Завтра, 1 октября, в 10.00 по мск — Открытая сессия №6

Тема: «Как перестать заслуживать похвалу и одобрение мамы»

Рубрика «Открытая сессия» — это разговор с психологом в прямом эфире. Чтобы стать героем открытой сессии, напишите мне —> @arinapsy

Условия просты:

— Сессия для вас бесплатна
— В качестве оплаты вы даете согласие на размещение трансляции в этом канале минимум на сутки
— Вы не должны быть моим клиентом в прошлом или настоящем
— Важно, чтобы у вас был хороший интернет, тихое уединенное место и 60 минут времени (сессия длится 50 мин + немного прийти в себя).

Записи предыдущих встреч можно найти по хештегу #открытаясессия

И конечно же жду вас в качестве зрителя завтра! ❤️ Задавать вопросы по эфиру и писать обратную связь для героя встречи можно под этим постом.

Открытая сессия №6
(запись)

Спокойная и неспешная встреча о том, как привычка обращать внимание на негатив мешает замечать других людей и получать поддержку. О том, как ощущение собственной неполноценности не дает присвоить себе свои самые разные качества и показать их другим.

#открытаясессия

Как передается травма из поколения в поколение?

Раньше я с подозрением относилась к идее межпоколенческой передачи травмы. Звучало для меня довольно мистично. Однако чем глубже я разбираюсь, как как все устроено, тем больше понимаю, что никакой мистики здесь нет. В терапию приходят дети раненных родителей, и этих родителей тоже кто-то однажды растил. И так выше по цепочке.

Как результат непережитого в истории семьи, человек оказывается очень уязвим к определенному опыту. В обычной жизни он может достаточно успешно жить, добиваться больших результатов, карьерного роста и высокого положения, но в случае возрастания нестабильности, переживать это не как возможную неприятность, а как надвигающуюся катастрофу и даже впадать в паническое состояние.

Есть несколько уровней передачи травмы:

1. Вербальный

Мой отец, когда отправлял меня в Москву, говорил: «Дочь, будь осторожна, Москва — очень жестокий город. Никому не доверяй. Умирать будешь, никто не поможет». Это классический пример вербального послания с передачей представлений о том, как устроена реальность. Так часто родители из чистых побуждений через истории, воспоминания, традиции и суждения формируют у детей представления о себе и мире.

2. Невербальный

Когда через интонации, жесты, поведение родители сообщают свое отношение к миру и ребенку. В начале жизни человек весьма чувствителен к этим сигналам и считывает их даже лучше, чем вербальные.

Параноидная мать может сторониться людей, чрезмерно оберегать своего ребенка и таким образом формировать ощущение «мир опасен». Или родитель, который плохо переносит «ничегонеделание», начинает нагружать работой по дому малыша, таким образом формируя «ты ок, когда ты что-то делаешь».

На невербальном уровне также встречаются:

— Замалчивание

Франсуаза Дольто, классик французского психоанализа, говорила: «В доме дети и собаки всегда все знают, и особенно то, о чем мы не говорим… но чувствуем».

Непережитый опыт образно капсулируется в сознании человека. В итоге он начинает избегать всего, что ассоциативно связано со случившимся. В отношениях с ребенком также могут обходиться какие-то темы или области жизни. Ребенок не переживал травмирующий опыт, но имеет закрытую дверь. Чувствует, что там что-то есть, но об этом нельзя говорить и ходить туда не стоит. В этой области становится много напряжения и совершенно непонятно, как его обьяснить.

— Проигрывание

Пережившие травму склонны снова и снова эту травму проигрывать. Их близкие могут обнаружить себя думающими, чувствующими и действующими так, как если бы они тоже были травмированы или преследуемы.

«Моя бабушка (1906 года рождения), планируя что-то сделать, всегда добавляла объяснение типа «Надо подмести пол, а то придут и скажут, что это у тебя тут так грязно!» Я пыталась выяснять у бабушки, кто, собственно, должен прийти и почему что-то должны сказать, но она обычно отвечала что-то очень неопределенное. Потом мы обсуждали это с моим младшим братом, который проводил с бабушкой гораздо больше времени, и он вспоминал, что достаточно долго, практически до начала школы, был совершенно уверен, что действительно существовали некие невидимые ОНИ, которые наблюдали и оценивали все, что и как он делал» (пример отсюда).

— Идентификация

Если посттравматические реакции родителя непредсказуемы и пугающи, дети могут чувствовать себя ответственными за родительское несчастье и идентифицироваться с опытом своих родителей, чтобы лучше узнать их и стать к ним ближе. Они стараются чувствовать то же, вплоть до развития такой же симптоматики.

В терапии часто люди, пережившие в детстве развод родителей, рассказывают про этот опыт погружаясь совсем не в детские переживания. Они ругают отца за измены и плачут от предательства словно клиент – это та самая женщина, от которой ушел супруг. Но если удается выбраться из слияния с переживаниями матери, то можно обнаружить заброшенного ребенка, которому страшно, с которым никто не говорил про него.

Что почитать о травме, передающейся из поколения в поколение?

Если вам интересно узнать больше о трансгенерационной травме, рекомендую эти статьи:

1. «Травмы поколений», Петрановская Л.В.
2. «Межпоколенческая передача травмы — психоаналитический взгляд», Тарабрина Н.В., Коробенко Н.В
3. «Феномен межпоколенческой передачи. Влияние семейной истории на возникновение конфликтов в семье», Митрикас Т.А.

