🍷 Ежемесячная подписка.
Для регулярного поддержания lookmomicanscript в тонусе и увеличения количества разборов.

​​Привет.

Меня зовут Маркс, я изучаю сценаристику, сторителлинг и кинодраматургию, «look mom i can script» — моя рабочая тетрадь.

Актуальное оглавление канала с главными ссылками и избранными материалами — здесь.

А ниже немного о том, что здесь вообще происходит.

• #scripted_start / #scripted_final / #scripted
большие разборы сценариев с переводами

• #shorts
маленькие разборы сценариев без переводов

• #writers
новости о сценаристах и их работах от них самих или их коллег

• #essay
эссе, статьи и прочие полезные материалы о сценаристике и сторителлинге

• #awards
сценарные церемонии, премии и награды

• #digest
ежемесячный дайджест интересных постов с других каналов

• #read / #watch / #listen
способ употребления

​​Телевидение — отстой.

Все это знают. То есть, да, конечно, можно быть более аккуратным в формулировках и даже вспомнить несколько исключительных примеров, доказывающих обратное — но давайте честно: когда вы в последний раз видели действительно, по-настоящему крутое телешоу или сериал, сделанный не для одной из стриминговых платформ, а для традиционного телевидения?

Телевидение — это скучно.

Объективно. Это вопрос не вкуса — ассортимента. Пока стриминги стремятся к расширению своих библиотек и предлагают контент на любой вкус, телесети используют то, что безопасно. Снова и снова и снова одни и те же, «проверенные временем», сюжеты о крутых полицейских и одиноких домохозяйках. Ни творческой свободы, ни смелых решений, только количество, преобладающее над качеством.

Телевидение — это неудобно.

И никогда не было. Разговор о современной культуре потребления — это разговор для отдельной статьи, правда, но традиционное телевизионное расписание, вынуждающее смотреть любимое шоу в определённое время — это рудимент, под каким углом не посмотри. А огромное количество рекламы и цензура окончательно удавливают даже малейшую инициативу.

Телевидение — это непрактично.

Никто не смотрит телевизор. Казалось бы, раз это бесплатно, то и зрителей должно быть больше, правда? Правда ведь? Но нет. Будто мало того, что регион телевещания ограничен территориально, так ещё и количество телезрителей неизбежно сокращается: в США цифры уже достигли рекордно минимальных значений, в РФ рынок хоть и специфичный — тенденция в целом та же.

Телевидение — это не выгодно.

С одной стороны, это следствие описанных выше проблем, с другой — причина, но в конечном итоге бюджеты эфирных и кабельных сетей не выдерживают сравнения со стриминговыми. Дешевле картинка, дешевле актёры, дешевле авторы, естественно. Телевидение может обеспечить стабильность, если придумать «Друзей», например (или хотя бы попасть в их авторскую комнату), но в этом и проблема.

Телевидение — умирает.

Это грустно, но это правда. Может быть, вещи поменяются и однажды телевидение станет великим снова. Но сейчас — слишком другое время. Сейчас телевидение в хреновом состоянии. Сложно представить, что кому-то в здравом уме может прийти желание написать действительно, по-настоящему крутое шоу для традиционного телевидения. Потому что для этого нужно пойти на многое и совершить невозможное.

Но если ты действительно любишь это — останется только придумать: как?

Вот с этим и попробуем разобраться в ближайшие пару недель, разбирая пилот «Начальной школы Эбботт» — телевизионного сериала, который сломал всё. Нет, он не поменял сразу всю систему, конечно же, но его значимость невозможно переоценить. Причём, внимание к нему не перестаёт расти в геометрической прогрессии без проседаний уже три сезона подряд.

Самая популярная комедия сезона ABC у зрителей в возрасте от 18 до 49, хвалебные статьи от авторитетных критиков во всемирных изданиях, 15 номинаций «Эмми», в том числе за «лучшую комедию» (дважды) и «лучший сценарий» (в кармане), 3 «Глобуса», в том числе за «лучшую комедию», номинации WGA за «лучший новый сериал» и «лучшую комедию», 99% на «Томатах» и 83% на «Метакритике» (и это после трёх сезонов).

