Альфы распространяют феромоны постоянно, словно хвастаясь этим, и…почему из-за этого страдаю именно я? Чёрт возьми! Пусть все эти грёбаные альфы сдохнут. Одного лишь воспоминания о его запахе достаточно, чтобы началась течка.

Каково это — если голый Кит прижмётся ко мне своим телом?

Я судорожно сжал член, который он так презирает, и начал яростно дрочить его, не в силах остановиться. Ноги сами собой широко разошлись, уши вспыхнули, становясь горячими. Мне захотелось что-то засунуть внутрь себя. Но я никогда не пробовал игрушки для мастурбации. Вот бы внутри меня оказался Кит...ввёл свой толстый член...я бы, наверное, сошёл с ума от удовольствия.

— К-кит…ах!

Всё всегда заканчивается так. Каждый раз, когда я мастурбирую, перед глазами встаёт его образ. А в самом конце я кончаю, выкрикивая его имя. Если он узнает об этом…он, наверное, задушит меня собственными руками. Давно я не испытывал такой мощный оргазм…неужели скоро течка? Примерно подсчитав дни, я понял, что это действительно так. Вот почему я так чувствителен к феромонам Кита? Нужно заранее подготовить таблетки.

* Новелла в жанре омегаверс, однако вселенная имеет свои особенности. Перед прочтением рекомендую ознакомиться с описанием.

И Мён мечтал лишь об одном — о спокойной, обычной жизни.

Девять лет назад, когда мир ещё не знал об альфах и омегах, с ним случилось нечто необъяснимое. После тяжёлой лихорадки, перенесённой в пятнадцать лет, его тело изменилось — между гениталиями и анусом появилась крошечная щель, ставшая его самым сокровенным секретом. Это открытие изменило всю его жизнь.

Пять лет назад, когда Мёну было девятнадцать, произошёл переломный момент для всего мира. Человечество признало альф и омег новой ступенью эволюции. Тогда Мён наконец осознал, что с ним происходило в подростковом возрасте. Но что это меняло? Долги по-прежнему давили на него, а безысходность всё так же сжимала горло.

Он пытался не замечать перемен в своём теле, пока однажды перед ним не захлопнулась ловушка — в лице Хан Дживана.

— Вас не смущает, если объект вашей охраны — преступник?
— Моральные качества работодателя — не моя забота.

Этот ответ, кажется, его устроил. Дживан принял его на работу.

Но едва Мён переступил порог особняка, как новый босс сразу показал своё истинное лицо.

— Ты ведь омега, да?

Его секрет был раскрыт.

Одурманенный алкоголем и лекарствами, избитый и лишённый сил, Мён зажмурил глаза. Монстр, безжалостно ткнув пальцем в его сокровенную тайну, хищно ухмыльнулся.

— Если развлечёшь меня как следует, я закрою все твои долги в один миг. Подумай хорошенько: это не такая уж плохая сделка. Просто будь со мной, пока я не потеряю к тебе интерес.

Хан Дживан, сковав его запястья и лодыжки, прошептал это мягким, обманчиво ласковым голосом.

В конце концов, загнанный в угол, Мён сдался. Он стал его проституткой.

В глубине души он убеждал себя, что это не его решение, а вынужденная уступка под давлением. Но чем дольше он жил так, тем сильнее рассыпались в прах остатки его морали.

В тот момент, когда он полностью подчинился воле Хан Дживана, перед ним вдруг возник кто-то из далёкого прошлого.

— Мён-а…это же ты, правда?

Первая любовь, о которой он давно забыл — Квон Сольён.