«ХаАрец»: израильские чиновники изучают потенциальные экономические возможности, связанные с восстановлением послевоенной Газы. (И это не только контрабанда сигарет).

Среди вариантов, которые чиновники минфина обсуждали с представителями армии:

〰️Получение от стран-доноров финансирования для строительства или ремонта автомагистралей в Израиле, включая трассу 232, проходящую вдоль границы с Газой – как для обеспечения процесса восстановления, так и, потенциально, для облегчения передвижения палестинцев.

〰️Увеличение поставок электроэнергии в Газу, чтобы страны-доноры, участвующие в восстановлении сектора, отказались от идеи строительства электростанции для снабжения Газы в Египте или, тем более, внутри сектора. Вместо этого они могли бы оплатить расширение электростанции в Ашкелоне, что увеличит энергоснабжение и Израиля.

Ловко!

Объединенные Арабские Эмираты разработали планы строительства комплекса для размещения тысяч перемещенных палестинцев в южной части Газы, находящейся под контролем Израиля. 

На карте, на которую ссылается Reuters, показано место, где будет построен «Временный жилой комплекс ОАЭ» недалеко от Рафиаха и границы с Египтом. 

На карте показано, что жилой комплекс ОАЭ будет расположен недалеко от «желтой линии», разграничивающей территории, контролируемые Израилем и ХАМАСом.

По сути, это обсуждавшийся несколько месяцев назад проект «Альтернативных безопасных общин», направленный на создание жилья для «проверенных» жителей Газы. По сообщениям, его поддержали советники Трампа Уиткофф и Кушнер, а также израильское правительство. 

Предполагалось, что только палестинцам, одобренным израильской службой внутренней разведки (видимо, по критерию связей с ХАМАСом), будет разрешено въехать. 

Но уже после первых сообщений об этом плане в нем нашли слабые места. 

Во-первых, возражения частично связаны с ограничениями, которые новый проект может наложить на палестинцев, согласившихся на него. Израильские силы предупредили, что гражданским лицам, допущенным на территорию проекта, не будет разрешено вернуться обратно в ту часть Газы, которая контролируется ХАМАСом. Это вызывает опасения в отношении свободы передвижения палестинцев, которые могут оказаться заперты на небольшом клочке земли. К тому же, разделение такой небольшой территории, как Газа, неизбежно приведет к разделению семей.

Во-вторых, вопросы вызывает потенциальное разделение «проверенных» палестинцев и всех остальных. ХАМАС управляет Газой уже почти два десятилетия, и многие жители связаны с этой группировкой хотя бы потому, что она была главным работодателем в секторе. По сути, любой муниципальный работник, учитель или врач опосредованно связан с ХАМАСом.

Кроме того, непонятно, что будет с жителями Газы, не прошедшими проверку. Были опасения, что в конечном итоге израильские силы смогут заявить, что определенная часть палестинцев полностью состоит из людей, связанных с ХАМАСом, и потому все, что происходит в этом районе, будет оправдано.

В-третьих, неясны сроки функционирования таких «альтернативных общин». Согласно плану Трампа, желтая линия, разделяющая сектор Газа на территорию, подконтрольную Израилю, и ту, где по-прежнему правит ХАМАС, должна исчезнуть после того, как в секторе начнут действовать многонациональные стабилизационные силы. Альтернативные безопасные поселения были задуманы как временные (в проекте ОАЭ это прямо указано в названии). Однако нет ничего более постоянного, чем временное, и план рискует создать устойчивый раскол в центре Газы.
Кроме того, можно предположить, что палестинцы, неоднократно вынужденно покидавшие свои дома во время войны, не захотят снова переселиться, чтобы фактически жить в условиях израильской оккупации. 

В свое время идея переселения палестинцев в жилые комплексы по израильскую сторону «желтой линии» встревожила европейские, арабские и мусульманские правительства. Непонятно также, готовы ли ОАЭ полностью финансировать этот проект или только курировать. Если последнее – с донорами могут быть проблемы. 

Министр иностранных дел Ирана Аракчи заявил, что на прошедших в Омане переговорах обсуждения были сосредоточены исключительно на ядерной проблеме и что Иран не будет вести переговоры с Вашингтоном по другим вопросам.

