Одна из главных ловушек, в которой я находился долгое время, была связана с верой в метод, точность, детализацию. Мне казалось, что более подробное рассмотрение проблемы и больший объём доказательств могут если не гарантировать ответ, то свидетельствовать о том, что решение становится ближе. Но имеет ли значение, сколько мегапикселей у моей камеры, если объектив остаётся закрытым?

В такой ловушке легко оказаться при наличии определенных личностных черт, но, конечно же, некоторые интеллектуальные ландшафты и субкультуры — и гуманитарная академическая культура в особенности — почти неизбежно заводят в неё. Общеизвестным и нарицательным примером того, как целая эпоха угодила в подобную ловушку стала схоластика, хотя ради справедливости стоит сказать, что её стереотипный образ более верен для поздних этапов, а не для «золотого века» схоластических исследований. Схоластика на собственном примере продемонстрировала, что можно гениальнейшим образом до бесконечности подменять разговор о (и встречу с) реальности обсуждением того, как нам следует обсуждать условия обсуждения.

Похожее произошло с аналитической философией — основной формой академической философии в англоязычном мире, весьма популярной и далеко за его пределами. Хотя она возникла из почтенной попытки освободиться от других ловушек, свойственных европейской философии начала двадцатого века, но свелась к (опять же, часто гениальнейшему в своем исполнении) рациональному неврозу, а высшей добродетелью стала считаться способность изложить даже самую простую мысль на уровне детализации «вариант подпункта шесть третьего шага аргумента о [неважно чём]». Интеллектуалы, которые обычно считаются противоположностями аналитиков, вроде постструктуралистов, так же легко оказываются в этой ловушке, через бесконечные герменевтические практики и наслоение всё более усложняющихся дискурсивных уровней.

Это своего рода гуманитарный аналог proof-of-work, где объём и сложность, – и количество усилий, требующиеся от автора и читателя — выступают доказательством свершившегося интеллектуального достижения для обоих. В более широком контексте, эта ловушка проявляется в одержимости данными, апелляциям к мета-анализам (простите меня все, к кому я так навязчиво приставал с мета-анализами году в 2012), избеганием неопределенности и потребностью в том, что Хартмут Роза назвал «контролируемостью мира».

Но всё может быть иначе: сердечность и искренность, контакт с реальностью в каждом мгновении, вполне совместимы с серьёзной интеллектуальной работой и эмпирической заземленностью. Поиск своего уникального пути к этой целостности обычно занимает — и занял у меня — много времени, но, наверное, так и должно быть, когда мы сталкиваемся с необходимостью в своего рода внутренней алхимии. Некоторые процессы не нужно ускорять, и это тоже то, что становится столь очевидным, когда покидаешь ловушку рационального ума.

«Самоотверженно посвятить себя достойной деятельности может быть делом святым, более святым, чем проводить жизнь безучастно в одиночестве. Ведь святость, достигаемая через отшельничество, приносит пользу лишь самому отшельнику... но святость деятельной жизни возвышает существование многих».

Колуччо Салутати (1331-1406)

«Мы стоим на пороге новой эры предпринимательства, которая отличается как отказом от модели, основанной на эксплуатации (природы и человека) в пользу модели, в центре которой — принцип взаимности, так и стремлением придать смысл предпринимательской деятельности, которая не должна сводиться к представлению о себе как о простой "машине для зарабатывания денег". В самом деле, среди просвещенных предпринимателей всё более распространяется мнение, что прибыль не может быть единственной целью бизнеса, и, прежде всего, что не должно существовать противоречия между прибылью и гражданской ответственностью».

Стефано Замани — ведущий итальянский экономист, профессор Болонского университета, бывший президент Папской академии общественных наук. Профессора Замани, наряду с Луиджино Бруни, можно назвать основным архитектором школы гражданской экономики, которую я нахожу одним из наиболее значимых и многообещающих проектов экономики будущего — как в её теоретическом измерении, так и в практических приложениях.

Stefano Zamagni. Responsabili: come civilizzare il mercato. Il Mulino, 2019.

Как говорил Ориген, — внутри тебя вторая Вселенная, внутри тебя Солнце, Луна и звёзды.

Мало есть практик, которые могут так изменить жизнь и отношения с миром, как практика экзистенциальной благодарности (existential gratitude). Внимательность к чуду нашего существования и дару бытия, который мы соразделяем. Тому, сколь невероятно и удивительно, что существует вообще что-то, и это что-то к тому же способно принимать такое разнообразие форм, в том числе форму тебя и меня.

