И иранскую атаку на Израиль, и ответный удар Израиля по Ирану некоторые высмеивали – недостаточно, видимо, жертв, разрушений, и вообще войны недостаточно.

Мне же ни один из них не кажется поводом для смеха. Да, многие иранские ракеты и беспилотники так и не долетели до территории Израиля – в Тегеране наверняка это приняли к сведению и при случае исправят свои оплошности. Например, запустят это все не со своей территории, а из соседних Израилю Ливана и Сирии – так будет надежнее. Иран увидел поддержку Израиля со стороны США и арабских режимов – и удвоит свои усилия по дискредитации последних. (А с тем, чтобы испортить отношения с США, Израиль пока и сам прекрасно справляется). 

В случае с Израилем атака была меньшей по масштабу, но более эффективной, если действительно удалось уничтожить радар системы C-300. В любом случае, Израиль продемонстрировал возможность проводить операции в глубине иранской территории, в непосредственной близости и от производства беспилотников, и от ядерных объектов. 

Оба государства испытывали – и испытали – системы ПВО противника, оба сделали свои выводы. 

Иран намеренно сделал так, чтобы удар не привел к ненужным жертвам и разрушениям; Израиль сделал свой ответ нарочито приглушенным, «ограниченным», как и договаривались с США. 

Ни Израилю, по-хорошему, не нужен новый фронт, ни, тем более, Ирану, который все-таки технически и технологически слабее Израиля (не говоря уж о США). Так что пока инцидент как бы замяли. Но то, что раньше было табу, больше таковым не является, и события явно идут по пути эскалации – даже если ни одна из сторон этого не хочет.

It’s this time of the year again.

Хаг Песах самеах тем, кто отмечает (слово «празднует» в этом году как-то неуместно).

The Wall Street Journal и свежий, оригинальный тейк: За анти-израильскими протестами стоят Сорос и Рокфеллеры. Высокого класса журналистика.

Via ГАЛЕЕВ

Обожаю использующуюся в новостях ловкую формулировку «умеренные арабские режимы». 

Как правило, под этим подразумеваются страны, которые сотрудничают с США и не сильно против Израиля, и при этом противостоят «неумеренному» Ирану – в частности, Саудовская Аравия. 

Вот последние новости умеренного арабского режима: Контртеррористический суд приговорил активистку за права женщин в Саудовской Аравии к 11 годам тюрьмы за «поддержку прав женщин».

Манахель аль-Отайби, инструктор по фитнесу и художница, пропагандировала расширение прав и возможностей женщин в соцсетях.

Беглый просмотр ее страницы в Х показывает, что она в основном публиковала духоподъемные цитатки в духе раннего «Вконтакте».

Иронично, что активистка активно поддерживала «радикальные изменения» наследного принца Мухаммеда бин Салмана, включая смягчение дресс-кода для женщин, и говорила в интервью 2019 года, что чувствует, что благодаря заявлениям принца она может свободно выражать свои взгляды и носить то, что ей нравится.

Страна, в которой за последние пару лет я бывала наибольшее количество раз. Такой я бенефициар соглашений Авраама!

Израильский бронетранспортер в Филадельфийском коридоре (граница Газы и Египта). Что сказал бы по этому поводу старик Фрейд?

Иранцы часто видят в злоключениях, которые случаются с их страной, козни иностранных сил. История дает им более чем достаточно поводов для таких подозрений. Известно, что госпереворот 1953 года, когда был смещен премьер-министр Мохаммед Моссадык, вознамерившийся национализировать иранскую нефть, был срежиссирован ЦРУ и британцами.

Получивший в результате этого переворота практически неограниченную власть шах до сих пор считается (не то чтобы совсем уж безосновательно) американской марионеткой. А уж сколько загадочных смертей иранских физиков-ядерщиков и других ответственных за ядерную программу лиц на совести «Моссада» — не сосчитать.

Все это делает веру в конспирологические теории почти естественными для иранцев. Как говорится — если у вас паранойя, это еще не значит, что за вами не следят.

И все же, физики-ядерщики это одно (не одобряю, но логику понимаю), а президент и министр иностранных дел — совсем другое. При всей важности своих постов и Раиси, и Амир-Абдоллахиян были продуктами сложившейся системы, которая не разрушится от того, что два винтика из нее выпадут.