Он добавил, что обмен мнениями проходил через Оман, и что переговорщики вернутся в свои столицы для консультаций, после чего переговоры, как ожидается, продолжатся. Он подчеркнул, что «необходимо преодолеть стену недоверия», чтобы обеспечить прогресс.

Как идет восстановление иранских ракетных и ядерных объектов?

The New York Times, основываясь на анализе спутниковых снимков, сообщила сегодня о том, что, вероятно, Ирану удалось быстро восстановить несколько комплексов, связанных с его программой баллистических ракет, поврежденной во время 12-дневной войны с Израилем в июне 2025 г. Издание приходит к выводу, что ИРИ не добилась серьезных успехов в восстановлении своих ядерных объектов, поврежденных в результате израильских и американских атак в ходе той же войны, а провела лишь частичный ремонт. «Несоразмерность темпов восстановления ракетных и ядерных объектов указывает на приоритет для Ирана конвенционального военного вооружения, особенно с учетом усиления военного присутствия США в регионе Ближнего Востока и их угроз возможной военной конфронтации с Тегераном». Экспертная оценка The New York Times касалась примерно десяти объектов, пострадавших во время войны, и более чем на половине из них были зафиксированы строительные, ремонтные и восстановительные работы. Однако, поскольку исследовались только спутниковые снимки, было невозможно точно оценить масштабы ремонта и реконструкции. Непреложным фактом, однако, является то, что ремонт некоторых ракетных объектов начался почти немедленно после израильских атак, что демонстрирует приоритетность для ИРИ военных и оборонных вопросов.
Например, The New York Times выделяет объект в Шахруде, крупнейший и новейший иранский полигон по производству и испытанию твердотопливных ракет, который был быстро восстановлен и вновь введен в эксплуатацию. Анализ спутниковых снимков, сделанных после снегопада в начале января нынешнего года, показал, что дороги, ведущие к объекту, были быстро расчищены, а снег на крыше быстро растаял, что свидетельствует о том, что объект функционирует. СМИ не раз сообщали, что несмотря на возобновление в октябре санкций ООН, запрещающих продажу оружия Тегерану и его деятельность в области разработки и производства баллистических ракет, ИРИ быстро восстанавливает эту программу. Как сообщал CNN, после активации Snapback и возобновления санкций ООН 25 октября 2025 г. в иранский порт Бандар-Аббас поступило несколько партий перхлората натрия — основного материала для производства твердого топлива для иранских ракет средней дальности.
С другой стороны, снимки поврежденных ядерных объектов Ирана показывают, что там был проведен лишь незначительный ремонт и укрепление конструкций, а темпы строительных работ ускорились лишь недавно. По западным СМИ, даже с учетом незначительных ремонтных работ, все три крупнейших иранских предприятия по обогащению урана - Исфахан, Натанз и Фордо, остаются неактивными. Как показывают снимки, уже около двух месяцев Иран покрывает часть своих объектов в Натанзе и Исфахане белыми навесами, чтобы скрыть деятельность на этих объектах от документирования сверху. В то же время по-прежнему заметны значительные повреждений от ударов США и Израиля в ходе 12-дневной войны.
Издание ссылается на западные и израильские официальные лица, утверждающие, что за последние шесть месяцев они не наблюдали существенных признаков прогресса со стороны Ирана в восстановлении его мощностей по обогащению урана и возможного перехода к созданию ядерной боеголовки. Учтем, что Д.Трамп не раз заявлял после июньской войны 2025 г. о «полном уничтожении ядерной программу Ирана». Он также предупреждал, что если Иран попытается восстановить поврежденные объекты или построить новые, он уничтожит их «более жестокими атаками».
Вчера начался новый раунд непрямых переговоров, где важнейшей темой является ядерная программа Ирана и судьба примерно 400 килограммов высокообогащенного урана, хранящегося в стране. Ракетная программа ИРИ, однако, не включена в повестку дня.

Совет мира Дональда Трампа должен встретиться в США 19 февраля. Предполагается, что одной из главных целей предстоящего саммита станет сбор средств на восстановление сектора Газа.

