Операция турецкой армии в Сирии - анализ и выводы
Наш блог уже не раз писал о книге «Турецкая военная машина: сила и слабость». Рады сообщить и о том, что информационный ресурс "Газета.ру" в материале "Война в Сирии: опыт турецкой армии" опубликовала отрывок из нее, сокращенный вариант которого мы также размещаем у себя.
Достигнутые в Астане договоренности Москвы, Анкары и Тегерана о создании в Сирии «зон деэскалации» в очередной раз подтвердили определяющее влияние Турции на военный конфликт в Сирии, в который оказалась втянута и Россия. «Газета.Ru» с разрешения издательства «Центра анализа стратегий и технологий» публикует отрывок из книги «Турецкая военная машина: сила и слабость» о сирийском опыте армии Турции.
Со времени создания на обломках Османской империи Сирии отношения между официальными Дамаском и Анкарой никогда не были хорошими. Первоначально это подпитывалось реваншистскими турецкими настроениями, территориальными претензиями и сепаратизмом сирийских турок (также известных как туркоманы, или туркмены). Впоследствии отношения обострились из-за конфликта Турции с курдами, которые находили себе убежище в курдских районах Сирии. В 1990-х годах это даже ненадолго поставило страны на грань войны. Некоторое потепление отношений в 2000-е годы вновь сменилось открытой враждой после начала конфликта в Сирии.
Вторжение
Со второй половины 2011 года, когда внутрисирийский конфликт начал разрастаться в полномасштабную гражданскую войну, Турция заняла предельно жесткую позицию против властей Сирии и лично сирийского президента Башара Асада, требуя смены режима в стране. На территории Турции были открыто сформированы структуры политического и военного руководства оппозиционной «Свободной сирийской армии» (ССА), развернуты ее тыловые структуры.
Турция, в которую хлынули потоки сирийских беженцев, начала настаивать на создании для них в приграничных районах Сирии «зоны безопасности», а также бесполетной зоны для правительственной авиации на севере страны — фактически установления там своего военного протектората.
В 2012–2013 годах Турция в ответ на свой сбитый самолет RF-4E, нарушивший границу с Сирией, сбила истребитель МиГ-23 и вертолет Ми-17 ВВС Сирии, также обвинив их в нарушении воздушного пространства. Неоднократно турецкая сторона проводила и артиллерийские обстрелы сирийских правительственных войск, обвиняя их в атаках на территорию Турции.
Не встретив поддержки союзников по НАТО и международного сообщества в идее создания «безопасных зон», с 2014 года руководство Турции начало готовить одностороннюю военную интервенцию в Сирии под предлогом войны с терроризмом, а также увеличила поддержку ССА и других исламистов, воюющих против сирийского правительства.
21–22 февраля 2015 года турецкая армия провела молниеносную трансграничную операцию по эвакуации небольшого турецкого анклава на сирийской территории, которому угрожало наступление сил ИГИЛ (организация запрещена в России. — «Газета.Ru»). В ходе сухопутной операции были задействованы один танковый и один механизированный батальон (39 танков, 57 единиц легкой бронетехники и 572 человека), углубившиеся на сирийскую территорию на 30 км. С территории анклава в более безопасное место у границы с Турцией были эвакуированы останки прародителя османского государства Шаха Сулеймана и охранявший его гробницу гарнизон из 15 турецких солдат. Сопротивления противника встречено не было, и операция закончилась успешно. Погиб лишь один солдат — по небоевой причине. Успех стимулировал разработку планов крупномасштабной турецкой интервенции в Сирию, которая должна была начаться в декабре 2015 года.
Российское вмешательство в сирийскую гражданскую войну осенью 2015 года и последовавший конфликт с Москвой, возникший после того, как турецкими ВВС был сбит российский фронтовой бомбардировщик Су-24М2 в ноябре 2015 года, спутали планы турецкого руководства.
Наш блог уже не раз писал о книге «Турецкая военная машина: сила и слабость». Рады сообщить и о том, что информационный ресурс "Газета.ру" в материале "Война в Сирии: опыт турецкой армии" опубликовала отрывок из нее, сокращенный вариант которого мы также размещаем у себя.
Достигнутые в Астане договоренности Москвы, Анкары и Тегерана о создании в Сирии «зон деэскалации» в очередной раз подтвердили определяющее влияние Турции на военный конфликт в Сирии, в который оказалась втянута и Россия. «Газета.Ru» с разрешения издательства «Центра анализа стратегий и технологий» публикует отрывок из книги «Турецкая военная машина: сила и слабость» о сирийском опыте армии Турции.
Со времени создания на обломках Османской империи Сирии отношения между официальными Дамаском и Анкарой никогда не были хорошими. Первоначально это подпитывалось реваншистскими турецкими настроениями, территориальными претензиями и сепаратизмом сирийских турок (также известных как туркоманы, или туркмены). Впоследствии отношения обострились из-за конфликта Турции с курдами, которые находили себе убежище в курдских районах Сирии. В 1990-х годах это даже ненадолго поставило страны на грань войны. Некоторое потепление отношений в 2000-е годы вновь сменилось открытой враждой после начала конфликта в Сирии.
