Увидела в статистике Ордена переходы из телеграма, и заподозрила, что кто-то из вас где-то на меня сослался. Спасибо💖

Хотела спин-офф, а вышла повесть о Лилии Борисовне на шестьдесят вордовских страниц. Упс. Уходим на последнюю вычитку. В Ванкувере почти четыре утра, завтра мне светит рабочее воскресенье, но меня подколбашивает как всегда после большой работы, в которой удалось увязать все со всем, нафаршировать каким-то смыслом, приделать трагическое щемление (возможно, не одно) и вбухать порцию надежды.

Ок, я это сделала, новая работа уже на фикбуке:
https://ficbook.net/readfic/018edde7-7d8c-79b8-97a2-46aa6adf2489
и за первые две секунды каким-то чудом получила уже три лайка.
Спасибо всем, кто оставлял предварительные отзывы и правки, спасибо моей жене, которая знает изнанку советского спорта (я использовала один процент из всего, что она рассказала мне за пару вечеров, а все остальное пригодится для других вещей), и спасибо всем, кто сейчас будет это читать.

Ну и разумеется ВОТ ТАКОЕ спасибо лучшей во всем мире nmnm, потому что она, во-первых, отредактировала текст за один мой день, то есть я недолго ерзала на стульчике в ожидании последних правок, а, во-вторых, час назад я лихо переломала все, что можно, в исправленном тексте, и выглядело это необратимо, а она взяла и за пять минут все починила.
Богиня!

Наслаждайтесь, оставляйте ваши отзывы, а я пошла восстанавливать режим сна))

Всех люблю💓

Если я проснусь поутру, а там уже будут всякие ваши комментарии, то мой длинный рабочий день станет намного лучше)))

Еееее)))
Со следующей главой осн все равно сто из вас отпишется, но пока класс ваще))

Ауч))
Смотрите, даже не пятидесятое. Да вы крутые, девочки — как высоко вы меня подкинули!

Вы же скучали по голосованиям, правда?

*пишешь
Нет, мне явно нужно больше спать.

Ещё в последнем голосовании и несколько ответов выбрать нельзя!)))) Лол
Пусть будет так

Ой, всё...

Ладно, пока я тут с вашей помощью нагибаю бесчисленные венклеры и Зену — королеву воинов (но не медверидзе, тут медицина бессильна), давайте расскажу, как написать отзыв, который идеально подойдет к чему угодно. Вам понадобится только подставлять слова на ваш выбор, и все эти фильдеперсовые суперкомментаторы не посмеют крутить носами в ваш адрес.
Обещаю, авторы от ваших отзывов будут сидеть довольные и румяные с блуждающими улыбками на лицах, а вы, бесплатно потребляя их нелегкий труд, сможете отплатить им сполна, повышая их писательский статус в стае злых хищных и матерых конкурентов. И проделаете вы все это НЕ ОСОБО НАПРЯГАЯСЬ, даже если вы никогда-преникогда не делали этого прежде))

1. Опциональное вступление. Если совсем лень, можете пропустить, ничего страшного.
- Уважаемый/дорогой/драгоценный автор/авторка (ко мне можно и так и так, я толерантна к коллективной растерянности, которую вызывают феминитивы),
- спасибо/большое спасибо/спешу выразить вам свою бесконечную благодарность
- за ваш/вашу (пожалуйста, умоляю, не пишите “данный”, оставьте это для прошений и служебных записок, они все стерпят)
- рассказ/повесть/новеллу/устареллу/ если вам лень определять жанр, пишите работу, не ошибетесь.

2. Содержательная часть. Обязательная и самая для авторов желанная. Примерно как серединка спелого арбуза. Уровень сложности воспроизведения 3 из 10. Именно здесь вы вкладываете в отзыв всю вашу трепетную бессмертную душу. Хотя бы с виду!

- Меня очень сильно/до глубины души/до кончика пяточного нерва впечатлила образность вашего слога, и особенно эта/эти фраза/фразы: скопируйте и вставьте одну-две понравившиеся фразы из текста.

- И больше всего мне понравилась/меня зацепила/меня поразила/заставила меня биться в экстазе сцена, в которой... (здесь вставьте соответствующее, например “конь сбросил Зену на Габриэль и они слились в страстном поцелуе” или “тяжело раненая Мисато Кацураги целует Синдзи, отправляя его в последнее сражение, отдает ему свой крестик и погибает” я опять за свое, вы этого не видели).

Если совсем ломает, можно использовать только одну из двух этих опций, все равно будет хорошо.

