жают эту войну и множат ее жертвы, в то время как без такой помощи конфликт был бы давно закончен - впрочем, не с тем результатом, который кажется Западу справедливым.

По мнению автора, западным странам лучше перестать участвовать в сирийском конфликте - это приводит только к большим страданиям, смертям, новым потокам беженцев. Пора признать, что война против режима в Сирии проиграна.

Фредерик Пичон назвал свою недавнюю книгу о сирийской войне «Война за ничто». Но на самом деле все ещё хуже: это война не только за ничто, так как цели оппозиции не были достигнуты, но это война, отбросившая Сирию на десятки лет назад в развитии.

В начале конфликта политическое решение ещё могло бы быть достигнуто. Но начиная с августа 2011 мировые лидеры, в первую очередь, Барак Обама, стали говорить о том, что аль-Ассад должен покинуть пост президента. Не далее как в декабре 2017 года, после семи лет кровопролития, президент Франции Макрон заявил, что, хотя необходимо вести переговоры со всеми сторонами, включая представителей аль-Ассада, но «аль-Ассад должен ответить перед международным сообществом за свои преступления». Понятно, что никакие реальные переговоры при таких формулировках невозможны.

В том же декабре 2017 президент Трамп заявил, что готов «принять» президентство Ассада до следующих выборов в 2021 году. Если бы Ассад сделал аналогичное заявление - что он готов «принять» президента Трампа в качестве лидера США до следующих выборов - это прозвучало бы нелепо. Между тем, неизвестно, что случится на следующих президентских выборах в США в 2020, и вполне вероятно, что Ассад будет президентом дольше, чем Трамп.

Если представить, что западные державы изменят своё мнение и согласятся с продолжением президентства аль-Ассада, и война закончится - едва ли режим захочет налаживать отношения с Западом, так как именно в его вмешательстве видит причину того, что конфликт длился так долго. Любая помощь мирового сообщества в восстановлении Сирии должна будет касаться только регионов под контролем режима. Помощь регионам, настроенным против (как правило, с большинством суннитского населения), может обернуться новым витком насилия. Кроме того, эксперты считают, что миллионы беженцев также не смогут вернуться домой: меньшее население страны даёт больше возможностей для экономического развития. Кроме того, большая часть беженцев, опять же, мусульмане суннитского толка, и не позволить им вернуться в Сирию для правящего режима значит в какой-то степени урегулировать внутреннее противоречие, когда суннитским большинством правят алавиты.

Все знают, как я люблю Иран. (А если вы не знаете, я вам сейчас расскажу). Не в том смысле, что я фанатка режима аятолл (скорее наоборот). Но вся история Ирана, обостренное чувство справедливости, обоснованное отчасти шиитским исламом, отчасти всей той несправедливостью, которую иранский народ переживал, нравственные порывы, которые стояли и за революцией 1979 года, и за другими массовыми движениями, а также то, как активно иранцы участвуют в жизни своей страны, несмотря ни на что - все это делает Иран ужасно симпатичным.

В этом смысле очень показательна книга “Дети рая: борьба за душу Ирана” Лоры Секор. По большому счету, это история интеллектуальной жизни Ирана со времен незадолго до революции и до после протестов 2009. Революция, приведшая к созданию Исламской республики, была не теократическим переворотом, но борьбой противоборствующих философий и попыткой определить самих себя, сбросив унизительное давление Запада. Революция зародилась на страницах короткой сказки-притчи о маленькой черной рыбке, не боящейся покинуть свой пруд и исследовать все течения, открывшиеся перед ней; революция начиналась в лекционных залах университетов, под завязку полных не только студентами, но и вольными слушателями, которые внимали четырехчасовым лекциям по философии, пытаясь ответить на главный вопрос: как создать общество, где не будет места угнетению. Потом, конечно, что-то пошло не так.

“О чем мы часто забываем, или недооцениваем, или никогда не знали - так это то, что иранская революция не была простым актом отказа - от современности, от Запада, даже, в конце концов, от абсолютной власти. Она возникла в страстном, неоднозначном диалоге между страстными и неоднозначными людьми; и государство, которое она породила, тоже страстное и неоднозначное”.

И это принципиальный вопрос. Автор книги не идеализирует Иран. История последних сорока лет - это история насилия, пыток, убийств и притеснений. Тем более выпукло видятся герои книги: философы и журналисты, политики, пытающиеся бороться с системой, активисты прав человека. Их частные истории, как правило, трагичны. Но коллективная история интеллектуальной жизни нации, которая не прекращается даже под пытками, даже под страхом смерти - скорее, вдохновляет. Как говорит автор, “Иран - не счастливое место, но очень величественное - это страна, которая вырвала свою судьбу из рук мировых держав, экспериментировала с формой управления, никогда до этого не существовавшей нигде на земле, и продолжила этот эксперимент с духом постоянных сомнений, которые угрожали жизни несогласных. Куда бы Иран не пришел в итоге - он придет туда первым, и сделает это на своих собственных условиях”.

