Врач травматолог из Владивостока:

"Расскажу я про сверхразум и детскую логику.
Это было лето 2014 года, жара несусветная. Привозят родители в травмпункт дочку 12 лет. У нее на ноге гипс, сломала голень 2 недели назад. Девочка сидит ревет, гипс почему то воняет сыростью на весь кабинет. Ситуация как бы неоднозначная.

Спрашиваю что случилось. Мадам несмотря на гипс решила с друзьями сходить на карьер, видите ли, искупнуться. Пакет на ногу замотала, но он конечно же порвался и как он вообще мог от воды спасти. Да никак. В итоге весь гипс внутри промок в хлам и туда еще набился мокрый песок с пляжа.

Дома нога ожидаемо начала жутко чесаться. И знаете что она сделала. Она взяла металлическую вешалку, разогнула ее и начала шуровать внутри гипса пытаясь вытащить песок. Расцарапала себе всю голень.
Но это еще не всё. Гипс то мокрый. И наша юная химичка вспоминает что соль отлично впитывает влагу. Она берет пачку с кухни и щедро засыпает ее прямо под гипс на свои свежие царапины. Хорошая мысля приходит апосля. Естественно боль началась такая что искры из глаз. Тут уже пришлось сдаваться родителям.
Мы когда этот гипс снимали, оттуда вывалился такой грязный соленый кирпич. Нога вся в ссадинах и раздражении, опухла.

Я пока всё это отмывал, не выдержал и максимально тактично спросил батю: извините, а у девочки нет задержек в развитии?
Батя тяжело вздохнул и ответил: доктор, я прекрасно понимаю почему вы спрашиваете, но нет, она вроде у нас нормальная. Дети-цветы жизни 😂"

Между нами, медиками | Подписаться ✔️
Ссылка на инструкцию как рассказать нам историю

Врач-эндокринолог из Твери:

"Работаю в поликлинике. Сейчас буду ставить вашу логику под сомнение.
Это был конец августа, самый разгар дачного сезона. Заваливается ко мне в кабинет женщина. Без талона, с порога требует выписать ей рецепт на таблетки потому что у нее цитирую "началось обострение сезонного диабета".
Чувствуете уже как начинает пахнуть жареным да?). Я знаю диабет первого типа, второго, диабет беременных. Но блин сезонный? Это вам че, аллергия на полынь что ли.
Что ж делать нечего, начинаю собирать анамнез с максимально серьезным лицом а расскажите ка поподробнее про ваш уникальный диагноз.
И она на полном серьезе объясняет. Говорит доктор ну смотрите, зимой и весной у меня сахар идеальный. А в августе я еду на дачу со всеми вытекающими. Заготовки, овощи, ягоды и все такое. И сахарок сразу прыгает до пятнадцати. Это же чисто сезонное явление, выпишите мне таблеточки посильнее чтобы я могла спокойно свои банки с вареньями докрутить.
Причинно следственная связь конечно железобетонная. Объяснил ей конечно что диабет так не работает и надо просто перестать поджирать сладкое. Таблетки не дал, провел лишь пояснительную беседу что и как.

Но фразочка про "сезонный диабет" прям стойко так запомнилась и теперь стала нашим локальным мемом среди коллег. Особенно летом 😅"

Между нами, медиками | Подписаться ✔️
Ссылка на инструкцию как рассказать нам историю

Анестезиолог реаниматолог решил рассказать от первого лица о том, как звучит смерть:

"Звонок из приемного:
-Реанимация, здравствуйте!
-Драсьте! Это приёмное. У нас мужчина без сознания.
-Дышит?
-Вроде да.
-Понял. Бежим.

Для меня, как реаниматолога, очень важно, дышит ли пациент. Если да – с вероятностью 99% там есть сердцебиение. Пока есть кровоснабжение и оксигенация организма то шансы спасти очень велики.Спешно собирается мой коллега, хватает дежурный чемоданчик и бежит на первый этаж.

