Поездка в Плёс вместе с MARÍ COMMUNITY ♥️
Три дня, которые хочется сохранить в памяти надолго✨
Красивые завтраки в отеле «Софи», неспешные прогулки по старинным улицам Плёса, вкусные обеды и долгие разговоры. Знакомство с городом и его историей, дом-музей Левитана и Музей пейзажа, прогулка на яхте по Волге и мастер-класс по живописи, вдохновлённые всем, что мы увидели вокруг 🌿
Плёс оказался именно таким, каким его представляешь по картинам: тихим, невероятно красивым и каким-то очень настоящим. Здесь хочется замедлиться, смотреть по сторонам и просто наслаждаться моментом.
Мы много смеялись, разговаривали, вдохновлялись, открывали новое и просто наслаждались временем вместе🫂
Именно за такие моменты я особенно люблю наши путешествия с MARÍ COMMUNITY — за красоту вокруг, новые впечатления и людей, с которыми хочется всё это разделить!
Три дня, которые хочется сохранить в памяти надолго✨
Красивые завтраки в отеле «Софи», неспешные прогулки по старинным улицам Плёса, вкусные обеды и долгие разговоры. Знакомство с городом и его историей, дом-музей Левитана и Музей пейзажа, прогулка на яхте по Волге и мастер-класс по живописи, вдохновлённые всем, что мы увидели вокруг 🌿
Плёс оказался именно таким, каким его представляешь по картинам: тихим, невероятно красивым и каким-то очень настоящим. Здесь хочется замедлиться, смотреть по сторонам и просто наслаждаться моментом.
Мы много смеялись, разговаривали, вдохновлялись, открывали новое и просто наслаждались временем вместе🫂
Именно за такие моменты я особенно люблю наши путешествия с MARÍ COMMUNITY — за красоту вокруг, новые впечатления и людей, с которыми хочется всё это разделить!
❤2🥰2💘2👏1🕊1😍1
Сегодня хочу поделиться с вами одной своей находкой — онлайн-курсом Гарварда Masterpieces of World Literature («Шедевры мировой литературы»), который я сейчас прохожу. И пока я в полном восторге!
Курс построен как путешествие через историю мировой литературы — от древнейших текстов до произведений XX–XXI веков. Но самое интересное для меня — то, что литературу здесь рассматривают не просто через сюжет или биографию автора. Через книги мы погружаемся в разные эпохи и культуры и наблюдаем, как идеи путешествуют из одной страны в другую и продолжают жить спустя столетия.
Первый блок посвящён Гёте и рождению самого понятия «мировая литература». Именно Гёте в XIX веке одним из первых начал говорить о Weltliteratur — мировой литературе. Его интересовало, как произведения выходят за пределы языка и страны, в которых были созданы, переводятся, встречаются с другими культурами и постепенно становятся частью общего мирового наследия.
Мне особенно близка мысль о том, что великая литература не принадлежит только одной стране или одной эпохе. Настоящий шедевр способен путешествовать во времени и пространстве и каждый раз открываться по-новому — в зависимости от того, кто, где и когда его читает.
И это только первый блок. Дальше — «Эпос о Гильгамеше», Гомер, «Тысяча и одна ночь», Вольтер, Борхес, Орхан Памук и многое другое.
Буду делиться с вами самым интересным по мере прохождения🤍
Курс построен как путешествие через историю мировой литературы — от древнейших текстов до произведений XX–XXI веков. Но самое интересное для меня — то, что литературу здесь рассматривают не просто через сюжет или биографию автора. Через книги мы погружаемся в разные эпохи и культуры и наблюдаем, как идеи путешествуют из одной страны в другую и продолжают жить спустя столетия.
Первый блок посвящён Гёте и рождению самого понятия «мировая литература». Именно Гёте в XIX веке одним из первых начал говорить о Weltliteratur — мировой литературе. Его интересовало, как произведения выходят за пределы языка и страны, в которых были созданы, переводятся, встречаются с другими культурами и постепенно становятся частью общего мирового наследия.
