​Подъем национализма в Украине: цифры

👉 Снизилось число украинцев, говорящих дома только на русском (до начала войны - 26%, сейчас - 15%). Только на украинском говорит примерно половина.

👉 Заметно расширилось позитивное отношение к историческим национальным деятелям. К Хмельницкому с 73% до 92%, к Грушевскому с 68% до 83%, к Мазепе с 53% до 76%, к Бандере с 36% до 74%, к Петлюре с 30% до 49%.

👉 Украиноговорящие украинцы на первом месте (95%) по позитивному отношению среди жителей разных мест, включая Россию (9%), Беларусь (22%), ЛДНР (27%), Крым (42%), украинских ервеев (60%) и украинских венгров (48%).

На втором месте - русскоговорящие украинцы (57%). Причем после начала войны отношение к ним улучшилось на 20%, а к евреям, живущим в Украине, на 9%. Значит растущий национализм в значительной мере гражданский, модерного типа, а не консервативный, связанный с почвой и кровью.

Текущий процесс подъема национализма можно назвать чем-то вроде "дерусификации". Происходит пересмотр исторической памяти, связанной с Россией и СССР и переосмысление украинцев как одного из европейских народов с собственной культурой и историей.

Хорошо это или плохо? Наверно сейчас не мне судить, но мои товарищи в Украине видят недостатки в этом национализме. Потому что исторические мифы это, конечно, хорошо, но все-таки противостояние сейчас идет между свободой и несвободой, важно это подчеркивать.

Подробнее смотрите в недавнем исследовании Рейтинга.

​Беларуская молодежь и политика: исследование

Вчера закончили исследование, которое я помогал делать Молодежному блоку. Основные цифры и выводы можете посмотреть в отчете, тут напишу несколько интересных на мой взгляд инсайтов:

🔎 Сторонников власти сильно волнуют экономические проблемы.
Приверженцы перемен чаще говорят об актуальности политических проблем: репрессии, нечестные выборы, несоблюдение прав человека. Среди сторонников власти на первом месте экономические проблемы: цены, зарплаты, приобретение жилья, безработица. Чтобы достучаться до этой аудитории, можно пробовать показывать связь экономики и политики.

🔎 Заряженным на действие сторонникам перемен - митинги и пикеты, более пассивным и лояльным к власти - петиции и волонтерство.
Активная протестная молодежь чаще всего отмечает в качестве приемлемых политических методов демонстрации и пикеты. Менее активная часть молодежи и сторонники власти выбирают петиции и волонтерство. Это полезно знать, чтобы лучше понимать как мобилизовать разные группы молодежи.

🔎 Сторонники власти меняют политику на семью.
Протестная молодежь исповедует демократические взгляды и считает важным участвовать в политике. Среди сторонников власти политика - это когда сильный лидер сам все решит, а простым людям туда соваться нечего. Вместо этого они гораздо чаще отмечают важностью семьи и детей.

🔎 Исследование пилотное, есть проблемы с репрезентативностью, поэтому, судя по всему, данные перекошены в сторону протестных настроений примерно на 15%. Но примечателен сам факт перекоса. Российским социологам приходится копаться в методологии, объясняя, почему на самом деле поддержка власти не такая большая как в опросах. Нам, наоборот, пришлось разбираться откуда перекос в протестные взгляды.

Аналитический отчет
Табличный отчет

Люди читают медиа, соответствующие их взглядам, или их взгляды определены медиа, которые они читают?

В разных исследованиях мы регулярно видим, что одно из главных различий между сторонниками и противниками власти в Беларуси - это медиа, которые они читают и смотрят.

Вопрос: люди выбирают источник информации, руководствуясь своими политическими взглядами, или, наоборот, их взгляды меняются в соответствии с месседжем СМИ, которые они читают?

На этот вопрос стремится ответить опубликованное несколько месяцев назад исследование. Мне давно его скинула колежанка, но только сейчас дошли руки посмотреть. Опрос по национальной выборке провели в сентябре 2020.

Поскольку поле они заказывали у беларуского социологического центра, прямые политические вопросы задать не получилось (они запрещены законом). Это главная причина почему окончательного ответа на поставленный вопрос исследование не дает.