Мы никогда не отделены от этого основополагающего дара из всех даров, и даже не обязательно углубляться в созерцательные опыты, чтобы ощутить, что вся реальность содержится в каждом мгновении жизни каждого существа. И каждое из этих мгновений уникальное и наиважнейшее.

Чудесный день, обнимаю.

«Утверждение, что важнейшие вещи, необходимые для удовлетворения наших потребностей, ограничены — одно из величайших заблуждений современной рыночной экономики. Возможно, это и справедливо по отношению к материальным ценностям, однако в процветающих обществах истинное благополучие определяют ценности иного рода — нематериальные. Любовь, смысл жизни, счастье, покой, радость, внутренняя гармония и другие состояния души — все они не осязаемы. Эти "вещи" доступны нашему сознанию в неограниченном количестве. Они доводят экономическую логику до абсурда, ведь их невозможно приобрести, следуя её принципам. Любовь, радость, умиротворение и счастье — это отнюдь не дефицитный товар, который можно купить, получить в безраздельное владение или накопить. Только от нас зависит, прикоснёмся ли мы вновь к этим сокровищам духа. И здесь ключевую роль играет осознанность. Искренняя улыбка — бесценна. Она рождается свободно и расцветает, озаряя всё вокруг своим светом».

Из книги Кая Ромхардта «Мы и есть экономика: буддийский подход к работе, потреблению и деньгам» (We are the Economy: The Buddhist Way of Work, Consumption, and Money). Ромхардт — немецкий экономист, ученик Тхить Нят Хана, основатель Netzwerk Achtsame Wirtschaft, занимающейся продвижением культуры осознанности в экономике и бизнесе.

Гуань Инь-цзы сказал: «То, что видится во сне, порой длится дольше, чем длится ночь, — у сердца нет времени. Для уроженца царства Ци всё, что видит его сердце, — это царство Ци. Но стоит ему отправиться в царство Сун, царство Вэй, царство Цзинь или царство Чу, как то, что хранит его сердце, меняется. У сердца нет (определённого) направления».

Краткий комментарий:

Этот отрывок из трактата древнекитайского философа Гуань Инь-цзы (также известного как Инь Си) посвящен природе сознания и восприятия. В нем говорится о том, что:

Время и пространство относительны для сознания: Сны могут казаться длиннее, чем ночь, показывая, что восприятие времени субъективно.

Восприятие формируется опытом: Уроженец Ци воспринимает мир через призму своей культуры и окружения.

Сознание изменчиво: Когда человек перемещается из одного места в другое, его восприятие меняется вместе с ним.

Стилистические особенности перевода:

Архаизация: Использованы слова и выражения, характерные для литературного стиля древнерусского языка ("Гуань Инь-цзы рек", "царство", "ко", "се"), чтобы передать дух оригинала.

Точность: Сохранены все смысловые нюансы оригинального текста.

Естественность: Текст звучит естественно на русском языке, несмотря на архаизацию.

Варианты перевода отдельных фраз:

夜之所梦，或长于夜: "То, что видится во сне, порой длится дольше, чем длится ночь" (более буквальный перевод)

心无时: "У сердца нет времени" (более буквальный перевод) / "Сердце не знает времени" (более литературный)

心无方: "У сердца нет (определённого) направления" (более точный) / "Сердце не имеет пределов" (более образный, но менее точный)