Мне особенно близка мысль о том, что великая литература не принадлежит только одной стране или одной эпохе. Настоящий шедевр способен путешествовать во времени и пространстве и каждый раз открываться по-новому — в зависимости от того, кто, где и когда его читает.
И это только первый блок. Дальше — «Эпос о Гильгамеше», Гомер, «Тысяча и одна ночь», Вольтер, Борхес, Орхан Памук и многое другое.
Буду делиться с вами самым интересным по мере прохождения
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤🔥3❤2🥰2👍1👏1🙏1🕊1😍1💘1
ЭКСКУРСИЯ: «Особняк Рябушинского»
📅 9 сентября | 12:30
📍 Москва, ул. Малая Никитская, 6/2, стр. 5
9 сентября приглашаем вас на экскурсию в один из самых красивых и загадочных особняков Москвы — шедевре русского модерна, созданном архитектором Фёдором Шехтелем.
Мы отправимся на частную экскурсию, чтобы узнать историю семьи Рябушинских, поговорить о замысле Шехтеля и увидеть пространство не просто как красивый дом, а как настоящий архитектурный манифест своей эпохи.
Количество мест ограничено
Для бронирования билетов свяжитесь пожалуйста с
💌 @bmariiass
📅 9 сентября | 12:30
📍 Москва, ул. Малая Никитская, 6/2, стр. 5
9 сентября приглашаем вас на экскурсию в один из самых красивых и загадочных особняков Москвы — шедевре русского модерна, созданном архитектором Фёдором Шехтелем.
Мы отправимся на частную экскурсию, чтобы узнать историю семьи Рябушинских, поговорить о замысле Шехтеля и увидеть пространство не просто как красивый дом, а как настоящий архитектурный манифест своей эпохи.
Количество мест ограничено
Для бронирования билетов свяжитесь пожалуйста с
💌 @bmariiass
❤3🥰3❤🔥1🤗1💘1
Хауме Пленса: художник, который превращает тишину в искусство 🔖
Есть художники, чьи работы невозможно перепутать ни с чьими другими. Огромные человеческие лица с закрытыми глазами, прозрачные головы, словно сотканные из тончайших металлических линий, фигуры из букв и знаков, возникающие посреди городских площадей и парков, — это мир Хауме Пленсы (Jaume Plensa), одного из самых узнаваемых современных скульпторов.
Пленса родился в Барселоне в 1955 году и получил образование в художественных школах Llotja и Sant Jordi. Его первая персональная выставка состоялась в Барселоне в 1980 году, а затем художник жил и работал в Берлине, Брюсселе, Англии, Франции и США. Сегодня он снова живёт и работает в Барселоне.
За десятилетия Пленса создал собственный визуальный язык, в центре которого почти всегда находится человек. Но человеческое лицо интересует его не как портрет конкретной личности. Оно становится пространством для разговора о памяти, идентичности, одиночестве, языке и той внутренней жизни, которую невозможно увидеть со стороны.
Именно поэтому многие его герои закрывают глаза. Они словно перестают смотреть на окружающий мир и обращаются внутрь себя.
Один из любимых материалов Пленсы — металлическая сетка. Издалека его монументальные лица кажутся почти материальными, но стоит приблизиться — и они начинают растворяться в воздухе. Пространство проходит сквозь них, архитектура становится частью лица, а свет постоянно меняет его очертания.
В этом есть одна из главных идей художника: самое важное в человеке часто невозможно увидеть.
Пленса работает не только с металлом. В его произведениях появляются бронза, сталь, камень, дерево, алебастр, свет и даже буквы различных алфавитов. Он создаёт человеческие фигуры из текста, соединяя языки и культуры так, будто напоминает нам: при всех различиях мы состоим из одних и тех же вопросов, страхов, воспоминаний и надежд.
Одна из самых известных его работ — Crown Fountain в чикагском Millennium Park. Пленса также представлял проект Together в базилике San Giorgio Maggiore во время Венецианской биеннале 2015 года. Его монументальные скульптуры сегодня находятся в публичных пространствах и музейных коллекциях по всему миру.
Но особенно интересно творчество Пленсы выглядит сейчас во французском Монпелье.