Через две минуты звонок от него:
-Серега, готовь ВСЁ. У меня клиника.
-Вези на второй- кричу в трубку.

Выбегаю из ординаторской в коридор.
- Свет! Маш! Кать! Бегом на второй. Из приемного без сознания везут.

Света хватает набор для интубации, Маша - центральную вену, Катя - медикаменты. Я же включаю аппарат ИВЛ и монитор.

Грохот каталки. Въезжает коллега, прямо верхом на пациенте делает непрямой массаж сердца. Отмечаю синюшность головы и рвотные массы на лице.
Перекладываем на кровать. Полный рот блевотины, какое там дыхание.
-Света, отсос, интубация!
Трубка зашла с первой попытки. Звоним эндоскопистам, потому что произошла аспирация. Зрачки на свет уже почти не реагируют. Плохо дело.

Подключили к аппарату. В трубке рвотные массы, забивают её. На мониторе давления нет, сердцебиения нет. Подскочил медбрат.
-Андрюх! Время фиксируй! Маш! Давай набор под вену.
-Илюх, прекрати качать пока. 10 секунд- говорю коллеге.
Быстро зашел толстой иглой под ключицу, завел катетер в вену.
-Продолжаем качать!

Подскочили эндоскописты.
-Помогите нам легкие почистить!
-Тут каша везде-говорит эндоскопист, подсоединяя отсос к бронхоскопу.
-Кать! Я в вене, давай соду. Набирай адреналин!

И понеслась реанимация. Аппарат вдувает 100%-ный кислород, массаж сердца не прекращается. Каждые 5 минут введение возрастающих доз адреналина.
-Илюх, устал? Давай поменяю- правильный массаж отнимает дико много сил, поэтому меняемся.

20 минут. 30. 35...
-Прекратить массаж! Оценка ритма!
Асистолия. Пульса нет. Лицо синюшное. Рефлексов нет.

-Конец реанимации...

И тут наступает та самая, непередаваемая тишина, нарушаемая только характерным звуком аппарата ИВЛ и орущим монитором. Несколько секунд. Именно так звучит голос смерти. К сожалению, мы не боги. Но мы очень старались.

Скидываем пропотевшие перчатки в ведро. Выключаю монитор.
-Маш, найди простынку, укрой человека. Пойдем, Илюх, ПИСАТЬ будем. Писанины у нас до макушки.

P.S. Анализы потом показали, что мужчина был в глубочайшей гипоксии и не дышал уже очень долго. Клиника ТЭЛА. Все наши попытки были тщетны."

Между нами, медиками | Подписаться ✔️
Ссылка на инструкцию как рассказать нам историю

Максим Ковалев, студент практикант отделения нейрохирургии, БСМП №1, г. Омск:

"Однажды нам перевели из реанимации бабулю, 87 лет Ds: ушиб головного мозга ср. степени.
По началу, она не проявляла практически никакой двигательной активности, но постепенно начала активно двигать руками, пробовать говорить, что получалось с трудом, так как трахеостомическая трубка резко ограничивала эту возможность.
В какой-то момент, она тихо звала меня и просила ручку и листок жестами. Я приподнял головной конец кровати, дал ручку и листок. Она начала писать, но почерк был похож больше на детскую мазню. Я объяснил ей, что такое возможно и просил не огорчатся, мол и Москва не сразу строилась, а реабилитация штука долгая. Остаток дня она пролежала тихо.
На следующий день, она попросила то же самое снова, и я все обустроил. И, о чудо! Почерк стал куда разборчивее. Она спрашивала где она, что с ней, где ее вещи. Она вспомнила, что дома ей стало дурно, упала и ударилась головой. Весь диалог был всецело передан лечащему врачу. Я ушел, мое время практики на тот день вышло. Выходя, я думал, что возможно такая активизация к лучшему, а значит бабуля идет на поправку и все хорошо.
На следующий день, когда я переодевался в костюм, медсестра сказала, что она ночью дала остановку. Дежурный врач качал не жалея сил, но смерть в этом бою взяла свое. Это было тем что в медицине принято называть светлым промежутком или предсмертным улучшением.Организм просто истратил последний резерв энергии перед неизбежным финалом.
Как же я ошибался."

