РЫБАК

Бежит волна, шумит волна!
Задумчив, над рекой
Сидит рыбак; душа полна
Прохладной тишиной.

Сидит он час, сидит другой;
Вдруг шум в волнах притих.
И влажною всплыла главой
Красавица из них.

Глядит она, поет она:
«Зачем ты мой народ
Манишь, влечешь с родного дна
В кипучий жар из вод?

Ах! если б знал, как рыбкой жить
Привольно в глубине,
Не стал бы ты себя томить
На знойной вышине.

Не часто ль солнце образ свой
Купает в лоне вод?
Не свежей ли горит красой
Его из них исход?

Не с ними ли свод неба слит
Прохладно-голубой?
Не в лоно ль их тебя манит
И лик твой молодой?»

Бежит волна, шумит волна…
На берег вал плеснул!
В нем вся душа тоски полна,
Как будто друг шепнул!

Она поет, она манит —
Знать, час его настал!
К нему она, он к ней бежит…
И след навек пропал.

Василий Жуковский, 1818

Что вы знаете о Грибоедове? Только честно? Первый ответ, который приходит в голову: «А, это тот самый чувак, который "Горе от ума" написал». Больше обычно никто ничего не знает. Давайте это исправим.

АЛЕКСАНДР СЕРГЕЕВИЧ ГРИБОЕДОВ (1795-1829) – дворянин, поэт, драматург, композитор (да!) и дипломат (да!). Другой Александр Сергеевич (Пушкин, разумеется) был с ним дружен и называл «одним из умнейших людей России». А главный парадокс Грибоедова – это его судьба. Как автор, был в опале – его вымарывала отовсюду цензура, то же «Горе от ума» было издано и поставлено сильно после его смерти. Как чиновник же был крайне успешен (последняя должность: посол России в Персии, это нынешний Иран), принят при дворе, отмечен наградами и титулами. Очевидно, очень сложный был человек. И смерть принял сложную: пал в этой прóклятой Персии, пошёл на принцип, укрыл в русском посольстве армян-христиан, что спровоцировало погром со стороны местных граждан (как мы понимаем, не христиан). В посольстве погибло 37 человек, а из нападавших – под сотню, то есть напоследок Александр Сергеевич ещё успел как следует повоевать (что ему не удалось сделать в 1812-м – на войну с Наполеоном он стремился, но опоздал, французов побили раньше, чем 17-летний юноша смог добраться до линии фронта). Грибоедов ушёл красиво, ушёл непобеждённым, и ушёл катастрофически рано – в 34.

Парадокс Грибоедова разрешается просто, на самом деле. Это типично русский парадокс: когда ты и ни с теми, и ни с теми. Когда ты видишь насквозь глупость и лицемерие всех лагерей. Но при этом ты умён и деятелен, и с тобой нельзя не считаться. И ты пишешь пьесу, от которой у всех бомбит, и её запрещают, но при этом работаешь с этими же самыми людьми, исходя из каких-то своих представлений и идеалов. И умираешь – исходя из каких-то своих представлений и идеалов. Горе от ума – точнее и не скажешь.

Почему типично русский? Это преувеличение, конечно. В любом обществе находятся люди, не могущие найти для себя лагерь, к которому пристать. Просто в России их больше. Впрочем, эта гипотеза ничем, кроме как интуицией, не подкреплена, «нам так кажется», не настаиваем.

(А вот вам цена этого русского парадокса: в Персию Грибоедов отправляется из Тифлиса (Тбилиси), где за полгода до развязки женится на юной (меньше шестнадцати) княжне Нине Чавчавадзе. Грибоедову хватает ума не брать с собой жену, которая к тому же беременна – тем самым он спас ей жизнь. А вот ребёнку спасти не сумел: когда княжна узнаёт о судьбе мужа, у неё происходит выкидыш, недоношенный ребёнок успевает прожить только один день.)

Стихами Александра Сергеевича Грибоедова завершаем знакомство с Золотым веком русской поэзии – читаем их весь июль.

ПРОСТИ, ОТЕЧЕСТВО!

Не наслажденье жизни цель,
Не утешенье наша жизнь.
О! не обманывайся, сердце.
О! призраки, не увлекайте!..
Нас цепь угрюмых должностей
Опутывает неразрывно.
Когда же в уголок проник
Свет счастья на единый миг,
Как неожиданно! как дивно! —

Мы молоды и верим в рай —
И гонимся и вслед и вдаль
За слабо брезжущим виденьем.
Постой же! Нет его! угасло! —
Обмануты, утомлены.
И что ж с тех пор? — Мы мудры стали,
Ногой отмерили пять стоп,
Соорудили темный гроб
И в нем живых себя заклали.

