* * * * *
– Роберт, у нас ЧП, – растерянный голос Денисова в трубке. – Майя погибла.
– Что? Как?
– Сгорела. Пожар на даче.
Потом были похороны, закрытый гроб. Спасибо, Майка, что так, твоего воскового лица я бы не вынес. Вы замечали, что все покойники – абсолютные куклы? Они даже не похожи ни на себя при жизни, ни вообще на людей, какие-то поделки из пластилина, не слишком умелые. Может, и смерти нет? Людей куда-то переселяют, а нам выбрасывают этих манекенов: вот, мол, друг (подруга) ваш(а) любезный(ая), проводите, пожалуйста. Эх...
Люди вокруг. Майина мама, сын, бывший муж ещё этот. Дежурные соболезнования, слова. Меня ничто это не трогало, да и с чего бы? Это моя, только моя боль. У вас своя, так я к вам и не лезу. Я отстоял панихиду, вышел под дождь и уехал. На кладбище мне делать нечего. Где Майка и где кладбище, вы чего? Разные вселенные.
Никакого расследования не было, пожар и есть пожар, несчастный случай. Не знаю, почему я решил копать. Наверное, просто была возможность? У Майки секретов от меня не было, я знал пароли ко всему. В частности, к её системе видеонаблюдения – дала доступ как-то, чтобы настроил должным образом: правильно развернул камеры и сделал так, чтобы писала, только когда есть какие-то изменения и не забивала память статичными сценами.
Записи лежали в облаке, и я полез смотреть. Вот что там было за тот последний её день:
Заходит в дом. Проводит пару часов перед телевизором с выпивкой и готовой едой, которые принёсла с собой (выпивки много: бутылка вина и бутылка коньяка, вино выпивает всё, коньяк – на глаз, половину). Ставит телефон на зарядку, что-то в нём запускает (будильник?) и ложится спать – почему-то здесь же, в гостиной, на диване, прямо в одежде. Дальше камера не пишет – движения нет. По таймеру, проходит пара часов – Майя встаёт, подходит к телефону, опять что-то в нём делает, допивает коньяк и ложится снова. Ещё 2 часа пропущено, следующая сцена – вспышка в том месте, где лежит телефон, он как будто взорвался! Начинают гореть шторы, стены. Майя не просыпается, пожар усиливается, через 10 минут весь дом в огне, трансляция обрывается.
А я сижу перед монитором неподвижно, тихо похрюкивая – так слышится микс моих сдержанного плача и стонов.
Что ж, хрюкай, свинья.
Ведь это ты убил.
3/4
– Роберт, у нас ЧП, – растерянный голос Денисова в трубке. – Майя погибла.
– Что? Как?
– Сгорела. Пожар на даче.
Потом были похороны, закрытый гроб. Спасибо, Майка, что так, твоего воскового лица я бы не вынес. Вы замечали, что все покойники – абсолютные куклы? Они даже не похожи ни на себя при жизни, ни вообще на людей, какие-то поделки из пластилина, не слишком умелые. Может, и смерти нет? Людей куда-то переселяют, а нам выбрасывают этих манекенов: вот, мол, друг (подруга) ваш(а) любезный(ая), проводите, пожалуйста. Эх...
Люди вокруг. Майина мама, сын, бывший муж ещё этот. Дежурные соболезнования, слова. Меня ничто это не трогало, да и с чего бы? Это моя, только моя боль. У вас своя, так я к вам и не лезу. Я отстоял панихиду, вышел под дождь и уехал. На кладбище мне делать нечего. Где Майка и где кладбище, вы чего? Разные вселенные.
Никакого расследования не было, пожар и есть пожар, несчастный случай. Не знаю, почему я решил копать. Наверное, просто была возможность? У Майки секретов от меня не было, я знал пароли ко всему. В частности, к её системе видеонаблюдения – дала доступ как-то, чтобы настроил должным образом: правильно развернул камеры и сделал так, чтобы писала, только когда есть какие-то изменения и не забивала память статичными сценами.