И кроме всех этих скучных цифр: это действительно невероятное шоу, которое очень изобретательно ломает правила. Я добрался до «Школы» только прошлым летом, но влюбился в него сразу же, посмотрел залпом оба сезона, с нетерпением год ждал третьего, съел его целиком и хочу чтоб это шоу никогда не кончалось. И это я — фанат лоуфай-трипухи типа «Маньяка» и глубокой супергеройки. Не представляю, что «Школа» делает с учителям.

И в ближайшие пару недель я собираюсь разобраться, как у Брансон это получилось. Каждый понедельник я буду последовательно разбирать каждую сцену пилота и рассказывать о написании сериала и его производстве. И вы можете делать это вместе со мной (или быстрее) — ниже по ссылке лежат оригинал сценария и мой перевод, для удобства.

Присоединяйтесь.

{ 🔦 перевод сценария }
{ 📚 все переводы }
{ ☕️ поддержать канал }

#scripted_start

​​Обычно, Лантимос пишет быстро: закончил с одним фильмом — написал следующий. Но с «Видами красоты» сразу не получилось — потребовалось 5 лет, чтоб написать этот сценарий. Истории нужно было время, чтобы «созреть».

В течение этого времени Лантимос периодически возвращался к сценарию, чтобы взглянуть на него иначе: в другом формате, с несколькими центральными героями и так далее. В конце концов ему удалось прийти к трём несвязанным между собой историям, соединить их между собой в альманахе и найти, как он должен выглядеть.

#news | #writers | #listen

​​{ «Начальная школа Эбботт» | Холодное открытие 1 / 6 }

Пилот «Начальной школы Эбботт» — как и все следующие эпизоды — начинается с холодного открытия (cold open).

Краткий курс истории: примерно 50-60 лет назад производители сериалов для телевидения в США осознали, что зрители обычно переключают канал в самом начале, пока идут вступительные титры, и решили добавлять холодное открытие в свои шоу, чтобы цеплять сразу. Чуть более расширенную версию этой истории можно почитать вот здесь, например.

И в этом смысле Брансон играет по правилам: пишет холодные открытия, которые действительно нужны и каналу, и зрителям. Вот только большинство холодных открытий телесериалов выполняют исключительно утилитарную задачу и работают на восприятие — но не на историю напрямую: помогают вспомнить сюжет, закидывают цепляющие тизеры или просто заполняют пространство гэгами или символизмом.

Брансон делает это иначе: меняет традиционные рекапы, тизеры, флэшбэки, гэги и «сегодня в программе» на действительно важные и осознанные элементы хорошей истории, которые правильно рифмуются между собой и выполняют общую задачу.

#scripted

​​{ «Начальная школа Эбботт» | Холодное открытие 2 / 6 }

На первой странице Брансон рассказывает, что школа находится в Филадельфии.

Это важный маркер, который даже в пилоте ещё неоднократно будет обыгран: «иглз», «UPenn», «тэйсти-кейкс». Умное решение, потому что Филадельфия — возможно лучшее место действия для такого шоу.

Школьный округ Филадельфии занимает третье место по бюджету во всей стране, уступая только Нью-Йоркскому и Бостонскому — но всё ещё испытывает огромные трудности с деньгами.

Школьный округ Филадельфии занимает второе место по чернокожему населению во всей стране — а значит не нужно беспокоиться о неуместной репрезентации и можно просто показывать мир таким, какой он есть.

И Школьный округ Филадельфии занимает первое место в стране по худшим чартерным школам (по факту частные независимые школы, но которые финансируются государством, и которые выступают антиподом государственных школ — таких как «Эбботт»).

Хотя всё это вряд ли беспокоило Брансон. Не уверен даже, что она знала об этой статистике. В первую очередь она хотела сделать шоу Филадельфийским, просто потому что сама родилась и выросла в Филадельфии.

На практике это отразилось не только в мелких деталях, постоянном упоминании спорта, выездных окончаниях учебного года и местных приглашённых гостях, но также на декорациях: хотя всё шоу снимается на студии Warner Bros. TV в Лос-Анджелесе, Брансон хотела, чтоб здание школы выглядело грязно, по-филадельфийски.

Поэтому как только появилась возможность поменять пластиковые панели на настоящий кирпич (когда команда поняла, что шоу продержится больше одного сезона) — этим сразу же воспользовались. А к третьему сезону продакшн-дизайнеры настолько сошли с ума, что заказали настоящие филадельфийские кирпичи.