При этом арабские страны неоднократно говорили о том, что не готовы оплачивать восстановление Газы до тех пор, пока там действует ХАМАС, а также без политического решения конфликта с Израилем.

Ни одно из этих условий пока не выполнено. ХАМАС не разоружен и даже укрепляется в части сектора Газа. «Политическое решение» (aka палестинское государство) отрицается Израилем. В этих условиях новая эскалация – вопрос времени, и никому не хочется восстанавливать то, что снова будет разбомблено. Кроме, может быть, Катара.

На данный момент к Совету мира присоединились более 20 стран, включая Аргентину, Венгрию, Индонезию, Пакистан, Саудовскую Аравию, Турцию, Объединенные Арабские Эмираты и Катар.

Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаниягу принял приглашение присоединиться, но не участвовал в первой встрече Совета в Давосе (его путешествия по Европе осложнены ордером МУС).

Пропустит он и нынешний саммит – ему пришлось лететь в Вашингтон на неделю раньше, чтобы разобраться с другим кризисом – иранским.

Индонезия готова направить до 8000 военнослужащих в Газу – в рамках запланированных Дональдом Трампом «международных стабилизационных сил». Это первая страна, публично объявившая о намерении отправить солдат в эту миссию.

Стабилизационные силы – один из ключевых элементов плана Трампа по послевоенному устройству Газы, однако до сих пор страны не спешили направлять своих военных. 

Лед тронулся? Не совсем. Financial Times пишет со ссылкой на источник, знакомый с ситуацией, что войска, вероятно, будут развернуты в контролируемых Израилем районах Газы, недалеко от «желтой линии» – но не на ней.

Это значит, что принудительно разоружать ХАМАС индонезийцы не намерены. Действительно, начальник штаба индонезийской армии заявил, что подготовка войск сосредоточена на «гуманитарных и восстановительных нуждах». 

При этом непонятно, когда израильская армия отойдет с контролируемых ею в Газе территорий, как это предусмотрено планом Трампа, и отойдет ли вообще. В Израиле уже говорят, что «желтая линия» – это новая граница. Таким образом, результатами «восстановления», которым будут заниматься индонезийские солдаты, может в итоге пользоваться ЦАХАЛ – в лучшем случае, и новые израильские поселенцы – в худшем. 

Интересный ход для страны с самым большим в мире мусульманским населением, которая формально поддерживает палестинцев и решение о двух государствах. Но, очевидно, президент Прабово Субианто надеется, что Дональд Трамп высоко оценит эту маленькую услугу. 

Прабово Субианто скоро едет в Вашингтон на саммит Совета мира. Посмотрим, что он оттуда привезет.

Я не слишком слежу на этом канале за внутренней повесткой в Израиле, хотя здесь бывает более чем интересно и показательно: постоянные коррупционные скандалы, расследования, даже драки в кнессете; ну и законы, которые в итоге влияют на нашу жизнь.

Ниже один из каналов, который рассказывает как раз об этом⬇️

Это личный телеграм-канал Эмиля Шлеймовича, в котором он «следит за властью»: рассказывает, что кнессет обсуждает, какие законы и решения правительства принимают. Все это – не официозно, с оценкой и критикой.

Подписывайтесь, если хотите быть в курсе, кто и как управляет Израилем.

ВАУ!

Согласно источникам, беседовавшим с New York Times, проект американского плана по послевоенному устройству сектора Газа позволит ХАМАСу сохранить стрелковое оружие, но при этом вынудит его отказаться от оружия, способного нанести удар по Израилю.

Если это действительно так (план официально пока не представлен), это значит, что США, по сути, готовы оставить контроль над как минимум частью сектора Газа ХАМАСу. Точнее, признать, что они не знают, как это предотвратить. 

Впрочем, как и кто будет «вынуждать» ХАМАС «отказаться от оружия, способного нанести удар по Израилю» – тоже непонятно. В этом смысле ничего нового. 

Дональд Трамп: президенту Израиля Ицхаку Герцогу должно быть стыдно за то, что он не помиловал Нетаниягу.

Теперь понятно, что они там три часа обсуждали.

Наконец сходила на выставку «100 лет новой вещественности» в Тель-Авивском музее искусств, отличная.

Отто Дикс очень современно смотрится.

