Новости в деле Лейлы Гиреевой.

Полиция по Назрановскому району республики Ингушетия отказалась возбуждать уголовное дело о домашнем насилии в отношении девушки. Причин отказа полиция не назвала, хотя по закону обязана это делать. Кризисная группа СК SOS, которая ведёт дело Лейлы, будет обжаловать этот отказ в суде.

Напомним, 14 ноября Лейла Гиреева при помощи активиста Владислава Хорева сбежала из дома, где её били, лишали свободы выбора и возили “изгонять джиннов”. 16 ноября, обнаружив, что родственники её выследили, Лейла обратилась в “Марем”. Мы дали ей контакты адвокатов и посоветовали записать видео, желательно в центре города (чтобы было видно, что она свободна и её никто не принуждает), что она ушла из дома по собственной воле.

А 23 ноября, когда в петербуржскую квартиру, которую снимала Лейла, стали ломиться, мы подключили СК SOS. Есть основания полагать, что, как и во многих таких кейсах, полиция просто по-тихому передала бы девушку ингушским полицейским, которые увезли её в родную республику. Где всё решалось бы “по традиции” и где гражданские права самой Лейлы не имеют силы. Благодаря огласке и общественной активности это удалось предотвратить.

Но защитить Лейлу от ложного обвинения в краже пока не удалось. По словам Лейлы, мать угрожала, что “использует любые методы, чтобы вернуть её домой”. Так и было сделано: мать обвинила Лейлу в краже украшений на сумму 275 тысяч рублей. И на днях суд Назрановского района отказал адвокату Лейлы Марку Алексееву в жалобе на уголовное дело в отношении девушки. В жалобе адвокат указывал на возможную коррупционную составляющую дела: семья Лейлы связана с силовыми структурами.

Этого и следовало ожидать. Во-первых, домашнее насилие трудно доказуемо. Во-вторых, полиция никогда не на стороне жертвы. В-третьих, в противостоянии кавказской девушки-беглянки и её семьи государство всегда на стороне преследователей.

Вот отличная лекция от психолога Марины Мелии ("Дом с маяком") о выгорании. Она отвечает на заранее подготовленные вопросы от волонтёров, которые помогают украинским беженцам. Но практически все эти проблемы применимы и для тех, кто помогает пострадавшим от домашнего насилия.

Настоятельно рекомендуем к просмотру: это поможет бережно относиться и к себе, и к окружающим. Видео будет полезно как для координаторов, так и для волонтёров.

https://youtu.be/QTWnlm04qvQ

Мы решили сформулировать наши базовые принципы, чтобы вам было понятнее, как мы работаем. Вот они:

1. Конфиденциальность
Мы не даём огласку кейсу и не разглашаем ваши личные данные и историю, не согласовав это с вами.

2. Законность
Мы подчиняемся законодательству Российской Федерации и регулируем свою деятельность в согласии с его правовыми нормами.

3. Равенство и беспристрастность
Мы оказываем помощь вне зависимости от вашей национальности, возраста, положения, политической, религиозной или иной позиции.

4. Безоценочность
Мы не даём моральные оценки личности и не выносим суждения ваших о поступках и поведении. Не обязательно быть “хорошей девочкой” для того, чтобы мы вам помогли.

5. Инклюзивность
С нами работают и к нам обращаются самые разные люди, и мы стараемся, чтобы ни один из них, вне зависимости от внешности, происхождения, гендера, физических данных, состояния здоровья, ориентации и любых других признаков, не чувствовал себя обделённым. Мы против дискриминации в любых её формах.

6. Сотрудничество
Мы строим свою работу на основе сотрудничества и уважения. В случае необходимости мы обращаемся к партнёрским организациям, вместе подбираем приемлемые варианты дальнейшей работы.

7. Свобода выбора
Мы можем помочь вам разобраться в ситуации, предложить наиболее щадящие и уместные решения, предупредить о рисках, но мы никогда не навязываем своё видение, не принуждаем и не оказываем давление на тех, кто обращается за помощью.