Вторжение
Со второй половины 2011 года, когда внутрисирийский конфликт начал разрастаться в полномасштабную гражданскую войну, Турция заняла предельно жесткую позицию против властей Сирии и лично сирийского президента Башара Асада, требуя смены режима в стране. На территории Турции были открыто сформированы структуры политического и военного руководства оппозиционной «Свободной сирийской армии» (ССА), развернуты ее тыловые структуры.
Турция, в которую хлынули потоки сирийских беженцев, начала настаивать на создании для них в приграничных районах Сирии «зоны безопасности», а также бесполетной зоны для правительственной авиации на севере страны — фактически установления там своего военного протектората.
В 2012–2013 годах Турция в ответ на свой сбитый самолет RF-4E, нарушивший границу с Сирией, сбила истребитель МиГ-23 и вертолет Ми-17 ВВС Сирии, также обвинив их в нарушении воздушного пространства. Неоднократно турецкая сторона проводила и артиллерийские обстрелы сирийских правительственных войск, обвиняя их в атаках на территорию Турции.
Не встретив поддержки союзников по НАТО и международного сообщества в идее создания «безопасных зон», с 2014 года руководство Турции начало готовить одностороннюю военную интервенцию в Сирии под предлогом войны с терроризмом, а также увеличила поддержку ССА и других исламистов, воюющих против сирийского правительства.
21–22 февраля 2015 года турецкая армия провела молниеносную трансграничную операцию по эвакуации небольшого турецкого анклава на сирийской территории, которому угрожало наступление сил ИГИЛ (организация запрещена в России. — «Газета.Ru»). В ходе сухопутной операции были задействованы один танковый и один механизированный батальон (39 танков, 57 единиц легкой бронетехники и 572 человека), углубившиеся на сирийскую территорию на 30 км. С территории анклава в более безопасное место у границы с Турцией были эвакуированы останки прародителя османского государства Шаха Сулеймана и охранявший его гробницу гарнизон из 15 турецких солдат. Сопротивления противника встречено не было, и операция закончилась успешно. Погиб лишь один солдат — по небоевой причине. Успех стимулировал разработку планов крупномасштабной турецкой интервенции в Сирию, которая должна была начаться в декабре 2015 года.
Российское вмешательство в сирийскую гражданскую войну осенью 2015 года и последовавший конфликт с Москвой, возникший после того, как турецкими ВВС был сбит российский фронтовой бомбардировщик Су-24М2 в ноябре 2015 года, спутали планы турецкого руководства.
В условиях развертывания Россией в Сирии военной группировки, включавшей боевую авиацию и системы ПВО, любая турецкая интервенция могла привести к дальнейшей эскалации конфронтации с российской стороной, а поддержка Россией курдов — затруднить операцию. К вопросу интервенции Турция сумела вернуться лишь после урегулирования отношений с Россией. Этому не помешали даже случившаяся 15 июля 2016 года в Турции попытка военного переворота и последовавшие за ней масштабные чистки в турецкой армии.
Одновременно Анкара вела закулисные переговоры и с Ираном, который также дал молчаливое согласие на ограниченную в территориальном отношении операцию Турции в Сирии против ИГИЛ и курдов, которые являются проблемой и для Ирана. Такая военная акция была поддержана и США, которые давно ждали от Турции более активного противодействия ИГИЛ, а также Саудовской Аравией. Таким образом, президенту Турции Реджепу Тайипу Эрдогану в итоге удалось согласовать военную операцию со всеми основными игроками в регионе.
Вторжение на территорию Сирии турецкое руководство оправдало реализацией права на самооборону, предоставленного статьей 51 Устава ООН. Целью операции, начавшейся 24 августа 2016 года, была официально заявлена «борьба с террористическими группировками ИГИЛ и Рабочей партией Курдистана». Турция давно страдала от терактов и диверсий исламистов и курдов, а ее приграничный город Килис (4 км от сирийской границы) регулярно подвергался ракетным обстрелам с территории, занятой ИГИЛ. Лишь в 2016 году в нем погибло более 20 мирных жителей. Но мало у кого вызывало сомнения, что главной целью турецкой военной операции в Сирии была не борьба с ИГИЛ, а создание надежного буфера между обширными курдскими территориями на восточном берегу Евфрата и их афринским анклавом, недопущение формирования единой курдской автономии на севере Сирии.
Ранее отряды главным образом курдской «Сирийской демократической армии» (СДА) и особенно ненавистные Анкаре курдские Отряды народной самообороны (YPG) перешли на западный берег Евфрата и 15 августа 2016 года после двухмесячных боев отбили у ИГИЛ ключевой город Манбидж, сделав объединение курдских территорий на севере Сирии без вооруженного вмешательства Турции почти неизбежным. Сирийские власти в очередной раз ограничились словесными обвинениями Турции в агрессии, но никаких действий по предотвращению турецкого вторжения предпринимать не стали, да и не имели такой возможности повлиять на ситуацию в этом давно неконтролируемом ими регионе.
