Дни летят, как ласточки,
А мы летим, как палочки.
Часы стучат на полочке,
А я сижу в ермолочке.

Утром не спалось: хотелось зелёный банан, прогуляться и встретить лебедят. Всё сегодня идёт по-моему. Я встретила дворнягу Митю без лапы. Его не жалко: он был довольным. Десятки гуляк с собаками радуют меня. Я без собаки - чужак, но они все для меня - свои.

Лебедята на пруду что надо. Говорят, как с картинки. Но я раньше не видела картинок лебедят: только мультик про гадкого утёнка. А лебедята не гадкие: похожи на серых котят, умеющих ходить по воде (у меня близорукость). Павших звёзд на пруду сегодня не было, а вот лебедей - аж семеро. Загадаю семь желаний. Наберу ли столько?

Бабушки делали утреннюю гимнастику у кромки вонючего Патриаршего пруда. Папа-лебедь щипал их. Они смеялись. Одна бесстыдница окатила лебедя водой из своего рта. Так бабушки опрыскивают внуков святой водой по праздникам. Или так делала только моя?

Бегунов утром много: вот почему я никого не встречаю по вечерам. Бегать под солнцем стало неприятно.

Каково девушкам в кофейнях целый день провести без ноутбука и с тысячей людей, желающих латте? Наверное, бариста всё равно смотрит рилсы и тоже устаёт от общения. Все смотрят. И все устают.

У ресторана много прожекторов, штативов и потухших лиц: снимают рекламу. Прохожу под лифтами снаружи дома, чтобы не мешать красивой сцене (опять же: для рилсов)

Я в зимнем свитере. Июнь, говорят, не задался, по климату бьют набат и льют слёзы. Но почему-то холодные июни гораздо лучше горячих. Нравится: глаза гладит лето, а кожа видит осень.

Был один июнь 7 лет назад: я ходила за пиццей для папы. Почему умирающие хотят съесть пепперони? Я грела руки об коробки для пиццы, а ветер уничтожал мой тонкий китайский пуховик. Минус два градуса в июне - шутка ли! Но то было давно. Этот июнь сильно добрее к нам.

Эти 7 лет спустя в сухом остатке лучше всех предыдущих 20 вместе взятых. Что вообще такое сухой остаток? Есть ещё мокрое место. Его обычно не остаётся. От ушедших не остаётся и мокрого места. А мы с вами ещё как останемся. И в самом сухом остатке.

Жаль нельзя гулять и печатать тексты с закрытыми глазами и без рук. Они меня мучают, когда я брожу: не дают смотреть перед носом, разворачивают глаза вовнутрь. Оттого я часто спотыкаюсь.

Почему на витринах стало так много уродливой, современноискусственной керамики? Зачем так много свечек в виде женских тел? Зачем динозавру лампочки в спине?

Маленькая девочка стоит на коленях перед искусственной сакурой у входа в дорогой салон красоты. Она нюхает тканевые цветы. Наверное, даже что-то услышит: у детей-то реальность краше всех VR. Я боюсь забыть об этой способности.

Старый ретривер плетётся по пешеходному переходу. Старая хозяйка устала: то ли от своей, то ли от собачьей старости. Хорошо, что моя Клёпа умерла. Надеюсь, она нашла вход в рай. Надеюсь, хотя бы он есть. Она не шибко смышлёная. Жаль, что её тело съедят жуки.

В нос попал запах ладана, пыли и сока травы. Косят, метут и молятся. Все по-своему. Отчего-то захотелось быть добрее ко всем, к голубям и недругам. Вчера я увидела 15 секунд видео, где плакал белорусский оппозиционер. Тоскливо. Отчего жалости сегодня больше, чем в детстве?

Отчего-то жаль и дедушку, папиного папу. Он утонул в июле 1967-го. За 31 год до моего рождения. 58 лет назад. Совсем не знаю его, сохранилось одно фото: там деду 17, снимок сделан перед войной. Войну перехитрил, а речку не смог. Утонул, надо же. Может, жаль не его? А отца, который остался без своего отца в 8 лет? Я-то в 20. А отчего-то обе потери кажутся дурными и нечестными.

Что хуже: рак, речка или шибкая старость ретривера и его бабушки?

Жду фотографии по почте от папиного брата: в июне 2025-го стало ясно, что мне не жить без хотя бы толики знаний про свои корни. Они все уходят туда, оставляют нас в сухом остатке. Не хочется умереть пустоголовой. Надо же мне что-то внукам рассказывать. Потому что

… дни летят, как рюмочки,
А мы летим, как ласточки.
Сверкают в небе лампочки,
А мы летим, как звездочки.

я/мы MARUSSIA

субботне-воскресные фотокарточки, пока идёт не просыхающий дождь стеной третий час подряд

сегодня в сотрый раз бежали мурашки от песни the albatross тейлор свифт, в тарелке был нектарин и уставшая золушка, я шагала от стоматолога с новой пломбой и заморозкой в щеке (+ наконец разносила туфельки-вансы, они на 1000% МОИ)

в субботу был большой, селфи в пустом туалете; в театре я забоялась высоты, замучалась от мигрени и убедилась, что с оперой у меня нет и не будет любви; зато славно похихикала с мужем и падчерицей-подружкой - в этом, наверное, и был смысл

под ногами лежат лепестки пионов, роз и жасмина; на веранде очень хорошо сидится; и хорошо гулять без построенного маршрута, попивая литр кофе и кутаясь в куртки; свежо; июнь так и не стал июнем, прикидываясь то апрелем, то октябрём (и мы его за это любим ещё сильнее); мало солнца, много воздуха; «дом, семья, работа. деньги куём» - вот такой июнь;

жаль, что сегодня не суббота, а уже вечер воскресенья. хорошенькое лето, семейно-гнездовое.