Иран готов пойти на компромиссы для достижения соглашения с администрацией Трампа при условии, что Соединенные Штаты готовы обсудить отмену санкций, заявил заместитель министра иностранных дел Ирана Маджид Тахт-Раванчи в интервью BBC.

При этом он сказал, что тема нулевого обогащения «больше не обсуждается», а на вопрос о возможности вывоза из страны запасов высокообогащенного урана ответил, что «пока слишком рано говорить о том, что произойдет в ходе переговоров».

Второй раунд непрямых переговоров между США и Ираном должен состояться во вторник в Женеве.

Обсудил с Александрой Аппельберг (@minarety) идею США оставить стрелковое вооружение у ХАМАС

18+. НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЁН, РАСПРОСТРАНЁН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ СМАГИНЫМ НИКИТОЙ АНАТОЛЬЕВИЧЕМ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА СМАГИНА НИКИТЫ АНАТОЛЬЕВИЧА.

Напомню контекст:

NYT на прошлой неделе сообщила, что США в рамках нового плана урегулирования в Газе могут разрешить палестинскому движению ХАМАС сохранить стрелковое оружие.

При этом от ХАМАС потребуют полной сдачи всего тяжёлого вооружения, способного угрожать Израилю.

План якобы разработан американской стороной во главе с зятем Дональда Трампа Джаредом Кушнером и спецпосланником Стивом Уиткоффом.

https://www.youtube.com/watch?v=QvnCnx8_Jo4&list=PLo-7yss6M6XOfu7KAnqGwvx1AfE2HO1tK

ТГ "Исламизм от иноагента"

Заместитель министра иностранных дел Ирана по экономической дипломатии Хамид Ганбари заявил, что любое устойчивое соглашение между Ираном и США должно обеспечивать четкие и ощутимые экономические выгоды и для Тегерана, и для Вашингтона. 

По его словам, предыдущее соглашение провалилось отчасти потому, что США не получили от него достаточной экономической выгоды.

Чиновник отметил, что США можно предложить энергетические проекты, в частности, разработку нефтегазовых месторождений и совместные разработки, а также инвестиции в горнодобывающую промышленность. Ганбари также указал на конкретные проекты городского развития и возможность приобретения самолетов как на привлекательные области для потенциального сотрудничества.

Заместитель министра далее отметил, что высвобождение иранских финансовых ресурсов, в настоящее время ограниченных или заблокированных за рубежом, станет ключевым компонентом любого соглашения, при этом будут рассмотрены различные сценарии его эффективной и практической реализации.

Он упомянул возможность структурирования соглашений таким образом, чтобы Иран принимал на себя долговые обязательства, используя высвобожденные ресурсы в качестве залога.

⬆️ В журнале Foreign Policy как раз недавно был материал о том, как может выглядеть высвобождение финансовых ресурсов Ирана за рубежом. 

«Огромные международные резервы Ирана превышают 120 миллиардов долларов. Однако, по оценкам Международного валютного фонда, Иран имеет свободный доступ лишь к четверти этих резервов. Даже при экспорте Ираном значительных объемов нефти, отсутствие доступа к нефтяным доходам и резервам центрального банка ввергло страну в искусственно созданный кризис платежного баланса. У администрации Трампа есть значительные возможности для улучшения доступа Ирана к его резервам, что позволит центральному банку страны сдерживать продолжающуюся волатильность на валютном рынке Ирана, включая резкие девальвации, подобные той, которая спровоцировала последнюю волну общенациональных протестов».

По словам автора статьи, США могли бы получить долю в освобождении иранских активов. Так, при размещении миллиардов долларов иранских активов на специальных банковских счетах, любое новое соглашение между США и Ираном создаст собственный источник доходов. Администрация Трампа могла бы разработать специальный финансовый канал, позволяющий Ирану получать доступ как к накопленным, так и к будущим доходам от нефти. Взамен Иран мог бы взять на себя особые обязательства по процентам, получаемым от этих депозитов, чтобы обеспечить возврат экономических выгод Соединенным Штатам. Например, Иран мог бы обязаться ежегодно тратить определенную сумму на импорт товаров и сырья из США. 

