Буду здесь.
Социально-поэтический проект Тихо!
|| Материнство и детство

Второй выпуск проекта посвящен проблеме материнства и детства: отсутствию одного или обоих родителей, детскому насилию, буллингу, потере беременности, взаимоотношениями с родителями и многому другому.

Со мной на сцене: Саша Коншакова, Кукса, Яна Стреха, Та Репина, Глеб Дружинин, Анна Черепанова, Евгения Барская

22.04 | 20:00
В ладах, Социалистическая 21
18+

Пернатый кусочек сета на Тихо

~~~

Птичка подбитая
Уводит меня от своих детей.
Я слышу их писк в траве, но хочу подыграть молодой матери.
Смотри, птичка, я съем твое певчее тельце,
Смотри, птичка, я поймаю всех твоих птенчиков.

Птичка шаркает по земле крыльями,
Чирикает истошно и коротко.
Птичка-птичка, ах если б ты понимала хоть что-то в драматургии...

(#текст 2019)

~~~

Разжалась
и резко выскочила в небо
стальная пружинка - птичье тугое горло.

(#текст 2018)

смутную боль изрыгает с надрывом лоно
оставив саднящий отросток в постылом теле
но не оставив крика
и в медкарте ни одного диагноза

боль на кафель плацентой шлепается
и уползает под пеленальный столик

палкой от швабры гонит ее врачиха по всей больнице
другая по черным следам гадает
и лоб ее все смурнее

в скользких руках трепещет ничье сердечко
молчит укоризненно древний дедок в костюме
костюм его нов и чист стараниями врачихи
не дай бог его заляпать

наденьте мне этот кровавый мешок на голову
я пойду в нем бродить по центральным улицам

(#текст 2020)

Ты права, мам, я хочу запомнить, и хочу, чтобы это осталось с нами, потому пишу.

Иду по Социалистической. У входа замечаю Яну, она записывает кружок, догоняю ее и влезаю в обзор камеры. У окна с видом на гигантскую луну сидит Леон за ноутбуком - работает. Яна втихаря записывает кружок, как мы к нему подкрадываемся, ждем, пока он заметит нас, Леон бросает на нас короткий взгляд и машет рукой.
— Ну деловой, — мы шагаем дальше.

Ветер во дворе всегда как будто сильнее, словно мы на набережной.
Навстречу идут ПЗК:
— Ну привет, красивые.
Обнимаемся.
Есть только один человек, который говорит мне, что я красивая, чаще, чем поэтессы, - мой муж.

Высокий парень с хитрыми глазами протягивает мне руку (я прошу его подождать и сначала обнимаю Алену):
— Адель.
В моменте думаю, как круто, что такое имя легко запомнить и не придется потом стыдливо признаваться, что имя второго мужчины, тянувшего мне руку, я не запомнила. Коротко задерживаюсь на мысли, было ли забавно обнять первой Алену или скорее грубо.
В последнее время я стала жать руки, как какая-то недоледи: подаю кисть костяшками вверх и вкладываю в чужую ладонь.
Затем обнимаемся с Лешей, затем с Соней, затем с Лешей. Хихикаем, говорим про Леона.
— А мы тоже к нему подошли, он нам так махнул рукой, типа кыш отсюда, — добавляет Лирика.

Ветер загоняет меня внутрь.

В заведениях я всегда заказываю одни и те же блюда и напитки, но сегодня нет моего любимого грушевого сидра, поэтому я беру грейпфрутовое пиво, а позже - яблочный сидр (он уступает конкуренту во всем).
— Ну ты разогналась, — Дамир усмехается.
— А я не планировала быть трезвой.
— Точно, ты же не выступаешь.

Это точно был Дамир? Кажется, да. Я знаю, Дамир не обидится на меня, а если обидится - предпочтет написать на меня дисс. «Говорят, после Дамира не выживают». Если однажды решу свести счеты с жизнью, обращусь к нему, и тот задушит меня любовью.

Договариваемся с Яной, что она будет записывать кружочки, а я - вести текстовую трансляцию.
Садимся паровозиком на лестнице, оставляя нижнюю ступеньку для Ани на каблуках. Думаю о том, как органично сочетается в ней пробивная, несколько отеческая энергия с выразительной сексуальностью. Думаю, сколько привлекательности добавляют поэтам их сильные стихи.

Каждый раз, когда в бар входит знакомый, я встаю и спускаюсь к подножию лестницы, чтобы поприветствовать вошедшего. Кто-то поднимается мне навстречу на пару ступенек, и мы обнимаемся вровень; кто-то остается внизу, я чуть горблюсь, и мы обнимаемся вровень; я спускаюсь совсем - и мы обнимаемся вровень. Думаю, нам не нужны ступеньки, чтобы быть равными.

Сегодня был день ног: я знала почти каждого.

Помню незнакомую девушку в кружевной косынке, такой же, как Янина юбка.
— Это вообще-то модно, так молодежь сейчас носит, — говорит Яна. Смеемся.
После наступления тепла я ношу одну и ту же одежду. Замечаю, что половина нашей команды вообще довольно консервативна в том, что касается внешнего вида. Остальная половина - это Леон.

Иногда я выхожу на улицу, постоять среди каких-то других людей, которые в данный момент решили собраться в курилке случайным составом.
Кто-то предлагает:
— А может, объявим ничью, возьмем каждый по пол балла и пойдем все вместе есть жареные пельмени?
Неиронично думаю, что это отличная идея.

Возвращаюсь, замечаю Сережу. Мне хочется как-то завязать разговор, поэтому я нависаю над ним и хрипло завываю:
— Сереееежаааа, это пиздееееец!
— Чтооооо?
— Всееееееее!
Пересказываю предложение про пельмени, мы раскручиваем его до абсурда среднего уровня.
Кажется, Стас улыбается, не могу однозначно сказать по лицу.