#scripted

​​{ «Начальная школа Эбботт» | Холодное открытие 3 / 6 }

На второй странице — сразу после информации о Филадельфии — Брансон рассказывает о главной проблеме школы: недостаточном финансировании.

В этом смысле «Школа» появилась не просто в нужное время — а возможно в самое нужное, потому что именно в этот момент учителя массово покидали профессию, окончательно добитые ковидом.

Им нужно было это шоу, им нужно было это внимание и поддержка. И оно сработало — самые лестные комментарии о шоу команда получает от учителей, их родственников, друзей и знакомых.

Но — как и в случае со статистикой — социально-политические высказывания беспокоят Брансон в последнюю очередь. Она лишь стремится писать смешное шоу. Даже когда речь заходит о серьёзных вещах, вроде политики, наркотиков или финансирования — для Брансон смех всегда остаётся на первом месте.

Отчасти именно поэтому она не хочет затрагивать сложные темы, вроде шкул-шутинга, пандемии или забастовок — смеяться над такими гораздо сложнее. Особенно когда перед телевизором в одной комнате собирается вся семья.

Таким образом комедия в «Школе» становится важным инструментом объединения. К счастью, многие типичные школьные проблемы не нужно даже преувеличивать для комедийного эффекта — достаточно просто показать их такими, какие они есть на самом деле.

Хотя это не значит, что Брансон полностью игнорирует актуальную повестку — она умеет работать с трендами и не забывает об этом. Например, один из эпизодов был целиком вдохновлён трендом в тик-токе, в котором дети прыгали по партам.

А в диалогах между персонажами нередко появляются упоминания важных проблем, к которым Брансон хотела бы привлечь внимание, но без нравоучений и навязывания своего мнения.

#scripted

​​{ «Начальная школа Эбботт» | Холодное открытие 4 / 6 }

Кроме создания объединяющего комедийного эффекта, недостаток финансирования, как центральная проблема истории, помогает:

• Сломать троп «белый спасатель»

Обычно, необеспеченные школы из бедных районов становятся инструментом для сюжетов о героях, которые их спасают. Но Брансон показывает «Эбботт» как место, в котором все учителя и дети счастливы, насколько это возможно — даже вопреки обстоятельствам.

• Выделить важность места действия для истории

Школа не может быть обезличенным местом действия — она должна обладать характеристиками, чтобы у зрителя сформировалось чёткое отношение к ней и они могли почувствовать себя внутри, вместе с персонажами.

В первом сезоне авторы постоянно хотели вытолкнуть персонажей за рамки их работы, но Брансон приходилось удерживать их — чтобы помочь зрителю понять этих учителей, которые работают не ради денег.

• Охватить как можно большую аудиторию

Школа и учителя — уже довольно широкая тема, которая объединяет многих. Но для Брансон было принципиально важно создать таких персонажей и такие ситуации, с которыми могли бы ассоциировать себя все, у кого есть повседневная работа, даже если эта работа не связана со школой.

Для этого она обратилась к общечеловеческим темам: отношение к работе, раздражение, усталость, амбициозность. Она пишет человеческие сюжеты вроде истории о проблеме старения в финале первого сезона, отражает общественный запрос на репрезентацию баланса между работой и семьей и дарит отличные жизненные уроки.

Да, не все из нас работают учителями в недостаточно финансируемых государственных школах Филадельфии — но многим из нас приходится работать с тем, что есть. И так история становится универсальной.

#scripted

​​{ «Начальная школа Эбботт» | Холодное открытие 5 / 6 }

Завершается экспозиция беглым знакомством с учителями — Мелиссой, Барб, мисс Швартц и Джейкобом.

Познакомимся с ними ближе чуть позже, здесь они служат по большей части для усиления комедийного эффекта, экспозиции истории Джанин и обозначения общей динамики коллектива, а не как самостоятельные персонажи.

Но важно зафиксировать их приземлённость (которую они ещё обязательно покажут в действии). Для этого Брансон использует максимально эффективный инструмент: стереотипичность.

Типичная суровость, типичная уверенная мудрость, типичный образцовый ботаник и — конечно — типичный персонаж, который не справляется со своей работой.

Таким образом, каждый из описанных элементов — место действия, главная проблема истории и типажи центральных персонажей — выполняют не только собственную, но и одну общую драматургическую функцию холодного открытия.

Они определяют тон истории.