Премудрость! вот урок ее:
Чужих законов несть ярмо,
Свободу схоронить в могилу
И веру в собственную силу,
В отвагу, дружбу, честь, любовь!!! —
Займемся былью стародавной,
Как люди весело шли в бой,
Когда пленяло их собой
Что так обманчиво и славно!

Александр Грибоедов, 1818

ДАВИД

Не славен в братиях измлада,
Юнейший у отца я был,
Пастух родительского стада;
И се! внезапно богу сил
Орган мои создали руки,
Псалтырь устроили персты,
О, кто до горней высоты
Ко господу воскрилит звуки?..

Услышал сам господь творец!
Шлет ангела: и светлозрачкый
С высот летит на долы злачны;
Взял от родительских овец;
Елеем благости небесной
Меня помазал. — Что ж сии
Велики братии мои?
Кичливы крепостью телесной!
Но в них дух божий, бога сил,
Господень дух не препочил.

Иноплеменнику не с ними,
Далече страх я отженя,
Во сретенье исшел: меня
Он проклял идолми своими;
Но я мечом над ним взыграл,
Сразил его и обезглавил
И стыд отечества отъял,
Сынов Израиля прославил!

Александр Грибоедов, 1823

* * * * *

Крылами порхая, стрелами звеня,
Любовь вопрошала кого-то:
Ах! есть ли что легче на свете меня?
Решите задачу Эрота.
Любовь и любовь, решу я как раз,
Сама себя легче бывает подчас.
Есть песня такая:
Легко себе друга сыскала Аглая
И легче того
Забыла его.

Александр Грибоедов, 1823

РОМАНС

Ах! точно ль никогда ей в персях безмятежных
Желанье тайное не волновало кровь?
Еще не сведала тоски, томлений нежных?
Еще не знает про любовь?

Ах! точно ли никто, счастливец, не сыскался,
Ей друг? по сердцу ей? который бы сгорал
В объятиях ее? в них негой упивался,
Роскошствовал и обмирал?..

Нет! Нет! Куда влекусь неробкими мечтами?
Тот друг, тот избранный; он где-нибудь, он есть,
Любви волшебство! рай! восторги! трепет! – Вами,
Нет,– не моей душе процвесть.

Александр Грибоедов, 1823

ХИЩНИКИ НА ЧЕГЕМЕ

Окопайтесь рвами, рвами!
Отразите смерть и плен —
Блеском ружей, твержей стен!
Как ни крепки вы стенами,
Мы над вами, мы над вами,
Будто быстрые орлы
Над челом крутой скалы.

Мрак за нас ночей безлунных,
Шум потока, выси гор,
Дождь и мгла, и вихрей спор,
На угон коней табунных,
На овец золоторунных,
Где витают вепрь и волк,
Наш залег отважный полк.

Живы в нас отцов обряды,
Кровь их буйная жива.
Та же в небе синева,
Те же льдяные громады,
Те же с ревом водопады,
Та же дикость, красота
По ущельям разлита!

Наши — камни, наши — кручи!
Русь! зачем воюешь ты
Вековые высоты?
Досягнешь ли? — Вон над тучей —
Двувершинный и могучий *)
Режется из облаков
Над главой твоих полков.

Пар из бездны отдаленной
Вьется по его плечам;
Вот невидим он очам!..
Той же тканию свиенной
Так же скрыты мы мгновенно,
Вмиг явились, мигом нет,
Выстрел, два, и сгинул след.

Двиньтесь узкою тропою!
Не в краю вы сел и нив.
Здесь стремнина, там обрыв,
Тут утес: — берите с бою.
Камень, сорванный стопою,
В глубь летит, разбитый в прах;
Риньтесь с ним, откиньте страх!

Ждем. — Готовы к новой сече…
Но и слух о них исчез!..
Загорайся, древний лес!
Лейся, зарево, далече!
Мы обсядем в дружном вече,
И по ряду, дележом,
Делим взятое ножом.

Доли лучшие отложим
Нашим панцирным князьям,
И джигитам, узденям
Юных пленниц приумножим,
И кадиям, людям божьим,
Красных отроков дадим
(Верой стан наш невредим).

Узникам удел обычный, —
Над рабами высока
Их стяжателей рука.
Узы — жребий им приличный;
В их земле и свет темничный!
И ужасен ли обмен?
Дома — цепи! в чуже — плен!

Делим женам ожерелье,
Вот обломки хрусталя!
Пьем бузу! Стони, земля!
Кликом огласись, ущелье!
Падшим мир, живым веселье.
Раз еще увидел взор
Вольный край родимых гор!