3. Заключение. Пишется из вежливости и потому что наш мозг любит завершенность действий.

- С нетерпением жду ваших следующих работ/глав/элегий/баллад/эпитафий.

Готово, вы прекрасны.
Если вы думаете, что я шучу, то я не шучу. Это действительно важно для всех, кто бессонными ночами пялится покрасневшими глазами в мониторы и стирает клавиатуры в пыль.
Берегите ваших авторов, они и так каждый божий день чувствуют себя самозванцами, даже те, у которых с виду мания величия и вообще без ваших отзывов все прекрасно.

Помните — только вы можете спасти нас, бедных больных котиков! От вас зависят судьбы целых книг!

А теперь вы берете эту инструкцию, открываете "Восемь сантиметров до неба", и... ну вы поняли 😁

Я, белая эмигрантка, разговариваю в переулке со своей вьетнамской соседкой, с соседкой, принадлежащей к коренным народам, и белой соседкой из местных, предки которой прибыли на эту землю два поколения назад.
Я могу стебаться на тему эмиграции и белизны, но не могу шутить о коренных и вьетнамцах, вьетнамка может шутить об эмиграции, белых и вьетнамцах, но не может о коренных, коренная может шутить над всеми нами и коренными — это ее земля, и мы здесь непрошенные гости, белая местная может шутить о белых мужчинах и нашей с ней белизне, но не о моей принадлежности к эмигрировавшим, и уж точно не обо всех остальных. Расклад грубый, и у него есть сотня нюансов (например, я исключаю вероятную гомосексуальность участниц во имя упрощения иерархического расклада), но это разговор не столько о юморе, сколько о гуманизме и эмпатии.

А пока я сплю, постарайтесь сохранить человеческое достоинство в моих глазах, если вас потянет оставить комментарий.

И напоследок сделаю доброе дело, оставлю ссылку на @queersubtitles в инстаграме, возможно, кто-то из травоядных украдет ваше сердце.

Однажды мы с вами перепрыгнем эту планочку, но пусть останется здесь на память о том, что и не такое бывает возможным.

Напоминаю, что на этой неделе у моей любезнейшей жены, Натальи Михайловны, день рождения, поэтому я посвящаю эту неделю ей и каждый день буду выкладывать по одной истории о ее приключениях. Не переключайтесь, скоро в эфире рассказ о том, как Наталья Михайловна встретилась с Ужасной Канадской Миллионершей.

Наталья Михайловна и Ужасная Миллионерша

Однажды наша подруга Пола, которая до выхода на пенсию занималась международной документалистикой, а ныне превратилась в неугомонную путешественницу, сообщила, что должна познакомить мою жену с людьми, которые знают как жить эту жизнь, и могут дать хороших советов по бизнесу.

Это были наши первые месяцы в Канаде, и мы остро нуждались в советах о том, как жить эту жизнь, потому что едва мы научились жить в Камбодже: запивать мартини россо жареных тарантулов, ловить наволочкой сухопутную рыбу и технично вытряхивать из лифаков крылатых термитов, — как нас вместе с собакой унесло в западном направлении. Поэтому Наталья Михайловна в сопровождении Полы выехала в двухдневную командировку в местный Куршевель (под названием Вистлер, но это не очень важно, выглядят они один в один), где раз в году собираются ванкуверские бабулинды-лесбиянки под предводительством Ламбердины ван Хельсинг, престарелой коршуновидной королевы туристических перевозок.

(Имя у Ламбердины выдуманное, но экстремально близкое к натуральному)

По дороге Пола объяснила, что Ламбердина происходит из нищей многодетной семьи, где кормили одной картошкой, а голландский батя любил приложить отпрысков лопатой, которой копал картошку в те дни, когда не лежал мертвецки пьяным под гнетом трех литров картофельного самогона. На закате жизни Ламбердину настигло полное просветление, она написала толстую автобиографическую драму с элементами выхода в астрал, напечатала тираж, подходящий для бестселлера уровня “Большой маленькой лжи”, методично проставила внутри свои автографы и теперь раздавала всем, кто не успел сбежать или плохо прятался.

В связи с тем, что на курорте Наталья Михайловна оказалась самой юной да еще и одинокой на вид участницей, среди бабушек случился небольшой переполох навроде отравления спорыньей, в народе называемого “ведьминой корчей”. Одна бабушка в порыве безумия ворвалась к моей жене в душ, сбросила с себя вообще все покровы и плотоядно наблюдала, как же она выкрутится из этой неловкой ситуации. Другая бабушка взялась катать ее на кабриолете с мороженым, а однажды, уже в Ванкувере, при живой мне, без всякого стыда преподнесла ей в дар волнующего вида серебряное украшенье. И глазами в мою сторону так сделала, мол, еще поглядим, кто кого.