Между нами, медиками | Подписаться ✔️
Ссылка на инструкцию как рассказать нам историю

Реаниматолог из Петербурга:

"Порой судьбинушка щедра на сюрпризы, вот только вкус у неё весьма специфический. Кому-то перепадает сладкий торт, а кому-то щедрая лопата дерьма.

На повестке пациентка М., 67 лет. Диагноз: комбо из закрытого оскольчатого перелома плеча и перелома верхней трети бедра. Наши доблестные травматологи рвались прооперировать обе кости за один заход, но мы встали в позу. Причина весомая в прямом и переносном смысле: 180 кг живого веса плюс роскошный анамнез из ИБС, гипертонии и сахарного диабета. Операционные риски просто запредельные. Разложили перед пациенткой перспективы без прикрас: либо идем ва-банк на хирургическом столе с шансом выжить и остаться на своих двоих, либо медленно и мучительно угасаем в кровати под аккомпанемент пролежней и некрозов. Женщина решила сыграть в рулетку и рискнуть.

Премедикация, транспортировка в операционную, предоперационная подготовка. Спинальная анестезия несмотря на вес проведена с блеском, с первой попытки, эффективность отличная. Травматологам даётся традиционная отмашка: «Можно! С Богом! Первые 20 минут операции идут отлично, гемодинамика стабильная, сатурация 99%, больная в сознании, спокойная, разговаривает со мной о муже, сыне и невестке которые ждут её в палате.

Спустя 25 минут от разреза, когда начали сверлить бедренную кость для установки металлоконструкции больная жалуется на головокружение. Киваю анестезистке чтобы замерила давление, за эти 10 секунд больная закатывает глаза и перестаёт дышать. На мониторе асистолия. Бригаде команда «Стоп! Покинуть зал!». Дальше начинается самая нервная и грустная часть работы.
Интубация, ИВЛ, массаж сердца, адреналин, больная синеет. Ещё адреналин, атропин, желудочковая тахикардия. Дексаметазон, мезатон, пульса не чувствую, кардиограф показывает больше 250 ударов в минуту, давление 0/0. Инфузомат с допамином, норадреналин, всё это время продолжаем качать (уже прибежала заведующая и палатный анестезиолог).
30 минут реанимации, на вазопрессорах давление 50/0, пульс по прежнему не определяется, зрачки широкие и не реагируют на свет, рефлексов нет, мозг умер.
Это уже не человек, пустая оболочка за которую дышит машина, а кровь качается ритмичными движениями рук реаниматологов.

Смерть на операционном столе, смерть быстрая и безболезненная, человек ушёл за полминуты. Вскрытие подтвердило наши предположения: массивная тромбоэмболия легочной артерии + жировая эмболия.

У меня пока не очень много опыта в этой специальности, но точно могу сказать что мы сделали всё что могли, шансов не было. Я видел смерть много раз до этого случая, реанимация это отделение где такое происходит регулярно, но это был первый когда человек умер во время операции, на столе. Кто то должен делать эту работу."

Между нами, медиками | Подписаться ✔️
Ссылка на инструкцию как рассказать нам историю

Фельдшер линейной бригады. Петербург, Васильевский остров:

"Когда поднимались по лестнице нас встретил истошный женский крик. В прихожей на полу старушка без признаков жизни. Сразу же начинаем реанимационные мероприятия. Буквально через пару минут восстанавливается сердцебиение и самостоятельное дыхание, но сознание отсутствует. Состояние больной остаётся тяжёлым. Передаём пациентку прибывшей специализированной реанимационной бригаде и уезжаем на следующий вызов . Последнее, что осталось в памяти это беспомощно лежащие вдоль тела красивые и ухоженные руки больной, несколько не соответствующие её 76летнему возрасту. Через пять дней, узнав в какую больницу спецбригада доставила больную, звоню, опасаясь услышать самое страшное. Ответ лечащего врача поразил: "вчера самостоятельно ушла домой" – "Как домой? Вы не перепутали, коллега?" – "Да нуу, перепутал бы я с кем-нибудь эту бабушку с таким то маникюром!"

