Я долго сомневался, ехать ли на апель по Ростовскому делу. Мама Яна Сидорова меня усиленно звала, я всё уходил от ответа: дел невпроворот, вымотался жутко, надо срочно подаваться на визу (под угрозой классная поездка, которую я уже оплатил), да ещё как тяжело будет с этим столкнуться лицом к лицу.

Да и что изменит моё присутствие? Ничего, кроме одного: быть рядом с людьми в тот момент, когда, как метко написала Лиза Нестерова, в их жизни происходит страшное. В понедельник вечером мне становится невыносимо совестно от того, что парни отъезжают на 6,5 лет, мама Яна непонятно как будет с этим справляться, а я думаю о своей невыспанности, поездке и душевном комфорте.

Электричку, в которой я еду в аэропорт, трясёт. Нет, это не электричку трясёт, это меня трясёт. Как и каждый раз, когда я иду навстречу ужасу. А не идти нельзя, ведь если я верю, что есть те, кто быстрее пуль (а я верю), я и сам должен быть таким.

Все политические суды абсурдны, а этот абсурднее всех. Парням дали 6,5 лет за покушение на организацию массовых беспорядков. Массовые беспорядки характеризуются поджогами, погромами, уничтожением имущества, вооружённым сопротивлением властям.

Как доказали их вину? Очень просто. В чяте в телеграме один из парней написал, что если менты будут жестить, можно дать им сдачи армейским ремнем с пряжкой. Экспертиза показала, что это высказывание является организацией вооруженного сопротивления. И вот так все дело состряпано. Слушать это целый день невероятно тяжело. От абсурдности и оттого, что так можно посадить абсолютно любого. Меня. Вас. Вашу маму. Ваших детей. Любого.

В перерыве прокуроры обсуждают смерть Лужкова и то, как тяжело умирать богатому человеку. Вклиниваюсь и говорю, что любому тяжело, ведь оглядываешься на жизнь, а там столько всего, а у вас еще и Ян с Владом, про которых вы точно знаете, что они невиновны. Прокуроры смотрят в пол, но на заседании опять берутся за свое.

Ян и Влад держатся отлично. Надели худи «Московское дело должно быть прекращено». Им 6,5 лет дали, а они думают не о себе, понимаете? Когда подтверждают приговор, Ян говорит: «Не волнуйтесь, все хорошо. Мам, все хорошо». Я беру «мам», и мы идем бухать в какой-то подпольный бар без вывески. Кажется, всё, что осталось в этой ситуации — это надраться. По дороге в бар мы проходим универ, где учился Ян, и шаурмятню, в которой они собирались и обсуждали якобы организацию массовых беспорядков. Надя говорит: «Я знаю, что мне сын скажет на ближайшем свидании: «Мам, всего 4,5 года осталось».

Я дарю Наде футболку «Любовь сильнее всего», ту самую, в которой я пел «Нет ничего, кроме любви» на свадьбе Кости Котова и Ани Павликовой, прямо у входа в Матросскую тишину, и становится понятно, что надраться — это не всё, что остаётся. Это — напоминание о том, что пока жива любовь, даже в самых тёмных обстоятельствах, даже в долине смертной тени, не всё потеряно, что нужно держать удар и жить дальше. И помнить, во имя чего это всё.

Это пиздец как тяжело. Особенно в таких ситуациях. Не потерять веру. Не отчаяться. Не ожесточиться. В тот момент я максимально близок к отчаянию. Спасают друзья, те самые «несколько друзей из тех, что не спят», которые в 2 часа ночи делятся своей верой и любовью, когда их не хватает мне. Получается цикл любви: раздал, иссяк, приобщился. Можно жить дальше. Засыпать не на грани отчаяния, а в ладонях чужой любви. Очень важно засыпать в ладонях любви.

Мне несколько человек сказали «Лёша, не надо было писать, что тебе плохо, люди на тебя ориентируются». А мне кажется очень важно вам рассказать об этом. Я не пуленепробиваемый. Я живой человек, которому многое тяжело даётся. Которому иногда хочется всё бросить. Который иногда не может встать с кровати. И если у меня получается с этим справиться — и у вас получится. Преодолевать сомнения, побеждать ужас, делать верный выбор между простым и правильным, греть, светить и любить, и выкарабкиваться из чёрной пропасти.

У вас получится. У нас получится. Не всё. Но самое главное — точно. И если у вас не хватает веры в себя — вот вам немного веры от меня и моих любимых друзей. Передайте дальше.

Слово «голодовка» все чаще появляется в заголовках новостей о политических заключенных в России. Недавно о своей голодовке объявил арестант «дела 212» Сергей Суровцев; голодовки продолжают держать участницы движения «Матери против политических репрессий» Наталья Конон — мама бывшего арестанта «дела 212» Даниила Конона — и Юлия Павликова — мать фигурантки дела «Нового величия» Анны Павликовой и теща арестанта «дела 212» Константина Котова.