Первые потери в боях с курдами
В то же время турецкая операция отвлекла тысячи бойцов сирийской вооруженной оппозиции от участия в попытках деблокады окруженного правительственными войсками Алеппо в самый критический период боев в конце августа – начале сентября 2016 года, когда фактически и решилась судьба города. Это не могло не рассматриваться как позитивный момент и Сирией, и Россией, которые в результате также «сквозь пальцы» смотрели на турецкую интервенцию. Замысел турецкой операции предусматривал продвижение вглубь Сирии на 30 км от границы на 100-километровом фронте, занятие городов Аль-Баб и Манбидж, а также еще 150 малых населенных пунктов. Фактически это должно было создать ту «зону безопасности» на севере страны, за формирование которой Турция выступала уже несколько лет. Основу сил вторжения составили обученные и дополнительно вооруженные Турцией силы различных протурецких отрядов сирийской оппозиции, включая ССА и туркоманов, общая численность которых оценивалась в 3–5 тыс. человек.
Они стали турецкой «прокси-армией», на которую должна была прийтись основная тяжесть боев и контроля территории. Турецкие силы должны были оказывать только огневую поддержку и были представлены батальоном танков М60А3 из состава 2-й полевой армии, сопровождаемым бойцами Командования специальных операций Турции и армейского спецназа. Общая численность турецкого контингента на первом этапе составляла лишь около 350 человек.
Одновременно Анкара вела закулисные переговоры и с Ираном, который также дал молчаливое согласие на ограниченную в территориальном отношении операцию Турции в Сирии против ИГИЛ и курдов, которые являются проблемой и для Ирана. Такая военная акция была поддержана и США, которые давно ждали от Турции более активного противодействия ИГИЛ, а также Саудовской Аравией. Таким образом, президенту Турции Реджепу Тайипу Эрдогану в итоге удалось согласовать военную операцию со всеми основными игроками в регионе.
Вторжение на территорию Сирии турецкое руководство оправдало реализацией права на самооборону, предоставленного статьей 51 Устава ООН. Целью операции, начавшейся 24 августа 2016 года, была официально заявлена «борьба с террористическими группировками ИГИЛ и Рабочей партией Курдистана». Турция давно страдала от терактов и диверсий исламистов и курдов, а ее приграничный город Килис (4 км от сирийской границы) регулярно подвергался ракетным обстрелам с территории, занятой ИГИЛ. Лишь в 2016 году в нем погибло более 20 мирных жителей. Но мало у кого вызывало сомнения, что главной целью турецкой военной операции в Сирии была не борьба с ИГИЛ, а создание надежного буфера между обширными курдскими территориями на восточном берегу Евфрата и их афринским анклавом, недопущение формирования единой курдской автономии на севере Сирии.
Ранее отряды главным образом курдской «Сирийской демократической армии» (СДА) и особенно ненавистные Анкаре курдские Отряды народной самообороны (YPG) перешли на западный берег Евфрата и 15 августа 2016 года после двухмесячных боев отбили у ИГИЛ ключевой город Манбидж, сделав объединение курдских территорий на севере Сирии без вооруженного вмешательства Турции почти неизбежным. Сирийские власти в очередной раз ограничились словесными обвинениями Турции в агрессии, но никаких действий по предотвращению турецкого вторжения предпринимать не стали, да и не имели такой возможности повлиять на ситуацию в этом давно неконтролируемом ими регионе.
Первые потери в боях с курдами
В то же время турецкая операция отвлекла тысячи бойцов сирийской вооруженной оппозиции от участия в попытках деблокады окруженного правительственными войсками Алеппо в самый критический период боев в конце августа – начале сентября 2016 года, когда фактически и решилась судьба города. Это не могло не рассматриваться как позитивный момент и Сирией, и Россией, которые в результате также «сквозь пальцы» смотрели на турецкую интервенцию. Замысел турецкой операции предусматривал продвижение вглубь Сирии на 30 км от границы на 100-километровом фронте, занятие городов Аль-Баб и Манбидж, а также еще 150 малых населенных пунктов. Фактически это должно было создать ту «зону безопасности» на севере страны, за формирование которой Турция выступала уже несколько лет. Основу сил вторжения составили обученные и дополнительно вооруженные Турцией силы различных протурецких отрядов сирийской оппозиции, включая ССА и туркоманов, общая численность которых оценивалась в 3–5 тыс. человек.
Они стали турецкой «прокси-армией», на которую должна была прийтись основная тяжесть боев и контроля территории. Турецкие силы должны были оказывать только огневую поддержку и были представлены батальоном танков М60А3 из состава 2-й полевой армии, сопровождаемым бойцами Командования специальных операций Турции и армейского спецназа. Общая численность турецкого контингента на первом этапе составляла лишь около 350 человек.
Наземная операция сопровождалась воздушной кампанией, в которой Турция применила наиболее совершенные средства поражения из своего арсенала. Практически все ее удары выполнялись истребителями Lockheed Martin F-16C/D с использованием высокоточного оружия (как производства США, так и собственного).
Уже с первых дней операции были задействованы новые ударные БЛА турецкой разработки Bayraktar TB2, первая партия которых поступила в войска лишь весной 2016 года, применение в Сирии стало для них «боевым крещением». Несмотря на то что один из них совершил аварийную посадку из-за проблемы с двигателем уже в ночь на 25 августа, использование беспилотников стало регулярным.