Чтобы замерить политическую ориентацию людям предлагали большой список социальных проблем: от безработици и экономического роста, до борьбы с ковидом и защиты прав этнических меньшинств. Респонденты должны были выбрать три проблемы, которые по их мнению стоят перед страной. Если в ТОП-3 человека входила свобода прессы - людей относили, грубо говоря к противникам власти, если конституционная реформа, которую в качестве своего варианты "перемен" предлагал Лукашенко - то к сторонникам власти.

Для ответа на вопрос автор исследования провел две процедуры:

🔎 Регрессионный анализ показал наиболее сильную связь политической ориентации с чтением независимых медиа и возрастом, в сравнении с другими характеристиками, вроде пола, региона, образования и тд.

🔎 Специальный статистический метод анализа простого посредничества Хейса показал, что от одной трети до двух третей влияния всех социально-демографических характеристик на политическую ориентацию - опосредовано выбором СМИ.

Что это значит? Выбор СМИ сильнее всего остального, кроме возраста, коррелирует с политической ориентацией. Причем в значительной части случаев (от трети, до двух третей) люди по разным причинам начинают читать определенные медиа и проникаются транслируемой там политической ориентацией.

Думаю, эти значения объема влияния завышены. Потому что в качестве индикатора протестной ориентации была выбрана поддержка свободы СМИ, что не равно поддержке протеста или готовности в нем участвовать. Читатели независимых СМИ более склонны отмечать, что свобода СМИ важна - в какой-то мере оба вопроса могли замерять одно и тоже. Так же и с конституционной реформой - хотя ее и предлагал Лукашенко, но другую конституционную реформу предлагал Бабарико. Тут все зависит от тонкостей формулировки вопроса и ответов.

В любом случае исследование показывает, что СМИ - не просто передают уже существующие настроения или "отражают реальность". Медиа имеют собственный эффект на политические ориентации людей. Этот эффект достаточно большой, настолько, что его без проблем можно "схватить" статистическими методами.

Это важный результат для понимания вопроса и хороший задаток для дальнейших исследований.

#media_studies

На графиках показано количество людей по ежедневному доходу. Данные учитывают инфляцию и разницу в ценах между странами.

📈 В начале 19 века большинство населения мира жило в бедности, если судить по сегодняшним меркам.

📈 Ко второй половине ХХ века произошла поляризация: большинство населения Азии и Африки были за чертой бедности, тогда как Европа и Америка вырвались вперед.

📈 Сегодня значительная часть Азии и Африки остается бедной, но поляризации больше нет.

Российские пользователи заблокированного Instagram переходят в Telegram.

Протестно настроенные беларусы чаще не видят вины простых людей в том, что с нашей территории атакуют Украину - так думает 49%. Считают, что вина простых беларусов в этом тоже есть - 40%.
Примечательно, что когда в самом начале войны спрашивали не про народ в целом, а про личную ответственность, 78% отмечали, что чувствуют ее.

Возможно за три месяца произошло уменьшение осознания ответственности/вины, как обратная сторона распространения идеи "Лукашенко ≠ беларусы". Другое объяснение - вместо абстрактной коллективной вины, беларусы предпочитают думать о собственных действиях.

​"Ментальная демократизация": исследование изменений политических ценностей беларусов

Среди причин беларуской революции 2020 многие называют изменение ценностей в последнее десятилетие. При этом ссылаются на международные исследования исследования World Walues Survey и European Values Syrvey.

Статья "Ментальная демократизация" - краткий ликбез по динамике цифр этих опросов. Без лишних подробностей и сложных моделей автор показал как менялось отношение к разным режимам и уровень патернализма, связал эти цифры с динамкой нескольких индексов демократии.

Большой недостаток анализа - отсутствие данных об отношении к политическим режимам партисипаторной и прямой демократии. Потому что недавние исследования в других странах показывают, что разочарование в либеральной и представительной демократиях часто связано именно с интересом к самоуправлению, а не к авторитарным моделям. Это, конечно, не укор автору, таких данных по Беларуси просто нет. Это идея для будущих исследований.

Укор автору - это ужасная визуализация. Почти все отчеты беларуских социологов этим страдают, но тут апофеоз. Не просто безобразно, что затрудняет восприятие, но вопиюще не грамотно - подобраны графики, не соответствующие типам данных.