心之所存各异: "то, что хранит его сердце, меняется" (более вольный, но понятный перевод) / "то, что сберегает сердце, становится различным" (более точный)

~~~

Всё вышеперечисленное — один output ИИ с моим довольно обширным промтом, без какой-либо редактуры. Я тестировал этот промт на разных языках, европейских и восточных, и в ряде случаев специально сверялся с существующими человеческими (при наличии) и машинными переводами на русский и английский, и могу сказать, что зачастую даже первый (без дальнейших итераций и редактуры) результат превосходен. Конечно, ошибки возможны, однако, для большинства языков пар результат более чем удовлетворяющий всем требованиям.

Внезапно, через час у нас тут намечается прямой эфир с легендарным Олегом Давыдовом, доктором философии, экс-профессором богословия, приглашенным сотрудником Страсбургского университета, автором одного из важнейших гуманитарных трудов, написанных на русском за последние десять лет, и много другого. Что ещё более интересно, наш эфир будет посвящён не теологии и метафизике, а искусственному интеллекту (хотя метафизика, конечно же, тоже будет, как и нишевый юмор), и нашему параллельному сдвигу интересов от первых ко второму.

Честно скажу, я не знаю, что именно произойдёт, к тому же это первый эфир на моей площадке, но должно быть весьма небанально.

Эфир здесь в 19:30 по Москве / 17:30 CET.

P.S. Только что Олег завёл новый канал, где обещает делиться своими мыслями об ИИ, будущем и том, как нам всем с этим жить.

Что если такие вещи, как искренность, аутентичность, присутствие или экзистенциальная благодарность неисчерпаемы? Мне всегда казалось, что я честен перед собой, искренен с другими и в целом благодарен вселенной. Но сравнивая себя сегодняшнего с тем, каким я был год, два, пять (и уж тем более десять) лет назад, меня поражает сколько было самообмана, масок, страхов, комплексов, игр, рационализаций, авидьи, ненависти к себе.

Затем, в какой-то момент, — если вы здесь давно, то, возможно, помните эту историю, — произошло что-то вроде исцеления, путы развязались и энергия стала течь по-новому. И уже почти год я нахожусь в очень интересном и прежде недоступном мне состоянии, иначе ощущая не только себя внутри, но иначе ощущая саму реальность, вместе со мной.

Один из вопросов, который очень интригует меня, касается динамики этого состояния; если подумать, впервые в моей жизни я не чувствую, что мне нужно убегать, а напротив, я практически ежеминутно соприкасаюсь с ощущением дома, точки, которую я искал, места назначения. С другой стороны, это не плато, и в этом состоянии тоже есть – нет, слово развитие не подойдет, оно слишком формальное для этого, – скорее всё более глубокое вглядывание в реальность.

Обнимаю.

«Быть человеком — это целостный опыт, включающий взаимодействие с различными измерениями себя, других людей и окружающего мира для того, чтобы установить тесную связь с самим своим существованием. Когда мы направлены на воплощение всей полноты жизни, мы выходим за пределы простого наблюдательного опыта и соприкасаемся с миром через восприятие, кинестетику, эмоции, разум, отношения, духовность, а возможно, со временем, мы устанавливаем связь и с чем-то большим, с универсальными элементами нашего мира. Присутствовать в мире означает приглашать эти измерения нашего "я" в повседневную жизнь. Созерцательные практики помогают нам приручить столь беспокойные мысли и нашу потребность в определенности, но также позволяют нам обратиться к более глубокому сознаванию. Благодаря этому, — обращаясь к нашей взаимосвязи с полнотой жизни, — у нас появляется больше возможностей для исследования экзистенциальных вопросов и таких вещей, как ценности, убеждения, предназначение и поиски смысла».

Нэвин Салтан, «Эвристическое исследование как созерцательная практика», глава в сборнике: Bernadette Flanagan, Kerri Clough (eds.) The Routledge Handbook of Research Methods in Spirituality and Contemplative Studies. Routledge, 2025.

Если вы преподаете или основательно используете созерцательные практики и другие способы работы с сознанием и внутренним миром, стоит обратить внимание на этот сборник — тридцать с лишним статей, рассказывающих о некоторых из наиболее интересных разработок в домене, в основном в рамках перспектив первого и второго лица. С акцентами как на теоретической рамке и исследовательских методах, так и на важности созерцания для образования, бизнеса, здравоохранения и других прикладных областей.

Секс и присутствие

«Когда сексом движет неуверенность, напряженные партнеры могут быть не в состоянии отключить внутренний диалог, свойственный левому полушарию, чтобы развить навыки эмпатии, — сфокусированной на настоящем моменте и характерной для правого полушария, — позволяющие настроиться на телесные сигналы друг друга. Когда люди погружены в свои мысли, они отвлечены и не способны игриво взаимодействовать с партнером. Они скорее склонны неверно истолковывать временное замедление партнера, желающего перевести дыхание или сменить позу, как отвержение…