Первым направлением удара начавшейся 24 августа 2016 года на территории Сирии турецкой операции «Щит Евфрата» стал приграничный городок Джераблус, контролировавшийся ИГИЛ. К началу наступления его окрестности уже были эвакуированы террористами, которые не стали принимать бой на чрезвычайно невыгодной для себя позиции под угрозой своего окружения и уничтожения. Поэтому населенный пункт был взят силами ССА уже в первые сутки операции без боя и потерь. Первые серьезные стычки в ходе операции произошли не с ИГИЛ, а с находящимися в 8 км к югу от Джераблуса курдскими силами, которые подверглись обстрелам турецких танков, артиллерии и авиации. Курдам был предъявлен ультиматум с требованием в течение недели покинуть западный берег Евфрата, включая отбитый недавно у ИГИЛ город Манбидж. Ультиматум был отвергнут. Именно бои за поселки к югу от Джераблуса привели к первым военным потерям Турции.
Курдские формирования 27 августа поразили из ПТРК MILAN два турецких танка М60. Один из них не получил больших повреждений, а второй сгорел. Погиб один танкист, трое были ранены. Тем не менее продвижение протурецких сил, имевших подавляющее численное и качественное превосходство, это не остановило. На шестые сутки операции, 29 августа, основные силы ССА, выдавливая курдов из населенных пунктов, достигли рубежа реки Саджур — естественной преграды.
Активизировавшие дипломатические усилия США вынудили с 30 августа договориться о прекращении огня между турецкой группировкой и формированиями курдов. Было заявлено, что Отряды народной самообороны переправятся на восточный берег Евфрата, а в Джераблусе останутся только арабские формирования из состава СДА. Несмотря на то что этого впоследствии так и не произошло, наступление сил «Щита Евфрата» на Манбидж было остановлено. Река Саджур стала линией разграничения на ближайшие полгода. Прекращение боевых действий с курдами позволило Турции сосредоточиться на продвижении против ИГИЛ в направлении к западу от Джераблуса. Несмотря на то что основные силы террористов были заранее отведены из этого района, отдельные группы их оставались и пытались задержать продвижение. Здесь 31 августа против сил ССА был впервые применен начиненный взрывчаткой «джихадмобиль» со смертником за рулем — наиболее опасное и мощное оружие ИГИЛ, а днем ранее турецкий танк М60 был поражен ПТУР, в результате чего ранения получили трое членов его экипажа.
Бесценный опыт «прокси-войны»
Если турецкие силы были сосредоточены на оси Аль-Баб – Кабасин, то российская авиация наносила удары в основном к югу и юго-западу от города, в интересах начавшегося наступления сирийских правительственных сил. С 17 января, всего за несколько дней до своего ухода из Белого дома президент США Барак Обама санкционировал возобновление ударов американской коалиции в поддержку турецкой операции в Аль-Бабе. 18 января российское Министерство обороны заявило о проведении первой совместной воздушной операции в координации с Турцией. В этот день в одном воздушном пространстве по целям в Аль-Бабе и окрестностях наносили удары турецкие самолеты, беспилотники США, самолеты Tornado ВВС Великобритании и российские ВКС.
Уже с первых дней операции были задействованы новые ударные БЛА турецкой разработки Bayraktar TB2, первая партия которых поступила в войска лишь весной 2016 года, применение в Сирии стало для них «боевым крещением». Несмотря на то что один из них совершил аварийную посадку из-за проблемы с двигателем уже в ночь на 25 августа, использование беспилотников стало регулярным.
Первым направлением удара начавшейся 24 августа 2016 года на территории Сирии турецкой операции «Щит Евфрата» стал приграничный городок Джераблус, контролировавшийся ИГИЛ. К началу наступления его окрестности уже были эвакуированы террористами, которые не стали принимать бой на чрезвычайно невыгодной для себя позиции под угрозой своего окружения и уничтожения. Поэтому населенный пункт был взят силами ССА уже в первые сутки операции без боя и потерь. Первые серьезные стычки в ходе операции произошли не с ИГИЛ, а с находящимися в 8 км к югу от Джераблуса курдскими силами, которые подверглись обстрелам турецких танков, артиллерии и авиации. Курдам был предъявлен ультиматум с требованием в течение недели покинуть западный берег Евфрата, включая отбитый недавно у ИГИЛ город Манбидж. Ультиматум был отвергнут. Именно бои за поселки к югу от Джераблуса привели к первым военным потерям Турции.
Курдские формирования 27 августа поразили из ПТРК MILAN два турецких танка М60. Один из них не получил больших повреждений, а второй сгорел. Погиб один танкист, трое были ранены. Тем не менее продвижение протурецких сил, имевших подавляющее численное и качественное превосходство, это не остановило. На шестые сутки операции, 29 августа, основные силы ССА, выдавливая курдов из населенных пунктов, достигли рубежа реки Саджур — естественной преграды.