Нелишним будет вспомнить, что в сентябре 2023 года, в рамках соглашения об обмене пленными с Ираном, администрация Байдена предоставила Ирану доступ к ранее замороженным резервам на сумму 6 миллиардов долларов, разрешив их перевод из Южной Кореи в Катар, где средства были размещены на счетах Центрального банка Ирана под контролем министерства финансов США. Иран не мог репатриировать деньги в свою финансовую систему, но мог использовать их для оплаты гуманитарных товаров.

После 7 октября этот план свернулся, но тот факт, что иранцы тогда на него согласились, может значить, что на некоторую форму финансового контроля со стороны США они могут согласиться. А процесс координации с властями Катара создал рамку, которая может быть применена и сейчас.

Про Иран: будет война или нет, ну и все вокруг этого — эфир на Deutsche Welle (с минуты 5:15).

Стив Уиткофф, святая простота, в интервью Fox News посетовал, что Дональд Трамп «заинтригован» тем, почему иранское правительство не уступает требованиям США, несмотря на мобилизацию американских войск на Ближнем Востоке.

«Я не хочу использовать слово „капитулировали“, но почему они не капитулировали? Почему, под таким давлением, с таким количеством морской и военно-морской мощи там, они не пришли к нам и не сказали: „Мы заявляем, что нам не нужно оружие, поэтому вот что мы готовы сделать“?».

Непонимание, сравнимое с тем, когда Трамп предложил жителям Газы выселить их куда-нибудь (предположительно, в Ливию и Сомали), а на месте их домов построить казино и торговые центры – и мир почему-то не оценил этот мощный бизнес-проект.

На самом деле, как я уже писала, для иранских властей обсуждаемые вопросы – гражданская ядерная программа, а также ракетный потенциал, который американцы тоже хотели бы свести к минимуму – это краеугольные камни существования режима. В этой логике, видимо, войну пережить можно. А вот подрыв основ – вряд ли.

И это может быть не так далеко от правды. Конечно, с военной точки зрения и США, и Израиль по отдельности, не говоря уже о вместе, значительно превосходят иранские силы. Но в военном противостоянии демократии (как бы ни износилось это слово в последние годы) и автократии у последней есть большое преимущество.

Иран может позволить себе неизмеримо больше жертв среди военных и гражданских, больше разрушений на своей собственной территории. Сколько военных США могут погибнуть, прежде чем американский избиратель задастся вопросом, почему это происходит? Сколько денег налогоплательщиков можно влить в новую войну, прежде чем налогоплательщик призовет свою власть к ответу?

Иранским властям не нужно выигрывать выборы – которые, хотя и существуют, не ставят под вопрос систему. Властям США – нужно, и очень скоро: промежуточные выборы состоятся уже этой осенью. С этим приходится считаться: политически Трамп не может себе позволить затяжную военную кампанию.

Вот и получается, что запас прочности у Ирана может оказаться выше, чем у США.

Приглашаем на супер-вдохновляющую лекцию Вики Идзинской про характеристики разных поколений русскоязычных алиот и особенности русскоязычного гражданского активизма в Израиле.

Как русскоязычные израильтяне меняют страну?
От «колбасной алии» 90-х до мощного гражданского активизма сегодня — наш путь в Израиле непростой, но захватывающий. Почему то, что раньше считалось «стыдным» (как празднование Нового года), сегодня стало частью общего культурного кода? И почему именно в нас коренные израильтяне часто видят надежду на перемены?
Приходите обсудить это на встрече в Хайфе!

Поговорим о конфликтах и сотрудничестве разных волн алии, о «полуторном поколении» и о том, как оно влияет на израильское общество сейчас, и о том, в чем наша сила и как наш голос становится громче.

Спикерка: Вика Идзинская
Социолог эмиграции, основательница «Исраэль Шелану» и одна из создательниц движений «Полуторное поколение» и «Миллионное лобби». Человек, который знает об интеграции все не только в теории, но и на практике.

Где: Хайфа, Ха-Шомер, 8
Когда: 5 марта в 18:30
Вход: Бесплатно, по предварительной регистрации.

→ Демоверсия. Подписаться

Об ударе США по Ирану говорят всё с большей уверенностью. С другой стороны, и переговоры пока, вроде бы, продолжаются. И одно совсем не исключает другого. 

