Тхэ Ый (так его на самом деле зовут, живите с этим, можно Чон Тхэи ещё, чуть более привычно нам) приоткрыл дверь и увидел: на кровати полулежал Илай, а между его бёдер, прижимаясь лицом к паху, склонился другой мужчина.

Он застыл, будто окаменев. Не только от того, что стал свидетелем чужой близости. Он знал обоих.

Илай сразу заметил вошедшего, но не удивился, лишь медленно поднял взгляд и, встретившись глазами с Тхэ Ыем, чуть усмехнулся.

Тхэ Ый глянул вниз. Мужчина, чья обнаженная спина была ему видна, вылизывал промежность Илая. Влажные, похабные звуки раздавались по всей комнате. Но он не ограничился тем, чтобы лишь лизать огромный, вставший член Илая — он гладил и ласкал его своими нежными, изящными руками, и когда решил, что тот напрягся до предела, приподнялся, желая словно оседлать его, придвинув обнажённые бёдра вплотную.

— Как и договорились. После этого больше не трогай Тхэ Ый-хёна. Потому что я ни за что не оставлю это просто так.

Кровь отхлынула от лица Чон Тхэ Ыя. Знакомый силуэт, знакомый голос. Его сердце бешено заколотилось. Он закусил свои побелевшие губы.

Это был Шинру.