Гриша приходит позже, у него мягкий голос и мягкие волосы, они касаются моей щеки при приветствии. Алена кажется геометрически-комплементарной ему: она подчеркнуто угловата, и интонации ее остры. Думаю, что кроме стихов, нас объединяют длинные характерные носы.

С жюри разбираемся быстро. Спонтанно решаю, что стоит дополнять трансляцию цитатами из прочитанного, и с каждой парой привожу строки все размашистее, под конец мне приходится одергивать себя, чтобы не переборщить.
При объявлении троек Алена дает Надежде время на традиционное какоенахуйтри возмущение. Надежда, икона моя, - главная фанатка Кубка, редко встречается здесь такой же погруженный в происходящее и сопереживающий человек. Она бросает слова на полпути, спеша сказать еще больше, хотя я покорно выслушала бы всё.

Алена не торопится, дает время и на аплодисменты.

После первого тайма Сергей предлагает мне пиво «ананас-огурец». Пробую. Думаю, брать его больше не буду.

На протяжении вечера периодически ловлюсь с Максимом: болтаем о поэтическом и животрепещущем, я что-то ворчу, экспрессивно размахивая руками. Качнувшись назад, он вскидывает брови — согласен со мной, кажется, я двигаюсь примерно так же, когда выражаю согласие.
Рассматриваю его длинные ресницы без зависти. Макс просит снять с холодильника штопор, который он привез для меня из Турции, и отныне носить его с собой, чтобы на одном из следующих мероприятий распить какое-то особенное вино, «над категорией нишевых».

Во втором тайме капитаны обходятся с жюри жестче, и оценки берет Гриша. После каждой пары Алена дает ему время заполнить одну табличку и поднять другую. Зал тихо ждет его.

Мы побеждаем.

— Для победного стихотворения мне понадобится Янурчик, — говорит Глеб.
Люблю, когда он использует уменьшительно-ласкательные суффиксы. Янур и Глеб читают хором то, что я расшифровала как признание в любви филологии и стихосложению.

На афтерпати прилипаем к барной стойке с Яном и Максимом, говорим о стихотворных детях:
— Вот так держишь его за ноги вниз головой, как врач - новорожденного, — вольно пересказываю я свою реплику, так как в прямой речи пиво выкинуло из нее половину слов.
— Ага, и шлёп так его по попе!
Я уже не смеюсь, а ржу. Думаю, хорошо, что это те люди, с которыми не нужно контролировать адекватность своего смеха.

Сажусь с другой стороны стойки, где расположился Леша, требую от него ответов. Чувствую, как Таня обнимает меня, ее волнуют те же вопросы. Таня умеет говорить словами, которые я не нашла. Но это уже совсем другая история.

Так что нужно мне в этой жизни, кроме людей, объятий, смеха, поэзии и, порой, выпивки?
Думаю.

Кубок Большого Слэма
24.05.2026 Блины - ПЗК

Буду ждать вас в понедельник

Со мной на сцене поэты и музыканты: Лили Недолили, ЛиСашка, Стас ХП, Катерина Спиридонова, Юдмунд, Лирика Камней, Лана Гиндина, обнимаю

Билеты от 350 рублей здесь.

Все деньги с билетов целиком пойдут Детскому воскресному центру, как и все донаты, которые можно будет сделать в течение вечера!

1.06 | 20:00
Глагол, Большой проспект п.с. 81

Мыслепреступление
Переступала
Прыгала на скакалке
Желала
Смерти

Валидация голоса
Крик
Немота

Намерению воздастся
Намёком
Язык
Высек
Свет
Прежде звука

Переступала
Порог
Ни о чем не думала



#текст май 2026

извини не могу говорить собираю образ на СюрВесну

Зубы сомкнулись.

Улыбка - гамак промеж яблонь,
Обнимает по-матерински.
Уютно как...

Дом, -
Белый камень,
Голубые ставни, -
Весь ладненький,
Дверь махонькая,
Пригнись.

Цепь тащится по земле и исчезает в будке;
Щебечут птицы.

Сказка.

Мои желания сужаются до простых, безопасных,
Собачьих:
Почеши меня, угости вкусняшкой.
Я не буду носить тапочки, но
Любого порву на части,
Кто ещё такое тебе обещал?
Тот же лай.
Чёрная пасть вспенилась,
Хлопают челюсти:
Клык, клык, клык.

Капает в щебень
Чёрное.

А говорят, из крови растёт живое -
Развесистые сады
Остаются там, где смыкались зубы;
Там, где смыкались зубы,
Остаются следы на яблоке.
Гниль сплевывают, выкорчевывают,
Вот бы виться над ней
Плодовой мушкой,
Лакомиться.
Становиться роем.

Там, где смыкаются зубы, - холка.
Не убегай со двора,
За забором - сплошная рубка,
Цепи взрывных воронок тянутся по земле,
Над ними, над нами - хохот -
Обкусанная земля кормит падалью воронье.
Смотри, даже тот, кто хотел быть яблочком, стал червём.
Только стучат зубки:
Я в д-д-д-домике.
Я в будке.

Живодер
Пустой ладонью приманивает щенка:
Что, голодный?
Так ешь, ешь!
Ага,
Скалится, значит, бешеный.
Ластится, значит, бешеный.
И не смотри, что пасть у него молочная.
Не клади палец.
Не суй лицо.

Язык влажный.
Выдох тёплый,
Пахнет мясом.

Глядит по-волчьи.


~
#текст июнь 2026

белый камень голубые ставни

Мангуш, 2010