#ghost
Метаморфозы

аааа жоне хочет чмокнуть гоуста но не дотягивется а тот издевается йезык ему показывает!!!!
#картинки #ghoap

Может порисовать ваших персонажей?

Покидайте своих персонажей

West coast ланы звучит буквально как гоупы я не могу это объяснить

#арт
Плюшевая Рарити для @sp2492jww
Первая картинка

#арт
Второй пошёл. Рыжик @lindem4rk

#арт
@Cetaaa ваше ☀️

#арт
@VEEEEGAAA31 ваша кепочка 🌫️

#арт
@morty_mu ваши голубки на альбоме тв герл 💙🩷
Вообще я хотела нарисовать гоупов вот так вот, но я увидела ваших осов и решила закрыть гештальт с их помощью 😔🙏

#soap
Я ДОДЕЛАЛА ЕГО УРА УРА 🙌 🎉 🎉 🎉

#soapghost

Саймон просыпается в своей комнате из-за теплого, слегка интимного света настольной лампы. Он очерчивал силуэт Гоуста. "Сон" подумал Саймон. Он встал, спустил ноги на пол, сел на свою кровать, сгорбившись, проводя по лицу своими широкими ладонями, пытаясь придти в себя после сна. Саймон поднял свой взгляд на "себя", тот смотрел на него с осуждением и презрением. Это было ожидаемо.
— Я знаю, что ты хочешь сказать, так что не--, — ему не дали досказать.
— Грязный и мерзкий. Вот какой ты, — словно нож слова резали кромешную тишину. — Возжелать своего подчиненного, как это низко.
Гоуст в полном обмундировании встал. Фигура была гораздо крупнее той его, что существовала в реальности. Была более грозной и пугающей. Идеальной для солдата. И этот кошмар шёл в к Саймону своей устрашающей и грузной походкой, как тигр, покачиваясь из стороны в сторону, шаг, в противоположную сторону куда вёло бедро и опять. Саймон напрягся и сел ровнее, как только Гоуст стал в плотную своими коленями к его. Холодный пластик защиты заставил дрожь пройтись по ляжкам к спине, к загривку. Саймон поднял из-под набровной дуги глаза полные слепыми гневом и страхом. Тёмная, почти чёрная, фигура возвышалась над ним. "Бойся меня" говорила она одним своим видом.
Саймон бы не удивился, если бы Гоуст прямо сейчас достал один из их ножей, спрятанный в рукаве куртки, и перерезал ему глотку. Он хочет себе это сделать сам. Гоуст был прав: Саймон грязный и мерзкий ублюдок, возжелавший сержанта Джона "Соупа" МакТавиша. Нельзя. Нельзя. Нельзя было этого делать.
Нельзя хотеть Джонни. Но как можно было устоять перед ним? Перед его грубым, как гора булыжников, голосом, перед его глупой прической, перед его нахальством и экпрессией, его возбужденной улыбкой и возбужденными глазами с прищуром после очередной перестрелки, особенно когда они смотрят на тебя, перед его руками, которые так сильно напрягаются и хватаются за штангу, обливаясь сверкающим потом, его плотными костяными пальцами, которые проводят сквозь локоны мокрого от выделений кожи ирокеза, каждый раз когда их хозяин устаёт после тренировки, его сбившимся дыханием и пыхтениями со стонами, скулежом, когда Саймон берёт его в захват во время спарринга, когда его влажные мышцы, вплотную касаются, прокатываются, стесняют его собственные.
Он начал чаще дышать. Даже воспоминания уже доводили его до жара во всем теле и постыдного удовольствия в паху.
Саймон откинулся назад на руку, прикрыв другой лицо. Ему было стыдно перед самим собой. Но что он мог сделать? Он мог конролировать естественные потребности своего тела, но только до того момента пока дело не касалось МакТавиша. Из-за него у Саймона буквально сносит крышу.
— Какой ты жалкий, — холод голоса над ним почти полностью охладил весь пыл внутри. Гоуст наклонился торсом над ним, — на тебя смотреть тошно. Мерзость. Даже не можешь взять себя в руки, такими темпами в скором времени ты провалишь задание и подвергнешь других опасности. Разочарование. Ты солдат. Ты должен избавиться от этих чувств, от этого животного желания.
— И что предлагаешь сделать? Я игнорировал, как мог, но стало ещё хуже. Я теперь с ним в одной комнате не могу находиться, что уж говорить о задании, где я должен спину прикрывать.
— Возьми его.
Равнодушие и хладнокровность. Ничего человеческого.
— Что...
— Ты понял, что я имею ввиду. Тебе нужна разрядка, тебе нужен он, его тело, так возьми его силой. Ничего личного, только секс, — Гоуст отошёл обратно к столу, прислонился к нему.
— Ты совсем ебанулся. Он наш подчиненный--
— Тогда это будет легко.
— Он блять живой человек, ты, ублюдок, — Саймон встал и сремительно хотел было ударить Гоуста, как тот ответил ему жестким кулаком под дых.
Он упал, откашливаясь и пытаясь схватить воздух ртом, в уголках глаз собрались слёзы. На удивление, для сна это было крайне реалистично и болезненно.
Внезапно Фигура пропала. Как и свет настольной лампы. И боль.
Саймон на полу. Грязный, униженный и получивший пиздюлей заслужено за свои отвратительные мысли и идеи.

#soapghost
— Не боишься, что съем?
— Я боюсь оставить тебя голодным.

Пиздец

Хотите чтобы я на знаменательное число 69 подписчиков нарисовала кое-что запрещенное 🤭🤭🤭🤭❔