До 1 ноября 2026 года в бывшей неоготической церкви Carré Sainte-Anne проходит его выставка MIRAGE. Пространство само по себе необыкновенное: высокая церковная нефа, витражи, огромная вертикаль и свет. Пленса увидел здание и почувствовал, что его скульптуры словно созданы для него.
В центре выставки находятся две гигантские прозрачные головы, обращённые друг к другу. Они существуют одновременно как скульптура и как отсутствие скульптуры: сквозь металлические линии мы продолжаем видеть архитектуру бывшего храма.
И самое красивое — палец, приложенный к губам.
Это жест тишины.
В мире, где мы постоянно говорим, публикуем, смотрим, комментируем и получаем бесконечный поток информации, Пленса предлагает совершенно противоположное действие — замолчать.
Не потому, что человеку нечего сказать.
А потому, что иногда только в тишине мы наконец начинаем слышать себя.
Сам художник говорит о необходимости вновь научиться слушать то, что обращается непосредственно к сердцу. Для него отсутствие тишины мешает почувствовать собственное тело и собственные мысли.
Название выставки — Mirage, «Мираж» — тоже неслучайно. Оно связано с тем, что находится на границе видимого и невидимого. Огромные лица вроде бы существуют перед нами — и одновременно растворяются. Материя становится почти призрачной.
Возможно, искусство Пленсы как раз об этом: за внешним образом человека всегда существует огромный невидимый мир — и иногда, чтобы его увидеть, нужно просто перестать смотреть наружу.
Есть художники, чьи работы невозможно перепутать ни с чьими другими. Огромные человеческие лица с закрытыми глазами, прозрачные головы, словно сотканные из тончайших металлических линий, фигуры из букв и знаков, возникающие посреди городских площадей и парков, — это мир Хауме Пленсы (Jaume Plensa), одного из самых узнаваемых современных скульпторов.
Пленса родился в Барселоне в 1955 году и получил образование в художественных школах Llotja и Sant Jordi. Его первая персональная выставка состоялась в Барселоне в 1980 году, а затем художник жил и работал в Берлине, Брюсселе, Англии, Франции и США. Сегодня он снова живёт и работает в Барселоне.
За десятилетия Пленса создал собственный визуальный язык, в центре которого почти всегда находится человек. Но человеческое лицо интересует его не как портрет конкретной личности. Оно становится пространством для разговора о памяти, идентичности, одиночестве, языке и той внутренней жизни, которую невозможно увидеть со стороны.
Именно поэтому многие его герои закрывают глаза. Они словно перестают смотреть на окружающий мир и обращаются внутрь себя.
Один из любимых материалов Пленсы — металлическая сетка. Издалека его монументальные лица кажутся почти материальными, но стоит приблизиться — и они начинают растворяться в воздухе. Пространство проходит сквозь них, архитектура становится частью лица, а свет постоянно меняет его очертания.
В этом есть одна из главных идей художника: самое важное в человеке часто невозможно увидеть.
Пленса работает не только с металлом. В его произведениях появляются бронза, сталь, камень, дерево, алебастр, свет и даже буквы различных алфавитов. Он создаёт человеческие фигуры из текста, соединяя языки и культуры так, будто напоминает нам: при всех различиях мы состоим из одних и тех же вопросов, страхов, воспоминаний и надежд.
Одна из самых известных его работ — Crown Fountain в чикагском Millennium Park. Пленса также представлял проект Together в базилике San Giorgio Maggiore во время Венецианской биеннале 2015 года. Его монументальные скульптуры сегодня находятся в публичных пространствах и музейных коллекциях по всему миру.
Но особенно интересно творчество Пленсы выглядит сейчас во французском Монпелье.
До 1 ноября 2026 года в бывшей неоготической церкви Carré Sainte-Anne проходит его выставка MIRAGE. Пространство само по себе необыкновенное: высокая церковная нефа, витражи, огромная вертикаль и свет. Пленса увидел здание и почувствовал, что его скульптуры словно созданы для него.
В центре выставки находятся две гигантские прозрачные головы, обращённые друг к другу. Они существуют одновременно как скульптура и как отсутствие скульптуры: сквозь металлические линии мы продолжаем видеть архитектуру бывшего храма.
