все началось с того, у кого сегодня день рождения 🌜

без его влияния на меня (даже если его старт — портрет из военной галереи эрмитажа) не было бы:

1️⃣моей любви к истории.
2️⃣моего умения создавать в воображении целый мир.
3️⃣всех моих больших целей и планов.

и хотя на первый план в кадре вылез мой обожаемый кот тихон елизаветович 🐾, день рождение не у него. а у портрета героя на футболке — павел александрович строганов, несмотря на то, что прошли буквально годы, целых 11 лет со дня, когда я узнала о нем, все еще первый и главный ключ, который я использую, когда вновь падаю в изучение прошлого.

я много-много раз писала о его жизни, но напишу еще также много, потому что каждый раз, когда я потрошу фонд в ргада, я нахожу что-то новое.

когда я заметила, что пишу, рисую и думаю о нем (и всей его семье, и всем его времени) в течение целых 3х лет, я очень испугалась тому, что однажды это потеряет для меня такую ценность. ведь мне было 17, и у меня появлялись новые и новые герои — тот же юстиниан, который отодвинет кого хочешь. а еще живые люди и необходимость работать на свое будущее.

потом я также думала в 19, когда узнала о том, КТО такой эйзенштейн, некрасивый, харизматичный и поразительный во всем, чтобы ни делал. и также я думала еще не раз, со всеми, кто пришёл после — басмановыми, скандинавскими богами, феодорами, караваджо, джустиниани и еще многими-многими, кого я пока не успела вам показать.

но годы прошли и пойдут дальше, и я уже, наверное, никогда не испытаю того заразительного восторга из 2014 года, когда мир оказался в одно мгновение большим — больше, чем карты со странами, потому что с изучением истории ты начинаешь видеть все то, что было прежде. а это не одна карта — это множество миров, имен. веков!

но однажды на место бури пришло ощущение комфорта — и хотя я люблю все монетизировать, мне нравится сам процесс того, как медленно раскрываются герои, как надо о них читать, на русском или иностранном, и как постепенно они перестают быть незнакомцами. приближаются и становятся — рисунками, текстами, сценариями.

я точно знаю, что есть увлечения ради импульса — они, как хороший фильм, поражают тебя на время, чему-то учат, а потом становятся частью пережитого. но есть и такие, от которых и при желании не избавиться — они попадают, как небрежно брошенные семена подсолнуха, и растут внутри вместе с тобой. они же и определяют многие решения — например, выбор вместо филологии продюсирования, переезд на учёбу из москвы в санкт-петербург.

и хотя мне пока очень-очень трудно реализовать главную мечту — создавать исторические сериалы и фильмы, я все равно счастлива тому, что когда-то подростковая влюбленность в портрет стала началом целого пути, ведущего меня и дальше.

и фильмы, и сериалы — дело небыстрое, воительное и часто непобедное, но это вопрос времени. мне до конца жизни есть о ком снимать, целый список персонажей и веков — для автора и есть самое главное 💡

и сколько бы ни было новых героев в моей орбите — все началось с того, у кого сегодня день рождения 🌜

идея фотографировать детальки в режиме «портрет» была ❤️

в каждый мой заход в некрополь 18 века я пугаю смотрителей двумя вещами:

🔴ношу цветы на могилы 200+ лет.
🔴не являюсь родственником данных личностей.

в бытность мою студентом я пускалась в ажурные объяснения того, как так вышло, что я не только люблю этих исторических личностей, но и уважаю их память. но потом мне задавали вопрос за вопросом и на входе за милыми беседами проходило минут пятнадцать.

потом прошло время, и я стала искать варианты, как отбрехаться побыстрее — лучше других срабатывает фраза «я адепт культа этой семьи», потому что иногда жуткая неправда настолько удивительна, что пока люди успевают обдумать как выспросить у меня подробности, я уже уношусь с охапкой к могилам.

но если без шуток — я искренне считаю, что существует крайне тонкая грань между историческими личностями и ими же в реальности. для автора/художника/кого угодно творческого, на мой взгляд, это безумно важно — помнить, что те, про кого он пишет/сочиняет, когда-то были живы, также ходили по земле, мечтали, имели острые языки и могли за себя постоять.

а теперь не могут. и каждое наше слово, сказанное за них, должно быть раз десять обдуманно. ведь у них, прекрасных, но мертвых, никого кроме нас нет — им не защититься от лжи, не высказать свою точку зрения, а некоторые их личные письма так и должны оставаться личными.

мне хочется расти в своём кинематографическом деле по части байопиков именно для того, чтобы как угодно помочь им — людям в шести метрах под землёй, под именами и гранитными плитами. потому что кинематографисты несут здесь особую ответственность, не только говоря о живых когда-то людях, но и вынося их на экран — и каждая ложь удваивается в сознании зрителя благодаря этому визуальному эффекту и эмпатичной связи.

при этом я очень люблю «марию-антуанетту» софии кополлы и «король англии» мишо — а ведь лжи там полная кубышка. но при этом она касается деталей — того, что нам никогда о людях не узнать. режиссёры и сценаристы старались (и достарались) сделать фильмы так, чтобы основные и нерушимые факты о них, разных, не всегда хороших, но людях, эти детали именно подпирали, не создавали из одних героев кальку на других. а ведь кальки удобны — не все образы королев и королей достаточно кинематографичны, чтобы публика захотела ими поинтересоваться.

я надеюсь, что не раз еще будут создаваться фильмы, в которых на первом месте окажутся не имена, а сами люди — я почти расплакалась, когда смотрела выхолощенный до идиотизма сериал «александр I», потому что на пятой минуте перестала понимать а где, собственно, александр.

хорошее историческое кино/роман/арт/выставку не создать без любви, а любовь это всегда уважение, и тот самый нерушимый факт — теперь эти портреты и надгробия не могут надавать нам, творцам, по щекам, кинуть перчатку и вызвать на дуэль. кроме нас в этом модном визуальном мире, у них никого нет — и это стоит каждой нашей правды и каждого удобного вымысла.



* на последнем фото элемент той самой правды, которую я пыталась донести одному кино-консультанту — на надгробии павла строганова годом рождения значится 1774, хотя в общих источниках мелькает и 1772. и не понятно по документам какой год все же верный, но оба имеют резон для обозначения, потому что об одном пишут в письмах, а второй указан на плите. а так как плитой занималась его жена, скрупулезная софья владимировна, мне кажется слабовероятным, что она ошиблась на парочку лет.