Активизировавшие дипломатические усилия США вынудили с 30 августа договориться о прекращении огня между турецкой группировкой и формированиями курдов. Было заявлено, что Отряды народной самообороны переправятся на восточный берег Евфрата, а в Джераблусе останутся только арабские формирования из состава СДА. Несмотря на то что этого впоследствии так и не произошло, наступление сил «Щита Евфрата» на Манбидж было остановлено. Река Саджур стала линией разграничения на ближайшие полгода. Прекращение боевых действий с курдами позволило Турции сосредоточиться на продвижении против ИГИЛ в направлении к западу от Джераблуса. Несмотря на то что основные силы террористов были заранее отведены из этого района, отдельные группы их оставались и пытались задержать продвижение. Здесь 31 августа против сил ССА был впервые применен начиненный взрывчаткой «джихадмобиль» со смертником за рулем — наиболее опасное и мощное оружие ИГИЛ, а днем ранее турецкий танк М60 был поражен ПТУР, в результате чего ранения получили трое членов его экипажа.
Бесценный опыт «прокси-войны»
Если турецкие силы были сосредоточены на оси Аль-Баб – Кабасин, то российская авиация наносила удары в основном к югу и юго-западу от города, в интересах начавшегося наступления сирийских правительственных сил. С 17 января, всего за несколько дней до своего ухода из Белого дома президент США Барак Обама санкционировал возобновление ударов американской коалиции в поддержку турецкой операции в Аль-Бабе. 18 января российское Министерство обороны заявило о проведении первой совместной воздушной операции в координации с Турцией. В этот день в одном воздушном пространстве по целям в Аль-Бабе и окрестностях наносили удары турецкие самолеты, беспилотники США, самолеты Tornado ВВС Великобритании и российские ВКС.
Несмотря на столь активную авиационную поддержку, эффективность ненадежных протурецких «прокси-сил» оставалась низкой. Необходимое для окружения Аль-Баба овладение маленьким поселком Сульфания затянулось на несколько недель. Попытки сил «Щита Евфрата» закрепиться в нем пресекались атаками смертников, обстрелами с окрестных высот и контратаками. В результате протурецкие отряды отступали из него не менее десяти раз. В одном из таких боев 20 января от взрыва еще одного заминированного автомобиля погибли пятеро и были ранены девять турецких военных.
В феврале 2017 года в районе Аль-Баба сложилась уникальная ситуация, когда в боях против ИГИЛ за город и его окрестности оказались задействованы бывшие кровные враги. С севера на него наступали силы «Щита Евфрата», включавшие турецкие войска и еще недавно воевавшие с правительством Сирии отряды ССА. С юго-запада к нему приближались правительственные войска, поддержанные российскими ВКС, а на востоке действовали курды. В ходе окружения города между группировками установился вооруженный нейтралитет. Время от времени вспыхивавшие конфликты и перестрелки между ними гасились при посредничестве России и Турции.
Политическая воля на совместное решение проблемы ИГИЛ в регионе оказалось настолько велика, что даже инцидент с ошибочным ударом ВКС России по турецким военным 9 февраля (погибли трое и ранены одиннадцать военнослужащих) не привел к серьезным политическим последствиям.
Тем не менее, несмотря на примирительную публичную реакцию, Турция на время возобновила круглосуточное воздушное патрулирование истребителей в районе операции и сопровождение ими российских и сирийских ударных самолетов, наносящих удары в районе Аль-Баба, посылая этим недвусмысленный сигнал.
Согласованной линией разграничения турецких и сирийских правительственных сил стало шоссе М4. Это оставляло Аль-Баб и Кабасин в зоне ответственности Турции, а южный пригород Тадеф — в зоне правительства Сирии. После значительного продвижения сирийской армии, овладевшей высотами и поселками к югу и юго-западу от города, и одновременного занятия турками города Бааз ситуация для обороняющей Аль-Баб террористической группировки стала критической. Единственная оставшаяся дорога оказалась под огневым воздействием с двух сторон, а сам город рисковал остаться в плотном окружении. С выходом к его окраинам сирийской армии сил для этого теперь было достаточно.
24 февраля, после решительного штурма, продолжавшегося непрерывно две недели, в котором в этот раз в боевых порядках интенсивно задействовались турецкие спецназовцы, город Аль-Баб был полностью освобожден от террористов, как и его окрестности. Гарнизон ИГИЛ был частично уничтожен, а частично отступил, пользуясь последней возможностью. За два месяца боев, артиллерийских обстрелов и авиаударов западные и северо-западные районы Аль-Баба были сильно разрушены, по данным ООН, погибло свыше 300 мирных жителей. Одновременно сирийские правительственные войска заняли пригород Тадеф и быстрым рывком на плечах отступающих боевиков ИГИЛ 27 февраля 2017 года вышли на границу контролируемой СДА (а фактически курдами) территории. Путь силам «Щита Евфрата» дальше вглубь Сирии оказался закрыт.
Без вступления в полномасштабную военную конфронтацию с правительственными силами или курдами возможность дальнейшего турецкого наступления на территории ИГИЛ по направлению к столице «Халифата» Ракке была блокирована.
Продолжение в комментарии под фото
http://bmpd.livejournal.com/2608439.html
В феврале 2017 года в районе Аль-Баба сложилась уникальная ситуация, когда в боях против ИГИЛ за город и его окрестности оказались задействованы бывшие кровные враги. С севера на него наступали силы «Щита Евфрата», включавшие турецкие войска и еще недавно воевавшие с правительством Сирии отряды ССА. С юго-запада к нему приближались правительственные войска, поддержанные российскими ВКС, а на востоке действовали курды. В ходе окружения города между группировками установился вооруженный нейтралитет. Время от времени вспыхивавшие конфликты и перестрелки между ними гасились при посредничестве России и Турции.