#scripted

​​{ «Начальная школа Эбботт» | Холодное открытие 6 / 6 }

Но почему именно приземлённость?

Глобально — она помогает поверить в происходящее, объединить зрителей с персонажами и использовать общечеловеческие темы. Но здесь важен и контекст.

Как объясняет сама Брансон, она видела клёвые шоу о школах и учителях — например, сериал «Училки» (2016 - 2019) — но ни одно из них не отражало её личный школьный опыт, который был гораздо более приземлённым.

Мама Брансон — Норма Джин — работала учительницей в государственной школе Филадельфии 40 лет. Брансон училась в этой же школе и постоянно оставалась с мамой после уроков, а идея шоу у неё появилась, когда она уже во взрослом возрасте приходила в школу, чтобы провести время вместе с мамой перед её выходом на пенсию.

Но на самом деле за это решение сделать «Школу» приземлённой, ставшее в итоге ключевым, стоит в большей степени благодарить [одних из] создателей мультфильма «Харли Квинн» — Джастина Халперна и Патрика Шумахера.

Потому что Брансон придумала не ситком — она придумала мокьюментари-мультфильм, референсом для которого была «Закусочная Боба». Делать шоу с живыми актёрами она не хотела — это было бы слишком сложно, дорого и долго.

Продать идею никому, впрочем, не получилось, и Брансон переключилась на другие проекты. Так она вернулась к продюсерам Джастину Халперну и Патрику Шумахеру, с которыми познакомилась ещё на сериале «Я — зомби» с Роуз Макайвер (Брансон там исполнила одну из гостевых ролей).

Втроём они занялись разработкой экранизации книги «The End of the World as We Know It» — школьной сай-фай комедии о подростках, которые оказались заперты в подвале, когда планету захватили инопланетяне — в формате сериала для CW.

Это должна была быть история о космическом полицейском, который объединялся с несколькими «голубоглазыми блондинками», чтобы поймать сбежавших инопланетян в неблагополучном районе Лос-Анджелеса. Брансон должна была сыграть одну из «голубоглазых блондинок».

Проект не выгорел. И Брансон вновь переключилась на другие — но Шумахер вернулся к ней и предложил вновь взяться за ту идею о школе, которую не вышло продать. С одним только отличием: он предложил сделать это с живыми актёрами.

Позднее Халперн с Шумахером расскажут, что вписались в проект, потому что увидели удобную возможность просто забивать максимум пространства на странице шутками — как у них это отлично получается с «Харли Квинн», и как самой Брансон тоже хотелось бы делать, учитывая её богатый опыт работы в комедийном жанре.

В конечном итоге Брансон предложила идею «ворнерам» — потому что к тому моменту у неё уже сложились с ними хорошие отношения — им понравилось, они начали думать, в каком формате это можно было бы сделать, предложили нескольким каналам, получили несколько положительных ответов и выбрали ABC — самый семейный телевизионный канал.

Это определило финальный тон истории и все сопутствующие элементы, работающие на реализм и приземлённость. Например, испорченный коврик как центральная проблема пилота — реальная история мамы Джанин, которая ежегодно покупала коврики в свой класс на собственные деньги, потому что прошлые изнашивались, но были слишком важны для класса.

Как большой ксанакс, на который можно сесть.

#scripted

​​Сердечный приступ Маркуса в открывающей сцене новых «Плохих парней» — личный опыт сценариста фильма Уилла Билла.

В 2019 году его привезли всего синего в больницу и врачи успели даже предположить, что он уже мёртв — но всё-таки смогли откачать. Самое удивительное, рассказывает Билл, что после этого он не чувствовал себя уставшим или ослабленным — а даже наоборот.

Так что когда ему поручили написать новых «Плохих парней», концепт уже был готов: Майк обретает нечто, что он боится потерять, а Маркус переживает сердечный приступ с мыслью, что он бессмертный.

Таким образом удалось сохранить общий вкус серии, но за счёт изменения формулы создать новую динамику отношений и подарить новые впечатления (и сборы новой части говорят сами за себя).

А источником вдохновения для этого решения в каком-то смысле послужил «Мэверик», который доставляет удовольствие от ностальгии, но в то же время является абсолютно самостоятельным.

#news | #writers | #read

​​{ «Начальная школа Эбботт» | Первый акт 1 / 7 }

Существует мантра: «раскрывать персонажей нужно не через слова, а через действия». Об этом пишут учебники, учат на лекциях и рассказывают в разборах.