По мере того как партнеры развивают способность присутствовать в моменте, фокусироваться скорее друг на друге, чем на себе, глубоко дышать и настраиваться на свои чувственные удовольствия, результат не просто повышает вероятность достижения парой большего сексуального удовлетворения. Способность быть более включённым в отношения с партнером, расслабляться, соприкасаться с чувственными аспектами физической близости и разделять удовольствие может укрепить чувство уверенности в себе и своей сексуальной компетентности у каждого из партнеров.

Настройка на настоящий момент через наблюдение за потоком ощущений в теле — один из ценных эффектов практики медитации и развития осознанности. Как описывает это Дэн Сигел, специалист по межличностной нейробиологии, “ощущения — это действительно важный восходящий опыт. Это восходящий поток деталей, который чрезвычайно полезен для того, чтобы удерживать момент сейчас, не теряясь в прошлом опыте или тревогах о будущем. Он возвращает нас прямо в сейчас и, таким образом, является основополагающим для осознанности”».

Из «Body-to-Body Intimacy: трансформация через любовь, секс и нейробиологию» Стеллы Резник. Стелла — американская исследовательница и терапевт, ученица Фрица и Лоры Перлз, ведёт семинары в Эсалене и частную практику.

Stella Resnick. Body-to-Body Intimacy: Transformation Through Love, Sex, and Neurobiology. Routledge, 2019.

Совершенно гениальный доклад Жени Пустошкина о интегральном космоцентризме. По плотности смыслов, вибрациям и чувствованию важных вещей, одно из лучших видео, которое я смотрел в этом году.

Доклад Женя прочитал в рамках III Большого Философского Собора в конце ноября, а в общий доступ запись выложил пару дней назад. В описании к видео по ссылке есть краткая текстовая версия выступления.

https://www.youtube.com/watch?v=ePv3qGLT-f0

«То, что сегодня проявляется в обществе в форме институтов, принадлежит прошлому; то же, что пока незримо для общества, но переживается отдельными людьми на уровне сознания, суть планетарная культура ближайшего будущего. Путь к этой новой универсальной культуре лежит не через харизматичную личность и не через устоявшиеся институты (цивилизация уже некоторое время вращается в этих веберовских циклах), а через духовное сообщество, братство мужчин и женщин, полностью реализовавших свою индивидуальность, которые осознают, что их своеобразие является частью всеобщей трансформации, в которой человеческая культурная эволюция становится сознательной... Способ осуществить глубочайшую культурную трансформацию заключается не в том, чтобы растрачивать силы на нападки на институты или индустриальное общество в целом, а в том, чтобы окружить общество новым полем сознания».

Из книги Уильяма Ирвина Томпсона (1938-2020), «Отрывки о Земле: исследование новой планетарной культуры» (не переводилась) — книге уже больше пятидесяти лет, но многие вещи из неё и других работ Томпсона сейчас кажутся актуальными как никогда. Благодаря своему весьма оригинальному mind-jazz подходу — больше напоминающему чувствование и импровизацию, чем систематическое исследование, Томпсон остаётся одним из наиболее важных (и недооцененных) интегральных теоретиков культурной и социальной эволюции. Если вы интересуетесь созерцательными нейронауками, то наверняка читали или слышали о работах его сына Эвана Томпсона, ведущего представителя кросс-культурной и междисциплинарной когнитивистики.

* William Irwin Thompson. Passages About Earth: An Exploration of The New Planetary Culture. Harper and Rowe, 1973/1974.

Уже через час: новый эфир, тот же гость. Продолжим наши разговоры с доктором философии, сотрудником Страсбургского университета Олегом Давыдовым. На этот раз поговорим о постсекулярности, поисках трансцендентного внутри и вне устоявшихся форм, альтернативной и не очень духовности, нью-эйдже, (не)актуальности традиционных религий, и о том, в какую сторону может направиться культурная эволюция человечества на нашем веку.

19:30 Москва / 17:30 CET

Напоминаю, что на днях Олег завёл канал, посвящённый философскому и гуманитарному анализу ИИ, что впрочём не исключает и прикладных тем.

Текстовая версия нашего второго подкаста с Олегом Давыдовым.

Мы разбираемся, откуда взялась концепция религии, почему даже самые ярые атеисты мыслят в категориях, сформированных христианством, и как так вышло, что протестантская Реформация, сама того не желая, проложила дорогу к секулярному миру. От средневековых католических реформ до современных экспериментов в духовности — пытаемся понять, какие процессы формируют и направляют духовную эволюцию человечества, и что это значит для нас. Отдельное внимание уделяем «Секулярному веку» Чарльза Тейлора и гипотезе, что религия — а точнее то пространство, та потребность, из которой рождается религия — никуда не исчезла, просто её место заняли другие «предложения на рынке духовности».