Режим в отсутствие президента Раиси не станет более либеральным — скорее, еще более параноидальным. Симпатий к Западу и/или Израилю этот инцидент (к которому ни тот, ни другой отношения почти наверняка не имели) тоже не прибавит — наоборот, может вызвать эффект объединения вокруг флага.

Так что если кто-то и выигрывает от этого, то только самые хардкорные элементы внутри Ирана. Но и здесь подозревать заговор пока преждевременно.

Сразу вопросы: а что будет, если президент Ирана погиб?

▪️Для иранской системы, как и для любой другой, гибель президента - это событие незаурядное и стрессовое. Нужно перестраивать работу правительства, думать о новых выборах

▪️В то же время в случае гибели Раиси риска обрушения системы я бы не ждал. Президент - это только второй по значимости человек в стране после духовного лидера. Его и так стабильно меняют раз в 8 лет. Более того, Раиси - это еще и далеко не самый яркий и харизматичный президент в истории Ирана. Скорее успешный функционер от консерваторов

▪️Главный риск - это возможное восприятие гибели президента протестно настроенными массами, как сигнал к действию. Мол президента нет, ненавистная система шатается - пора выходить на улицу. Тем более, что последние месяцы полиция нравов начала лютовать на улицах городов Ирана похлеще прежнего, и возмущения среди народа хватает

▪️Однако пока я бы не переоценивал эту вероятность. Мне кажется, что гибель президента - это не та эмоция, которая должна сильно всколыхнуть иранское общество. Все-таки не Хаменеи умер.

▪️Так что резюмируя: если Раиси погиб - это серьезный стресс для системы, но не экзистенциальный вызов

@irandezhurniy

Восемь месяцев войны по уничтожению ХАМАСа: миллионы перемещенных лиц, голод, гуманитарная катастрофа; Израиль последовательно становится страной-изгоем, война провоцирует мощные волны антисемитизма в западном мире.

Тем временем ХАМАС по-прежнему не то что не уничтожен, а достреливает до Тель-Авива.

Фото: жители Телявивского королевства устали от негатива.

Гигантских окровавленных игрушечных медведей в начале войны усадили на скамейках на улице Дизингоф как напоминание о детях-заложниках ХАМАСа.

(Справедливости ради, в ТА проходят и протесты с требованием вернуть заложников; но чем дальше тем больше кажется, что кроме протестующих никому до них дела нет)

Идите учить языки к Максиму — он супер: https://t.me/gunsncamels/1527

Интересно, как война в секторе Газа влияет на геополитику в других частях мира. Про западные страны с многотысячными демонстрациями, студенческими протестами и призывами пересмотреть отношения с Израилем говорят много. Но оказалось, что и Юго-Восточная Азия испытывает на себе влияние далекого (казалось бы) конфликта. 

Это стало очевидно после недавнего регионального саммита по безопасности «Диалог – Шангри-Ла» в Сингапуре, где даже Зеленского заставили отвечать на вопрос про Газу. И не только его.

Президент Индонезии Прабово Субианто, который также является министром обороны, говорил о «душераздирающих инцидентах» и «трагедиях», которые пережили палестинцы. Он призвал к расследованию «гуманитарной катастрофы», разворачивающейся в секторе Газа. Он также заявил, что его страна готова направить миротворцев для поддержания прекращения огня, когда оно будет достигнуто.  

Это прозвучало со стороны президента страны, которая, как предполагалось до 7 октября, была близка к нормализации отношений с Израилем, при том что уже существующие связи Индонезии с Израилем теснее, чем хочет показать элита, и включают в себя закупки израильских технологий и вооружения.

Что уж говорить о более радикальных по отношению к Израилю режимах – таких, как Малайзия. Министр обороны этой страны Мохамед Халед Нордин осудил «акты геноцида» Израиля и призвал организаторов саммита — британский Международный институт стратегических исследований (IISS) — пригласить представителя Палестины на их встречу в следующем году.

Малайзия не признает Израиль, зато в этой стране есть посольство Палестины, а также неофициальный офис ХАМАСа. На антиизраильские митинги в Куала-Лумпуре выходят не только активисты, но и политики, а премьер-министр Анвар Ибрагим считается одним из самых антиизраильски настроенных лидеров в регионе. 

Еще одна страна региона, Сингапур, поддерживает тесные связи в сфере безопасности с Израилем. Правительство запретило пропалестинские демонстрации в стране – не только поэтому, но и опасаясь, что христиане, которые в целом настроены произраильски и составляют 19% населения, будут требовать собственных протестов, тем самым вынося на поверхность религиозные разногласия. Кроме того, вызывает тревогу гипотетическая возможность того, что резкость соседней Малайзии будет способствовать развитию экстремизма в Сингапуре.

Конфликт в секторе Газа влияет на настроения в Юго-Восточной Азии не только из-за панисламской солидарности и сочувствия страданиям палестинцев, но и из-за того, что некоторым в регионе кажется «соучастием» западных правительств, особенно США, в продолжающемся насилии и «двойными стандартами», которые Запад применяет избирательно. 

Раздражение по поводу такого «двуличия» западных стран, в первую очередь США, может осложнить усилия последних по укреплению партнерств в области безопасности в Индо-Тихоокеанском регионе – направление, которое министр обороны США Ллойд Остин назвал «приоритетным» для своей страны, «несмотря на исторические столкновения в Европе и на Ближнем Востоке».

Четыре израильских заложника освобождены в секторе Газа: Ноа Аргамани (25 лет), Альмог Меир (21 год), Андрей Козлов (27 лет) и Шломи Зив (40 лет).

В особо упоротых кругах освобождение четырех заложников почему-то воспринимается как аргумент против потенциальной сделки.

Хочется просто напомнить, что в рамках сделки в ноябре было освобождено 105 заложников (из них 80 граждан Израиля). Военным путем было освобождено сейчас четверо, одна девушка-солдатка в начале войны — итого пятеро. А еще как минимум трое израильских заложников были ЦАХАЛом убиты.

Тем не менее, эти четыре спасенные жизни — большое счастье, конечно.

P.S. Читатели напомнили, что в феврале армия освободила еще двух заложников-израильтян аргентинского происхождения. Операция тогда удачно совпала с визитом аргентинского президента.

Совет стражей конституции Ирана утвердил шесть кандидатов для участия в президентских выборах 28 июня. Побороться за президентское кресло смогут: Мостафа  Пурмохаммади, Масуд Пезешкиян, Амирхоссейн Газизаде, Алиреза Закани, Саид Джалили и Мохаммад-Багер Галибаф. 

Изначально для участия в выборах зарегистрировались восемьдесят кандидатов, в числе которых были умеренные, реформисты и даже женщины. Однако финальный список составляется с одобрения Совета стражей, группы священнослужителей и юристов, в конечном итоге курируемой верховным лидером Али Хаменеи.

Интрига заключалась в том, позволят ли участвовать хоть кому-нибудь из не-хардлайнеров в попытке повысить явку, а значит, легитимность результатов. Но, видимо, решили не рисковать. 

Самый вероятный победитель – Мохаммад-Багер Галибаф, нынешний спикер парламента, в прошлом – мэр Тегерана и начальник иранской полиции. На каждой из этих позиций он отличился жестким подавлением протестов. Он уже несколько раз пытался стать президентом, но каждый раз неудачно.

Его ближайший конкурент – Саид Джалили, еще один сторонник жесткой линии. В противостоянии с Галибафом будет, вероятно, давить на многочисленные обвинения в коррупции.

Ранее сообщалось, что Совет стражей Конституции должен объявить имена квалифицированных кандидатов 11 июня, так что может быть это и не окончательный список.

Вашу маму и там и здесь показывают.

Сегодня на Deutsche Welle про заложников: https://www.youtube.com/live/ha6dC8XJ14g?si=hLozdUO3ujqWhhm4

Если вы когда-нибудь думали о том, какие книжки в свободное время читает аятолла Хаменеи…

Приехала в отпуск в Лондон и попала в подкаст BBC. Как говорится, совпадение? Не думаю: https://t.me/bbcrussian/66748