Политическая воля на совместное решение проблемы ИГИЛ в регионе оказалось настолько велика, что даже инцидент с ошибочным ударом ВКС России по турецким военным 9 февраля (погибли трое и ранены одиннадцать военнослужащих) не привел к серьезным политическим последствиям.
Тем не менее, несмотря на примирительную публичную реакцию, Турция на время возобновила круглосуточное воздушное патрулирование истребителей в районе операции и сопровождение ими российских и сирийских ударных самолетов, наносящих удары в районе Аль-Баба, посылая этим недвусмысленный сигнал.
Согласованной линией разграничения турецких и сирийских правительственных сил стало шоссе М4. Это оставляло Аль-Баб и Кабасин в зоне ответственности Турции, а южный пригород Тадеф — в зоне правительства Сирии. После значительного продвижения сирийской армии, овладевшей высотами и поселками к югу и юго-западу от города, и одновременного занятия турками города Бааз ситуация для обороняющей Аль-Баб террористической группировки стала критической. Единственная оставшаяся дорога оказалась под огневым воздействием с двух сторон, а сам город рисковал остаться в плотном окружении. С выходом к его окраинам сирийской армии сил для этого теперь было достаточно.
24 февраля, после решительного штурма, продолжавшегося непрерывно две недели, в котором в этот раз в боевых порядках интенсивно задействовались турецкие спецназовцы, город Аль-Баб был полностью освобожден от террористов, как и его окрестности. Гарнизон ИГИЛ был частично уничтожен, а частично отступил, пользуясь последней возможностью. За два месяца боев, артиллерийских обстрелов и авиаударов западные и северо-западные районы Аль-Баба были сильно разрушены, по данным ООН, погибло свыше 300 мирных жителей. Одновременно сирийские правительственные войска заняли пригород Тадеф и быстрым рывком на плечах отступающих боевиков ИГИЛ 27 февраля 2017 года вышли на границу контролируемой СДА (а фактически курдами) территории. Путь силам «Щита Евфрата» дальше вглубь Сирии оказался закрыт.
Без вступления в полномасштабную военную конфронтацию с правительственными силами или курдами возможность дальнейшего турецкого наступления на территории ИГИЛ по направлению к столице «Халифата» Ракке была блокирована.
Продолжение в комментарии под фото
http://bmpd.livejournal.com/2608439.html
Правительство Шри-Ланки отказало китайской подводной лодке в заходе в Коломбо
Как сообщает французский ресурс «opex360.com» в материале "Le Sri Lanka a refusé une escale à un sous-marin chinois", в период пребывания ланкийского президента Махинда Раджапакса в 2010-2015 годы Китай в два раза превзошел Японию по объему инвестиций в Шри-Ланку. Это было достигнуто за счет выделения 5 млрд долл. на несколько инфраструктурных проектов, в первую очередь, на реконструкцию портов, а также выдачи займов, проценты по которым некоторыми рассматривались как слишком высокие.
В рамках своего проекта «Один пояс, одна дорога» и его морской составляющей, также именуемой «Стратегией жемчужного колье», Пекин полагает, что его географическая позиция Шри-Ланки является стратегической для его интересов. Ведь бывший Цейлон расположен на пересечении морских торговых путей, через которые нефть поставляется в Китай. Из этого вытекает и политика в отношении Коломбо, к которой весьма напряженно относится индийский соперник.
Но после избрания в январе 2015 года президентом Шри-Ланки Майтрипала Сиризена ситуация изменилась, так как новый президент стал налаживать связи, способствующие сближению его страны с Индией, в первую очередь, за счет снижения китайского влияния.
В ноябре 2014 года Нью-Дели выразил свою озабоченность после того, как китайская атомная подводная лодка Changzheng-2 (проекта 091) и боевой корабль зашли в ланкийский порт. Стоит напомнить, что Индия и Шри-Ланка были связаны договором 1987 года, в котором отмечалось, что их территория не может использоваться для целей, могущих привести к дезинтеграции стран и ухудшению их безопасности.
Тогда пресс-секретарь ВМС Шри-Ланки Косала Варнакуласурья попытался снизить масштаб факта захода китайский кораблей в ланкийские порты, заявив, что «с 2010 года 230 боевых кораблей из различных стран заходили в Коломбо для пополнения запасов и с визитами вежливости».
Но что не могло создать проблемы два года назад, сегодня уже смотрится иначе. 11 мая 2017 года стало известно, что ланкийские власти отказали другой китайской подводной лодке в заходе в Коломбо без указания причин. «Это очень чувствительная тема», - отметил представитель министерства обороны Шри-Ланки.
Решение отказать в заходе в порт было принято в тот момент, когда премьер-министр Индии Нарендра Моди должен был посетить Шри-Ланку для участия в религиозных церемониях. Априори эти два события не связаны, так как китайская подводная лодка должна была прибыть в Коломбо неделю спустя. В ответ 14 и 15 мая Пекин примет у себя глав государств и правительств для презентации своей программы «Нового шелкового пути».