Между нами, медиками | Подписаться ✔️
Ссылка на инструкцию как рассказать нам историю

Врач медицины катастроф, Астрахань:

"Поздним осенним вечером мчимся на ДТП. По иерархической значимости этот повод к вызову-один из самых серьёзных: практически никогда не бывает известно, сколько пострадавших и какова их тяжесть, есть ли погибшие… Естественно, выброс адреналина у всей бригады максимальный, так называемый "стресс ожидания".Описать это невозможно, нужно самому съездить на такой вызов под завывание сирены, да с проблесковым маячком! Да не один раз!..

Так вот, за считанные минуты приезжаем, резко тормозим, мигом вылетаем из машины и видим в тусклом свете фар на мокром асфальте довольно грузное человеческое тело и светловолосую женскую голову, лежащую … отдельно, метрах в полутора двух. Ощущение мимолётного ужаса сразу же рассеялось. это был всего лишь… женский парик, слетевший с головы незадачливой пострадавшей, сильно пьяной девицы возрастом лет около тридцати и массой тела, превышающей один центнер (при немалом то росте!).

Погрузка её в машину потребовала весьма значительных физических усилий не только членов бригады скорой помощи, но и доблестных сотрудников ДПС. Следует заметить, что кроме множества ссадин, других повреждений, к счастью, обнаружено не было.

Когда возвращались на подстанцию, даже сочинили двустишие, несколько переиначив общеизвестное: " Ох тяжёлая это работа - С ДТП отвозить….. бегемота!" (простите 😄)

Между нами, медиками | Подписаться ✔️
Ссылка на инструкцию как рассказать нам историю

Врач травматолог о первых шагах в своей работе:

"В практике хватало разных историй, от откровенно тяжелых до светлых и забавных. Однако сейчас речь пойдет о моем первом сильном впечатлении, ставшем своеобразной точкой невозврата. Наверное, подобный опыт есть в копилке у каждого моего коллеги.

Сама история.
Привезли по скорой мужчину - крепкий, весёлый дядька, лет под 50 на тот момент, но с переломом ноги - голень в хлам бедро и коленный сустав целые, на вытяжении пролежал, кости до кучи прихватились за 45 суток и решили ему такой аппарат поставить и разрешить ходить, так заживать быстрее будет, операция прошла, железа в него насверлили столько, что даже терминатор сказал - Молодца!!

Человека выписали, рекомендации дали и отпустили, да и забыли бы, но потом он приехал снова с тяжёлым гнойным воспалением, свищами, расплавлением тканей и прочими прелестями, оказалось, что человек по одной ему известной причине забухал и на обработку спиц, лекарства и прочие назначения забил, нашел его сосед по запаху, так как нога натурально гнила.

Бились за него 3 дня, антибиотики заливали куда только могли, и местно и в вену, и ткани пытались иссекать омертвевшие и все без толку. Товарищ натурально серый, сознание спутанное, в анализах беда, консилиум репу почесал и вынес вердикт - ногу товарищу отнять, ибо помрёт не ровен час прямо тут, а нас за это ругают.

Говорят - "иди ка дорогой практикант, сними как железо с болезного, ибо ногу отнимут, придется в морг тащится, там ключами гаечными греметь, а усопших тревожить греховно, да и в операционной, хоть и в грязной, но работать все же по приятнее, что логично".

Только вот сказали мне поздно, когда я поднялся и зашёл в операционную, мне санитарка ногу уже отрезанную подаёт, и так уж случилось, что мужчина этот в этот момент глаза открыл. Картина маслом, мужик провожает взглядом меня, пока я уношу его ногу с железяками, а анестезиологи в этот момент срочно "догружают" его препаратами."