Карл Ясперс "Вопрос о виновности"

Пока я ее дочитал, только ленивый не порекомендовал эту книгу. Она действительно созвучна с обсуждаемыми сегодня вопросами. Автор по полочкам раскладывает вину Германии и немецкого народа во Второй мировой войне. Предложенная модель легко переносится на вопрос о виновности жителей России и Беларуси.

Ясперс выделяет уголовную, политическую, моральную и метафизическую вину. Разбирает кто может выступать судьей в каждом из случаев, какие есть способы самооправдания и в чем заключается искупление. В интернете полно выжимок и пересказов, где можно прочитать про это подробнее.

Книга написана сразу после войны. Поэтому в качестве прямых практических выводов для немецкого народа Ясперс предлагает покориться политической воле победителей и принять Нюрнбергский процесс.

Сегодня война в самом разгаре и эти выводы выглядят не актуальными. Ситуация требует не пассивного принятия и признания вины, а активных действий. Все упирается в сложившиеся социальные и политические условия, в которых сложно сформулировать успешную стратегию борьбы с режимом и саботажа войны. Поэтому усилия нужно направить на разработку такой стратегии. Людей, чувствующих ответственность и готовых к действию как только появится надежда на успех, предостаточно что в Беларуси, что в России.

Впечатляет сам факт, что многие абзацы слово в слово описывают сегодняшнюю ситуацию. Про сделки с совестью, пропаганду, политические преследования, военные преступления. Если уже тогда можно было вынести все уроки, почему сегодня снова фашиствующий режим развязал войну в Европе и угрожает мировой бойней?

Ясперс дает ответ в небольшом предисловии 1963 года к этой же книге. По его мнению, предотвратить подобные трагедии можно, создав универсальную мировую юрисдикцию. Чтобы государства не закрывали глаза на преступления в соседних странах. Тогда любой, получивший преступный приказ, будет знать, что международные органы незамедлительно вмешаются и он будет наказан, если подчинится. Тогда были бы невозможны диктатуры и войны. Нюрнбергский процесс этого не сделал. Поэтому Ясперс в нем разочарован: не были даже расследованы бомбежки союзниками Дрездена, а среди судей были представители преступного советского режима.

Сегодня мы видим продолжение этой логики. То тут, то там, слышны призывы к ограничению поставок оружия Украине, кто-то поговаривает о необходимости отдать Путину часть территории. Все это означает закрыть глаза на преступления России. Этого не будет, но, в основном, не по воле каких-то международных органов, а потому, что украинцы не хотят оккупации.

Это и тема в копилку будущих дискуссий о послевоенном устройстве. Идея универсального суда выглядит наивной и противоречащей самой природе государств, как монополий на насилие в рамках своих территорий. Государство - это и есть возможность в крайнем случае совершить преступление ради сохранения власти. Насколько тогда будущее без диктатур и войн совместимо с самой идеей такой монополии?

Несколько наблюдений о взаимопомощи в Украине и Беларуси

👉 По апрельским данным среди украинцев 35% волонтерили, чтобы помогать гражданским и военным. Понятно, что этот всплеск - ответ на войну и связанные с ней угрозы. Но на какие именно? Речь может идти, например, про опустошения и бедность, про угрозу диктаторского оккупационного режима или про подавление культуры.

Недавние опросы показывают, что главная - это угроза самой жизни, физическому существованию. Среди списка прав, включающего политические, социальные и экономические гарантии, по важности с большим отрывом лидирует право защищать свою жизнь (58%). Аналогично, среди основных угроз безопасности, включающих экологию, социальную защиту, коррупцию, на первом месте безопасность жизни (52%) и защита от военных действий (52%).

Выходит, что всплеск взаимопомощи - это ответ на войну, как угрозу выживанию.

👉 Похожая ситуация была в Беларуси, когда много самоорганизации и инициатив взаимопомощи появилось в ответ на пандемию, а затем на насилие государства. Еще один пример - взаимопомощь в США во время бедствий от урагана Катрина 2005 года. То есть опыт Украины в этом не уникален, широкая солидарность регулярно возникает в ответ на массовую опасность для жизни.