8. Семья
Мы за семью. Мы готовы искать посредника для мирного урегулирования конфликта — но только по запросу тех, чьи интересы мы представляем. Иными словами, если вы хотите помириться с семьёй, мы постараемся помочь. Если семья хочет найти вас — мы вас защищаем.

9. Обучение и развитие
Мы постоянно развиваемся и обучаемся. Наши правила и протоколы работы меняются в зависимости от обстановки: мы стараемся учитывать всё. Мы учимся на ошибках и успехах — своих, союзников и оппонентов.

UPD: собрали деньги, всем большое спасибо!

Дорогие, мы к вам с просьбой помочь одной из наших подопечных. У неё тяжёлая ситуационная депрессия и нужен приём у психиатра, чтобы он выписал ей антидепрессанты.

Девушка живёт в религиозной семье. Со стороны матери финансовое насилие, она препятствует лечению своей дочери от депрессии.

Девушку ведёт наша психологиня, но в её компетенции не входит выписка рецептов на антидепрессанты.

Мы просим вас собрать на один приём у психиатра, закинув денег на целевой сбор на Бусти. Приём стоит 3200.

Спасибо всем!

В Ингушетии 37-летний житель Гази-Юрта похитил 16-летнюю девушку с целью женитьбы. Дядя девушки заявил в полицию: по его словам, племянницу похитили рядом с его домом в селе Средние Ачалуки.

Некогда распространённый на Кавказе обычай кражи невест сегодня встречается нечасто. Но такое всё же случается. Бывает, что девушки “крадутся” сами, сговорившись с возлюбленным, если брак не одобряют родители или не хватает денег на свадьбу. Но сейчас мы о случаях насильственного похищения.

Тогда в общественном сознании на репутации девушки, которую похитили (а следовательно, на репутации её семьи), стоит пятно. Говорят "неизвестно, в каких руках побывала”.

Заканчиваются эти истории по-разному. Но мы считаем, что семья, которая началась с насилия, ужаса девушки и её осознания, что с ней поступают как с вещью, вряд ли может быть счастливой. Там не может быть доверия.

В УК РФ есть статья 126, согласно которой за похищение человека полагается до 5 лет, а если похищаемый заведомо несовершеннолетний — до 20 лет. И по шариатским законам не дозволяется красть девушек: брак должен быть добровольным. В Дагестане имамы не берутся проводить никах, если у невесты нет представителя. А в Ингушетии в 2013 году ввели штраф в 200 000 ₽ за похищение невесты.

И тут не так всё просто. Вот что говорит социолог Залина из Ингушетии в интервью “Даптару”, про телепередачу об отмене института умыкания:

“Каждый из этих мужчин выходил и говорил: «Это такой ужас, только представить, что твою дочку, сестру кто-то украл! Каково тебе будет?» Другой выходит и говорит то же самое – «Да, если мою сестру украдут, я как себя буду чувствовать?» И ни один человек не сказал о том, что при этом может чувствовать женщина, которую «украли». Которую, как скотину, закидывают в машину, к которой прикасаются чужие руки, на которую потом давят психологически или уговаривают, пугают, что её жизнь кончена и никто её назад не возьмёт, а иногда и насилуют. И которая не знает, каков будет исход!

Если женщина кавказская, у нее есть «хозяин». Это отец, брат и любой мужчина ее рода. Если женщину задевают, тут вступают в силу расклады, характерные для патриархального общества. Фактически двое мужчин вступают в спор, имеет ли право один из них посягать на имущество другого. Ты можешь пользоваться своим имуществом, делать с ним, что хочешь, поджечь его, изломать, выгнать. Но, как только ты прикоснулся к чужому имуществу, другой мужчина придет требовать компенсации и наказания”.