Между нами, медиками | Подписаться ✔️
Ссылка на инструкцию как рассказать нам историю

Рассказывает нейрохирург из Краснодара:

"У меня за плечами много операций. Иногда удается спасти пациента, иногда нет. Самое сложное, сообщать родственникам о смерти человека.

Иногда, я чувствую, что выгораю. Но бросить работу не могу. Родители всегда учили меня, что нужно помогать людям, независимо от тяжести ситуации.

Родственники нередко проклинают врача, который не смог спасти пациента. Меня проклинали уже раз десять. Я не могу спасти всех. Не потому что не хочу, просто не могу. Я всего лишь человек. Смертный и слабый.

И вот, у меня на операционном столе умер ребенок (повреждения головного и спинного мозга в результате ДТП).

Когда умирают дети, особенно сложно переносить эмоциональное напряжение.

И вот момент истины, когда нужно выйти в коридор.
- Простите, я делал всё, что мог, но не смог ему помочь, - сообщаю я.

Мать рыдает в истерике, лицо отца потерянное, мертвенно-бледный взгляд куда-то в сторону.

Спустя минуту, отец отрешенно:
- Доктор, его нельзя было спасти?
- К сожалению... - что я еще мог сказать?
- Спасибо, что попытались... - они отошли и сели на ближайшие стулья.

Спасибо, что не вините меня."

Между нами, медиками | Подписаться ✔️
Ссылка на инструкцию как рассказать нам историю

Автор поста фельдшер СМП, Мария:

"Я работаю на скорой уже 16 лет. Казалось бы, за это время профессиональная броня нарастает такой толщины, что ничем не пробьешь. Но наша работа всё равно умудряется находить щели и бить прямо в сердце. Летим на вызов. Вводные классические. Мой врач-реаниматолог устало трет лицо и откровенно кроет матом: «Ну всё, опять к алкашу едем, как же они достали!». И его можно понять, мы таких «уставших» за смену десятками в чувство приводим.

Приезжаем. На асфальте реально лежит мужчина без определенного места жительства. Обычный бездомный. Грязная, многослойная одежда, рядом какой-то потертый пакет. Но характерного запаха перегара нет. Удивительно.

Начинаем осмотр. Берем кровь. Глюкометр пищит и выдает критические цифры. Гипогликемия. Человек просто упал в глубокий голодный обморок, мозг отключился от тотальной нехватки питания. Сработали четко по нашему алгоритму. Ждем.

Через пару минут мужчина делает глубокий вдох, щеки розовеют, он открывает глаза. И знаете, что произошло дальше? Я впервые за 16 лет встретила человека, который остается настоящим мужчиной, даже если он опустился на самое дно.

Он с трудом приходит в себя, видит меня, склонившуюся над ним. Молча тянется трясущимися руками к своему грязному пакету, достает оттуда маленький походный складной стульчик, раскладывает его прямо на асфальте и хриплым голосом говорит: Дочка, садись на стульчик... ты же устала.

У меня просто ком в горле встал. А рядом с этим стульчиком из пакета выпала картонка. На ней кривым почерком написано: «На еду».

Он бомжует уже 5 лет. Пять лет выживания на улице! Человек довел себя до голодной комы, у него ничего нет в этой жизни, кроме старого стула и куска картона. Но, едва очнувшись на холодном асфальте, его первой мыслью было позаботиться о женщине-медике.

Как он оказался на улице? Я не спрашивала. У нас просто не было на это времени, нужно было быстро оформлять его и спасать дальше. Да и какая, по сути, разница? Господи, как же это переворачивает сознание. Иногда в людях, которые потеряли всё и спят на теплотрассах, человечности, воспитания и благородства в разы больше, чем в тех, кто скандалит с нами в элитных ЖК.

Цените то, что имеете. Вашу теплую постель, крышу над головой, тарелку супа на столе. И пожалуйста, при любых обстоятельствах, будьте людьми."