Издание Axios сообщало со ссылкой на неназванного высокопоставленного американского чиновника, что если Иран представит свое предложение в течение следующих 48 часов, Вашингтон готов встретиться снова позже на этой неделе, «чтобы начать детальные переговоры».

Вскоре министр иностранных дел Омана заявил, что переговоры возобновятся в четверг в Женеве «с позитивным настроем, направленным на дальнейшее продвижение к завершению сделки».

Министр иностранных дел Ирана Аббас Аракчи в интервью CBS News подтвердил, что Тегеран готовит проект соглашения, которое позволит избежать военных действий. Он отметил, что «есть хорошие шансы на дипломатическое решение»:

«Я верю, что когда мы встретимся, вероятно, снова в этот четверг в Женеве, мы сможем поработать над этими элементами, подготовить хороший текст и быстро прийти к соглашению». 

Между тем, по данным New York Times, Трамп обсуждал со своими советниками возможность нанести ограниченный удар, а если он не заставит Иран уступить его требованиям, рассмотреть гораздо более масштабную атаку в ближайшие месяцы, направленную на свержение режима. 

Глава МАГАТЭ Рафаэль Гросси, по сообщениям, предложил компромисс: Иран не экспортирует запасы высокообогащенного урана, но снижает их чистоту под международными надзором. Право на обогащение формально сохраняется — но в минимальных объёмах и только для медицинских целей. 

В этой схеме Трамп сможет сказать, что закрыл все объекты, способные производить оружие. Иран — что не отказался от обогащения урана как такового. Все довольны, никто не потерял лицо.

Ограниченный удар в эту схему тоже вписывается. Трамп не зря сгонял на Ближний Восток «армаду», но режим выживает. Уран у Ирана как бы есть, но мало и для строго определенных целей. Win-win.

Красивый был бы договорнячок, но, конечно, совсем не факт. Американские чиновники публично говорят, что США настаивают на нулевом обогащении. Иранцы утверждают, что эта тема в последнем раунде переговоров не поднималась. Кто-то явно лукавит, но это и есть, видимо, дипломатия. 

Что ждет Иран после падения режима аятолл? 

В том маловероятном случае, если внутренние протесты, санкции, потенциальный американский и/или израильский удар сложатся в идеальный шторм и приведут к падению режима в Иране – что придет ему на смену? 

Отмечу для порядка первый вариант – прозападная демократия – хотя он и кажется наименее возможным в отсутствие институтов и на фоне экономической и инфраструктурной катастрофы. 

Второй вариант – восстановление монархии Резы Пехлеви. Сторонники такого сценария есть в окружении Трампа, в монархиях Персидского залива и в Израиле. Часть иранской диаспоры также поддерживает фигуру Пехлеви как следующего лидера. Насколько он популярен внутри Ирана – отдельный вопрос. Хотя в ходе последних протестов его имя часто повторялось на улицах, есть ощущение, что это ситуация «на безрыбье и рак рыба». Для мобилизации протестов этого может быть достаточно, для «дня после» – сомнительно, особенно без серьезной внешней помощи. Дональд Трамп пока не выражал готовности такую помощь принцу обеспечить, и трудно себе представить, чтобы кто-то еще это сделал. 

Третий сценарий – захват власти Корпусом стражей исламской революции, у которого уже есть институты, экономические ресурсы и военная мощь. КСИР может отбросить устаревшие религиозные элиты, и установить, по сути, военную диктатуру. В плане личных и гражданских свобод такой режим едва ли будет сильно лучше нынешнего. И он почти наверняка останется под санкциями, хотя, возможно, и будет стремиться к компромиссу с Западом. 

Четвертый вариант: гражданская война, вооруженная борьба за власть, которая будет способствовать еще большей нестабильности во всем регионе. Этого всеми силами пытаются избежать страны Персидского залива, и именно поэтому они отговаривали Трампа от удара. 

Наконец, бонусный вариант: режим сохраняется, но во главе его после ликвидации Хаменеи становится какой-то более договороспособный персонаж. То есть венесуэльский сценарий. Трампа это устроит. Протестующих, которые рассчитывали на его помощь, подвергая себя смертельной опасности – вряд ли.