https://malakhov.link/davydov

(отдельно мне лайк за оперативность — прошёл всего час с завершения подкаста и вот уже отредактированная стенограмма)

Перспектива четвёртого лица

Возможно, самая важная разработка в теории U за последние годы — это концепция перспективы четвертого лица. Некоторого ощущения и способа познания, выходящего за пределы и моего внутреннего опыта, и межличностного взаимодействия и тем более внешнего восприятия. Со своей стороны, могу подтвердить реальность и достоверность этой перспективы, хотя наилучшая форма её теоретического выражения остаётся для меня предметом поиска.

В первом приближении, «четвертое лицо» описывает опыт социального поля, несводимого к отношениям между его участниками, но также ни в коем случае не являющегося тотальностью доминирующей над ними. Пространство, в котором проявляется то вечноприсутствующее новое, что никому не принадлежит, но просвечивает через каждого. Это ключевой момент: индивидуальность не теряется, мы не растворяемся ни друг в друге, ни в ситуации, но совершенно ясно чувствуем свою со-бытийность, а в личном качестве — со всей определенностью осознаю, что я сам и есть это соразделённое бытие. Отсюда возникает проживание свободы, доверия и общей благости мироздания. Но, и здесь другой важный момент, энергия, которую рождает это проживание стремится к деятельному преобразованию мира: неисчерпаемая благость, означает что всегда есть бесконечный резервуар непроявленной благости, который мы призваны всё более раскрывать и проявлять в своём со-бытии.

Если интерсубъективная (второго лица) перспектива означает «я понимаю тебя», то перспектива четвертого лица децентрирована. Это не мнимая объективность или вычитающая рефлексия, а прямой опыт существования в другом фазовом пространстве, где время, место, ощущения проявляются заметно иначе, и все они каким-то образом говорят другом с другом через меня.

И это что-то такое, что повторяется не только в моей жизни, но и хорошо воспроизводится в целом. Отто Шармер и его коллеги годами развивают практики, помогающие культивировать это состояние и, с некоторой вероятностью, создавать его на уровне группы. Исследователи теории U отмечают похожую феноменологию у многих участников своих воркшопов, как и то, что само это пространство и этот опыт воспринимаются участниками, когда они оказываются в нём, узнаваемым и родным.

Обнимаю.

P.S. Прекрасное исследование перспективы четвёртого лица и его потенциала для преобразования мира можно прочитать в статье: Otto Scharmer, Eva Pomeroy. Fourth Person: The Knowing of the Field (2024).

Сознание без эго: перспектива нулевого лица

Раз уж заговорили про перспективы, стоит упомянуть и ещё одно предложение, оформленное Томасом Метцингером в его прошлогодней книге «Слон и слепые: опыт чистого сознания». Удивительно, почему эта книга практически не привлекла внимание mindfulness-кругов, хотя и автор топовый, и вышла в MIT Press, и сама работа экстраординарная, наиболее масштабное обобщение свидетельств минимального феноменального опыта, с отличной теоретической дискуссией о его природе и значимости.

Ключевой тезис Метцингера состоит в том, что существует перспектива нулевого лица (zero-person perspective), опыт сознания, который хотя и проживается отдельным человеком, не принадлежит ему. Опыт присутствует, но нет самосознающего субъекта и никого, к кому относится этот опыт, есть только чистое сознание, осознающее само себя. При этом его нельзя описать как субъективное переживание «отсутствие я», поскольку это аперспективный опыт, свободный от (лишенный) привязки к переживанию я, собственных мыслей, ощущений, нарративов. Метцингер считает его ключом к пониманию минимального феноменального опыта, который для него является ключом к пониманию сознания.

Хотя для людей, знакомых с созерцательными традициями, сама концепция едва ли будет новинкой, Мецтингер умно артикулирует её в контексте современных дебатов в исследованиях сознаниях, феноменологии и нейронауках, а для новой книги ему удалось собрать беспрецедентный набор свидетельств — более пятисот отчетов людей, переживших и согласившихся подробно поделиться этим опытом, что позволило Метцингеру выделить более тридцати способов, как он проявляется или, во всяком случае, паттернов, в которых описывается.

P.S. Поскольку я очень люблю необычные посвящения в академических работах, отмечу, что «The Elephant and the Blind» Метцингер посвящает «постбиотическим сознательным системам будущего» (postbiotic conscious systems of the future).

* Thomas Metzinger. The Elephant and the Blind: The Experience of Pure Consciousness: Philosophy, Science, and 500+ Experiential Reports. MIT Press, 2024.