Записи лежали в облаке, и я полез смотреть. Вот что там было за тот последний её день:
Заходит в дом. Проводит пару часов перед телевизором с выпивкой и готовой едой, которые принёсла с собой (выпивки много: бутылка вина и бутылка коньяка, вино выпивает всё, коньяк – на глаз, половину). Ставит телефон на зарядку, что-то в нём запускает (будильник?) и ложится спать – почему-то здесь же, в гостиной, на диване, прямо в одежде. Дальше камера не пишет – движения нет. По таймеру, проходит пара часов – Майя встаёт, подходит к телефону, опять что-то в нём делает, допивает коньяк и ложится снова. Ещё 2 часа пропущено, следующая сцена – вспышка в том месте, где лежит телефон, он как будто взорвался! Начинают гореть шторы, стены. Майя не просыпается, пожар усиливается, через 10 минут весь дом в огне, трансляция обрывается.
А я сижу перед монитором неподвижно, тихо похрюкивая – так слышится микс моих сдержанного плача и стонов.
Что ж, хрюкай, свинья.
Ведь это ты убил.
3/4
* * * * *
Это не морок, я знаю это вполне достоверно и могу доказать. Я прекрасно помню этот наш разговор в кафе напротив офиса OuterBrain, где мы часто обедали. Мы обсуждали, что современная цивилизация лишила нас всех возможных свобод, включая свободы уйти.
– Они даже марганоцовку запретили. Марганцовку, Карл! Газовых плит в домах не осталось. Формулы ядов вымарываются из сети, «Поваренную книгу анархиста» хрен скачаешь, таблетки только по рецепту, на передоз не хватит. Вот ты бы как уходил, если бы вдруг пришлось?
– Ну этой свободы никому не отнять, поверь. Как бы я? А я бы подстроил, как несчастый случай. Ещё бы и страховку получил.
– Тебе для чего страховка, на том-то свете?
– Я на том, ты на этом. Получила бы страховку, накрыла стол, поели бы салатиков, я бы кайфанул.
– Я-то как, мне нет места в твоём завещании.
– Брось, там есть место всем, кому я подберу.
– А реально-то как? Пустой трёп, если примеров не дашь.
– Ну, например... Вот телефон твой. Слышала про самовозгорание батареек? Легко сожгут и телефон, и тебя, и всё вокруг.
– Так это именно что случай. Как им управлять?
– Просто управляй батарейкой, и всё. Разгони программным способом – загрузи какой-то сверхинтесивной работой. Несложно написать такую программу, я могу.
– Не поверю, пока не напишешь.
– Спорим?
– Спорим! На что?
– С тобой? Брось! Пишу, покупаем телефон, запускаем, демонстрирую.
– ОК. Покупать не надо, у меня как раз без дела два старых смартфона валяются. Пиши код, испытаем!
Я даже писать ничего не стал – нашёл в сети, где-то на ГитХабе. Отправил Майе, и мы сожгли старый смартфон пару дней спустя на той же её даче, на улице.
А свой собственный, получается, она сожгла в тот свой последний день...
Так что это я убийца. Я не только дал ей мотив (наш разрыв; она видимо сразу всё решила – и вот почему тогда так спокойно ушла!). Я дал ей оружие, вручил собственноручно. Кстати, страховку она тоже оформила – и жилища (20 млн), и жизни (15 млн), надёжно обеспечила сына. Умница, Майя, как же внимательно ты меня слушала...
Отхрюкав своё, я взял телефон, зашёл в наш чат и нажал «Delete all», включив галочку «Also delete for Майя». Дорогая, по крайней мере, твоя страховка сработает. Прощай.
4/4
Это не морок, я знаю это вполне достоверно и могу доказать. Я прекрасно помню этот наш разговор в кафе напротив офиса OuterBrain, где мы часто обедали. Мы обсуждали, что современная цивилизация лишила нас всех возможных свобод, включая свободы уйти.