И самое красивое — палец, приложенный к губам.
Это жест тишины.
В мире, где мы постоянно говорим, публикуем, смотрим, комментируем и получаем бесконечный поток информации, Пленса предлагает совершенно противоположное действие — замолчать.
Не потому, что человеку нечего сказать.
А потому, что иногда только в тишине мы наконец начинаем слышать себя.
Сам художник говорит о необходимости вновь научиться слушать то, что обращается непосредственно к сердцу. Для него отсутствие тишины мешает почувствовать собственное тело и собственные мысли.
Название выставки — Mirage, «Мираж» — тоже неслучайно. Оно связано с тем, что находится на границе видимого и невидимого. Огромные лица вроде бы существуют перед нами — и одновременно растворяются. Материя становится почти призрачной.
Возможно, искусство Пленсы как раз об этом: за внешним образом человека всегда существует огромный невидимый мир — и иногда, чтобы его увидеть, нужно просто перестать смотреть наружу.
❤🔥3❤2🔥1🥰1👏1🕊1
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🥰4❤3😍2🕊1💘1
Фёдор Шехтель: архитектор Серебряного века
Чем больше узнаёшь о Шехтеле, тем интереснее становится не только его архитектура, но и сама эпоха, в которой он жил.
Вокруг него — Чехов, Врубель, Савва Морозов, Третьяков, Станиславский… Люди, которые буквально создавали культурный образ Москвы на рубеже XIX–XX веков.
Сам Шехтель при этом начинал вовсе не как знаменитый архитектор.
Его мать работала экономкой в доме Павла Третьякова, и именно там молодой Шехтель оказался в окружении художников и представителей московской культурной среды. Позже он поступил в Московское училище живописи, ваяния и зодчества, но диплома архитектора так и не получил — из-за необходимости работать и содержать семью его отчислили за плохую посещаемость.
До архитектурной славы Шехтель рисовал афиши, создавал театральные декорации и костюмы, иллюстрировал книги и журналы. Он даже оформил обложку первого сборника Антона Чехова «Пёстрые рассказы». С Чеховым Шехтеля связывала многолетняя дружба и переписка.
В одном из писем Чехову Шехтель признавался, что именно работа делает его счастливым и что без неё он был бы «как часы», которые перестали заводить. И кажется, это многое объясняет: количество созданного им действительно невероятно.
Особую роль в судьбе Шехтеля сыграли Морозовы — одна из богатейших купеческих династий Москвы.
Для Зинаиды Морозовой, супруги Саввы Морозова, Шехтель создал знаменитый неоготический особняк на Спиридоновке. Проект здания он разработал всего за два месяца, но для него подготовил более 600 чертежей — вплоть до деталей интерьера. Дом имел собственную электростанцию, а с хозяйственными постройками его соединял подземный переход.
И здесь происходит ещё одна удивительная встреча эпохи: над интерьерами особняка вместе с Шехтелем работал Михаил Врубель. Он создавал для дома скульптуру и витраж. Архитектура, живопись, декоративное искусство соединялись в единое пространство — именно поэтому дома Шехтеля хочется рассматривать до мельчайших деталей.
С Саввой Морозовым связан и другой важнейший проект Шехтеля — Московский Художественный театр.
Когда здание перестраивали, Шехтель разработал практически весь его художественный образ: фасад, интерьеры, мебель, светильники, шрифты и знаменитый занавес с чайкой. И один из самых красивых фактов — за эту огромную работу архитектор не взял ни рубля!
А потом появился особняк Степана Рябушинского — пожалуй, один из самых совершенных домов московского модерна.
Здесь архитектура словно превращается в природу: лестница становится морской волной, светильник напоминает медузу, дверные ручки — морских коньков, а по фасаду проходит мозаика с ирисами. Даже планировка дома подчинена не симметрии ради симметрии, а тому, как человек будет жить и двигаться внутри пространства.
Вообще это был один из принципов Шехтеля — проектировать «изнутри наружу». Не заставлять человека приспосабливаться к красивому фасаду, а создавать дом вокруг его жизни. Для начала XX века это был невероятно современный взгляд.