#что_почитать
#травма

Открытая сессия №7
(запись)

Говорили про одиночество среди людей. Про ощущение что никого никогда не было. Про ощущение себя в пузыре.
Встреча, после которой у меня осталось мало слов, но много ощущений, образов и чувств.

#открытаясессия

Есть ли здесь практикующие психологи?

Дорогие коллеги! Начинаю вести частный канал для психологов «Разговор с незнакомцем» и хочу пригласить тех, кому интересны:

— поддержка в становлении практики
— разбор сессий
— обсуждение сложных случаев и волнующих вопросов
— анализ статей, книг и фильмов

Ссылка на канал. Под первым постом можно рассказать о себе и познакомиться с другими.

Ещё раз про Ялома, навязчивую влюбленность и неидеальную психотерапию

Так случилось, что единственная доступная и интересная для меня сейчас литература в бумаге — это книги Ирвина Ялома. Поэтому продолжаю читать и делиться с вами находками и мыслями.

Книга «Палач любви». В первой новелле Ирвин рассказывает о Тельме. 70-летней замужней женщине, у которой 8 лет назад был 27дневный роман с ее психотерапевтом. С тех пор она безнадежно и трагически влюблена. Это значит, что не проходит ни дня, когда женщина не думает о возлюбленном. Ее жизнь словно держится на этом тоненьком волоске с воспоминаниями. При этом она не только думает, но и регулярно звонит ему и наполняет его автоответчик сообщениями. Естественно, ее любовь безответна.

Первое, что хорошо изображено в этой истории — что иллюзии и навязчивые идеи часто закрывают какую-то зияющую дыру в жизни человека. Пока Тельма держала мысли об отношениях с Мэтью (тем самым психотерапевтом), она могла не сталкиваться с пустотой, тоской, ужасом, которые ее переполняли. Иллюзия близости с Мэтью прикрывала ее неспособность строить по-настоящему близкие отношения.

Второе — когда обращаешься к специалисту, находясь в уязвимом состоянии, хочется, чтобы с каждой встречей становилось всё лучше и лучше. Однако, порой, чтобы впоследствии почувствовать себя лучше, нужно пройти через временное ухудшение.

Хуже в терапии может становиться, когда падают столпы, на которых раньше держалась жизнь и представления о себе. Столпы из иллюзий, устаревших убеждений, а где-то и защит. Встреча с реальностью и с собой — процесс не из приятных. Не все его способны выдержать. Поэтому хорошо, когда «падение» происходит в бережные и заботливые руки психотерапевта. Психотерапевта, который понятно объяснит, что с вами происходит, поддержит в этом процессе, поможет сориентироваться и сформировать новые опоры.

Если клиент не знает об этом феномене, то временное ухудшение может интерпретироваться как то, что терапия или терапевт не помогает, а делает только хуже. Чтобы избежать пагубной реакции, терапевту важно предупредить в начале работы, что может быть непросто. Тем самым помочь клиенту отстраниться от своей реакции и занять позицию наблюдателя.

#что_почитать

Стадии принятия несправедливости

Мир бывает несправедлив. Это бывает так непросто принять, что мозг придумывает хитрые объяснения происходящему, лишь бы не сталкиваться с этой неприятной гранью реальности. Одно из таких объяснений — эта то, что наши поступки в конечном итоге возвращаются к нам, словно невидимый бумеранг. В контексте этой веры считается, что добрые дела привлекают добро, а плохие поступки могут вызвать негативные последствия.

Справедливости ради отметим, что благодарность, чувство вины и месть действительно делают свою работу, награждая нас такими отношениями, которые мы организовали для себя. Но есть поправочки.

Недавно со мной случилась очень неприятная история с потерей денег и нервов. Когда договоренности не соблюдаются, а долги не возвращаются.

И вот месяц в голове такие мысли:

– Да вернутся мои деньги, мы же ничего плохого не делали. Правила не нарушали, всегда выручали (иллюзия «Если я буду хорошо себя вести, ничего плохого не случится»)
– Вот гады! Им точно вернется! Этот поступок на их совести! (вера в бумеранг)
– Может это мне наказание? (бегущей строкой пролетели возможные грехи)
– А может пришло время искупить свои грехи?

Идея с искуплением грехов прекрасная. Однако появилась она из иллюзии, что вот расплачУсь по счетам и плохое не будет больше случаться. А оно то будет! Жизнь такая – говно случается.

Следующей остановкой по дороге переживаний было выбраться из обиды и негодования и обнаружить, что я и сама не промах. Я и сама бываю творцом несправедливости. А если так, то нет никого между нами. Есть только я и гадкая ситуация. Борись, делай выводы, вкладывай силу злости на счет своей мудрости, отпускай — все, что захочешь. Теперь решать не судьбе, а тебе.

Смотрите, что я нашла!

Помните, я писала статью «Как проработать травму с помощью письма»? Всей душой продолжаю любить скриптотерапию и использовать ее в своей работе. Замечаю, как тексты помогают людям справиться с эмоциями, разложить все по полочкам и посмотреть на происходящее со стороны.

Так вот я нашла онлайн-курс «Автофикшн. 7 историй о себе» от школы писательского и сценарного мастерства Band. Мне кажется, этот проект очень крутой для тех, кто хочет осмыслить собственный опыт, найти новый угол зрения на события или просто рассказать свою историю миру или близким! А также для тех, кто хотел бы оформить собственные воспоминания в истории и научиться писать тексты.