Мы решили обратиться к истории и рассказать, как и зачем политические заключенные в нашей стране объявляли голодовки, какие цели преследовали и каких добивались.

UPD: Закрыли сбор. Всем огромное спасибо, ждите отчёт!

Друзья, привет! 😊 Нужна помощь.

Девушка в жёлтом на фото — дочь политзека Эдуарда Малышевского, Катя.

Катя поступила в лицей в Москве. Но жить и учиться она там начнёт только с 18 января. Сейчас она в Москве, и мы, честно говоря, никакого смысла не видим ей возвращаться в Ижевск ко всем бедам, которые её там ждут (а они её там ждут).

Пожалуйста, помогите ей собрать на жильё в Москве до 18 января. Собираем 30 000 рублей, с небольшим запасом. Пока она в Москве — будет заниматься с репетиторами, которые помогут ей нагнать программу (спасибо ребятам из команды Гудкова, которые их нашли). Репетиторы работают бесплатно, а вот удобное бесплатное жильё найти пока не удалось.

Ну там рождественское чудо и вот это всё, позаботьтесь о подростке в трудной жизненной ситуации. Скиньтесь, пожалуйста, кто сколько может, и сделайте и сделайте репост.

P.S. Отчитаемся мегаподробно, как в прошлый раз: https://www.facebook.com/alexey.minyaylo/videos/3343543659021051/

Кстати, подписывайтесь на канал Софеева! Саша охрененский.

чему я всегда радуюсь, приходя на суды по московскому делу — так это встречам с ребятами, за которых мы боролись и уже освободили. а теперь они помогают вытащить остальных. поддерживайте политзаключенных. дело212 — наше общее дело!

Друзья 😊😊😊

Позавчера только в ленте мелькала Реальная любовь (наверное, лучший фильм про новогодние чудеса), а вчера вы собрали Кате Малышевской на жильё за 4 часа, аж 36 455!

Это офигенно и очень важно. Катя — интроверт, ей необходимо личное пространство. В Ижевске её ждал ад. На квартирах у волонтёров было бы лучше, но всё равное непросто, а она и так в травматичной ситуации.

Я думаю, никто из нас до конца не понимает, насколько ценно то, что вы сделали.

Спасибо вам огромное. От души.

Peter Polyak, Наталья Точильникова, Надежда Озерова, Александр Соловьев, Julia Nikolaeva, Елене Шестаковой, Оксана Биктимиркина, Юлии Сидоровой и всем, кто скинулся, но кого я не смог идентифицировать, и всем, кто сделал репост. А ещё через этот пост нашли отличных репетиторов для Кати, весь школьный курс закрыт (и вам спасибо, добрые люди).

И отдельное спасибо Маргарита Андресс, которая заведовала сбором. Деньги передали Рамиле Ибрагимовой, которая ищет жильё для Кати.

Детальный отчёт: http://tiny.cc/qt1shz

Мой Отец ждёт меня у ворот Рая,
А пока 212-я, 282-ая!

Вот вам смешная картиночка

Оля Мисик @HalfOfTheReporter вот такую удивительную вещь прислала. «Метро с народом».

Саша дело пишет

Кажется, из-за стрельбы на Лубянке все упустили один важный момент, который я бы назвал удачным завершением протестного года. Во время пресс-конференции президента стало известно, что спустя 190 дней СК всё-таки завел пять уголовных дел на полицейских, подкинувших наркотики Ивану Голунову. Почему это важно? Я хочу напомнить, что именно дело Голунова послужило триггером для целого ряда явлений. Пикетные очереди у главного управления МВД на Петровке, из которых в дальнейшем выросли ежедневные массовые пикеты у мэрии и администрации президента, и еженедельные у станций метро. Десятки и сотни людей у зданий суда, которые стали традиционным явлением на всех наиболее громких политических делах. И наконец, резонанс вокруг дела Голунова привел к первой масштабной несогласованной акции, породившей все дальнейшие московские летние протесты за честные выборы. Мы научились объединяться и спасать невиновных людей от тюрьмы (что невозможно было даже представить во время того же Болотного дела). Не научились только одному — привлекать к ответственности тех, кто превышает свои полномочия, фабрикует дела и выносит политически мотивированные приговоры. Поэтому можем считать это символической победой и своеобразным level up в борьбе за свои права. Удастся ли закрепить результат и превратить это в новую норму взаимоотношений с государством? Всё зависит только от нас.

Поездка — не повод не участвовать в метропикете.

А почитайте историю Айдара. И если еще не подписались на его канал — подпишитесь. Айдар классный.

Вторым арестантом в камере карантина был Валера. Когда я его только увидел, то подумал, что ему лет восемьдесят — настолько плохо он выглядел. У него не было одной руки (а в условиях СИЗО это осложняет жизнь в разы).