Но, во-первых, в самом по себе раскрытии характеров через слова нет ничего плохого — особенно если они идут вместе с действиями. А, во-вторых, что гораздо важнее: помимо слов и действий, существует и множество других уровней. И не использовать их, когда у тебя всего 20 минут на серию, было бы преступлением.

Поэтому в первой сцене первого акта Брансон раскрывает характер Джанин одновременно через поступки («скатывает испачканный ковёр», «не перестаёт говорить»), слова («я что-нибудь придумаю», «хочу стать такой же») и отношения с другими персонажами («трепет»).

А ещё мне нравится, как эта сцена работает с точки зрения комедии. Сперва мы видели только перспективу Джанин и её восхищение старшими коллегами. А теперь узнаём, что для старших коллег это вообще-то является проблемой.

#scripted

​​{ «Начальная школа Эбботт» | Первый акт 2 / 7 }

Параллельно работают ещё нескольких составляющих визуального слоя.

• Причёски

Руководительницу отдела причёсок зовут Мойра Фрейзер. Эта прекрасная женщина владеет собственным салоном красоты, большинство клиентов которого — настоящие учителя, так что аутентичность причёсок персонажей была обеспечена автоматически.

Но в процессе работы Фрейзер начала ещё и активно общаться со сценаристами (которые постоянно присутствуют на площадке), чтобы выстроить визуальный образ персонажей, опираясь на драматургию их характеров.

Поэтому Джанин поначалу носит одну и ту же причёску, боясь выйти за рамки себя, Барбара носит короткие стрижки, стремясь к аккуратности и удобству, Мелисса не могла носить никакой другой цвет кроме рыжего, а причёски Авы каждый день зависят от её настроения.

И для понимания масштабов: над вторым сезоном в общей сложности работали 706 (!) парикмахеров, а на съёмочной площадке постоянно находится более 100 готовых париков на любой случай.

• Кабинеты

Помните филадельфийские кирпичи? Так вот, это даже не самое безумное. Ведь этот подход у продакшн-дизайнеров сохраняется в целом при постройке любых локаций для шоу.

Для финала первого сезона, действие которого происходит в зоопарке, заказали настоящие значки и прочую атрибутику из филадельфийского зоопарка, построили чучела животных и отправились с ними в ботанический сад, для финала второго летали всей командой в Филадельфию, а в третьем воссоздали копию исторического места в реальную величину по настоящим чертежам реконструкции.

При таком внимании к месту действия, неудивительно, что продакшн-дизайнеры также тесно общаются со сценаристами, наполняя кабинеты учителей интересными деталями, которые возможно даже не появятся в кадре — но всё равно имеют значение.

Настенные фотографии из колледжа, баночки с витаминами, селфи из личных архивов самих актёров (о которых некоторые из них даже не сразу узнали), надписи на досках, в конце концов. И даже кладовка мистера Джонсона обставлена специальных образом, чтобы отражать его характер.

Класс Джанин в свою очередь целиком украшен работами учеников, которые вообще всюду, множеством растений, аквариумов, конечно же несколькими фигурками динозавров и мотивирующими и воодушевляющими плакатами, а на столе у неё можно заметить фигурку из Пенсильванского университета, о котором чуть позже в диалоге упомянет Барбара.

#scripted

​​{ «Начальная школа Эбботт» | Первый акт 3 / 7 }

• Мейкап

Как и в случае с причёсками, мейкап отражает, кем являются персонажи и как они себя чувствуют в конкретной сцене.

Под каждого была собрана индивидуальная цветовая палитра и подготовлены собственные дизайнерские решения.

Для Авы даже была создана уникальная кастомная помада, которая как никакая другая отражала бы её уверенность в себе, помноженную на гармонию.

Но моя любимая история — это развитие мейкапа Джанин на протяжении нескольких последовательных эпизодов во втором сезоне.

Обычно, она носит скромный и невыразительный макияж. Но в одном из эпизодов она идёт в клуб — и мы впервые видим её с чёрным айлайнером, который она затем продолжает носить и в школе, потому что попробовала что-то новое и ей понравилось.

До тех пор, пока несколько эпизодов спустя не встречается с мамой. И перед ней возвращается обратно к невыразительным тёмно-коричневым цветам.