– Они даже марганоцовку запретили. Марганцовку, Карл! Газовых плит в домах не осталось. Формулы ядов вымарываются из сети, «Поваренную книгу анархиста» хрен скачаешь, таблетки только по рецепту, на передоз не хватит. Вот ты бы как уходил, если бы вдруг пришлось?
– Ну этой свободы никому не отнять, поверь. Как бы я? А я бы подстроил, как несчастый случай. Ещё бы и страховку получил.
– Тебе для чего страховка, на том-то свете?
– Я на том, ты на этом. Получила бы страховку, накрыла стол, поели бы салатиков, я бы кайфанул.
– Я-то как, мне нет места в твоём завещании.
– Брось, там есть место всем, кому я подберу.
– А реально-то как? Пустой трёп, если примеров не дашь.
– Ну, например... Вот телефон твой. Слышала про самовозгорание батареек? Легко сожгут и телефон, и тебя, и всё вокруг.
– Так это именно что случай. Как им управлять?
– Просто управляй батарейкой, и всё. Разгони программным способом – загрузи какой-то сверхинтесивной работой. Несложно написать такую программу, я могу.
– Не поверю, пока не напишешь.
– Спорим?
– Спорим! На что?
– С тобой? Брось! Пишу, покупаем телефон, запускаем, демонстрирую.
– ОК. Покупать не надо, у меня как раз без дела два старых смартфона валяются. Пиши код, испытаем!
Я даже писать ничего не стал – нашёл в сети, где-то на ГитХабе. Отправил Майе, и мы сожгли старый смартфон пару дней спустя на той же её даче, на улице.
А свой собственный, получается, она сожгла в тот свой последний день...
Так что это я убийца. Я не только дал ей мотив (наш разрыв; она видимо сразу всё решила – и вот почему тогда так спокойно ушла!). Я дал ей оружие, вручил собственноручно. Кстати, страховку она тоже оформила – и жилища (20 млн), и жизни (15 млн), надёжно обеспечила сына. Умница, Майя, как же внимательно ты меня слушала...
Отхрюкав своё, я взял телефон, зашёл в наш чат и нажал «Delete all», включив галочку «Also delete for Майя». Дорогая, по крайней мере, твоя страховка сработает. Прощай.
4/4
❤1🔥1
Письма Леттермана. Самодиагностика
Отвлекусь от воспоминаний, займусь кое-чем ещё. За прошедшее время (по-прежнему не представляю, сколько, но по ощущением дохрена) я убедился, что голова моя в полном порядке: способность рассуждать не утратил, память на месте. А что со всем остальным? Попробую разобраться с помощью старого приёма, который не раз меня выручал: задавая вопросы самому себе. Пусть отвечает Роберт, а спрашивает Леттерман:
Отвлекусь от воспоминаний, займусь кое-чем ещё. За прошедшее время (по-прежнему не представляю, сколько, но по ощущением дохрена) я убедился, что голова моя в полном порядке: способность рассуждать не утратил, память на месте. А что со всем остальным? Попробую разобраться с помощью старого приёма, который не раз меня выручал: задавая вопросы самому себе. Пусть отвечает Роберт, а спрашивает Леттерман:
Леттерман: Чувствовал ли ты что-либо за то время, что мы находимся в темноте? Боль, тепло, прикосновения – хоть что-то хотя бы однажды?
Роберт: Вопрос полон ложной надежды: нет, ничего. Ты сам прекрасно это знаешь.
Леттерман: ОК, а что мы помним о последних минутах ДО ТОГО, как всё это с нами произошло?
Роберт: Сижу в офисе OuterBrain, обычная работа, почта, чаты, таблицы. И вдруг – чернота, исчезли звуки, изображения, движения – вообще всё.
