Медуза — LIVE
1.19M subscribers
5.6K photos
1.11K videos
35 files
43.7K links
Официальный телеграм-канал «Медузы». Телеграм для связи: @meduzalovesyou

Скачивайте приложение «Медузы для iOS (https://mdza.io/JtSJ9t50Ww4) и Android (https://mdza.io/IQkzDh0RHw4)

«Вечерняя Медуза» в телеграме @meduzaevening

Все новости Медузы в одном
Download Telegram
Тем временем в американской церкви провели службу с винтовками. https://mdza.io/72yr_8bm6fQ
Послание Путина: пара цифр
Путин попросил придумать название для крылатой ракеты с ядерным двигателем. Депутаты и чиновники уже придумали несколько.

Первый вице-спикер Совета Федерации Николай Федоров: «Американская мечта» и «Песец». («Заметьте, два названия образуют словосочетание»).

Депутат от ЛДПР Михаил Дегтярев: «Голубь мира».

Депутат от «Единой России» Адальби Шхагошев: «Тишина». («Чтобы в мире было тихо и спокойно»).

Помощник президента Владислав Сурков: «Гиви» (в честь убитого командира одного из подразделений ДНР Михаила Толстых).

Губернатор Ленинградской области Александр Дрозденко: «Добрыня».

https://meduza.io/shapito/2018/03/01/pesets-golub-mira-i-tishina-deputaty-i-chinovniki-shutyat-pro-nazvaniya-novyh-vidov-yadernogo-oruzhiya?utm_source=telegram&utm_medium=live&utm_campaign=live
В декабре 1991 года Михаилу Горбачеву было 60 лет. Страна, которую он возглавлял, только что распалась. Он добровольно отдал власть своим противникам — но после этого не ушел на пенсию, а продолжал активно заниматься политической и общественной деятельностью. Это беспрецедентный для истории России случай — и непохоже, чтобы что-то подобное могло произойти в ближайшем будущем.

Сегодня Горбачеву исполняется 87. По такому случаю наш спецкор Илья Жегулев рассказывает, как первый и последний президент СССР жил без власти. Как он боролся за окружающую среду; помогал независимым журналистам; безуспешно пытался строить партии — и переживал расставание с любимой женщиной

https://meduza.io/feature/2018/03/02/raspnite-menya-zdes?utm_source=telegram&utm_medium=live&utm_campaign=live
Специальный корреспондент «Медузы» Илья Жегулев рассказывает, как еще в пять лет решил взять интервью у Михаила Горбачева, и наконец взял:

С портрета Горбачева на первой полосе «Известий» начался мой осмысленный путь к большим медиа. До этого я газеты в основном ел, в буквальном смысле — брал и жевал. А биографию Михаила Сергеевича, когда он стал новым генеральным секретарем, прочитал внимательно. Помню что-то про комбайны.

Впервые мы встретились на заре 2000-х, когда он решил спасти одну радиостанцию и даже пришел на презентацию ее перезапуска. Человек, управлявший самой большой страной в мире, оказался маленьким добродушным дедушкой. И пятно! То самое пятно. Увидеть такого человека на расстоянии вытянутой руки — это, наверное, как поздороваться за руку с папой Римским. Он настоящий!

Написать о том, как прожил эти годы человек, который изменил ход истории, я предложил еще весной 2015 года, но по-настоящему работать над статьей начал этой осенью. С октября я добивался разговора с Горбачевым. Мы встречались, перекидывались словами, он крепко жал мне руку, расспрашивал про то, откуда мои родители и даже дарил мне свою книжку с автографом. А потом меня позвали в «Горбачев-фонд» на Новый год — приходите, мол, он там будет в хорошем настроении, может, что-то и получится. 

Прихожу, вижу корпоратив, где я оказался самым молодым. Горбачев шутит и вспоминает жену, в общем, обстановка отжига и безудержного веселья. Я старался слиться со стеной, чувствуя себя немного не в своей компании, и ожидал, когда Михаил Сергеевич окончательно развеселится, чтобы тут-то его и подловить. Но подловили меня: внезапно мне впихнули микрофон, а исполнительный директор фонда Ольга Здравомыслова произнесла: «А теперь скажет Илья Жегулев». Пришлось выступить перед генеральным секретарем.