Ну и новости из Ирана не заставляют себя ждать. В сети появилось видео, на котором женщину избивают представители так называемой “полиции нравов” за недостаточно покрывающий голову хиджаб.

https://twitter.com/AlinejadMasih/status/986749517058977792

А вот, кстати на ту же тему из практически первых рук: иранская девушка рассказывает о своей жизни и, в частности, о ношении хиджаба. (Это феминистский канал “Злая феминистка”, поэтому интервью много на эту тему; но есть и в целом про жизнь в Иране, интересно): https://t.me/zlaya_feministka/202

«Если честно, то я уменя нет никаких проблем с тем, чтобы носить хиджаб в Иране сейчас! Я думаю, что для Ирана это необходимо, потому что новая иранская культура создала среду, в которой хиджаб необходим. Мужчины превратились в чудовищ с ужасным взглядам, которые порой заставляют меня переживать за себя, но при всём при этом женщина всегда виновата».


Как показывает видео, в чудовищ иногда превращаются и женщины.

Национальная мечеть Уганды в городе Кампала. Она была построена при поддержке ливийского диктатора Муаммара Каддафи, поэтому иногда ее называют Мечетью Каддафи.

Представитель “Исламского государства” Абу Хассан аль-Мухаджир записал часовое обращение к последователям группировки, в котором призвал к атакам на арабские страны. Это обращение идет вразрез с прошлогодними призывами организации устраивать теракты в Европе, Северной Америке и России. Эксперты связывают такую перемену с тем, что за последний год ИГИЛ потеряло большую часть завоеванной ранее территории в Ираке и Сирии.

В обращении лидеры арабских стран называются “вероотступниками” - они не отвечают экстремистским взглядам, которые исповедуют последователи ИГИЛ, а потому нет разницы, воевать против правителей Саудовской Аравии, Египта и Палестины или против “неверных” на западе. В частности, упоминаются предстоящие в мае 2018 года парламентские выборы в Ираке. “Избирательные участки и те, кто в них находятся - цели для наших мечей, - говорится в сообщении. - Так что держитесь от них подальше и не ходите рядом с ними”.

В 2014 году, когда ИГИЛ из региональной террористической группировки превратилось в международную угрозу, другой представитель группы записал речь, в которой призывал к насилию в Европе. Эту запись часто цитировали террористы, в том числе ответственные за теракты в Париже в 2015. Нынешний разворот сигнализирует, что ИГИЛ вновь становится региональной террористической группировкой.

Тут еще важно сказать, что больше всего от исламского фундаментализма и терроризма всегда страдают сами мусульмане. Они же составляют большинство жертв террористических атак по всему миру.

Мечеть Фейсала в Исламабаде (Пакистан) - одна из крупнейших в мире, вмещает до 300 тысяч человек. Архитекторы мечети вдохновлялись формой бедуинского шатра.

Дональд Трамп вчера объявил, что США выходят из ядерной сделки с Ираном. В двух словах объясняю, почему радоваться нечему: http://telegra.ph/SSHA-vyshli-iz-yadernoj-sdelki---i-ehto-ochen-ploho-05-09

Решила отвлечься от Ближнего Востока и почитать мемуары Симоны де Бовуар - писательницы, философа, подруги жизни Жана-Поля Сартра. Но сильно отвлечься не удалось - значительную часть мемуаров составляют воспоминания о годах войны за независимость в Алжире, которую де Бовуар наблюдала из Франции. Эта война - частный, но показательный случай колониализма и его последствий: http://telegra.ph/Vojna-za-nezavisimost-Alzhira-05-11

Иракцы голосуют сегодня на парламентских выборах - впервые после изгнания ИГИЛ. Фото Хоссейна Фатеми.

Я, конечно, больше по историческим мечетям, но современные тоже бывают классные. Как, например, этот Исламский центр и мечеть в городе Риека, Хорватия; он открылся в 2013 году.

Просто аятолла Хаменеи почитывает книжку про Трампа на книжной ярмарке в Тегеране

Протесты, которые полтора месяца продолжались у разделительного забора на границе Сектора Газа, кажется, закончились при содействии Египта. Рассказываю, что вывело тысячи жителей Газы под прицелы снайперов http://telegra.ph/Protesty-na-granice-s-Gazoj-05-17

Невши Таваколиан. Тунис, Тунис. 2017 год. Молодые актеры и актрисы показывают спектакль о насилии и революции 2011 года.

В продолжение темы недели - совершенно роскошная, по-моему, мечеть аль-Хальди в Газе.

На выборах в Ираке большинство голосов неожиданно набрал "Альянс за реформы" под руководством бывшего радикального шиитского клерика, а ныне борца с коррупцией Муктады аль-Садра. Рассказываю, кто он такой и что ему нужно: http://telegra.ph/Muktada-al-Sadr-za-reformy-v-Irake-05-24