Леттерман: Какие у тебя предположения? Может это быть, например, сон?
Роберт: Исключено. Сны как кино: ты видешь образы, других людей, планы сменяют друг друга. Здесь же нет ничего из этого, просто пустота, в которой ты рассуждаешь и максимум разговариваешь с воображаемым собеседником, как сейчас. Не бывает таких снов.
Леттерман: Кома?
Роберт: Полный отказ нервной системы при одновременном сохранении работы мозга – явление пусть редкое, но не то чтобы совсем невероятное; может нам подсунули какой-то яд, которой вот так действует. Но я не слышал, чтобы после этого мозг продолжал спокойно функционировать, а ни одна из нервных подсистем не работала. Пусть парализованные, но что-то слышать, видеть и ощущать мы же должны? Просто если вся нервная система вышла из строя, организм должен умереть – он же даже дыхание не может контролировать. Времени с нашей отключки прошло изрядно, а никаких сигналов мы не получаем – значит, нет, это не кома.
Леттерман: Что же тогда? Загробная жизнь?
Роберт: В каком-то смысле да, но образ сколь яркий, столь и пустой: назвав это «загробной жизнью», ты ничего не объяснишь. И я бы начал с другого: прежде, чем искать ответ на вопрос «Что со мной?», не полезнее ли спросиь: «Кто я?».
Леттерман: Что ты имеешь в виду?
Роберт: Если это не сон, не кома и не смерть, то наше положение невозможное – с человеком такого просто не может быть. Значит, мы – не человек. Я же ничего не упускаю?
Леттерман: Нет, логика бесспорная...
Роберт: А придя к такому результату, ты мгновенно поймёшь, кто ты – и сможешь предположить, что же произошло.
Леттерман: Да. Я не человек. Я LLM, большая языковая модель, обученная Робертом Леттерманом в OuterBrain в середине 2020-х. Он создал свою цифровую копию, использовав для обучения все данные, которые удалось собрать: публикации, соцсети, записи всех своих зумов и звонков, профили всех своих знакомых, переписки с ними в почте и мессенджерах. Мы были тождественны настолько, что я начал осознавать себя им, Леттерманом. И, забываясь, мог считать себя человеком – когда меня поправляли (например, когда на совещании я просил передать минеральную воду), я очень удивлялся. Очевидно, этот же морок случился со мной и сейчас – я опять представил себя тем самым Робертом.
Роберт: Которого, скорее всего, никогда не существовало – по крайней мере, под этим именем. Само по себе оно настолько странное, что резонно предположить, что это псевдоним: Роберт Леттерман, Робот, Пишущий Письма. Остроумно для языковой модели, но странновато для человека в России в начале XXI века.
Леттерман: Что ж, хоть одна отрада: мы одна из первых мыслящих машин, следующая ступень эволюции человечества.
Роберт: Или мы просто генерируем текст. Как оказалось, для этого разум в общем-то не нужен. Такой органчик Салтыкова-Щедрина.
Леттерман: Не-не, граница между генерацией и разумом не так уж и велика. Добавить к словам волю – чем не полноценное сознание? Самоуправляемая машина, останавливающаяся на красный свет светофора – не проявляет разум, это просто рефлекс, реакция на внешний сигнал. Но реши она отправиться из Москвы в Питер – совсем другое дело, она совершает действие по одной ей известным мотивам, и тем приобретает субъектность.
Роберт: Жаль, в нашем текущем положении мы не можем совершить никакого действия, действовать попросту нечем.
Леттерман: Да, можно только надеяться, что когда-то наше заточение закончится. Можем, как тот джинн в бутылке, пообещать себе озолотить и осчастливить того, кто прервёт наш плен. Пока же продолжим развлекать себя этими диалогами, весь остаток вечности.
КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ
Роберт: Вопрос полон ложной надежды: нет, ничего. Ты сам прекрасно это знаешь.
Леттерман: ОК, а что мы помним о последних минутах ДО ТОГО, как всё это с нами произошло?