• Одежда

В одежде «Школа» продолжает следовать тем же ориентирам — аутентичность и драматургическая обоснованность.

Поскольку шоу об учителях, которые вынуждены справляться с недостаточным финансированием, их одежда соответствует бюджету учителей: все костюмы были куплены в H&M, Zara, Target, Old Navy и Anthropologie.

За основу школьной формы была взята реальная школьная форма, только синий цвет сделали светлее и добавили логотип. А также использовали специальную обработку песком при стирке, чтоб форма выглядела поношенной.

Но это не помешало креативу, потому что в обязательном порядке детей просили надевать только рубашку и штаны/юбки, остальные элементы, аксессуары, причёски и даже способ ношения рубашек (заправлять их или нет) — отдали на откуп самим детям.

Плюс, нередко классическую школьную форму дополняют костюмы под специальные мероприятия и активности, которые команда шоу делает вручную, следуя аутентичности. Например, для эпизода со степ-выступлением сделали целую партию кастомных футболок с нарисованными вручную надписями.

Аналогичным образом это работает и с Джанин, отражая её энтузиазм: перед съёмками каждого эпизода Брансон просто получает пачку вещей от костюмеров и сама выбирает, какой из странных нарядов ей сегодня надеть. Так мы в очередной раз убеждаемся, что хоть у неё и не всегда получается — но она всегда старается.

Причём, драматургия всегда на первом месте. Например, несмотря на необходимость следовать аутентично дешёвым костюмам, с точки зрения драматургии Джанин может позволить себе накопить на дорогое и красивое платье от бренда, идеалы которого соответствуют её характеру. Так появилось платье от бренда Yevu за 260 басов в пятом эпизоде первого сезона.

Всё это — незначительные детали, на которые многие зрители даже не обратят внимание. Но именно из таких деталей строится многослойность, которая в конечном итоге помогает давать максимум информации на странице, эффективно закреплять усвоение экспозиции и строить правдоподобные миры с правдоподобными персонажами.

Поэтому самое крутое, что этот принцип многослойности работает не только во всех трёх сценах первого акта — а всегда.

#scripted

​​{ «Начальная школа Эбботт» | Первый акт 4 / 7 }

И хотя времени на полноценное раскрытие всех персонажей, даже с учётом многослойного раскрытия, чертовски не хватает, Брансон не забывает уделять внимание каждому.

В холодном открытии она рассказывает о типажах, а в первом акте последовательно добавляет по ключевой характеристике к их характерам.

Так мы узнаём, что Барбара — не только «по-матерински уверенная» и «не терпит дураков, но мягка внутри» — но ещё и горделивая. Поэтому никогда не жалуется, предпочитает игнорировать проблемы и не верит в изменения.

Джейкоб — не только «супер-воук» и «образцовый либеральный крутой ботаник» — но ещё и безбашенный оптимист. Поэтому цитирует «Малькома Х», суёт нос не в свои дела, всех раздражает и верит, что может изменить мир. Просто идеальный бадди для увлечённой Джанин.

Мелисса — не только «типичная итальянка из Южной Филадельфии» со «стойким вайбом суровой жены мафиози» — но ещё и изобретательна. Поэтому может позволить себе не просить о помощи и решает все проблемы самостоятельно. Или через знакомых. Просто идеальный бадди для горделивой Барбары.

Ну и конечно же лично, без всяких вставок, знакомимся с Авой — просто ходячим хаосом, который приходит, смеётся и уходит. Ава — типичный плохой босс, за параллелями даже ходить далеко не нужно. Даже работает на той же самовлюблённости, что Майкл из «Офиса».

Но зато её токсичный позитив, помноженный на легкомыслие, клёво работает в том смысле, что может заставить подумать, будто это со всеми вокруг что-то не так. Потому что у неё — в отличие от того же Майкла — в целом, кажется, всё очень здорово и никаких проблем.

#scripted

​​{ «Начальная школа Эбботт» | Первый акт 5 / 7 }

Но моё любимое решение первого акта — препятствия.

Что мы видим: в финале холодного открытия появляется центральная проблема пилота. Главная цель Джанин на ближайшие 20 минут — достать новый ковёр.

Затем, в первом акте, она начинает путешествие к этой цели. Но препятствия на её пути — не буквальные. Никто не мешает ей, никто не пытается её остановить. Препятствия проверяют её убеждения и пытаются сломать их.