Все остальное время, когда хищные бабулинды не были заняты охотой на Наталью Михайловну, они ползли на животах за Ламбердиной, пытались целовать ей ноги и просили осенить их ее миллионерской мудростью. То есть сразу было понятно, кто здесь восьмидесятилетняя альфа-самка. В ее сторону указывала протертая свитой дорожка голой земли.

К тому моменту, как медленный взгляд Ламбердины пал на Наталью Михайловну, та уже успела изрядно охуеть от происходящего и захотеть домой, но желание открыть в Ванкувере маленький свечной заводик пересилило гордыню.

На второй день миллионерша взяла мою жену под руку и повела ее в лес на прогулку.
— Милое мое амбициозное дитя, — сказала Ламбердина ван Хельсинг, когда они зашли поглубже в чащу и секвойи сомкнули над их головами свои монументальные ветви, — сейчас я расскажу тебе никому прежде неведомую мудрость о бизнесе. Чтобы заработать деньги, действительно большие деньги, тебе нужно приобрести что-нибудь и продать это с наценкой. Вот один человек купил яблоко и продал его по цене двух. На эти деньги он купил два яблока и продал их по цене четырех. Затем он купил четыре яблока и продал их по цене восьми…

Приблизительно на двухстах пятидесяти шести яблоках Наталья Михайловна принялась строчить мне из леса сообщения с просьбой прислать спасательный вертолет и конную полицию. Или хотя бы ампулу с цианистым калием.

Когда их душеспасительный коучинговый круиз по лесам подошел к концу, и пришло время ужина в Куршевельской столовой, Ламбердина милостиво подарила Наталье Михайловне экземпляр своей книги и усадила по правую руку за длинным столом, где уже собралась вся остальная почтенная публика.
— Можешь поливать мои венские вафли кленовым сиропом, милое амбициозное дитя, — разрешила она.
#неделя_жены

Ужин предполагал светские разговоры, но все светские разговоры почтенных леди были переговорены тысячу раз, поэтому их взгляды обратились на малоизученную юную гостью.
— Каким вы видите свое будущее в Канаде? — томным голосом поинтересовалась одна из сладострастниц.
— Да ничего такого, — пожала плечами Наталья Михайловна, — я бы хотела построить маленькую компанию и заработать достаточно денег, чтобы мы с женой купили здесь дом.

Поблизости раздался странный звук. Это Ламбердина подавилась венской вафлей и теперь бледнела, багровела и царапала ногтями крахмальную скатерть.
“Что я такого сказала?” — собиралась было подумать моя жена, но миллионерша уже схватила ее за локоть, прошипела: “Пойдем выйдем!” — и потащила на улицу, поговорить без свидетельниц.

На улице Ламбердина прижала ее спиной к стене отеля и принялась яростно выговаривать:
- — Ты не права, когда говоришь нам такие чудовищные вещи! Это огромное неуважение ко всем нам! Мы, канадцы, были так добры, что приняли тебя здесь, в своей стране! И вот сейчас ты, эмигрантка, сидишь и смеешь говорить нам, что ПРИЕХАЛА СЮДА ЗАРАБАТЫВАТЬ ДЕНЬГИ?!! ДА КАК ТЫ СМЕЕШЬ?!

Наталья Михайловна, которая курортным сюрпризам уже не удивлялась, поскольку у нее отключились последние эмоциональные функции, аккуратно оторвала от себя разгневанную коршуницу:
— Я права, когда говорю любые вещи, - сообщила она ей. — И вообще-то, судя по документам, я такая же канадка, как и ты.

Домой она вернулась задумчивая. Объявила, что мы как-нибудь сами разберемся, как жить эту жизнь, и что, пожалуй, никогда не станем покупать кабриолет. А через несколько дней позвонила Пола и спросила, что произошло между ней и Ламбердиной в Куршевеле, если при любом упоминании Натальи Михайловны уважаемую леди начинает бить припадок.

— Да ничего такого, — ответила Наталья Михайловна, которая лучше всех в мире умеет экономить слова, когда того требуют дипломатические обстоятельства, — мы просто собираемся купить два яблока и продать их по цене четырех, как она нам и завещала.

#неделя_жены