Курс состоит из 8 мастер-классов. Вашими учителями и спутниками на курсе будут Саша Акулиничев, главный редактор Psychologies.ru и Марина Кочан, писательница, преподаватель, автор проекта «Что я знаю о папе?»

С ними вы получите писательские инструменты и напишете 7 историй о себе, своем опыте, происхождении, семье, близких; обо всем, что важно, волнует и хочется рассказать.

— Вас научат приемам фиксации воспоминаний, инструментам автофикшна и других жанров: дневника, мемуаров, автобиографии и биографии
— На примере образцов стиля разных авторов вы обсудите специфику жанра и найдете собственный уникальный голос
— Будете бороться с клише в автофикшне: что звучит свежо, а какие тропы лучше не использовать?

Курс стартует 16 ноября. Уверена, он станет надежной поддержкой и увлекательным приключением для участников. Рекомендую всем сердцем! Программу, тарифы и другие подробности можно найти по ссылке.

Неочевидные причины детских травм.

Часть 1

Семья — это далеко не всегда теплое и безопасное место для ребенка. По статистике, больше всего насилия происходит именно в семье. Более того, то что мы сейчас называем насилием до недавних пор считалось нормой. Вероятнее всего нашим родителям доставалось ещё больше. И если раньше преимущественно говорили про физическое или сексуальное насилие, то сейчас много внимания уделяется эмоциональному абъюзу. А его отследить ещё сложнее.

Во-первых, потому что часто работают защитные механизмы, оберегающие наши иллюзии о семейном благополучии (например, идеализация, поворот против себя)

Во-вторых, полно установок, табуирующих негативные переживания по отношению к родителям. Например, мама — святой человек, она дала мне жизнь и злиться на нее я не имею права. Или мама лучше знает, как правильно.

В-третьих, физическое насилие может оставить следы на теле, а у эмоционального словно нет доказательств. Его признаки так размыто описаны, что порой узнать их в своем опыте бывает непросто.

Многие люди, которые в детстве пережили эмоциональное насилие, говорят: «Лучше бы меня били. Так я мог бы видеть синяки и знал, что я это не придумал, что все происходило на самом деле».

Ниже я приведу примеры неявного жестокого обращения, которые уже во взрослом возрасте могут привести к неприятным последствиям (негативному отношению к себе, тревожности, фобиям, сложностям в близости и тд). Эти примеры помогут сделать видимым то, что происходило. А дальше вы сможете замечать последствия и работать с ними самостоятельно или в психотерапии:

1. Игнорирование

Когда родитель не замечает ребенка. Ведет себя так, как будто его не существует.

Пример 1: «Я очень ждал родителей с работы. Представлял, как будет хорошо, когда они придут. Но когда они приходили, никто не обращал на меня внимания. Занимались своими делами, говорили друг с другом, но не со мной. Доходило до того, что мои вопросы и просьбы не замечались. Просто оставались без ответа. Я чувствовал себя приведением»

Пример 2: «Когда я с мамой делился чем-то важным и интересным, она перебивала меня на середине моего рассказа и начинала говорить что-то совершенно на другую тему. Как будто моего повествования не существовало»

Пример 3: «Одно из первых воспоминаний из моего детства: я несу рисунок маме, чтобы показать, как круто у меня получилось нарисовать лошадь. Мама даже не смотрит на него. Вместо этого она хватается за голову и кричит: «Что ты за ребенок такой! Весь измазался!». Мне было очень обидно»

Игнорирование не всегда касается ребенка целиком. Часто одно качество или поведение поощряется, другое не замечается. Например, родитель хвалит за хорошие оценки при этом игнорирует переживания малыша. Таким образом формируется так называемое «ложное Я».

Возможные последствия игнорирования:

— трудности в понимании своих чувств и желаний;
— хроническое ощущение собственной неважности, неинтересности;
— стремление угождать другим;
— склонность держать свое мнение при себе, так как есть убеждение, что оно никому не интересно;
— чужое мнение важнее своего;
— выбор холодных, отчужденных или эгоистичных партнеров.

Ставьте 🔥, если вам знакомо описанное в этом тексте. А дальше я расскажу про другие неочевидные причины детских травм.

#КПТСР
#отношения_с_родителями

Неочевидные причины детских травм
Часть 2

Прежде, чем я продолжу, хочу лишний раз сказать: если вы находите в своей истории взросления перечисляемые мной признаки, не спешите делать вывод, что ваши родители изверги, а вы травмированный человек. Родители скорее всего просто люди. Неидеальные, со своей историей и своими ограничениями. Этими словами я не оправдываю сейчас их, а просто хочу, чтобы то светлое, что могло быть между вами, не затерялось. Хотя знаю, как сложно бывает найти это светлое за болью и обидами.

А травмы не гарантированы при наличии жестокого обращения. Они появляются там, где нам не хватает ресурсов, чтобы справиться. Кроме того, в той или иной степени травмы есть у каждого из нас и это нормально.

Цель этих постов не уличить ваших родителей в несовершенстве, а помочь вам: лучше рассмотреть узор своей личности, обнаружить тонкие места и научиться с ними обращаться.

Причина 2. Контроль

Это склонность родителя определять жизнь ребенка в мельчайших деталях: что он будет есть, как выглядеть, что выбирать. Часто контроль сопровождается тревожностью или неспособностью слышать другого и принимать его инаковость. Дети контролирующих родителей часто боятся сделать что-то наперекор под страхом потерять любовь предков. Контроль может прятаться за гиперопекой. Ребенку сложно увидеть в ней жестокое обращение, так как ограничения преподносится как любовь.