А в феврале мы наконец встретились и поговорили. Знаю манеру Горбачева отвечать на вопросы, я не сильно надеялся на продуктивный разговор, но тем не менее, пожалуй, это самое долгожданное интервью, о котором я задумался еще в пять лет, когда читал биографию карьерного взлета помощника комбайнера, в итоге изменившего мир. Горбачев сразу сказал: если буду его перебивать, то он расстроится и уйдет. Расспрашивал меня о «Медузе»:

— Сколько у вас аудитория?
— 10 миллионов.
— Мало.
— Ну, может, и мало, но темпы пятилетки опережаем.
— Слушай, не будьте самоуверенными. А кто главный?
— Галина Тимченко.
— А она, случайно, не родственница? 
— Геннадия Тимченко? Нет. Тогда я тоже спрошу, у меня редактор Шурик Горбачев, он, случайно, не ваш родственник?

И рассказывал: о войне, о детстве, о знакомстве с Раисой Максимовной, погружался в воспоминания, как писал сочинение о Сталине. Многое из этого он уже говорил в интервью раньше, но когда я пытался все же направить его в нужное русло, он спокойно говорил:

«Подожди, генацвале, потерпи. Я стал чувствовать, что при переключении с одной темы на другую, забываю. Вот что я не забываю, — это то, что мне через две недели 87 лет. На полста больше тебя».

Я ждал. Я нашел. Счастье есть.

https://meduza.io/feature/2018/03/02/esli-by-ne-glasnost-solzhenitsyn-prodolzhal-by-rubit-drovishki-v-vermonte?utm_source=telegram&utm_medium=live&utm_campaign=live
У нас вышел отличный (и трогательный!) материал про трех служебных собак разных пород. Это титулованный ньюфаундленд-спасатель Элвер, способный за раз вытащить из воды двух человек или даже катер, немецкая овчарка Майя, которая чувствует запах тротила и гексогена с 10 метров, и малинуа Афи, умеющая искать людей после схода лавины, под каменной осыпью, в высокогорном лесу и в условиях техногенного завала.

Это партнерский материал. 

https://meduza.io/feature/2018/02/22/moy-pes-umeet-spasat-lyudey?utm_source=telegram&utm_medium=live&utm_campaign=live
Мастер-класс от Вячеслава Володина: «Как уйти от ответа на вопрос». На самом деле, это его диалог с журналисткой «Коммерсанта» Софьей Самохиной.
♠️ ВВВ попросил не разводить дискуссии в Госдуме
♠️ Говорят, сегодня в Думе ВВВ крайне занятно побеседовал с журналисткой Ъ, которая попросила пояснить его вчерашнюю цитату «Ведомостям» о ситуации вокруг Леонида Слуцкого. Далее привожу их диалог:

— Вы, в частности, сказали: «Мы постоянно общаемся с журналистками парламентского пула, и это в любом случае стало бы поводом для разбирательств. Конечно, выводы уже сделаны». Вы не могли бы пояснить, о каких выводах идёт речь?
— Я вчера сказал всё, что считал нужным, корреспонденту газеты «Ведомости».
— А для газеты «КоммерсантЪ» Вам пояснить сложно?
— Нового я не добавлю.
— Поясните, о каких выводах идёт речь.
— Не уходите в дискуссию.
— Почему? Это моя работа.
— Ваша работа? Вы задали вопрос, я вам ответил.
— Вы не ответили, в этом проблема, поэтому я уточняю.
— Хорошо.
— Что хорошо? О каких выводах идёт речь?
— Я вам ответил, другого ничего не скажу. Если вы хотите подискутировать, то надо найти другое место себе.
— Другое место для чего?
— Для дискуссии.
— То есть при вас Дума тоже стала не местом для дискуссии? Я так понимаю из вашего ответа.
— Не домысливайте. И не переносите личное своё на работу. Потому что в этом смысле вы тогда необъективны.
— В чем моя необъективность? Я прошу, чтоб вы пояснили свои слова. Я их никак не интерпретирую.
— Не нужно нервничать. Нужно исходить из того, что если не объективны, то тогда уже возникает вопрос, насколько эта информация, она сама по себе та, с которой хотелось бы считаться. Поэтому, я ещё раз говорю, я отметил всё то, что мне нужно было сказать. Из этого исходите.