*) Эльбрус

Александр Грибоедов, 1825

ОСВОБОЖДЕННЫЙ

Луг шелковый, мирный лес!
Сквозь колеблемые своды
Ясная лазурь небес!
Тихо плещущие воды!

Мне ль возвращены назад
Все очарованья ваши?
Снова ль черпаю из чаши
Нескудеющих отрад?

Будто сладостно-душистой
В воздух пролилась струя;
Снова упиваюсь я
Вольностью и негой чистой.

Но где друг?.. но я один!..
Но давно ль, как привиденье,
Предстоял очам моим
Вестник зла? Я мчался с ним
В дальний край на заточенье.

Окрест дикие места,
Снег пушился под ногами;
Горем скованы уста,
Руки тяжкими цепями.

Александр Грибоедов, 1826

ВОСТОК

Из Заволжья, из родного края,
Гости, соколы залетны,
Покручали сумки переметны,
Долги гривы заплетая;

На конях ретивых посадились,
На отъезд перекрестились,
Выезжали на широкий путь.
Что замолкли? в тишине
Что волнует молодецку грудь?
Мысль о дальней стороне?

Ах, не там ли воздух чудотворный,
Тот Восток и те сады,
Где не тихнет ветерок проворный,
Бьют ключи живой воды;

Рай-весна цветет, не увядает,
Нега, роскошь, пир в лесах,
Солнышко горит, не догорает
На высоких небесах!

Терем злат, а в нем душа-девица,
Красота, княжая дочь;
Блещет взор, как яркая зарница
Раздирает черну ночь;

Если ж кровь ее зажжется,
Если вспыхнет на лице, —
То забудь о матери, отце,
С кем душой она сольется.

Станом гибким, гибкими руками
Друга мила обвивает,
Крепко жмет, румяными устами
Жизнь до капли испивает!

Путники! от дочери княжой
Отбегите неоглядкой!
Молодые! к стороне чужой
Не влекитесь думой сладкой,
Не мечтайте чародейных снов!
Тех земель неправославных
Дивна прелесть и краса лугов,
Сладки капли роз медвяных,
Злак шелковый, жемчуги в зерне.
Что же видно в стороне?

Столб белеет на степи широкой,
Будто сторож одинокой,
Камень! Он без надписи стоит:
Темная под ним могила,
Сирый им зашельца прах покрыт.
И его любовь манила;

Чаял: «Тут весельем разольюсь,
Дни на веки удолжатся!»
Грешный позабыл святую Русь.,
Дни темнеют, вновь зарятся;

Но ему лучом не позлатятся
Из-за утренних паров
Божьи церкви, град родимый, отчий дом!
Буйно пожил век, а ныне —
Мир ему! один лежит в пустыне,

И никто не поискал,
Не нарезал имени, прозванья
На отломке диких скал;
Не творят молитвы, поминанья;

Персть забвенью предана;
У одра больного пожилая
Не корпела мать родная,
Не рыдала молода жена…

Александр Грибоедов

ДУША

Жива ли я?
Мертва ли я?
И что за чудное виденье!
Надзвездный дом,
Зари кругом,
Рождало мир мое веленье!
И вот от сна
Привлечена
К земле ветшающей и тесной.
Где рой подруг,
Тьма резвых слуг?
О, хор воздушный и прелестный!
Нет, поживу
И наяву
Я лучшей жизнию, беспечной:
Туда хочу,
Туда лечу,
Где надышусь свободой вечной!

Александр Грибоедов

ЮНОСТЬ ВЕЩЕГО

Куростров. Ищут Михаила.*) Находят его. Ночь перед отплытием в дальний путь.

Орел, едва лишь пухом оперенный,
Едва в себе почуял дерзость сил,
Рассек эфир, с размаху воспарил;
Хор птиц, его явленьем изумленный,

Неспорный крик ему навстречу шлет.
Нет! Дерзость тех очей и тот полет
Не зрит себе ни равных, ни преслушных
И властвует в селеньях он воздушных.

Не так между людьми: ах! от пелен
Томится столько лет ревнитель славы!
Еще томится возмужалый он,
Отвержен и не признан, угнетен…
Судьба! О, как тверды твои уставы!

Великим — средь Австралии зыбей
Иль в Севера снегах, везде одно ли
Присуждено? — Искать желанной доли
Путем вражды, препятствий и скорбей!

И тот певец, кому никто не смеет
Вослед ступить из бардов сих времен,
Пред кем святая Русь благоговеет,
Он отроком, безвестен и презрен,

Сын рыбаря, чудовищ земноводных
Ловитвой жил; в пучинах ледяных,
Душой алкая стран и дел иных,
Изнемогал в усилиях бесплодных!..