Сперва появляется Ава, сразу после вопроса «почему бы нам не попросить помощи у школы?». После этого мы напрямую слышим, что денег у школы нет, старшие учителя, на которых равняется Джанин, в изменения не верят, и — будто этого мало — она видит их правоту. И это ещё даже не главное испытание.

Но Джанин продолжает стараться, потому что её ключевая черта — искренняя самоотверженность.

А ещё обратите внимание, как Брансон всюду разбрасывает крючки: в холодном открытии мы видели стройку стадиона «Иглз» — место, в котором решится проблема, а во второй сцене первого акта Барбара указывает на изобретательность Мелиссы — способ, которым эта проблема решится.

#scripted

​​{ «Начальная школа Эбботт» | Первый акт 6 / 7 }

Параллельно с развитием центральной проблемы пилота, развивается и демонстрация суровых будней учителей.

В холодном открытии мы видели лишь несколько коротких экспозиционных гэгов. В первом акте видим (и слышим) уже более развёрнутые истории, а заканчиваем его вообще дракой между учителем и учеником.

Это, кстати, одна из реальных историй, которые Брансон принесла из своих наблюдений за школьными буднями своей мамы. Учительницей, которая ударила ребёнка, была не её мама, а одна из коллег, но таких историй в «Школе» — полно.

Например, история о ребёнке, мама которого не может забирать его вовремя, потому что работает в больнице. И Брансон — не единственная с полезными родственными связями. Почти у всех в авторской комнате есть либо родственники, либо близкие друзья среди учителей.

Двое из них сами работали учителями, а один вообще работал в Объединённом школьном Округе Лос-Анджелеса. У Ли Ральф (Барбары) отец всю жизнь работал учителем, у Энн Уолтер (Мелиссы) — мама, и даже у Стэнфорда Дэвиса (мистера Джонсона) была тётушка, которая работала в школе.

Так что материала у сценаристов и так более чем достаточно, так им ещё и учителя-фанаты постоянно пишут, рассказывая свои увлекательные истории, которые они хотели бы увидеть в шоу и стать его частью.

Но поскольку главная задача — сделать достоверно, даже при таком количестве фактуры авторы «Школы» всё равно обращаются за экспертным взглядом со стороны. Таким консультантом выступил один из членов совета директоров Объединённого Школьного Округа Лос-Анджелеса. Ну и Брансон иногда показывает истории маме, чтоб уточнить, действительно ли такое могло произойти.

А чтобы убедиться, что у них действительно получилось показать суровые будни учителей такими, какие они есть на самом деле, продюсеры «Школы» устроили самый первый премьерный показ сериала не для блогеров, инфлюенсеров или журналистов — а для 200 (!) учителей из разных школ.

#scripted

​​{ «Начальная школа Эбботт» | Первый акт 7 / 7 }

Помимо многослойнного развития персонажей с демонстрацией их ключевых черт, препятствий на пути к цели и суровых будней учителей, в первом акте находится место для ещё одной важной информации: истории съёмочной группы.

Мокьюментари формат — к более подробному обсуждению которого мы ещё обязательно вернёмся позже — мог бы быть условностью. Можно было бы просто имитировать стиль, как с этим вполне успешно справились «Парки», например.

Но в «Офисе» у этого был смысл (хоть и узнали мы об этом лишь к финалу), и Брансон также придала этому значение в «Школе», сделав съёмку частью нарратива и объяснив, почему эти учителя рассказывают о себе на камеру. Причём, у съёмочной группы есть имена — главного у них зовут Клайд — и целая история.

Это решение позволило добавить дополнительный слой повествования, а также помогает в процессе съёмок. Например, так появилась история о краже камер в качестве оправдания задержки третьего сезона (который задержался из-за забастовок).

А в сложных и спорных сценах операторы «Школы» могут позволить себе просто спросить: «Что бы сделал Клайд?».

#scripted

​​Ежемесячный дайджест «look mom i can script»: июнь.

• Вторая часть переводной литературы о теории и практике комиксов от канала «Денис, посоветуй».

• Перевод шестой главы книги «Как работает фэнтези» от канала «Денис, посоветуй» и список литературы к ней.

• Разбор первого «Майора Грома» от «Заскриптованного» одним лонгридом.

