— Теперь ты будешь говорить мне всё, прежде чем что-либо делать. Я не хочу больше ненужных жертв, — твёрдо произнёс он. — Ты забываешься, царевич, — Эйра сделала шаг вперёд. Во взгляде её скользнуло что-то опасное, хищное, и Мирадор тут же встал между ними, преградив ей путь. — Ты себя слышишь? — резко бросил он. — С кем ты, по-твоему, разговариваешь? Это будущий царь! Имей уважение! — Мирадор, не нужно, — спокойно сказал Радан, положив руку ему на плечо. Эйра холодно усмехнулась . — Похоже, это ты забыл, кто перед тобой. Паланицы не преклоняются ни перед кем, кроме богов. И пока твой хозяин не вознёсся на небеса и не обрёл божественный лик — я не стану перед ним молчать. — Ты… — Мирадор сжал кулаки. — Что? Хочешь потягаться со мной, пёс? — Что ты можешь без приказа Радана? — процедил он. — Ты и пальцем меня не тронешь. Так кто же здесь пёс? Кулак Эйры взвился молнией и с глухим звуком врезался в его лицо. Мирадор отшатнулся, схватившись за губу, по которой тонкой струйкой потекла кровь. — Смотри-ка, — она подняла руку и с наигранным удивлением посмотрела на кулак. — Не отсохла.– Прячешься? – слышу знакомый голос и медленно разворачиваюсь.Ко мне ленивой походкой идёт Даниил. Я опять теряюсь, не могу понять, как реагировать на него. Ведь привыкла, что в моей жизни всегда всё просто и понятно, а сейчас внутри полный раздрай, с которым я отчаянно стараюсь справиться.– Нет, – отвечаю, пытаясь ничем себя не выдать.А он подходит ближе и смотрит мне прямо в глаза.– М, значит, не избегаешь сестру? – спрашивает, сканируя меня взглядом. – А то она у тебя, как цербер, раньше я за ней такого не замечал.– Всё хорошо, – улыбаюсь. – Я же не маленькая, чтобы от кого-то прятаться.Тем временем Дан, усмехнувшись, подходит ко мне вплотную. Он поднимает руку и проводит костяшками пальцев по моей щеке, а потом по губам.– Это хорошо, что не маленькая, – шепчет парень и перемещает руку на шею.Даниил делает всё медленно, практически невесомо, но моё тело на него реагирует, тянется к нему, и Дан это видит.– Ты не замёрзла? – еле слышно спрашивает он.А я просто не знаю, что ответить, что сделать. Только чувствую, как земля уходит из-под ног, и я падаю в какое-то облако. Язык Даниила обжигает мои губы и медленно проскальзывает внутрь. И я сразу же начинаю ему отвечать. Тягучее желание охватывает полностью, ощущение полёта кружит голову. Язык Дана двигается медленно, очень нежно, словно первый раз пробует меня. Умираю от этого поцелуя, не хочу ни о чём думать, просто быть.– Лиса, ты космос, – шепчет он, растягивая слова и прижимая меня к себе ближе. – И сегодня я тебя никуда не отпущу.Я обнимала его за плечи, сцепив кисти у него на груди, прижавшись щекой к его спине. Я чувствовала ворс его тонкого свитера, а он гладил меня подушечками пальцев по обнаженному предплечью. Эти прикосновения, словно растворенные во времени, как чернила, — их невозможно вытравить. Да я и не пытаюсь. В них было столько нежности, сколько, может быть, нет ни в одном поцелуе. Я чувствовала запах его одеколона, того самого, что я купила ему перед приездом. В нем была упругая свежесть, радость, что-то летнее, терпкое. Он почти выветрился за день, но я чувствовала его, и от этого знакомого запаха внутри разливалось тепло. Теперь я буду погружаться в эти часы — глубоко, в каждую минуту, каждую секунду. Всегда, когда услышу этот запах. Под его действием, как от волшебного лекарства, настоящее будет переставать существовать, а флорентийский день, почти уже вечер, с закатным солнцем, выглядывающим из-за реки, — появляться из ниоткуда. Голубое однотонное небо, похожее на лист цветной бумаги, неровная мостовая с разновеликими плитками, звонки велосипедов, как из детства. И мой муж, сидящий ко мне спиной. Гладящий мою руку.Пауза висела между ними, короткая, но ощутимая.- То есть ты правда считаешь, что проституция - это нормально?Эля отвела взгляд спокойно, почти равнодушно:Я бы не называла эскорт проституцией.А как тогда? — в голосе Алины прозвучало на-пряжение.Общение по интересам. Секс - не всегда, и обычно по согласию. Это просто часть жизни. Знаешь, когда нам под сорок, состоятельные мужчины нередко меняют нас на две по двадцать, — сказала Эля, улыбаясь легко, чуть философски, будто выражая давно принятую истину.Она перечислила публичные лица с экранов и светских хроник: телеведущий, который ведёт извест-ное шоу-викторину; продюсер, чье имя ассоциируется с одним популярным рэпером; журналист, который обожает острые вопросы и громкие интервью, - и многих других.Алина медленно выдохнула, холод вновь прошёл по спине. Всплыл родительский развод - как старая трещина, к которой неожиданно вернулись.Развод... - произнесла она едва слышно.Только не всегда понятно, - сказала Эля, слегка наклонив голову, как будто сама пыталась разобраться,кто кого разводит... Алина покачала головой, чувствуя, как это слово распадается на несколько смыслов сразу.РАЗВОД...Кто кого разводит ?Они подняли бокалы, невидимо ставя точку.В этот момент телефон Алины завибрировал...Сообщение от мамы оказалось до смешного простым:«Купи по дороге хлеб».Алина взглянула на экран. Это напомнило о другой, параллельной жизни. Улыбнулась и быстро набрала ответ: «Хорошо, мам».Решение пришло тихо, почти само собой, словно всё, что произошло до этого, расставило точки на своих местах.- Я встречусь с Валерием, - сказала она.Эля кивнула без удивления.— Хорошо. Я буду рядом.Алина усмехнулась.Ты всегда так говоришь.Потому что это правда, - спокойно повторилаЭля, возвращая ей её же интонацию.- Но сама ты почему-то никогда не посещаешьНадеюсь все правильно 😁
Когда много всего, боюсь запутаться тк сама по себе немного невнимательная😁 🤍
Когда много всего, боюсь запутаться тк сама по себе немного невнимательная
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
1🥰8
Спасибо всем, кто поделился своими мирами 🤍 ✨
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM