и выросли из спины не крылья, а черви
склизкие, мерзкие черви.
все с отвращением глядят на него,
он, не понимая, кричит и орет.
больно-больно, все тело обмякло,
как электрическим током сковало.
и словно из пепла и тьмы сотканы
черные черви в спине сплетены.

время проходит
мальчик же тот
с нетерпением завязал сам себе рот.
он есть не хочет, говорить
незачем стало, судьба ему мнит:
будешь ты вороной в своем городке
с мерзкими червями в своей же спине.

со временем черви те стали иными,
как-то по-своему, гнилостно змеины.
змеи те белые, словно снег в теплый день,
и, окруженный толпой облезлых стен,
он на них он смотрит, а все же молчит.
вороной он будет, но как звезды в ночи.

вокруг все белым-бело, но то не снег,
это пепел стал настолько бел.
ветер томно завывает,
душ покойных прах сдувает.

и мальчик там стоит среди пыли,
на руки смотрит — а ты молчи.
черным мысли вытекли на пол,
изнутри прожгли свой дом.

Был ли он животным, если музыка так волновала его?