Это как раз та закономерность, которую подчеркивал Кропоткин: для выживания люди прибегают к взаимопомощи. При этом я не думаю, что его биологизаторское объяснение достаточно обосновано. Вряд ли это закон эволюции. Потому что люди в отличие от механизмов и даже животных пропускают все через сознание и выбор - здесь не возможны никакие законы. Может, тут работает обычная прагматика - взаимопомощь и кооперация более эффективны. Люди могут позволить себе иерархии и рыночные отношения в спокойное время, но не в критических ситуациях.

В любом случае массовая взаимопомощь возникает как материальный феномен. Она вызвана факторами биологической жизни, а вовсе не культурными причинами. Кажется это противоречит распространенном в нашей среде представлению, согласно которому подобные практики должны стать реализацией высокого идеала, например анархических принципов.

👉 Интересно как по-разному эта взаимопомощь встраивается в политическое поле.

В Украине общество консолидируется если не вокруг государства, то в тесном сотрудничестве с ним. Большинство людей доверяют всем органам власти, почти все (93%) считают государство эффективным.

В Беларуси во время ковида отношение к государству было "спасибо, что не мешаете". После начала массового ментовского террора, самоорганизация и взаимопомощь были направлены уже против государства, которое стало источником угрозы для жизни.

О подходах к анализу государства

Если говорить грубо, опустив важные в других случаях тонкости, можно выделить четыре подхода к пониманию государства. Прокомментирую либеральный, марксистский и правый подходы, а затем пару слов об анархическом.

Либеральный подход видит в государстве результат общественного контракта, консенсуса разных социальных групп. Марксизм смотрит на него как на силовой и идеологический инструмент, которым правящий класс держит в узде угнетенный класс. Правые говорят о государстве, как об организационной форме "воли к власти", силовом аппарате для борьбы с другими государствами.

В общем-то ни один из этих подходов не объяснит как сегодня устроено государство в Беларуси и, похоже, в России и многих других странах.

Легко увидеть несостоятельность либерального подхода. Общественный консенсус в Беларуси про демократический, но он не приводит к изменению в государственных институтах. В России государство формирует общественный консенсус, а не наоборот. Интересно, что наиболее частый ход среди тех, кто мыслит в либеральной традиции, это объявить режимы в РФ и в РБ не современным, монархическими. Это отказ от анализа, ведь способы подчинения и эксплуатации в этих режимах не имеют почти ничего общего с династическими государствами.

Марксистский подход тоже не поможет понять происходящее. Ведь это не Путин и Лукашенко - марионетки крупных собственников, а крупные собственники - это "кошельки" режимов. Да и сама система эксплуатации, хотя и является во многом обычным рациональным капитализмом, в немалой степени строится на авантюристическом капитализме - пресловутых "схематозах".

Правый подход подходит больше, потому что сами правящие элиты им руководствуются, считая грубую силу опорой государственной власти. Однако в таком случае нельзя увидеть экономические интересы и дискурсивные противостояния, которые также играют огромную роль в происходящем. Кроме того, объяснение конфликтов внутри государств через внешнее противостояние не выдерживает критики.

Каждый из трех подходов страдает редукционизмом, сводя всю сложность действующих факторов к социальному контракту, интересам капитала или межгосударственной борьбе. Более интересные нередукционистские модели предлагают современные социологи, специализирующиеся на изучении политической власти, вроде Майкла Манна, Чарльза Тилли, Теды Скочпол, Пьера Бурдье.

Поразительным образом эти авторы практически игнорируют анархистскую традицию, где задолго до них государство анализировалось с нередукционистских позиций. Анархисты подчеркивали и подчеркивают множественность и не сводимость друг к другу военных, экономических и дискурсивных механизмов угнетения. Чего только стоит знаменитая формула Кропоткина, называвшего государство "взаимным страхованием попа, солдата, судьи, помещика и капиталиста". Приведу только один пример продуктивности этого подхода. Победив на дискурсивном поле, будучи сильнее государства в символических акциях и медиа-работе, мы лишили власть только одной опоры и, вопреки нашим ожиданиям, она смогла устоять, сохранив экономический и силовой аппарат. Этот результат можно было бы предсказать если бы мы с самого начала последовательно не сводили силу государство только к символическому полю.

В общем, происходящие в последние 2 года события оголяют основы социального порядка, позволяя если не поставить точку, то сильно сдвинуть многие теоретические споры. Например, стало ясно, что если мы хотим понять что такое государство - лучше всего начинать с анархических классиков.

