мучаясь мигренью и той формой усталости, которая чувствуется только после замирания вращающейся центрифуги, подумала о великом и прекрасном — о своей ✨️ работе ✨️

на самом деле я очень люблю то, чем я занимаюсь, но хорош вопрос — а, собственно, чем? потому что я, хотя и отучилась на продюсера, не являюсь им в полной мере. ведь я еще и сценарист, и маркетолог (прости боже), и дизайнер, и фотограф, и историк, и креативщик, и монтажер, и саунд-дизайнер, и художник, и грантрайтер. и... я даже не знаю кто еще. умею играть на саксофоне, кстати.

когда я была на 3 курсе (специалитет, продюсирование кино), учеба давалась мне так легко, что я решила — мир, я слишком эпично умная, я сразу родилась талантливой, мне надо начать работать! нести кино светлое и вечное. все бы ничего, но кому нужен продюсер без опыта? ну хорошо, я пошла его получать, но продюсера без опыта никуда не брали, поэтому, помаявшись, я перебросилась из теоретической учебы прямо в ледяную полынью — в практику! в работу на реальном фильме в качестве ассистента по реквизиту, когда тебя окружают холод, голод и три рубля на закупки того, что стоит десять рублей. мне был двадцать один год, это было пять лет назад и, наверное, я ни о чем не жалею. прежде всего о том, что пара таких проектов, где ты — часть интерьера для топ-участников, вроде исполнительного, режиссера и оператора — научили меня учиться. вот всему и сразу.

потому что сейчас, спустя пять лет, моя работа состоит в том, чтобы уметь то, что я вчера не умела — и в этом, кстати, разница между человеком эрудированным и знающим. продюсер ли я? конечно — исполнительный и креативный. я сочиняю проекты и, как бы меня ни глушил учитель по математике в школе, умею их посчитать и осметить в цифрах (выкусите, марина сергеевна). сценарист ли я? конечно — я хотела писать, и я пишу, пройдя эпоху кровавых соплей, угнетений и чужих советов перестать марать страницы. как итог, у меня три проекта, где я исполнительный — сериал на стс, фильм и еще сериал в запуске. и еще несколько, где я сценарист — тут проектов побольше.

у меня была куча ужаснейших работ. что ж, и о них я не жалею, ведь сейчас я являюсь частью прекрасной компании, в которой две миссис-босс меня любят, ценят и доверяют. но пока я к ним шла и росла, я проходила суровое заталкивание в себя (смотреть второй абзац) всего, что может мне пригодиться. так как я люблю историю, а история это книги и архивы, а книги и архивы это разные страны, я, например, хорошо читаю на английском, французском, немецком, исландском (привет, скандинавские мифы), неплохо освоилась в китайском. говорю ли я на этих языках — ну, английский да, немецкий похуже, остальные лучше не пытаться.

к чему этот пример — у меня масса знаний, накопленных за годы, когда мне надо было зарабатывать, и когда мне надо было уметь делать все, чтобы принести нечто готовое. условный проект, который кто-то захочет купить. если это кино, то хорошо бы иметь презентацию (дизайн), сценарий (сценаристика), смету (продюсирование), анализ аудитории и виды продвижения (маркетинг), а еще умение презентовать (можно сказать, ораторство, ведь меня хлебом не корми, дай выйти красивой перед публикой). эксперт ли я в чем-то? нет, потому что везде мои знания частичны. я не могу назвать себя ни продюсером, ни сценаристом, ни историком. я разбираюсь во всем ровно настолько, чтобы смэтчить эти умения в единое целое и сделать вид, что знаний во мне гораздо больше. много читаю, много слушаю, много думаю и устаю от этого кипения в мозгах.

но все же, мне очень нравится то, чем я занимаюсь — бесконечной самоэрудицией и скрещиванием знаний во вкусный венигрет. погрешность, конечно, в том, что на старте проекта, учитывая мою работоспособность, я в одно лицо тяну свою идею. только недавно у меня появились вера и лиза — мои друзья и соучастники этого процесса, которые не против поболтаться со мной в этой центрифуге.

я не жалею, что знаю где-то много, а где-то погранично мало. главное, что эта смесь из знаний дала мне бесценную гибкость, которая — залог реализации какого угодно проекта. даже того, который я пока не придумала.

