.S.
Держите красивую попку Ареса

Знаете?

знаете чувство,
как будто оторвали кусок,
или шрапнелью в самое сердце?
я ржавенький гвоздь,
а судьба - молоток
указывает мне моё место.

знаете? не знаете.
какого это - когда в груди червь.
когда он тебя объемлет.
жрёт, падла, жуёт нерв,
а нажравшись - ползёт по стенам.

знаете, бывает, что тело
и всё, что связано с ним
вдруг становится липким и мерзким,
двусмысленно неоспоримым.

знаете, червь душит кадык,
ворует слова из глотки.
жаль. становятся короче строки.

знаете, я привык.
не чувственный больше, не кроткий.

знаете? не знаете.

Бедные люди, зарабатывающие средства жизни произведениями мысли. Право лучше чистить нужники, чище работа.

1909 год, 21 октября
81 год

Нью-Йорк, Нью-Йорк

реж. Чарли Кауфман

Это самое мощное, самое звучное стихотворение, которое я когда-либо читал. Его хочется петь, тянуть гласные, цедить сквозь зубы, бубнить, выговаривать каждое слово. Я надеюсь, что когда-нибудь смогу хоть на толику приблизиться к уровню мастера.

Пилигримы

Мимо ристалищ, капищ,
мимо храмов и баров,
мимо шикарных кладбищ,
мимо больших базаров,
мира и горя мимо,
мимо Мекки и Рима,
синим солнцем палимы,
идут по земле пилигримы.
Увечны они, горбаты,
голодны, полуодеты,
глаза их полны заката,
сердца их полны рассвета.
За ними поют пустыни,
вспыхивают зарницы,
звезды горят над ними,
и хрипло кричат им птицы:
что мир останется прежним,
да, останется прежним,
ослепительно снежным,
и сомнительно нежным,
мир останется лживым,
мир останется вечным,
может быть, постижимым,
но все-таки бесконечным.
И, значит, не будет толка
от веры в себя да в Бога.
…И, значит, остались только
иллюзия и дорога.
И быть над землей закатам,
и быть над землей рассветам.
Удобрить ее солдатам.
Одобрить ее поэтам.

Иосиф Бродский