Выяснилось, что ему около пятидесяти лет. Родился и жил он в Украине, потом его бросила жена, забрав двух детей, и он в начале 90-х уехал в Россию. Чуть позже в его жизни появился алкоголь, который и стал причиной потери руки - там была какая-то непонятная история с плохой компанией, которая столкнула Валера под электричку.

Жил он то тут, то там — иногда находил работу в церквях, иногда какие-то добрые люди пускали его к себе.

В СИЗО он оказался тоже из-за алкоголя. Однажды утром он сидел на одном из московских вокзалов с жутким похмельем. Денег не было даже на проезд. Какой-то человек ему сказал, что у спящего на лавочке мужика в кармане есть телефон и что Валера может его выкрасть и принести ему, взамен получив какие-то деньги. Валера, недолго думая, решил это осуществить. После кражи его тут же задержала полиция.

Скорее всего, его сейчас уже осудили, но дали или штраф, или условный срок — судья при выборе меры пресечения вообще хотела дать ему подписку о невыезде, но у него не было никаких документов.

В общем, это ещё одна история о том, что алкоголь до добра не доводит.

Вчера был десятый по счёту Метропикет в поддержку политзаключенных. Стоял на родной Бауманской. Две девушки-полицейские, проходя мимо, взглянули на мой плакат и бросили вслед: «Да, дружок, мы тоже испытываем»... Пожилой мужчина, узнав о московском деле, попросил помочь ему сделать донат с пенсионной карты — сказал, что делает это впервые. На пикетах уютно, не смотря на холод и непогоду. Приходят друзья и прекрасные незнакомцы, приносят друг другу тёплые вещи и горячий чай. Если вы спросите меня, где встретить лучших людей столицы — они все здесь, рядом с десятками станций метро по пятницам с 17 до 20 часов. Присоединяйтесь, будем согревать друг друга пламенем наших сердец.

«У нас такой менталитет». Мне очень часто приходится это слышать, когда люди пытаются оправдать бездействие.

Так вот, вчера я посмотрел последнюю часть Звёздных Войн, и вот какая мысль там мне показалась особенной хорошей. Ничего нового в ней нет, но это то, что нужно повторять и повторять.

*SPOILER ALERT*

— В тебе живёт тысяча поколений джедаев, — говорит Лея главной героине в самом начале.

А потом — в решающем противостоянии — героиня слышит: «В тебе живёт тысяча поколений ситхов».

И то, и другое — правда. Про каждого из нас. И ответ, который даёт фильм: мы сами выбираем, за какими поколениями следовать.

Про менталитет это всё тоже в значительной степени верно. В нашем «менталитете» (что бы это ни значило) столько всего намешано, от выученной беспомощности до Марфы-посадницы, воевавшей против безнадёжно превосходящих сил Ивана III. И выбор, чему именно мы даём волю — за нами.

Друзья, завтра в 10:00 у Самара суд. Вероятнее всего, это будет единственное заседание. Приходите поддержать.

10:00, Мещанский суд (ул. Каланчёвская, 43а).

А пока почитайте рассказ про него, который я написал в ИВС.

Самар

В конвойной познакомился с ещё одним обвиняемым по нашему делу: Самаром. Самар из Таджикистана, в РФ приехал в 13 лет, а сейчас ему 21. У него строительный бизнес. Знакомство очень интересное, ведь это просто другой мир. Но я быстро понимаю, что вместе мы оказались не случайно.

— Как сидится? — заглядывает конвоир.
— Отлично! Свобода — здесь! — отвечает Самар и прикладывает руку к сердцу.

Самар влюбился, и в его летящих словах и движениях я легко узнаю себя 5-летней давности. Его возлюбленная живёт в Красноярске. Они переписываются, а лично виделись один раз на 4 дня.

Самар видит у меня икону «Ангел и мироносицы» Елены Черкасовой и спрашивает, мол, ты верующий? Я рассказываю, что долго был воинствующим атеистом, потом писал эссе на «Антихристианина» Ницше, а потом встретил Бога в полуразрушенном храме на окраине Новгорода.

— Как можно встретить Бога?
— Так же, как ты встретил любимую…

Пару дней спустя, на прогулке в ИВС, Самар зачитывает мне строчки своей новой песни, перекрикивая разделяющие нас 2 стены.
— А ну замолчали! Ща обратно по хатам разведём!
— Не разведёте! Я вас броском бутылки напугаю.

Мы смеёмся. Мы вообще много смеёмся. Нам легко. Свобода — здесь.

10:00, Мещанский суд

Бывший арестант «дела 212» Алексей Миняйло говорит Самариддину Раджабову, что Оксимирон приедет позже, но духовно со всеми собравшимися, однако сейчас сводит трек на рэп-баттл. Самариддин спрашивает участвует ли там один рэп-исполнитель. Алексей Миняйло отвечает, что знает только Оксимирона, рэпера Face и Самариддина Раджабова:
«Отгадай, кто мой любимый?»
«Этого достаточно», — отвечает Самариддин.