Пример 1: «Я очень хотел поступить в художественный вуз, но об этом и слышать не хотели. Кому вообще нужны художники и как я буду жить на такие деньги. То ли дело программирование. И вот сначала я полжизни стремился закончить школу с золотой медалью, потому для родителей это было важно. А сейчас я работаю на ненавистной работе. Зато мама довольна и гордится»

Пример 2: «Мама меня всегда сильно любила. Настолько сильно, что мыла до 16ти лет и водила в школу до самых старших классов. Она до сих пор выбирает мне одежду. Я знаю, что она делает это из чистых побуждений, поэтому злиться на нее себе не разрешаю. А когда срываюсь, чувствую себя очень виноватой»

Пример 3: «Когда я выбирала что-то, что не нравилось маме, ей всегда становилось плохо. То давление росло, то сердце прихватывало. Мне становилось так страшно за ее здоровье, что я научилась забивать на свои желания. А позднее просто не говорила ей о принятых мной решениях»

Возможные последствия:

— часто во взрослом возрасте люди выбирают такого же контролирующего партнера, путая контроль с заботой;
— сложности с сепарацией;
— зависимость от других;
— часто они также склонны контролировать себя, партнера, детей и все вокруг;
— не умеют расслабляться и отдыхать;
— стыд в месте, где теряется контроль или человек выходит за рамки положенного.

Ставьте 🔥, если вам знакомо описанное в этом тексте. Ниже я буду рассказывать про другие неочевидные причины детских травм.

#КПТСР
#отношения_с_родителями

Жизнь в условиях хаоса

(или неочевидные причины детских травм, часть 3)

Тяжелее родительского чрезмерного контроля может быть только его отсутствие. Контроль хоть и является убийцей спонтанности и страсти, но в то же время он дает ощущение безопасности и предсказуемости в отношениях. Чего нельзя сказать о жизни в условиях хаоса.

Большая вероятность, что вы жили в нестабильности и неопределенности:

1. Если ваш родитель эмоционально нестабилен. Его настроение постоянно менялось, а вместе с ним и отношение к вам. Рядом с ним никогда не понятно, чего ожидать. Ребенок находится в постоянном напряжении. Опереться на взрослого или на правила оказывается невозможно.

2. Если один или оба родителя страдали от алкогольной или другой зависимости. В таких условиях дети часто расщепляют взрослого на хорошего и плохого (трезвого/пьяного). Таким образом жизнь имеет два режима: «все хорошо, но нужно быть на чеку, так как в любой момент может что-то случится» и «режим мобилизации, когда нужно собраться и быть сильным». Часто роли в такой семье перевернутые. Родитель играет роль ребенка, а ребенок — взрослого. Лишь иногда под чувством вины родитель может возвращаться к своим обязанностям и стараться вернуть репутацию хорошего родителя. Ребенок здесь живет с хроническим страхом потерять близкого. А также может испытывать стыд за свою семью и не просить помощи у других.

3. Если вы жили с родителем, у которого имеется ментальное расстройство. Если взять шизофрению, то плывут даже границы реальности. Не всегда понятно, что из того, что говорит родитель, правда, а что нет.

4. Если в вашем детстве было много тяжелых событий. Например, частые переезды, потери близких, другие трагические события. В таких условиях родители сами не всегда могут справиться со своими переживаниями, не говоря уже о помощи своим детям, как бы они не старались.

Как узнать, что прошлое оставило следы в вашей жизни?

— У вас есть убеждения «нельзя ни на кого положиться» или «расслабляться нельзя»
— Вы ожидание, что что-то может случиться в любой момент
— Вам свойственно фрагментарное восприятие себя (какие-то периоды вашей жизни выпали из памяти, перепутанная история, противоречивые убеждения)
— Вы испытываете хроническое чувство вины поводу и без
— Вы живете в постоянном страхе, что в любой момент вас могут бросить
— Вы подверженны хронической тревоге
— Часто испытываете поглощающий стыд
— Пытаетесь угадать, что такое норма
— Иногда вам проще сказать неправду, чем признаться в чем-либо
— Вы не умеете веселиться
— Испытываете трудности с построением близких отношений
— Вы чувствуете себя не такими, как все
— В отношениях вы очень лояльны, даже когда эта лояльность незаслужена

Ставьте 🔥, если вам знакомо описанное в этом тексте.

#КПТСР
#отношения_с_родителями

Тени прошлого не должны победить

Пока пишу про детские травмы, не могу отделаться от ощущения, что я словно становлюсь на темную сторону, чешу там, где не чешется и обвиняю родителей во всех смертных грехах.
Боль и без того заслоняет все хорошее, что может быть в отношениях и внутри. А когда мы фокусируемся на своих ранах и вовсе не до позитива. Тонешь в болоте своего прошлого и порой не за что зацепиться.

Поэтому сегодня я предлагаю выдохнуть и сделать пару шагов от тех неприятных воспоминаний, что всплывают после прочтения постов выше и посмотреть на свой опыт немного с другой стороны.

Ваша история точно многогранна. Кроме травм есть много всего ещё. Хорошо это сейчас увидеть, чтобы не утонуть в темноте. Чтобы найти ресурс, справиться с тяжелым и сделать из травмы опыт.