Пока мы тут теоретизируем, товарищ рискует за нас жизнью. Как и многие другие. Важно всегда держать это в уме и поддерживать тех, кто на передовой

​​Смерть поцілувала мене в сраку. Все почалося з того, що ми зайняли «спірне» село, і вже через годину москалі почали крити нас із важких мінометів. Я вже знав як це працює: біжиш у бік окопу, а щойно чуєш характерний свист, падаєш у якесь заглиблення.

До укриття було недалеко, однак міна засвистіла аж надто сильно, і я стрибнув у канаву. Пощастило, бо вибух стався у двох метрах від того місця, де я заліг. Враження було, ніби череп розчиняється у повітрі, а його вміст наповнюється димом.

Після цього я став бігти далі, і коли був готовий стрибати в окоп, прилетіла ще одна міна. Її уламок прошив ремінь автомата і його цівку. Жахливі події ще тільки починалися, однак моя срака лишилася неушкодженою завдяки дерев'яній частині зброї.

Війна це зовсім не романтично. Війна це брудно, боляче, небезпечно та важко.

@penultimate_resort

​Восприятие экономической ситуации в Беларуси

Несколько дней назад компания Satio выложила исследование* потребительского поведения беларусов. Оно позволяет понять, как люди воспринимают ситуацию в экономике.

🔹 Около половины (52%) отмечают, что их доходы уменьшились за последний месяц. Приблизительно треть (35%) отмечает, что в ближайший месяц они еще уменьшаться. Чаще экономить стали 65% беларусов.

🔹 Основные причины падения доходов - рост цен (отметили 62%) и изменение курса рубля (45%).

🔹 Что экономическая ситуация в стране за последний год ухудшилась, считают 41%, что ухудшится в будущем - 49%.

При этом, большое число недовольных экономической ситуацией само по себе ничего не говорит о протестном потенциале.

Как показывают опросы, экономический пессимизм - норма для нашего региона. Люди традиционно считают, что ситуация плохая и будет только хуже.

Протестные подъемы, бунты и революции, если они вызваны экономическими причинами, происходят не из простого недовольства, а из кардинального разрыва ожиданий и реальности. Если люди настроены на постепенное ухудшение ситуации, а происходит резкий обвал - возникает возмущение. Как, например, во время недавней стачки на молокозаводе в Молодечно, когда работникам сократили зарплату в два раза. Но если ожидание постепенного ухудшения соответствует реальной ситуации в экономике, такое недовольство, парадоксальным образом, выступает прививкой от протестного возмущения.

* Дата поля - 19-25 апреля, городские интернет-пользователи 18-64 лет.

Вчера в Минске социологине Татьяне Водолажской присудили 2,5 года химии

Это срок за то, что она занималась исследованиями и образовательными проектами, которые шли в разрез с политикой государства. По сути, это приговор за профессию "социолог".

Государство и раньше подавляло неподконтрольную социологию. Цензура, выдавливание из страны, уголовные дела против независимых опросных компаний. Текущие репрессии стали окончательной зачисткой всего за пределами ничего не стоящих официальных академических структур.

Надеюсь эти события навсегда отвернут социологическое сообщество от идеи неагажированной социальной науки. Не говоря про этическую ответственность публичных интеллектуалов, само право заниматься наукой приходится завоевывать и поддерживать.

​Два вывода на основе мнения украинцев о миграции

👉 Декларируемое желание уехать в случае ухудшения ситуации прямо коррелирует с возможностью это сделать. Например, серди тех, у кого есть возможность уехать в другую область Украины 45% говорят, что хотят это сделать. Тогда как среди тех, у кого возможности уехать нет - о таком намерении заявляют только 7%.

Наверняка тут есть погрешность инструментария - кто-то из респондентов мог не вчитываться в различие формулировок в одно слово. Также может работать правило: "У желания тысячи возможностей, у нежелания - тысячи причин". Однако в целом, это хорошая иллюстрация известной закономерности: мнение людей во многом обусловлено объективными условиями в которых они оказались.

👉 Сами цифры тоже интересны. Например, только 18% украинцев отвечают, что у них есть возможность уехать за границу. В этом свете позиция товарищей из Интернациональной федерации анархистов, предлагающих тактику отказа от сопротивления в пользу, например, бегства, выглядит оторванной от реальности.