Между нами, медиками | Подписаться ✔️
Ссылка на инструкцию как рассказать нам историю

Врач невролог из Петербурга, НИИ скорой помощи им. И.И. Джанелидзе:

"Есть у меня одна очень нелюбимая категория пациентов. Это молодые люди, которые любят массаж, да пожоще, как говорится.

Привозят как то мне по скорой девушку 28 лет прямо из частной клиники мануальной терапии и остеопатии. Фельдшер скорой говорит, мол наверное паничка на фоне болевого шока. Девушка в сознании, но просто мычит, половина лица перекошена, правая рука висит как плеть.
Какая тут нахер паническая атака. Обширный инсульт! В 28 то лет у абсолютно здоровой девчонки!
Бегом тащим ее на КТ сосудов шеи и головы. Причину обнаружили быстро - диссекция позвоночной артерии. Если попростому, то сосуд на шее просто надорвался изнутри.
Выхожу к ее парню, который с ней приехал, и спрашиваю, что им там в клинике делали. Все банально, у нее болела спина от сидячей работы, и они пошли к модному какому то мануальщику. Врач попался очень старательный, похрустел от души видать. Вот он ей голову так резко крутанул, что надорвал стенку артерии. На месте надрыва моментально образовался тромб, оторвался и улетел прямо в мозг.
Мы ей экстренно ввели тромболитик, потом хирурги через прокол в бедре залезли в мозг и вытащили остатки. Девчонке повезло нереально, мы чудом успели в терапевтическое окно.
Она когда через пару дней поняла, что изза похода к костоправу чуть не осталась пускающим слюни инвалидом на всю жизнь, даже расплакалась.

Все же инсульт в 28 лет это особенно неожиданно и страшно."

Между нами, медиками | Подписаться ✔️
Ссылка на инструкцию как рассказать нам историю

"Я реаниматолог. А если быть более точным, то peaниматолог­-анестезиолог. Вы спросите, что предпочтительней? Я вам отвечу: хрен редьки не слаще. Одно дежурство ты реаниматолог, другое ­ анестезиолог, но суть одна ­ борьба со смертью.

Два десятка лет я отдал борьбе со смертью и очень устал. Устал от вечной границы между жизнью и смертью, стонов больных и собственной совести. Каждая потеря чеканит в мозгу вопрос о том, всё ли ты сделал. Этот голос мучает сомнениями и заставляет после дежурства маниакально листать учебники в поисках упущенного шанса.

Пациенты часто даже не считают анестезиолога врачом. Оперирующего хирурга благодарят всегда, а того, кто отключает сознание и берет на себя ответственность за дыхание, забывают. А ведь каждый наркоз таит огромные риски и забирает кусок нашего собственного здоровья. У нас в отделении все страдают от проблем с сердцем и сорванных спин, ведь мы постоянно на руках перекладываем тяжелых больных. Не зря говорят, что реаниматологи редко живут дольше сорока пяти лет. Мы теряем здоровых коллег прямо на работе.

Мы давно перестали бояться смерти, она всегда рядом. Страшит только длительная мучительная болезнь, когда человек становится заложником неподвижного тела. Зато мы свято верим в судьбу. Иначе никак не объяснить, почему один выживает с пробитым черепом или ранением в сердце, а другой сгорает от сепсиса после пустяковой царапины.

Наша специальность невероятно агрессивна. Ради спасения жизни мы ломаем ребра при массаже сердца и рискуем заразиться чем угодно от пациентов, порой забывая о перчатках. Работа не отпускает даже дома. Я иду по улице и рефлекторно вглядываюсь в шеи прохожих, оценивая сложность потенциальной интубации. В ушах круглосуточно стоит гул дыхательных аппаратов. Зарплаты смешные, напряжение выматывает душу. Но все это отступает на задний план ради одного. Тебя утешает только мысль о том, что ты нужен людям. Ты вытащил человека с того света и возродился вместе с ним."

Автор Владимир Лаишевцев , анестезиолог-реаниматолог.