Подумайте, что вам помогало справляться в тяжелые моменты?
Благодаря каким качествам вы выдерживали происходящее?
Что у вас получалось хорошо?
Какой способ совладания был в вашей семье и можете ли вы на него опираться?

Видимая простота вопросов обманчива. Порой не один день нужно побыть с этими вопросами, чтобы найти ответы.

—————————

«В детстве я много времени проводила одна. Жизнь в одиночестве останавливалась и я всей собой становилась радаром. Каждый звук в подъезде заставлял сердце учащенно биться в надежде, что это идут мои родители. До сих пор не переношу одиночество.

Когда родителей не было слишком долго, а тоска была просто невыносима, моими спасателями были книги. Благо у отца была большая библиотека. Они затягивали меня в свой мир, откуда не было слышно моего одиночества. Книги стали мне мудрыми взрослыми и рассказали, как устроена жизнь. Они были для меня поддержкой в тяжелые периоды»

***

«Я очень обрывочно помню свое детство. Помню, что родители пили и моя жизнь была сплошным страхом за их жизнь. Единственной отдушиной была школа. Там было все спокойно и все понятно. В отличии от дома. Я до сих пор склонен уходить с головой в работу в тревожные времена»

***

«Порой я ненавижу себя за это качество. Чувствую себя бесхребетным. Как бы я не злился, я улыбаюсь, соглашаюсь с собеседником, редко спорю или говорю про свое недовольство. Но именно это помогало мне избежать насилия в отношениях с авторитарным и даже деспотичным отцом. Я был бессилен перед его оскорблениями и рисковал быть избит, если что-то скажу поперек его слова. Со временем я научился говорить то, что он хочет услышать»

—————————

Ставьте традиционный 🔥, если удается найти ответы на вопросы. Или делитесь в комментариях вашими находками. Уверена, что они помогут найти свою силу другим подписчикам

#детство

Не хочу как они! Как мы повторяем сценарии наших родителей даже когда стараемся от них уйти

Я вижу, сколько откликов вы оставили под постами выше. Мне хочется помочь вам не только увидеть, что с вами было в детстве и подобрать для этого нужные слова, но и помочь заметить как тот или иной опыт повлиял на вас.

Вы, наверное, замечали, что два человека, которые жили в одной семье и, казалось бы, воспитывались в одних условиях, вырастают и идут совершенно разными путями. Один, например, повторяет семейный сценарий и находит себе такого же обижающего родителя в лице супруга, а второй делает все, чтобы детская боль больше не повторилась в его жизни. Но, к сожалению, и тот, и тот путь чаще всего является лишь повторением заложенных в детстве паттернов. С первым примером все понятно, а во втором, как бы человек не боролся с прошлым опытом, жизнь от обратного — это просто другая дорога, ведущая назад в семейные схемы.

У нас есть 4 варианта, что мы можем сделать с нашим детским опытом:

1. Гиперкомпенсировать – это когда мы стараемся максимально отличаться от самих себя в детском опыте. Если в детстве вас излишне контролировали, вы можете выстраивать свою жизнь так, что контролируете всех уже вы (по принципу «Если не я, то меня»). Если у вас есть опыт покинутости, то вы можете в отношениях действовать на опережение: отвергать партнера там, где чувствуете риск, что вас оставят.

«Каждый раз, когда нам с мужем предстоит расстался на какое-то время, я закатываю скандал и выгоняю ее из дома. Ощущать, что это не он ушел, а я ее выгнала куда выносимее, чем справляться с той болью, которая накатывает при его уходе»

От гиперкомпенсации, к сожалению, уязвимые места никуда не уходят. Этот механизм скорее помогает не сталкиваться с ними.

2. Капитулировать – это значит уступить тому сценарию, что сформировался с детства. Здесь мы соглашаемся, с выводами о себе, сделанными в детстве. А также с тем, как с нами принято поступать в отношениях. Это больно, но привычно. Часто здесь мы выбираем таких партнеров, которые относятся к нам как обижающий в детстве родитель.

«В моей семье считалось нормальным критиковать мою фигуру и вес. Мне постоянно напоминали, что я слишком много ем. Говорили, что я жирная. Я никогда не воспринимала это как оскорбление или унижение. Разве родители могут так поступать по отношению к своему ребенку? Я чувствовала, что со мной действительно что-то не так. Теперь, люди, кто говорит, что мне пора похудеть — это мой муж и мои дети. Я злюсь, ругаюсь, но ничего не меняется»

3. Избегать – это попытка организовать свою жизнь так, словно нашего уязвимого места не существует. Здесь могут избегать целые сферы жизни, которые задевают болезненные переживания: не вступать в отношения, не заводить детей, отказываться от денег. Чтобы избежать боли, человек может злоупотреблять алкоголем, принимать наркотики, вести беспорядочную половую жизнь, переедать, превращать уборку в навязчивое действие или становиться трудоголиком.

«Мои родители были очень жесткие люди. Меня часто наказывали, били за плохие оценки до синяков от ремня на спине. Кроме того и между собой они постоянно скандалили. Я усвоил, что отношениях — это всегда проблемы, скандалы и нервотремка. В своей жизни я предпочитаю встречаться с женщинами без обязательств»

4. Исцелить (самый сложный вариант) – когда мы постепенно заменяем деструктивные паттерны адаптивным поведением. Уязвимые места, может, и не исчезнут совсем, но вы будете знать их в лицо, задевать их реже. А переживания, которые они вызывают станут менее интенсивные и более выносимые.

Есть мнение, что темперамент определяет то, какую из стратегий мы выберем. Например, люди с более спокойным темпераментом с большей степенью вероятности прибегнут к стратегии "избежать или уступить", тогда как люди с агрессивным темпераментом более склонны к гиперкомпенсации.

Вопрос: Что из неочевидных причин детских травм, перечисленных в постах выше, вам откликается больше всего? Как вы обошлись со своим опытом: гиперкомпенсировали, капитулировали, избежали или исцелили?

#отношения_с_родителями

Отрывок из фильма «Фабельманы» — пример того, как детская психика может справляться с травмирующим событием

Если в вашем прошлом произошло что-то страшное, это ещё не значит, что у вас психологическая травма. Травма образуется только там, где у человека не хватило ресурсов пережить произошедшее.

Дети часто интуитивно или с помощью взрослых находит способы справиться со своими переживаниями. Так маленький Сэмми впервые оказался в кинотеатре и был сильно впечатлен аварией с участием поездов. Далее увиденное навязчиво возвращается в его мысли, как это часто бывает после травмирующего события. И мальчик находит способ переварить произошедшее. Сначала он просит подарить ему железную дорогу и начинает воспроизводить то, что было в киноленте. А затем в терапевтических целях мама предлагает мальчику заснять игрушечную катастрофу на камеру. В будущем съёмки и режиссура становятся, вероятно, ведущими инструментами для переработки своих переживаний, а также большой любовью и увлечением всей жизни.

#травма

5 книг не для слабонервных (о тяжелом опыте, пережитом в детстве)

Это самые страшные истории, которые я когда-либо читала. Все книги описывают реальные события из жизни их авторов.

1. Брюс Перри, Майя Салавиц «Мальчик, которого растили как собаку»

Известный психиатр Брюс Перри рассказывает истории своих маленьких пациентов, которые пережили страшные потрясения: стали жертвами физического или сексуального насилия, свидетелями убийств, воспитывавшимися в секте или пережившими геноцид.

Автор с опорой на
многолетние научные исследования рассказывает, какое влияние на развитие ребенка влияют психологические травмы. В своей книге доктор Перри раскрывает удивительные способности мозга и психики к восстановлению и дарит надежду на исцеление.

Посты на основе этой книги:

История Леона: последствия оставленности в раннем детстве

Тихое насилие или последствия пренебрежительного отношения

2. Людмила Пожедаева «Война, блокада, я и другие»

Мемуары 16-летней девушки, которая в 7 лет встретилась с войной и голодом в Ленинграде. Написать о том, что с ней происходило, она решила после того, как из речи одной женщины поняла, что на самом деле не все в городе тогда голодали. В то время, как одни ели нитки, крыс и людей, другие были сытые и закапывали очистки от картошки в землю, ибо голодные за них были головы убить. Она еще не знала, что об этом нельзя писать. Свои тексты автор книги смогла опубликовать только спустя 40 лет.

Посты на основе этой книги:

Про детские травмы и значение родителей в переживаниях ребенка. Ч.1

Про детские травмы и значение родителей в переживаниях ребенка. Ч.2

3. Ари Фольман, Дэвид Полонски «Дневник Анны Франк»

Анна Франк и ее семья считаются одними из самых известных жертв нацизма. Они 2 года скрывались от фашистского террора в секретном убежище, которое находилось в задней части конторы, где работал отец семейства. В дневное время они должны были вести себя максимально тихо и только когда рабочие уходили домой с работы, у тайных жильцов появлялась свобода. В это время они могли помыться в тазиках, приготовить себе еду и одним глазочком посмотреть на улицу.

4. Мэй Уэст «Люблю тебя, мама»

Автор книги — дочь знаменитых британских маньяков Фреда и Розмари Уэстов. На основе собственных воспоминаний и тюремных писем матери, Мэй Уэст рассказывает свою историю взросления в «доме ужасов». Родители девочки насиловали, убивали и затем расчленяли молодых женщин в своем доме. Садистские наклонности супругов Уэст не ограничивались посторонними жертвами: абьюзу и насилию подвергались их собственные дети.

Каково это, когда твоя детская спальня в подвале - самое настоящее кладбище? Как принять тот факт, что твои родители жестоко убивают людей? Что твоя мама — монстр, а отец тебя сексуально домогается? И почему именно тебе, в отличие от любимой старшей сестры, повезло спастись?
Невероятная и трагичная история Мэй Уэст - это история выживания и борьбы с травмой длиною в жизнь.

5. Лидия Максимович, Паоло Родари «Девочка, не умеющая ненавидеть»

Лидия Максимович — белорусская узница Биркенау, самого страшного освенцимского лагеря смерти. Ее семья, ушедшая в партизаны, попала в лагерь, когда ей было всего три года. Белорусские леса стали последним светом, который Лидия видела, прежде чем сойти в лагерный мрак. Будучи маленькой девочкой Лидия пережила не только разлуку с матерью, потерю бабушки и дедушки, голод и ужас близкой смерти, но и бесчеловечные эксперименты Йозефа Менгеле...

Она вышла оттуда в январе 1945 года, за руку с польской женщиной, решившей удочерить одну из «сироток», замерзавших в усеянном трупами лагере. Лидия осталась у приемной матери, но не забывала свою настоящую мать, не переставала ее искать всю жизнь.

ВНИМАНИЕ!
Предупреждение о возможных триггерах: подробное описание тяжелого опыта, упоминание жестокого обращения, война. Книги могут вызывать неприятные переживания и воспоминания. Позаботьтесь о себе, если это необходимо.

А какие книги стали самыми страшными для вас?

#что_почитать

Взрослые дети алкоголиков — кто они?

Хочу рассказать про принцип жесткой любви, о котором я прочитала в книге «Зависимость» Татьяны Фишер. Но прежде мне нужно немного ввести вас в тему.

Одна из причин формирования комплексной травмы у ребенка —
алкоголизм в семье. При этом не обязательно родителям пить до посинения, устраивать скандалы с ножами и пропадать под заборами. Алкоголизм может быть тихим и с виду безобидным, но все равно считаться болезнью. И да, алкоголизм — это прежде всего болезнь. Причем болезнь целой семейной системы.

Для тех, кто вырос в атмосфере алкогольной зависимости есть отдельный термин — взрослые дети алкоголиков. Если вы выросли с родителем, склонным к зависимому поведения, с большой вероятностью вы обладаете определенными шаблонами мышления и поведения.

Вот некоторые из них:

1. Склонны бояться людей и лиц, наделенных властью.

2. Поиск одобрения и потеря себя в этом поиске.

3. Страх разгневанных людей и любых критических замечаний в свой адрес.

4. Склонность к алкоголизму; либо к отношениям с алкоголиками (либо всё вместе); либо склонность к другой зависимости, например трудоголизму.

5. Позиция жертвы, и эта черта определяет любовные и дружеские отношения.

6. Высокая ответственность, проще заниматься проблемами других, чем решать свои; это позволяет не замечать собственные недостатки.

7. Хроническое чувство вины, когда нужно защитить себя, а не уступать другим.

8. Зависимость от эмоционального возбуждения.

9. Часто путают любовь с жалостью и склонны «любить» людей, которых могут «жалеть» и «спасать».

10. Прячут вглубь себя чувства из травмирующего детства и утратили способность испытывать или выражать их, потому что это причиняет слишком сильную боль (отрицание).

11. Сурово осуждают себя, не развито чувство собственного достоинства.

12. Панический страх быть брошенными, делают все, чтобы удержать отношения, лишь бы не испытывать болезненное чувство покинутости, доставшееся от жизни с нездоровыми людьми, которые никогда не были эмоционально с ними.

Проблема детей в дисфункциональных семьях в том, что в условиях семейной драмы (когда один родитель одержим веществом, а второй – контролем первого) они лишены двух важнейших условий для психологического взросления, а именно безопасности и внимания. Нельзя назвать безопасным место, где между взрослыми много напряжения, бывают скандалы, один из родителей может пропадать, а второй бесконечно переживает о завтрашнем дне. Так же, как и свободного внимания там, где один из взрослых в употреблении, а второй в контроле за первым, детям остается крайне мало.

(Татьяна Фишер)

Ещё один признак — это чувство стыда, которое не дает говорить о проблеме открыто. Порой проходит много времени от осознания происходящего до возможности о нем кому-то рассказать. Взрослые дети зависимых оказываются один на один со своими непростыми переживаниями.

Ставьте 🔥, если знакомы с проблемой алкоголизма на своем опыте, чтобы почувствовать, что вы не один.

#ВДА

5 заблуждений взрослых детей алкоголиков

В семье, где есть родитель с алкогольной зависимостью часто переворачивается иерархия. Ребенку приходится брать на себя роль взрослого. Он с малых лет научается контролировать, заботиться, быть бдительным. Он верит, что если родитель перестанет пить, то все наладиться. И все делает для этого.

Такая манера строить отношения сохраняется на долгие годы. И распространяется не только на отношения с родителями. Чтобы выразить свое беспокойство взрослые дети алкоголиков часто раздают советы или занимаются морализаторством, словно они лучше знают как жить. Чтобы позаботиться, начинают контролировать. А от того, что сложно доверять, склонны ревновать или устраивать проверки на надежность.

Их отношения с родителями зачастую основываются на следующих заблуждениях:

Заблуждение 1.
Алкоголизм – это безволие. Если бы человек захотел, он бы бросил

Нет, у алкоголика с волей все хорошо, особенно когда нужно найти, где утром опохмелиться, он продемонстрирует сильнейшую волю. Но с определенного момента не алкоголик управляет алкоголем, а, наоборот, алкоголик попадает в богоподобные отношения с веществом.

Алкоголизм – это заболевание. И, как у любого заболевания, у него есть симптомы, стадии развития и возможность ремиссии.

А еще алкоголизм считается заболеванием смертельным, ведь при прогрессирующем злоупотреблении шансы смерти – не только от сопутствующих физических заболеваний, но и от пьяного вождения, риска оказаться в небезопасных ситуациях и суицидальных мыслей – более чем велики.

Заблуждение 2.
Алкоголик пьет из-за друзей / жены / отсутствия работы

Алкоголик пьет потому, что он болен. Пытаясь справиться с эмоциональными трудностями, в какой-то момент своей жизни он встретил алкоголь, который, как тогда казалось, хорошо анестезирует душевную боль, делает более смелым и живым. При хроническом алкоголизме алкоголик пьет и когда «хорошо», и когда «плохо». Он просто не может не пить, хотя, конечно, алкоголизм – болезнь всей семейной системы, и определенную роль окружение в течении заболевания играет.

Заблуждение 3.
Я могу отвоевать близкого у аддикции

Так это не работает. Контроль, выговоры, материальная помощь лишь способствуют употреблению.

К большому сожалению, со своей болью может разобраться только сам человек, а в случае с зависимостью – это значит дойти до своего личного дна, сильно о него удариться и, возможно, признать только свое, из самой глубины души, желание жить, свое бессилие перед болезнью и необходимость обращения за помощью. А возможно – свое желание умереть.

Заблуждение 4.
Из нас двоих я «взрослый»

Созависимый взрослый рядом с тем, кто беспомощнее его (виноватее, потеряннее, меньше, «хуже» в его представлениях), в своей же собственной жизни он не знает, ни чего он хочет, ни куда ему двигаться, ни где его границы.

Взрослые дети алкоголиков часто не умеют жить, не спасая, не страдая, не жертвуя всем для другого.

Заблуждение 5.
Я прав, он виноват

В системе «созависимый – зависимый» нет плохих и хороших, правых и виноватых, святых и грешников. Есть двое, которые на самом деле друг без друга не могут и каждый из которых имеет свою неосознаваемую нужду в этом союзе.

Они оба – дети дисфункции, дети, выросшие в семьях, где часто было небезопасно и не хватало внимания. Они оба не знают себя настоящих, отчасти из-за того, что взрослые в свое время не смогли узнать их. Они оба боятся близости, даже скорее не умеют быть по-настоящему искренне близко. Они оба с большой дырой внутри. По сути, они оба в депрессии. Они похожи почти как две капли воды, кроме одного – выбранного психикой способа с депрессией справляться. Для одного способом не чувствовать внутреннюю боль стало сосредоточение всего своего внимания на веществе, для второго – перевод всего своего внимания на партнера.

Ставьте 🔥 — если нашли свои убеждения)
В следующем посте я напишу, что делать, если ваш родитель алкоголик. Расскажу про принципы жесткой любви, о которых говорила выше.

Пост написан на основе материалов книги Татьяны Фишер «Зависимость»

#ВДА

Принципы жесткой любви

Дети в алкоголизированной семье учатся спасать. Это естественно учитывая, что их жизнь сильно зависит от ненадежного родителя. Но этот паттерн сохраняется и во взрослом возрасте. А вместе с ним и иллюзия, что зависимый обязательно изменится и что как только он бросит пить, жизнь наладится.

Страшная ирония «мучений во благо» созависимого, как пишет Татьяна Фишер в книге «Зависимость», — в том, что чем дольше близкий спасает зависимого, тем глубже яма, в которую последний падает. Биохимия все больше ломается, болезнь все сильнее захватывает личность, и выбрать жизнь однажды станет просто невозможно.

Далее она добавляет:

«В нашей культуре сложно с личными границами, сложно признавать право другого на его жизнь. Все это по какой-то причине считается бессердечностью и жестокостью.

Хотя что в реальности сложно, так это выдерживать собственное бессилие, отчаяние и смирение, если близкий выбрал не устраивающий нас путь. А говоря о зависимых, отпустить – это, по сути, единственное, чем можно помочь»

Какая помощь нужна зависимому по мнению Татьяны?

«Суть заключается в том, что родственнику зависимого (созависимому) важно для начала увидеть в своем близком две части:

— живого человека, которого он, возможно, уже едва помнит,
— болезнь, которая захватывает, рушит и уничтожает как ее носителя, так и всех вокруг.

И вот с болезнью переговариваться, помогать, увещевать, призывать к совести нет никакого смысла. Болезнь важно сделать видимой и перестать потворствовать любым ее манипуляциям. А значит, не прикрывать зависимого перед родственниками и коллегами, не участвовать в нейтрализации последствий употребления, не давать деньги на вещество, не пускать употребляющего на свою территорию.

Оставить близкого решать свои проблемы самому, делать собственные выборы и выбирать между жизнью и смертью единолично. Да, ему будет стыдно. Да, он может быть в ярости. Да, вам тоже будет неловко выносить сор из избы. Но если вы живете рядом с зависимым, вы – единственный человек в неизмененном состоянии сознания, способный усложнить заболеванию жизнь.

Одновременно важно проинформировать зависимого, что помощь есть, что есть группы Анонимных Алкоголиков, детоксы, реабилитации и психологи. И если он решит обратиться за помощью (ехать в ребцентр, идти к психологу, на группы для тех, кто хочет остановить зависимое поведение) – вы всегда рядом и поддержите. Поддержите не равно найдете для него все перечисленное, а просто будете рядом.

От созависимого требуются действия. Вполне себе конкретные и жесткие. С сочувствием, но осознанием, что в данном случае оставить человека один на один с выбором жить или умереть – единственная эффективная помощь, которую он может оказать»


Помощь нужна и созависимому

«Созависимый уверен, что вся проблема в зависимости, но, когда зависимый начинает выздоравливать, именно созависимый нуждается в помощи, потому что не умеет жить, не спасая.

Созависимый, кажется, не может жить без слияния, но на самом деле давно задыхается без отдельности.

Самое короткое определение пути выздоровления от созависимости – «возвращение к себе». Выставив с зависимым жесткие границы, созависимому придется возвращаться в собственную жизнь (если удастся не переключиться на детей) и встретить свое личное «меня нет». Встретить неумение брать ответственность за свои выборы (а не за другого), забытое или никогда не случившееся умение хотеть и реализовывать собственные потребности, а главное – встретить свои глубоко спрятанные внутри сложные чувства. Свое отношение к себе. Низкую самооценку. Возможно, давно уже нежелание жить»

#ВДА