Данные: Gradus Research, поле - 20-22 мая 2022, городские интернет-пользователи.

▪️Около трети (31%) проживающих в Польше беларусов сталкивались с дискриминацией из-за своего происхождения после начала войны.

▪️Среди форм дискриминации преобладают оскорбления от незнакомцев при общении лично (сталкивались 11% беларуской диаспоры) или в интернете (7%). Распространена также дискриминация при обслуживании в банке (7%), поиске жилья (5%) и работы (5%).

▪️При этом подавляющее большинство беларусов Польши (83%) лично участвуют в помощи Украине.

Подробнее об отношении диаспоры к войне, дискриминации и помощи Украине смотрите в свежем исследовании.

Влияние предполагаемого влияния медиа

Еще одно исследование в копилку понимания работы пропаганды провел калифорнийский профессор Хайфенг Хуанг в 2018 году, показав её опосредованный механизм. От участия в сопротивлении часто отворачивает не прямое влияние пропаганды на взгляды людей, а их представление, что она успешно обманывает и запугивает других.

Опросный эксперимент проводился на китайской выборке. Её случайным образом разделили на пять групп, где четырем показали реальные пропагандистские материалы китайских госсми, а одну оставили в качестве контрольной. Респондентам задали вопросы о собственной политической позиции, а затем уточнили как по их мнению на эти вопросы ответил бы "средний человек" после просмотра тех же материалов.

В первой части с помощью регрессионного анализа и статистического теста автор установил, что просмотр пропаганды значимо меньше влияет на собственную позицию людей, чем на их представление об изменении позиции "среднего человека". Речь идет о взглядах на общие перспективы Китая, оценке чувствительности государства к потребностям людей и способности удерживать стабильность и порядок, а также о готовности участвовать в протестах.

Во второй части автор использовал статистический метод анализа посредничества. Он показал, что пропаганда уменьшает готовность людей к протесту косвенно, путем снижения в их восприятии готовности протестовать у сограждан.

В авторитарных странах мало кто может позволить себе не массовый, а значит неэффективный протест, ведь после него последуют репрессии. Значит такой эффект пропаганды играет ключевую роль: люде не будут присоединяться к сопротивлению, если думают, что другие подвержены пропаганде.

Поэтому важно, чтобы информация о реальных взглядах других доходила до общественности. Пока митинги и шествия не получаются, возможно нам стоит пересмотреть отношение к сборам подписей и разного рода голосованиям. Сюда же относятся соцопросы. В Беларуси противостояние пропаганде важно, но только частично решает проблему. Потому что всеобщая запуганность - это результат не только работы СМИ, но и реального опыта массовых репрессий.

К слову, показанный в исследовании механизм пропаганды говорит о ее слабости. Она скорее наводит туман, скрывая реальную картину, чем действительно кого-то убеждает. Как мы знаем, этот туман моментально спадает, когда какое-то событие показывает, что противников власти много.

#media_studies

Около трети (31%) беларусов в Польше сталкивались с проявлениями дискриминации после начала войны. Это сопоставимая цифра с распространенностью дискриминации ЛГБТК, среди которых с ней сталкивались около половины (47%).

Не смотря на сопоставимую распространенность, уровень дискриминации беларусов в разы ниже. Беларусы реже сталкиваются с оскорблениями, проблемами про поиске работы и жилья, необходимостью скрывать идентичность.

К тому же, ограниченность данных не позволяет сравнить уровень дискриминации в других сферах. Например, в медицине, где ЛГБТ-люди вероятно сталкиваются с ней гораздо чаще беларусов.

Учитывая эти цифры, можно представить особенно уязвимую позицию, в которой оказались ЛГБТ-люди, бежавшие в Польшу из Беларуси.

Согласно недавнему Народному опросу, 46% протестной аудитории чувствуют себя безопасно, обсуждая политику в Беларуси. Подавляющее большинство продолжают это делать. Значит тотальный контроль за "мыслепреступлениями" все еще не ощущается. Хотя уровень страха очень большой, ведь речь идет даже не об участии в акциях или публичных высказываниях.

Наибольшая часть людей безопасными считают такие разговоры на улице (33%) и в мессенджерах (31%), а небезопасным - по телефону (73%). Возможно, это стоит учитывать для планирования коммуникации в протестных инициативах.