Сегодня в оппозиционных газетах об этих днях, 6 и 7 сентября, говорят как о «днях стыда», а в государственных, конечно, ничего не говорят. Когда я приехала в Стамбул, призраки были живее — у меня есть немало знакомых, которые вселились в покинутые греками дома. В Балате, имея связи, такой дом до сих пор можно снять за десятку тысяч рублей в месяц. Но большинство уехали, и пришлось им несладко: мне рассказывали, что в Греции румов, турецких греков, ненавидели чуть ли не больше, чем здесь. А здесь же крошечные осколки греческой жизни понемногу превращаются в аттракцион: толпы народу на островах, толпы в кузгунджуке, мейхане культура и все такое. Те, кто любят Стамбул старым, мечтают, что вернется тот город, существовавший до середины ХХ века, где можно было засесть в мейхане с греческими друзьями или залечь на песчаном пляже в джаддебостане или йешилькее. Я знаю, что он никогда не вернется, как не вернется, боюсь, и Стамбул нулевых, под завязку забитый европейцами. Но у меня есть маленькая мечта, что однажды хотя бы можно будет свободно зайти в церкви, большинство из которых открыто раз в неделю по расписанию, известному одной Патриархии.

моя картинка дня — первоклассница вяжет свитер (!) на онлайн-уроке в зуме. Учителя, надо сказать, порвало: сначала научись писать и считать, говорит, а потом вяжи, что хочешь.

За "неплохой обзор" от одного из лучших каналов спасибо, очень приятно. Молодую мать, между тем, и правда зовут Али, она не турчанка, а арабка. А вот далее в тексте есть Ипек, которую зачем-то переписали в мужчину...

Неплохой обзор того, что происходит сейчас в Турции.
Правда удивило вот это: "Али, молодая мать из стамбульского района Мальтепе... "

Правда что ли женщину зовут Али? Может быть Алие хотя бы?

https://meduza.io/feature/2020/11/25/v-turtsii-zhestkiy-karantin-restorany-zakryty-po-vyhodnym-komendantskiy-chas?utm_source=telegram.org&utm_medium=share_telegram&utm_campaign=share

Очередная волна карантина в Стамбуле выглядит как чья-то дурная шутка: нам так долго рассказывали в телевизоре, как все под контролем, что у нас «нормализация» с конца мая, и какие мы молодцы, что организовано носим маски и обливаемся одеколоном, такую страну не победить, и если кто и болеет, то это идиоты-родственники, приходящие в гости к больным по 20 штук за раз, чтобы им не так одиноко.

В общем ещё вчера по заверениям министра здравоохранения мы уже десять раз почти победили коронавирус и все под контролем. Но это, я так понимаю, как турецкая экономика, которая заверениями господина президента почти вышла из кризиса и почти вошла в фазу глубокого расцвета. Вот входит прямо сейчас, на наших глазах.
И тут раз — тридцать тысяч в день, все сидят дома, на выходных опять никуда, кафе опять закрыты, в воскресенье опять обещают +18, запрещено не только гулять, но и ходить друг к другу в гости, и если вас поймают в гостях, штраф заплатит и хозяин и гость, и осталось только определить процент от штрафа стукачу.

Ощущается все это так, как будто из-за дурацкой ошибки системы, перезагрузки компьютера или там сохраниться забыл вовремя, тебя снова отбросили на первый уровень, и ты нехотя проходишь заново путем, на который никогда не планировал возвращаться: снова идет по улице цыганский оркестр, который снова выгнали из мейхане, снова рестораны придумывают домашнее меню на доставку, снова йога в зуме, вот это все. И кругом еда-еда-еда, сколько же в этом Стамбуле еды, она буквально извергается на тебя лавиной из каждого инстаграмчика, вот в том кафе соус, вот в этом ростбиф, вот владелец Mabou выращивает дома горгонзолу, от которой мы с Леной съели ум, наверняка ночами с ней разговаривает, потому что новость о том, что мы собираемся заказать ещё четыре штуки, повергла его в глубокую грусть.

Но меня, честно говоря, в новом списке ограничений поразило не поощрение стукачества, и даже не дыры в законах, а, скажем, размеры этих дыр. Детям на улицу нельзя, но если с родителями и в частном транспорте, то можно. Отмечать дома Новый год и похороны нельзя, но если вы просто так собрались, то в законе про вас ничего не сказано, точнее, сказано, что приглашать гостей не рекомендуется. В выходные из дома выходить нельзя, но если с собачкой или за продуктами на районе, то можно (вот увидим, какая часть моего района выпилится за продуктами в солнечное воскресенье). И только про одно в законе написано, что оно kesinikle, то есть совершенно точно, запрещено. Это продавать хлеб на выходных c машин!

