#подкасты
🎶🎶🎶

В период Хануки востоковед Валерия Новикова рассказала в новом подкасте о том, кто такие восточные евреи - "мизрахим".

В чем отличие мизрахим от сефардов и ашкеназов (а кто такие ашкеназы и сефарды🧐)? Кого причисляют к мизрахим? Какое было положение восточных евреев в исламском мире и какое оно сейчас? В конце подкаста также говорим о жизни мизрахим в современном Израиле.

Яндекс.Музыка
Apple.Podcasts

Таймкоды:

0:40 Кто такие мизрахим? Чем отличаются восточные евреи от ашкеназов и сефардов?
4:20 Кого причисляют к мизрахим? Чем похожи группы восточных евреев?
7:00 Какое было положение восточных евреев в исламском мире?
10:50 Как строился исторический нарратив мизрахим?
13:35 Прибытие мизрахим в Израиль: как это было?
15:55 Термин «мизрахим» придуман в Израиле?
19:06 Какие были сложности в адаптации в новом обществе?
21:35 Культурная специфика восточных евреев: это?
24:30 Какое актуальное положение восточных евреев в их странах исхода?

#подкасты

🔄
Новые подкасты:

⭐️ Востоковед и арабист Максим Жабко рассказал о политической системе Ливана. Подкаст в двух частях:

⚡ Часть 1:
Яндекс.Музыка
Apple.Podcasts

⚡ Часть 2:
Яндекс.Музыка
Apple.Podcasts

⭐️ Политолог Мир-Али Аскеров о политическом исламе.

Яндекс.Музыка
Apple.Podcasts

⭐️ Востоковед Валерия Новикова о восточных евреях в прошлом и настоящем.

Яндекс.Музыка
Apple.Podcasts

К слову, о религии.

❓ Тенденцией уже многих лет является уменьшение количества христиан на Ближнем Востоке.

Если в начале века их доля в населении оценивалась в 15–20 %, то в настоящее время они составляют менее 4 %. В Ливане, где христиане (различных деноминаций) составляли в начале ХХ столетия 78 % населения, их доля ныне сократилась до 34 %.

🔸Вместе с тем показательно, что доля христиан (данные на 2016 год) выросла в Саудовской Аравии и Эмиратах. Яркая демонстрация демографического разброса в этих странах, куда приезжают все больше и больше рабочих мигрантов.

📌В Мосуле, на севере Ирака, когда-то проживали десятки тысяч христиан. Считалось, что они поддерживают американцев, и после вторжения они стали мишенью для повстанцев. Однако волна убийств того времени прокатилась дальше, захлестнув и 2014 год, когда Мосул был захвачен ИГ (террористической организацией, запрещенной в РФ). Христиане были поставлены перед выбором: перейти в другую веру, заплатить джизью (налог на немусульман), или столкнуться с возможной смертью. Большинство бежало. В июле 2014 года ИГ объявило, что город свободен от христиан.

🔣🔣🔣Политические перемены – это тоже сложный процесс, который не всегда означает, что всем сразу станет лучше.
За десятилетия до "арабской весны" многие христианские лидеры оказывали поддержку авторитарным правителям в обмен на защиту христиан. Смена власти сопровождается большими опасениями относительного будущего и возможного роста ненависти на религиозной почве.

"В Ираке, когда убрали Саддама Хусейна, мы потеряли миллион христиан", - сказал Бечара Бутрос аль-Рахи, маронитский христианский патриарх Ливана, в интервью AFP в 2012 году. "Почему? Не потому, что пал режим, а потому, что больше не было власти, образовался вакуум. В Сирии то же самое: христиане не поддерживают режим [Башара Асада], но они боятся того, что может произойти дальше".

🔣 Я благодарен за то, что живу в обществе, где свобода слова защищена, и за то, что работаю в профессии, где этот принцип остается главной ценностью. Конечно, академическая свобода подвергается нападкам в некоторых университетах, и политические разногласия слишком часто переходят в оскорбления, культуру отмены и тому подобное. Как я уже отмечал несколько недель назад, университеты должны лучше защищать свою основную миссию - свободное и открытое стремление к знаниям - и противостоять давлению, когда их заставляют занимать коллективную позицию по основным социальным и политическим вопросам. Однако, несмотря на растущие угрозы академической свободе, я и мои коллеги по-прежнему можем думать и писать так, как нам хочется. Каждый из вас волен читать эти мысли, игнорировать их, и открыто соглашаться или не соглашаться с ними. Эти свободы - важнейшие элементы открытого общества и наша лучшая защита от нетерпимости, политического застоя и тирании.