Между нами, медиками | Подписаться ✔️
Ссылка на инструкцию как рассказать нам историю

Фельдшер скорой медицинской помощи, Мурманская область:

"Был вот такой случай несколько лет тому назад. Мне его рассказали коллеги. Мужчина 25 лет, выпив в бане, решил выйти на улицу к снежку. И все было бы хорошо, если бы он быстро вернулся обратно. Но ощутив прилив блаженства, он бегал по снегу достаточно долго при 20 то градусах мороза! В определенный момент чуть протрезвел и понял, что хватит, вернулся обратно в парилку...

Что же получилось потом? Сначала ноги были в тепле, при температуре 80-90 градусов по Цельсию, затем резко в -20 и снова резко обратно в +80-+90. Произошел резкий холодовый шок тканей. Когда приехала скорая, мужчина орал от боли в стопах, не помогали даже наркотические анальгетики! Его ноги отекли раза в три и напоминали валенки. Просто крась и выпускай гулять на улицу без обуви - никто и не заметит! Восстановить обмороженные ткани не удалось, ноги в последствии пришлось ампутировать..."

Между нами, медиками | Подписаться ✔️
Ссылка на инструкцию как рассказать нам историю

Медицинский психолог, Алтайский край:

"Был случай в моей практике, который тогда ещё начинающему медицинскому психологу запомнился на всю жизнь.

В 2000-х годах я работала в кардиологическом диспансере. В мои обязанности входила быстрая подготовка сердешных к АКШ и помощь в реабилитации после.

Поскольку процент смертности никто не отменял, то в процессе психотерапии максимально старалась заякорить больных на жизнь, цепляя за то, что им дорого.

Примерно в одно время, с разницей в неделю-две готовились к операции два мужчины однофамильца приблизительно одного возраста лет по 50. Оба затем прошли шунтирование через положенное время, но один с операции вернулся, а второй нет.
Но пазл, почему так произошло, сложился позже при других обстоятельствах.

Меня взяли на операцию в качестве наблюдателя, чтобы располагая информацией, я могла нивелировать домыслы больных о её ходе, не давая им друг друга запугать разными небылицами.

После успешного присутствия, я чувствовала себя обязанной хирургу, поэтому купила бутылку коньяка и пошла его поблагодарить. Это перешло в некоторую посиделку, где мы обсуждали детали, и в этой беседе поднялся вопрос о наших двух больных.

Хирург рассказал, что в выживание первого он не верил с самого начала: многочасовая операция, сильно пораженные сосуды, 4 шунта, не богатырское здоровье... " Я понимал, что труп шью, но закончить надо было. Трижды звонил в реанимацию, спросить время смерти и трижды мне отвечали, что жив. Почему он выжил?"
Я знала как никто другой, что у него было ДЕЛО. Совладелец небольшого бизнеса и на занятиях не выпускал из рук телефон, поскольку ему бесконечно звонили и он решал многочисленные проблемы. Он жил своим детищем и мечтал в день выписки сразу поехать в офис. Ему нельзя было умирать..

" Тогда скажи, почему умер второй? Один шунт, довольно хорошее здоровье, операция прошла успешно, а сердце не завелось?"
А я вспоминаю, как пыталась с ним найти зацепку за жизнь , но не смогла: дети благополучны и живут далеко, родителей уже давно нет, все бытовые вопросы решает жена, мечты - потеря времени, интересов ноль, ничего не беспокоит. Остался диван и телевизор как в настоящем, так и в планах на будущее. Бесполезное овощное существование.

"Социально приемлемый способ уйти из жизни" - сказала мне тогда психотерапевт, заведующая нашим кабинетом.

Ну вот постфактум, одна мысль покоя не дает. Вряд ли крепкий красномордый мужик собирался на тот свет. Кто за него сделал этот выбор? Душа?

Жизнь, похоже, не терпит бесцельного существования."

Между нами, медиками | Подписаться ✔️
Ссылка на инструкцию как рассказать нам историю