Наверное, поэтому архитектура Шехтеля до сих пор кажется живой.
В ней нет ощущения музейной декорации. Его дома наполнены движением, символами, театром, природой и фантазией.
И мне особенно нравится думать о Москве того времени: Шехтель строит дом Морозову, Врубель создаёт для него витражи, Чехов пишет свои рассказы, Станиславский создаёт новый театр…
И всё это происходит почти одновременно, на одних и тех же московских улицах.
Иногда один город действительно становится местом встречи целой эпохи 🗞️
Чем больше узнаёшь о Шехтеле, тем интереснее становится не только его архитектура, но и сама эпоха, в которой он жил.
Вокруг него — Чехов, Врубель, Савва Морозов, Третьяков, Станиславский… Люди, которые буквально создавали культурный образ Москвы на рубеже XIX–XX веков.
Сам Шехтель при этом начинал вовсе не как знаменитый архитектор.
Его мать работала экономкой в доме Павла Третьякова, и именно там молодой Шехтель оказался в окружении художников и представителей московской культурной среды. Позже он поступил в Московское училище живописи, ваяния и зодчества, но диплома архитектора так и не получил — из-за необходимости работать и содержать семью его отчислили за плохую посещаемость.
До архитектурной славы Шехтель рисовал афиши, создавал театральные декорации и костюмы, иллюстрировал книги и журналы. Он даже оформил обложку первого сборника Антона Чехова «Пёстрые рассказы». С Чеховым Шехтеля связывала многолетняя дружба и переписка.
В одном из писем Чехову Шехтель признавался, что именно работа делает его счастливым и что без неё он был бы «как часы», которые перестали заводить. И кажется, это многое объясняет: количество созданного им действительно невероятно.
Особую роль в судьбе Шехтеля сыграли Морозовы — одна из богатейших купеческих династий Москвы.
Для Зинаиды Морозовой, супруги Саввы Морозова, Шехтель создал знаменитый неоготический особняк на Спиридоновке. Проект здания он разработал всего за два месяца, но для него подготовил более 600 чертежей — вплоть до деталей интерьера. Дом имел собственную электростанцию, а с хозяйственными постройками его соединял подземный переход.
И здесь происходит ещё одна удивительная встреча эпохи: над интерьерами особняка вместе с Шехтелем работал Михаил Врубель. Он создавал для дома скульптуру и витраж. Архитектура, живопись, декоративное искусство соединялись в единое пространство — именно поэтому дома Шехтеля хочется рассматривать до мельчайших деталей.
С Саввой Морозовым связан и другой важнейший проект Шехтеля — Московский Художественный театр.
Когда здание перестраивали, Шехтель разработал практически весь его художественный образ: фасад, интерьеры, мебель, светильники, шрифты и знаменитый занавес с чайкой. И один из самых красивых фактов — за эту огромную работу архитектор не взял ни рубля!
А потом появился особняк Степана Рябушинского — пожалуй, один из самых совершенных домов московского модерна.
Здесь архитектура словно превращается в природу: лестница становится морской волной, светильник напоминает медузу, дверные ручки — морских коньков, а по фасаду проходит мозаика с ирисами. Даже планировка дома подчинена не симметрии ради симметрии, а тому, как человек будет жить и двигаться внутри пространства.
Вообще это был один из принципов Шехтеля — проектировать «изнутри наружу». Не заставлять человека приспосабливаться к красивому фасаду, а создавать дом вокруг его жизни. Для начала XX века это был невероятно современный взгляд.
Наверное, поэтому архитектура Шехтеля до сих пор кажется живой.
В ней нет ощущения музейной декорации. Его дома наполнены движением, символами, театром, природой и фантазией.
И мне особенно нравится думать о Москве того времени: Шехтель строит дом Морозову, Врубель создаёт для него витражи, Чехов пишет свои рассказы, Станиславский создаёт новый театр…
И всё это происходит почти одновременно, на одних и тех же московских улицах.
Иногда один город действительно становится местом встречи целой эпохи 🗞️
😍3❤2👍1👏1🕊1🤗1💘1