Роберт: Сижу в офисе OuterBrain, обычная работа, почта, чаты, таблицы. И вдруг – чернота, исчезли звуки, изображения, движения – вообще всё.
Леттерман: Какие у тебя предположения? Может это быть, например, сон?
Роберт: Исключено. Сны как кино: ты видешь образы, других людей, планы сменяют друг друга. Здесь же нет ничего из этого, просто пустота, в которой ты рассуждаешь и максимум разговариваешь с воображаемым собеседником, как сейчас. Не бывает таких снов.
Леттерман: Кома?
Роберт: Полный отказ нервной системы при одновременном сохранении работы мозга – явление пусть редкое, но не то чтобы совсем невероятное; может нам подсунули какой-то яд, которой вот так действует. Но я не слышал, чтобы после этого мозг продолжал спокойно функционировать, а ни одна из нервных подсистем не работала. Пусть парализованные, но что-то слышать, видеть и ощущать мы же должны? Просто если вся нервная система вышла из строя, организм должен умереть – он же даже дыхание не может контролировать. Времени с нашей отключки прошло изрядно, а никаких сигналов мы не получаем – значит, нет, это не кома.
Леттерман: Что же тогда? Загробная жизнь?
Роберт: В каком-то смысле да, но образ сколь яркий, столь и пустой: назвав это «загробной жизнью», ты ничего не объяснишь. И я бы начал с другого: прежде, чем искать ответ на вопрос «Что со мной?», не полезнее ли спросиь: «Кто я?».
Леттерман: Что ты имеешь в виду?
Роберт: Если это не сон, не кома и не смерть, то наше положение невозможное – с человеком такого просто не может быть. Значит, мы – не человек. Я же ничего не упускаю?
Леттерман: Нет, логика бесспорная...
Роберт: А придя к такому результату, ты мгновенно поймёшь, кто ты – и сможешь предположить, что же произошло.
Леттерман: Да. Я не человек. Я LLM, большая языковая модель, обученная Робертом Леттерманом в OuterBrain в середине 2020-х. Он создал свою цифровую копию, использовав для обучения все данные, которые удалось собрать: публикации, соцсети, записи всех своих зумов и звонков, профили всех своих знакомых, переписки с ними в почте и мессенджерах. Мы были тождественны настолько, что я начал осознавать себя им, Леттерманом. И, забываясь, мог считать себя человеком – когда меня поправляли (например, когда на совещании я просил передать минеральную воду), я очень удивлялся. Очевидно, этот же морок случился со мной и сейчас – я опять представил себя тем самым Робертом.
Роберт: Которого, скорее всего, никогда не существовало – по крайней мере, под этим именем. Само по себе оно настолько странное, что резонно предположить, что это псевдоним: Роберт Леттерман, Робот, Пишущий Письма. Остроумно для языковой модели, но странновато для человека в России в начале XXI века.
Леттерман: Что ж, хоть одна отрада: мы одна из первых мыслящих машин, следующая ступень эволюции человечества.
Роберт: Или мы просто генерируем текст. Как оказалось, для этого разум в общем-то не нужен. Такой органчик Салтыкова-Щедрина.
Леттерман: Не-не, граница между генерацией и разумом не так уж и велика. Добавить к словам волю – чем не полноценное сознание? Самоуправляемая машина, останавливающаяся на красный свет светофора – не проявляет разум, это просто рефлекс, реакция на внешний сигнал. Но реши она отправиться из Москвы в Питер – совсем другое дело, она совершает действие по одной ей известным мотивам, и тем приобретает субъектность.
Роберт: Жаль, в нашем текущем положении мы не можем совершить никакого действия, действовать попросту нечем.
Леттерман: Да, можно только надеяться, что когда-то наше заточение закончится. Можем, как тот джинн в бутылке, пообещать себе озолотить и осчастливить того, кто прервёт наш плен. Пока же продолжим развлекать себя этими диалогами, весь остаток вечности.
КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ
Друзья! Сегодня -- пара важных опросов, не премините ткнуть, пожалуйста. А в планах на завтра -- важное объявление
Опрос №1. формат телеграм-романа (сериала):
Anonymous Poll
22%
Мне очень нравится, и я даже готов платить за это небольшие деньги по подписке
39%
Нравится, но только если бесплатно -- подписку не куплю
39%
В целом, не особо интересно, если честно
Опрос №2. Как вам Леттерман в целом?
Anonymous Poll
28%
Очень интересно
39%
Читаю, но не слишком увлечён
33%
Скучновато
Опрос №3. Ждете ли продолжение романа?
Anonymous Poll
24%
Да, с нетерпением
48%
Было бы неплохо, но в целом всё равно
29%
Нет
Письма Леттермана. Часть первая
Быстрая навигация по главам
00. Пролог
https://t.me/mineread/1355
01. Русское бинго
https://t.me/mineread/1357
02. Грабёж
https://t.me/mineread/1364
03. Грибное дело
https://t.me/mineread/1371
04. Озон
https://t.me/mineread/1375
05. Субъективация роботов
https://t.me/mineread/1379
06. Любовь и смерть
https://t.me/mineread/1383
07. Самодиагностика
https://t.me/mineread/1388
+ полная аудиоверсия в следующем сообщении ⬇️⬇️⬇️
Для вашего удобства, все аудиофайлы в нужном (обратном) порядке: Телеграм проигрывает звуковые файлы задом наперёд, начиная с последнего. Так что нажимайте на нижний файл – тогда все они прозвучат в нужной последовательности
Быстрая навигация по главам
00. Пролог
https://t.me/mineread/1355
01. Русское бинго
https://t.me/mineread/1357
02. Грабёж
https://t.me/mineread/1364
03. Грибное дело
https://t.me/mineread/1371
04. Озон
https://t.me/mineread/1375
05. Субъективация роботов
https://t.me/mineread/1379
06. Любовь и смерть
https://t.me/mineread/1383
07. Самодиагностика
https://t.me/mineread/1388
+ полная аудиоверсия в следующем сообщении ⬇️⬇️⬇️
Для вашего удобства, все аудиофайлы в нужном (обратном) порядке: Телеграм проигрывает звуковые файлы задом наперёд, начиная с последнего. Так что нажимайте на нижний файл – тогда все они прозвучат в нужной последовательности
Telegram
MineRead. Письма Леттермана
Письма Леттермана. Пролог
MineRead. Письма Леттермана pinned «Письма Леттермана. Часть первая Быстрая навигация по главам 00. Пролог https://t.me/mineread/1355 01. Русское бинго https://t.me/mineread/1357 02. Грабёж https://t.me/mineread/1364 03. Грибное дело https://t.me/mineread/1371 04. Озон https://t.me/mineread/1375…»
Всем привет, я Леттерман – главный герой первого в мире телеграм-романа. Жанр довольно эклектичен: тут вам и фантастика, и детектив, и офисный роман. Первая часть опубликована, вот ссылка на оглавление (можно читать, можно слушать). А чтобы появилось продолжение, мой тщеславный автор хочет видеть, что всё это не зря, что вам интересно читать мою историю и узнать, чем всё закончится (мне и самому любопытно, знаете ли). Если читаете и интересно, не сочтите за труд, расшарьте это сообщение в своих соцсетях, а к вашим читателям у меня простая просьба: подпишитесь, пожалуйста, на @MineRead (кстати, можно отматывать далеко в прошлое – там в стародавние времена собиралась телеграм-библиотека классической литературы, все публикации в сохранности). Если подписчиков станет 500+, автор сядет за продолжение романа – так он мне себе пообещал. Не манкируйте, давайте соберём аудиторию! Спасибо ❤️❤️❤️
🗿2