Мне не очень нравится термин "авторская пунктуация". Точнее, мне не нравится то, что под этим термином сейчас подразумевают. Все говорят "авторская пунктуация" так, как будто здесь идет речь о грубом нарушении правил пунктуации вот так, от балды.

Весь спор из серии "тут ошибка - нет, это авторская пунктуация" обычно сводится к вопросу "а классики писали - да ты сначала стань классиком, неуч". Но на самом деле водораздел проходить должен вообще не по классикам, а именно что по правилам русского языка.

Знаки препинания часто бывают взаимозаменяемы. Варианты "правильный ответ - семнадцать" и "правильный ответ: семнадцать" одинаково верны. И классики, и школьники, и мы с вами, все имеют право написать и так, и эдак, в зависимости от желания и коммуникативной цели.

Иногда знак можно добавить или не добавлять. "Он увидел чудовище и тут же лишился дара речи". Знак не нужен, это просто предложение. Но в художественном тексте можно написать "он увидел чудовище - и тут же лишился дара речи", чтобы выразить причинно-следственную связь. И это не будет ошибкой.

"Это было мое любимое дерево - высокое, красивое" и "это было мое любимое дерево, высокое, красивое". А если сильно захотеть, то "это было мое любимое высокое красивое дерево". Потому что все прилагательные здесь относятся к одному и тому же существительному.

"Она была добра ко мне, хотя мы друг друга плохо знали, и всегда здоровалась" или "она была добра ко мне (хотя мы друг друга плохо знали) и всегда здоровалась". Вставное приложение выделять можно кучей различных способов, там так-то, и тире можно поставить.

Первый абзац этого же поста - "просто так, от балды". Запятая не требуется, но ее можно поставить для интонации при чтении, это тоже факультативный знак препинания.

Вот это все примеры авторской пунктуации. Не пропуск необходимых запятых, не грубые ошибки, а именно авторское использование взаимозаменяемых знаков, и особенности выбора там, где он есть. Технически, авторская пунктуация есть вообще у всех, кто часто пишет тексты. Я вот, например, часто заменяю запятые на тире для экспрессивности.

Так что классиком становиться не обязательно, но и прикрывать таким образом ошибки - путь в никуда.

#мнение@plotline5

Мне кажется, что современное использование термина "авторская пунктуация" это следствие неадекватного взаимодействия между авторами и критиками.

Оговорюсь сразу, под критиками я имею ввиду не профессиональных литературных критиков, а вообще всех, кто критикует написанное - читателей, редакторов, коллег по писательскому цеху, организаторов и судей различных мероприятий. Короче, всех.

Когда молодой автор приходит с каким-то произведением к публике, абсолютно все в нем тут же объявляют ошибкой. Вся вкусовщина, все авторские выборы, это все сразу ошибка. На меня подписано достаточно писателей и писательниц, думаю, все смогут вспомнить историю из этой серии.

В определенной мере это следствия замылившегося глаза редакторов и читателей, в другой - снобизим, в третьей - просто выгодно, потому что редакторам, бета-ридерам и корректорам нужно продавать свои услуги.

И на такой ноте авторы начинают защищать свои творения. Очень агрессивно, однако, защищать. Если с одной стороны даже авторскую пунктуацию назовут ошибкой, то другая сторона назовет даже ошибки авторской пунктуацией, обороняясь. Вот и получается, что обе стороны орут друг на друга, вместо нормального взаимодействия, а качество написанного не растет.

Вообще, у нас существует интересный парадокс - чрезмерность критики и ее одновременный недостаток. Литературный мир это как будто две параллельные вселенные, в одной из которых человека на мероприятии затравили за использование одного и того же слова дважды в одном абзаце и с мероприятия выгнали, а в другой в книжных магазинах лежат книги без корректуры и с грамматическими ошибками.

Почему? Пробиваются самые толстокожие? Парадокс того, что чем более компетентен человек, тем сильнее он в себе сомневается? Кумовство и деньги? Я просто не понимаю.

П.С. пользуясь случаем, скажу, что выбирать для школьных диктантов тексты с неочевидной авторской пунктуацией - отдельная форма садизма. Правильно написать диктант в таких условиях, фактически, возможно только выучив его наизусть.

#мнение@plotline5