*) Речь о Михаиле Васильевиче Ломоносове, основателе российской науки

Александр Грибоедов, 1823

* * * * *

Там, где вьется Алазань,
Веет нега и прохлада,
Где в садах сбирают дань
Пурпурного винограда,

Светло светит луч дневной,
Рано ищут, любят друга…
Ты знаком ли с той страной,
Где земля не знает плуга,

Вечно юная блестит
Пышно яркими цветами
И садителя дарит
Золотистыми плодами?..

Странник, знаешь ли любовь,
Не подругу снам покойным,
Страшную под небом знойным?
Как пылает ею кровь?

Ей живут и ею дышат,
Страждут и падут в боях
С ней в душе и на устах.
Так самумы с юга пышат,
Раскаляют степь…
Что судьба, разлука, смерть!..

Александр Грибоедов, 1818

Август – время традиционных дайджестов MineRead. Вспомним все тексты и всех авторов, которых прочитали и полюбили за прошедший год. А осенью почитаем что-то новое.

Томас Мур

ВЕЧЕРНИЙ ВЫСТРЕЛ
https://t.me/mineread/1119

МИР ВАМ, ПОЧИВШИЕ БРАТЬЯ!
https://t.me/mineread/1120

ПРИДИ, Я ЗАПЛАЧУ С ТОБОЙ
https://t.me/mineread/1121

ВЕЧЕРНИЙ ЗВОН
https://t.me/mineread/1122

ПОВЕРЬ, ЕСЛИ ПРЕЛЕСТИ ЮНОЙ ТВОЕЙ...
https://t.me/mineread/1125

Самуил Яковлевич Маршак
(переводы)

ДОМ, КОТОРЫЙ ПОСТРОИЛ ДЖЕК
https://t.me/mineread/1127

БАЛЛАДА О КОРОЛЕВСКОМ БУТЕРБРОДЕ
https://t.me/mineread/1128

РАССТАВАНИЕ
https://t.me/mineread/1129

ЕСЛИ (IF)
https://t.me/mineread/1130

ВЕРЕСКОВЫЙ МЁД
https://t.me/mineread/1131

Вера Матвеева

КОЛЫБЕЛЬНАЯ С МИРАЖАМИ
https://t.me/mineread/1133

ДЕТСТВО
https://t.me/mineread/1134

ПЕСЕНКА ПРО ЧЁРНУЮ ГУАШЬ И НАДЕЖДУ
https://t.me/mineread/1135

ЕСТЬ РАДОСТЬ У ОГНЯ...
https://t.me/mineread/1136

ПЕРВОНАЧАЛЬНАЯ
https://t.me/mineread/1137

Михаил Лермонтов

БОРОДИНО
https://t.me/mineread/1139

ПРОЩАЙ, НЕМЫТАЯ РОССИЯ
https://t.me/mineread/1140

РОДИНА
https://t.me/mineread/1141

ВЫХОЖУ ОДИН Я НА ДОРОГУ...
https://t.me/mineread/1142

И СКУЧНО И ГРУСТНО...
https://t.me/mineread/1143

ТУЧИ
https://t.me/mineread/1144

ПАРУС
https://t.me/mineread/1145

К СЕБЕ
https://t.me/mineread/1146

«НЕТ, Я НЕ БАЙРОН...»
https://t.me/mineread/1147

СМЕРТЬ ПОЭТА
https://t.me/mineread/1148

Хорхе Луис Борхес

ARGUMENTUM ORNITOLOGIUM
https://t.me/mineread/1150

БУЭНОС-АЙРЕС
https://t.me/mineread/1151

ЖЁЛТАЯ РОЗА
https://t.me/mineread/1154

EVERYTHING AND NOTHING
https://t.me/mineread/1155

ЛЕГЕНДА
https://t.me/mineread/1156

ГАУЧО
https://t.me/mineread/1157

ДЕЛАТЕЛЬ
https://t.me/mineread/1158

МОЛИТВА
https://t.me/mineread/1159

MineRead

НА ПОДВАЛЕ У АМАДЖОНА

Собственный рассказ редакции «Майн Рида», единственный такой на канале

https://t.me/mineread/1160

Эрнест Хемингуэй

КОШКА ПОД ДОЖДЕМ
https://t.me/mineread/1167

БЕЛЫЕ СЛОНЫ
https://t.me/mineread/1169

ТАМ, ГДЕ СВЕТЛО И ЧИСТО
https://t.me/mineread/1171