На эту тему есть серия из пяти коротких мультфильмов Тани Зеленской “Однажды меня украли”, посмотрите если не видели. Хотя речь идёт о Кыргызстане, истории очень похожи на наши.

А ещё посмотрите наш мультик “И ты пришёл”.

Мы всегда говорим: мы за права женщин. И за право снимать хиджаб, и за право его носить. Поэтому мы не могли пройти мимо очередной вопиющей истории.

Из медицинского колледжа в Новочеркасске 11 января отчислили пять студенток за ношение хиджабов. По внутренним правилам колледжа носить религиозную одежду и атрибуты нельзя. В администрации девушкам сказали, что это “плохо влияет на других студентов”, а педсовет решил их отчислить.

Девушки обратились к адвокату Магомеду Нурбагомедову.

Всем-то есть дело до того, как одевается женщина. В сентябре 2021 года в школе Кайтагского района в Дагестане девочек не пускали в школу без платков. А в сентябре 2022 в Тюмени девочку пытались не пустить на занятия в хиджабе. И это происходит регулярно.

Мы, конечно, понимаем — времена сейчас такие, что Конституцией разве что не подтираются. Но вообще-то в ней есть статься 19, в которой сказано, что “все равны перед законом”, и что “государство гарантирует равенство прав и свобод независимо от пола и отношения к религии”. А ещё — “запрещаются любые формы ограничения прав граждан по признакам национальной и религиозной принадлежности”.

Напомним, хиджаб — религиозная обязанность мусульманки. Не все его носят, но если надели — вряд ли снимут под угрозой отчисления. И получается, что в нашей светской, казалось бы, стране девушкам-мусульманкам перекрывают доступ к образованию. Как это делают фундаменталисты из того же Афганистана.

Вообще не понятно, почему головной убор или длинные одежды должны быть поводом для отчисления. Можно просто все отстанут от всех и позволят другим одеваться так, как им нравится?

Если вы тоже считаете, что мусульманки имеют право носить хиджаб и получить образование, подпишите петицию и расскажите об этом в соцсетях.

Сейчас мы уже можем рассказать очередную историю одной из наших девочек, которые к нам обращались.

20-летняя Элина Ухманова из Дагестана рассказала о пытках и насильственном удержании в махачкалинском “реабилитационном центре” “Альянс Рекавери”. В декабре она подала заявление в полицию с требованием возбудить уголовное дело.

Клиники “Альянс Рекавери” нет в списке медицинских организаций. По словам Элины, ни психологов, ни врачей в центре не было, а весь персонал, включая управляющего Заура Магомедшариповича Талутова и директора Магомедшапи Мурадовича Газиева, состоял из бывших наркоманов. Именно Магомедшапи и Заур фактически похитили девушку из квартиры её друга и поместили в “центр”.

Да, людей там подвешивали наручниками к перилам, а Элину как-то сковали с другим пациентом наручниками и заставили ходить так весь день. Да, там могли оставить без еды. Да, там за бранную лексику заставляли приседать по 300-400 раз. Но Элина говорит, что даже в реабилитационном центре ей было лучше, чем дома: там не было постоянных избиений и унижений.

Элина сбегала из дома три раза, и только третий побег оказался успешным. Мы приняли её обращение 13 сентября, нашли ей убежище в Махачкале и передали СК SOS.

Сейчас Элина в безопасности. Она мечтает получить высшее образование. А ещё хочет добиться справедливости. Чтобы те, кто 4 месяца удерживал её в рехабе, понесли наказание, а девушки, которых никто не слышит и избивают дома, знали о том, что за себя можно и нужно бороться.

Про сбор на врача. Мы собрали 3500 ₽ — на 300 ₽ больше нашей цели. Мы получили 5 донатов.

Психиатра девушке оплатили. Чек лежит в папке “Отчёты” в актуальном в Инстаграме, где мы будем теперь сохранять отчёты. Приём прошёл. Собранные свыше цели деньги пойдут на помощь другим.

Спасибо всем ещё раз!