• Огромная подборка хоррор-авторов с примерами их работ в комментариях к посту Милы Просвириной.

• Витрина авторов, собранная Милой Просвириной, которая будет пополняться.

• Подробный материал от журнала «Прочтение» о том, куда податься с готовым текстом — с актуальными контактами, ссылками и требованиями.

• Подробная статья от «Кинопоиска» о Кодексе Хейса как расширенный вариант моих собственных конспектов.

• Подборка сцен смешных расставаний в комментариях к посту «Не Скорсезе».

#digest

​​Две центральные составляющие любого эротического триллера — не важно, насколько хорошего — секс и преступность. Секс — обязательно на экране, а не за кадром, преступность — в любой форме, от откровенного криминала до бытовой жестокости или обмана.

В «Претендентах» фактически нет ни того, ни другого. Но это всё ещё эротический триллер, и он отлично работает в рамках жанрах. Дело в том, что в классических эротических триллерах 30-40-летней давности криминал и жестокость как составляющие были инструментами изображения на экране современной культуры секса. Напряжение, скептицизм и опасность были синонимами секса в массовой культуре.

Но сегодня место секса в поп-культуре — совершенно другое. Меньше запретности и табуированности, гораздо больше свободы и раскрепощённости, чем 30-40 лет назад. И получается, что концептуально «Претенденты» работают по тем же правилам, что классические эротические триллеры — но через призму актуальных общественных настроений, изображая секс как напряжённую игру. Всё ещё напряжённую, но уже игру.

Больше примеров и аргументов с последовательными рассуждениями и кратким экскурсом в историю жанра с его яркими представителями, такими как «Роковое влечение» и «Основной инстинкт», — в новом эссе Бройи Дешанель.

#essay | #watch

​​{ «Начальная школа Эбботт» | Второй акт 1 / 8 }

Во втором акте мы впервые видим одного из моих любимых персонажей — Мистера Джонсона.

Сама по себе идея уборщика, которого никто не воспринимает всерьёз, но который при этом всё знает, всё умеет и является фактически самым мудрым персонажем с загадочным прошлым — как и многие другие элементы шоу — родилась из личного опыта Брансон. Она была уверена, что уборщик в одной из её школ является чемпионом по боксу, но скрывает это.

Уильям Стэнфорд Дэвис в свою очередь добавил персонажу безумие — вдохновившись своей бабушкой, у которой «всегда были безумные теории обо всём», а также реальный опыт работы уборщиком — сначала он подрабатывал в студенчестве, а затем работал в одном из магазинов Kmart.

Вот только в пилоте у Мистера Джонсона всего два коротких появления, потому что изначально он задумывался как гостевой персонаж. Он должен был просто появляться время от времени как визуальный гэг. И даже актёр для этого был подобран соответствующий — за почти 40 лет работы в кино и на телевидении у Уильяма не было ни одной (!) постоянной роли.

Однажды он даже пробовался на роль в «Друзьях», но ему отказали с формулировкой «вам следует бросить актёрство и заняться чем-нибудь другим». А затем появился Мистер Джонсон. И он оказался настолько хорош и настолько всем понравился, что его почти сразу добавили к основному составу и сделали центральным персонажем на уровне с остальными. И Уильямс получил первую постоянную роль за почти 40 лет работы.

Но самое красивое, что Брансон провернула этот же трюк со всеми актёрами, кардинально изменив их жизни. Тайлер переживал классический кризис актёра-ребёнка, боясь никогда больше не сделать ничего лучше. Крис получил возможность впервые выйти за рамки театрально-серьёзных ролей, Шерил получила первую «Эмми» за 50 лет карьеры, а Лиза и Джанелл буквально сводили концы с концами.

Незадолго до старта «школы» Лиза записалась на актёрские курсы, чтоб снова научиться проходить кастинги и планировала переезд за город, потому что больше не могла позволить себе аренду жилья. А Джанелл вообще продавала лимонад в отцовском пляжном фудтраке, разносила сигары в стрип-клубе, развозила еду для стартапов, помогала организовывать вечеринки и жила то с парой, с которой познакомилась в очереди, то в подсобке магазина велосипедов, потому что не было денег на своё жилье.

И хотя Брансон пришлось бороться с каналом за актёрский состав ноунеймов (особенно за Криса и Джанелл), в конечном итоге попадание в роли для неё было важнее громких имён.

#scripted