То есть весь прошлый карантин граждане организовано сидели дома, а им организовано привозили хлеб из пекарен, причем часто машины разных пекарен следовали по переулкам одна за другой. А теперь хочешь не хочешь, тащи свои старые кости на джихангирский холм. https://twitter.com/TC_icisleri/status/1333558189678342145

Малыш Йода Черномор или не ищите детям новогодние подарки онлайн. У кого там вирусы мутируют, а у в Турции герои поп-культуры (и антигерои в особенности)

Сегодня Камилю разрешили один телефонный звонок из спецприемника Сахарово, и он надиктовал следующее:

Открыт набор на курс Свободного Университета “История Британской цивилизации”. Как и я вся программа Свободного Университета, курс бесплатный, и он будет посвящен истории Англии и Шотландии XVI-XVII веков. Акцент будет сделан на том, что мы знаем о британской истории и откуда мы это знаем. Курс будет полезен как просто любителям британской истории, так и тем, кто хочет познакомиться с механикой исторического исследования. Преподаватель - Камиль Галеев, сотрудник George Mason University, магистр University of St Andrews.

Программу курса можно найти здесь: https://drive.google.com/file/d/1osuQu2m8dBT5tDkPmUdKf9b0TFqMCutU/view
Советы по написанию мотивационного письма на сайте https://freemoscow.university/opencourses
Мотивационные письма принимаются до 7 февраля включительно на почту info@freemoscow.university
Как только Камиль вернется, пройдет отбор. Спасибо!

искренне веселюсь, наблюдая, как турецкие власти массово исходят в телеграм от западной цензуры. Сначала президент послал нам свое мерхаба, потому что вотсап его личные данные, видите, крадет. Вчера свой аккаунт в телеграме открыл министр внутренних дел Сулейман Сойлу, потому что твиттер закрыл доступ к его призыву жечь сердца лгбт-террористов в радиоактивный пепел и он обиделся. Это, напоминаем, те же люди, кто потребовали от всех соцсетей открыть представительство в Турции, но от телеграма не требовали и очевидно, что даже если Дурова хорошо попросить, ему на фиг не надо назначать здесь себе заложников. И теперь эти борцы за цензуру бегут туда, где цензуры для них нет, и опыт родственных автократий, которые с этим мессенджером никак справиться не могут, их ничем не учит. Мы еще увидим, предсказываю, как они за телеграмом бегают с топором, а тот убегает, хохоча.

Я вот по образованию, знаете ли, филолог-австриевед — специализация для тех, кто хотел изучать исчезнувшие миры и обладать особым, никому на хрен не нужным знанием, но кому лень для этого было учить латынь и греческий, читать Катулла в оригинале и вообще учиться. На занятиях мы изучали какое-то барокко бесконечное, «быть и казаться», «Schein und Sein», эпоху, которой было совершенно все равно, что там на самом деле, а важно только, умеешь ли ты пускать золотую пыль в глаза. В литературе барокко было прекрасно, абсолютно прекрасно, «Симплициссимус» и всё такое, знание для тебя одной, совершенно неприменимое к реальной жизни, думала я, пока не оказалась внутри турецкого телевизора 2021 года, где барокко победило просто все, а выйти из него невозможно, даже если ты телевизор никогда не включаешь.
Турецкий барочный телевизор — это когда в новостях всякие официальные люди создают альтернативную реальность, и чем дальше она от реальной реальности, тем сложнее ей сопротивляться. Мы победим болезнь к концу мая, объявляет министр здравоохранения, в то время как цифры заболевших бьют рекорды года пандемии. Ну в крайнем случае, к августу. Нам привезли Pfizer, и теперь вы можете выбирать, на какую вакцину записаться — привезли 750 тысяч доз, но очередь на прививку в 70 миллионов. Мы открыли школы, потому что учителей должны были привить еще в феврале — только сейчас апрель, и я не знаю никого, кто получил бы первую дозу. Мы эффективнее всех лечим коронавирус эффективными лекарствами — на самом деле заболевшим привозят ящик бессмысленного фавиправира, которые надо пить что-то вроде три раза в день по девять штук, и мои знакомые в инсте демонстрируют в прямом эфире, как образцово давятся лекарствами, большой горстью, чтобы мало не казалось. У нас все как бы закрыто, но на самом деле открыто, особенно для туристов. Я вот, например, поздно оценила море возможностей, которые дает тебе свежий штамп о въезде в паспорте — неограниченную свободу выходных. Билеты на выезд стали, словно назло, стоить столько, чтобы я не могла себе эту свободу позволить.
И при этом раз в неделю вышел из дома — а там гоняют в мяч пацаны, сидят в кафе люди, на паромах скрежещут гитары и трехчасовая очередь на персональную выставку Рефика Анадола. Мы на карантине, но все можно. Мы лечимся, но лекарства бесполезны. Мы записываемся на прививки, которые никто нам не даст и дать не может. Мы умираем, но вроде еще живы. Нас запретили в телевизоре — левых, других, женщин, студентов, всех, кто еще смел подавать голос, — но на улицах нас толпы. Мы живем в городе, по которому не имеем право гулять, но дайте нам хоть один час и мы выжмем из него все, что нам надо.

«Вот Ататюрк сейчас видит нас и слышит, как ты читаешь, — говорит учитель моему сыну на онлайн-уроке. — Как ты думаешь, доволен ли он тем, что он только что услышал???» Судя по тому, что ребенок прибежал ко мне обниматься, рыдая, отец турецкой нации им сегодня не слишком доволен. А как ты порадовал Ататюрка сегодня, сынок?

Мусорный бак в Афинах.

Интересная штука. Многих турок больше возмутило то, что Байден в своем сообщении назвал Стамбул Константинополем, чем признание геноцида. «İstanbul, not Constantinople”