Согласно сообщениям в индийских СМИ, китайская подводная лодка является дизель-электрической и относится к проекту 039В. Она была замечена 20 апреля индийским базовым патрульным самолетом Boeing P-8I Poseidon при проходе Малаккским проливом. Из-за невозможности захода в Коломбо лодка была вынуждена направиться в пакистанский порт Гвадар.
http://bmpd.livejournal.com/2608697.html
Как сообщает французский ресурс «opex360.com» в материале "Le Sri Lanka a refusé une escale à un sous-marin chinois", в период пребывания ланкийского президента Махинда Раджапакса в 2010-2015 годы Китай в два раза превзошел Японию по объему инвестиций в Шри-Ланку. Это было достигнуто за счет выделения 5 млрд долл. на несколько инфраструктурных проектов, в первую очередь, на реконструкцию портов, а также выдачи займов, проценты по которым некоторыми рассматривались как слишком высокие.
В рамках своего проекта «Один пояс, одна дорога» и его морской составляющей, также именуемой «Стратегией жемчужного колье», Пекин полагает, что его географическая позиция Шри-Ланки является стратегической для его интересов. Ведь бывший Цейлон расположен на пересечении морских торговых путей, через которые нефть поставляется в Китай. Из этого вытекает и политика в отношении Коломбо, к которой весьма напряженно относится индийский соперник.
Но после избрания в январе 2015 года президентом Шри-Ланки Майтрипала Сиризена ситуация изменилась, так как новый президент стал налаживать связи, способствующие сближению его страны с Индией, в первую очередь, за счет снижения китайского влияния.
В ноябре 2014 года Нью-Дели выразил свою озабоченность после того, как китайская атомная подводная лодка Changzheng-2 (проекта 091) и боевой корабль зашли в ланкийский порт. Стоит напомнить, что Индия и Шри-Ланка были связаны договором 1987 года, в котором отмечалось, что их территория не может использоваться для целей, могущих привести к дезинтеграции стран и ухудшению их безопасности.
Тогда пресс-секретарь ВМС Шри-Ланки Косала Варнакуласурья попытался снизить масштаб факта захода китайский кораблей в ланкийские порты, заявив, что «с 2010 года 230 боевых кораблей из различных стран заходили в Коломбо для пополнения запасов и с визитами вежливости».
Но что не могло создать проблемы два года назад, сегодня уже смотрится иначе. 11 мая 2017 года стало известно, что ланкийские власти отказали другой китайской подводной лодке в заходе в Коломбо без указания причин. «Это очень чувствительная тема», - отметил представитель министерства обороны Шри-Ланки.
Решение отказать в заходе в порт было принято в тот момент, когда премьер-министр Индии Нарендра Моди должен был посетить Шри-Ланку для участия в религиозных церемониях. Априори эти два события не связаны, так как китайская подводная лодка должна была прибыть в Коломбо неделю спустя. В ответ 14 и 15 мая Пекин примет у себя глав государств и правительств для презентации своей программы «Нового шелкового пути».
Согласно сообщениям в индийских СМИ, китайская подводная лодка является дизель-электрической и относится к проекту 039В. Она была замечена 20 апреля индийским базовым патрульным самолетом Boeing P-8I Poseidon при проходе Малаккским проливом. Из-за невозможности захода в Коломбо лодка была вынуждена направиться в пакистанский порт Гвадар.
http://bmpd.livejournal.com/2608697.html
Программа доработки самолета А400М сдвигается на срок от 12 до 18 месяцев
Как пишет Antoine Boudet в статье "Airbus: Berlin craint un nouveau retard du programme A400M", опубликованной французским изданием «Les Echos», вопрос заключается в том, увидит ли концерн Airbus свет в конце туннеля со своей программой разработки военно-транспортного самолета А400М. Эта программа была инициирована в 2000 году с целью создания многоцелевого военно-транспортного самолета для замены устаревающих самолетов С-160 Transall. Но самолет А400М, способный перевезти до 37 тонн груза на расстояние 4500 км, все еще продолжает генерировать технические и юридические проблемы. Согласно заключению в закрытом докладе министерства обороны ФРГ, полученном 8 мая 2017 года агентством "Reuters", Airbus может понадобиться еще от 12 до 18 месяцев для решения технических вопросов, к примеру, обеспечения возможности выброски парашютистов.
Как сообщается в докладе, «с учетом недофинансирования программы и ожидаемых запросов относительно штрафных санкций за задержку, Airbus не будет делать необходимых инвестиций для внесения необходимых доработок». Причем дело доходит до того, что «эксплуатация самолета из-за этого может оказаться под угрозой». Согласно документу, Airbus может потребоваться от 12 до 18 месяцев для решения всех проблем. Что не отрицалось пресс-секретарем Airbus, который в ответ на запрос агентства сообщил, что «программа A400M имела серьезное продвижение за последние 12 месяцев».
Эти разоблачения появились не вовремя, при том что президент Airbus Том Эндерс в феврале текущего года в ходе презентации о проблемах компании по данному проекту заявлял о том, что Airbus планирует получит «существенную» финансовую помощь от европейских стран—заказчиков самолета для решения вновь появившихся проблем. Между производителем и семью заказчиками началось настоящее перетягивание каната. В конце марта в ходе встречи в Мадриде заказчики решили не отзывать свои требования и штрафные санкции за задержки в реализации программы в отношении Airbus. Однако источник, знакомый с ситуацией, которого цитирует "Reuters", отмечал, что заказчики могут проявить гибкость в вопросе самых жестких санкций в соответствии с достигнутыми решениями. Не факт, что новые разоблачения будут способствовать их пониманию.
Airbus уже зарезервировал 2,3 млрд евро на своих счетах на покрытие убытков по программе А400М, и при этом требует пересмотра графика поставок, вопроса о штрафах, отсрочку платежа и техническое задание. Страны-участники программы, которые уже на 3,5 млрд евро превысили расходы, предусмотренные в 2010 году, могут принять решение о приостановке очередного кровопускания по программе, которая вместо первоначально запланированных 20 млрд евро, стоит уже 30 млрд евро.
http://bmpd.livejournal.com/2608984.html
Как пишет Antoine Boudet в статье "Airbus: Berlin craint un nouveau retard du programme A400M", опубликованной французским изданием «Les Echos», вопрос заключается в том, увидит ли концерн Airbus свет в конце туннеля со своей программой разработки военно-транспортного самолета А400М. Эта программа была инициирована в 2000 году с целью создания многоцелевого военно-транспортного самолета для замены устаревающих самолетов С-160 Transall. Но самолет А400М, способный перевезти до 37 тонн груза на расстояние 4500 км, все еще продолжает генерировать технические и юридические проблемы. Согласно заключению в закрытом докладе министерства обороны ФРГ, полученном 8 мая 2017 года агентством "Reuters", Airbus может понадобиться еще от 12 до 18 месяцев для решения технических вопросов, к примеру, обеспечения возможности выброски парашютистов.
Как сообщается в докладе, «с учетом недофинансирования программы и ожидаемых запросов относительно штрафных санкций за задержку, Airbus не будет делать необходимых инвестиций для внесения необходимых доработок». Причем дело доходит до того, что «эксплуатация самолета из-за этого может оказаться под угрозой». Согласно документу, Airbus может потребоваться от 12 до 18 месяцев для решения всех проблем. Что не отрицалось пресс-секретарем Airbus, который в ответ на запрос агентства сообщил, что «программа A400M имела серьезное продвижение за последние 12 месяцев».
Эти разоблачения появились не вовремя, при том что президент Airbus Том Эндерс в феврале текущего года в ходе презентации о проблемах компании по данному проекту заявлял о том, что Airbus планирует получит «существенную» финансовую помощь от европейских стран—заказчиков самолета для решения вновь появившихся проблем. Между производителем и семью заказчиками началось настоящее перетягивание каната. В конце марта в ходе встречи в Мадриде заказчики решили не отзывать свои требования и штрафные санкции за задержки в реализации программы в отношении Airbus. Однако источник, знакомый с ситуацией, которого цитирует "Reuters", отмечал, что заказчики могут проявить гибкость в вопросе самых жестких санкций в соответствии с достигнутыми решениями. Не факт, что новые разоблачения будут способствовать их пониманию.
Airbus уже зарезервировал 2,3 млрд евро на своих счетах на покрытие убытков по программе А400М, и при этом требует пересмотра графика поставок, вопроса о штрафах, отсрочку платежа и техническое задание. Страны-участники программы, которые уже на 3,5 млрд евро превысили расходы, предусмотренные в 2010 году, могут принять решение о приостановке очередного кровопускания по программе, которая вместо первоначально запланированных 20 млрд евро, стоит уже 30 млрд евро.
http://bmpd.livejournal.com/2608984.html
Российская техника Сухопутных войск в инфракрасном диапазоне
Небезынтересное видео веб-канала "Точка.ру" - видеозапись репетиции Парада Победы в Москве 3 мая 2017 года, сделанная портативной тепловизионной приставкой SeeK thermal Compact PRO для смартфонов и фотоаппаратов. В итоге наглядным стали сигнатуры отдельных образцов техники. На фотографиях изображены танки Т-14 и Т-72Б3, БМП "Курганец-25" и БМП-3, БТР "Бумеранг" и "Ракушка-М", самоходная 152-мм гаубица "Коалиция-СВ", бронеавтомобили К-63968 "Тайфун-К" и АМН-233114 "Тигр-М". Обращает на себя внимание относительно низкий уровень излучения от танка "Армата".
http://bmpd.livejournal.com/2609336.html
Небезынтересное видео веб-канала "Точка.ру" - видеозапись репетиции Парада Победы в Москве 3 мая 2017 года, сделанная портативной тепловизионной приставкой SeeK thermal Compact PRO для смартфонов и фотоаппаратов. В итоге наглядным стали сигнатуры отдельных образцов техники. На фотографиях изображены танки Т-14 и Т-72Б3, БМП "Курганец-25" и БМП-3, БТР "Бумеранг" и "Ракушка-М", самоходная 152-мм гаубица "Коалиция-СВ", бронеавтомобили К-63968 "Тайфун-К" и АМН-233114 "Тигр-М". Обращает на себя внимание относительно низкий уровень излучения от танка "Армата".
http://bmpd.livejournal.com/2609336.html