Говоря о видах ворчания, эксперт отметила, что стоит различать конструктивные рабочие предложения, к которым руководству зачастую стоит прислушаться, и создающее в коллективе негативный фон поведение. Последнее не несет никакого созидательного смысла и снижает эффективность работы самого ворчащего, поделилась юрист

Такие новости могут усиливать так называемый синдром самозванца.
Синдром самозванца — феномен, при котором человеку кажется, что он недостаточно компетентен и не заслуживает достижений, которые имеет. Он считает, что обязан своим успехом удаче и случайному стечению обстоятельств.
Хочется работать еще больше, чтобы не уволили, стараться до бесконечности много.

И действительно исследования утверждают, что в 70% случаев человек столкнётся с этими ощущениями, если ещё не сталкивался.
Феномен описывает людей с высокими достижениями, которые, несмотря на свои объективные успехи, не в состоянии их усвоить. Отсюда неуверенность в себе, постоянный страх быть разоблачёнными и неловкость из-за своего положения.

Один из самых опасных эффектов самозванства в том, что неуверенность в себе заставляет молчать, принимать за должное все свои достижения и избегать даже конструктивной критики работодателя. Чтобы не попасться в эту ловушку важно помнить о своих достижениях, не вестись на поводу у тревоги и благодарить себя за все сделанное на рабочем месте, вести список конкретных проектов, цифр и достижений.
.

Эксперты отмечают, что до 90% вакансий оказываются фейковыми, при этом работодатели часто практикуют неоплачиваемые переработки и пренебрежительное общение с сотрудниками. После пандемии люди привыкли к нестабильности и все чаще уходят «в никуда», чтобы выйти из стрессовой среды, а уже потом искать работу.

Давайте для начала разберемся, что такое выгорание, как оно у нас появляется. Выгорание - это такой результат хронического рабочего стресса, с которым человек не справляется. Хронически это значит, что это не два-три дня и даже не две недели, а человек систематически терпит переработки и он не справляется со стрессом. И у выгорания есть такие предикторы: есть фаза идеализации работы, идеализация рабочего места ,где человек например заходит в работу с ожиданиями от работы роста признания, подтверждения собственной ценности и часто завышенной планкой к себе. дальше приходит фаза адаптации, потому что приходится терпеть большое количество переработок, границы потихонечку размывается, рабочий день становится все больше больше и включается такой внутренний сценарий, что надо соответствовать. люди замечают, что на сотрудника можно положиться, предлагают ему все больше и больше, а у него и так планка завышенная к себе в итоге вместо того чтобы где-то сказать "нет"- в итоге появляется такое нервное истощение. На фоне нервного истощения, естественно, будет приходить обесценивание.

В итоге работа перестает быть источником идентичности, принадлежности, и начинает ощущаться как угроза, когда любое оповещение воспринимается как очередной раздражитель, тычок того, что ты что-то не сделал, что-то не успел и так далее. С психоаналитической точки зрения, выгорание у нас связано с внутренним конфликтом между сверх-я, где есть жесткие требования, идеалы, успеха и запрет на слабость. То, что у нас есть идеал, это неплохо. Важно понимать, к чему мы хотим стремиться. Но когда речь идет о хроническом выгорании, то между сверх-я и реальными возможностями я у человека нет никакого зазора. То есть у него «я» просто по умолчанию должно сочетаться со сверх «я». И внутри постоянно есть такой жесткий критик, такой судья, который критикует и постоянно толкает делать больше, выше, сильнее, даже когда уже наступило изнеможение. И у работодателя с токсичной культурой в этом случае, конечно, только активируется такой сценарий.

Чтобы уйти и от внешних критиков, и от внутренних, человек просто выходит. Почему в никуда именно сейчас, на мой взгляд, активировалось? Потому что после пандемии у нас отношение к стабильности изменилось, мы все стали гораздо более толерантнее к неопределённости. Если раньше страх неопределённости как-то мог удерживать в токсичной среде, то теперь уход уже воспринимается как меньшее зло по сравнению с хроническим истощением и критикой постоянной.

Что важно понимать? Что этот уход в никуда ничего не изменит. Внешние причины, конечно, могут быть на какое-то время убраны, но если собственный вклад в этот цикл завышенных ожиданий неосознан, если не выработалось желание выдерживать собственное несовершенство, если сохранилась зависимость самооценки от оценки начальства, то сценарий все равно повторится в новой кампании.