«по знатным и проезжим улицам у ворот и домов учинить некоторые украшения из древ и ветвей сосновых еловых и можжевеловых, чинить стрельбу из небольших пушек и ружей, пускать ракеты и зажигать огни. а людям скудным каждому хотя бы по древу или ветке на вороты поставить».

первая новогодняя елка появилась в петербурге в 1704 году с лёгкой руки петра I. после его смерти ёлку ставить перестали, так у русского народа с этим деревом разговор был короткий и конкретный – еловыми ветвями укладывали путь для перевозки умершего на кладбище. только владельцы петербургских кабаков соблюдали заветы петра I и украшали перед новым годом крыши своих заведений. со временем слово «ёлка» стало означать пьянство. появились даже выражения типа «идти под елку» (идти в кабак) или «ёлкин» (пьяница).

сама по себе привычка/традиция/обычай украшать деревья уходит корнями (в прямом смысле) в глубокую древность. тут где-то рядом пробегают викинги с иггдрассилем и своим йолем. славяне верили, что в деревьях обитают духи, у которых нужно выпросить милость и удачу на следующий год – поэтому под ствол клали дары, а на ветках развешивали игрушки.

впрочем, игрушки появились не сразу. вечнозеленая ель символизировала вечную жизнь, возрождение, победу света над тьмой – и потому вместо игрушек на еловые ветви вешали яблоки. из мифов в мифы это символ молодости, бессмертия, напоминание о райском саде. еще вешали орехи – знак мудрости, долголетия, яйца – символ жизни, вечности и бесконечности вселенной.

интересно то, что когда люди стали заносить деревья в праздничные дни в свои дома, ёлки подвешивали к потолку макушкой вниз. считалось, что если в дом проникает зло, то оно непременно зацепится за острый верх дерева.

скоро принесу злющего (и красивого), и потрепанного жизнью нарсеса, ведь служба у юстиниана не пощадила никого

С НОВЫМ ГОДОМ 🌙✨️
это был креативно тяжёлый год (как и многие года до него). мы его пережили и постараемся пойти жить дальше.
спасибо, что вы тут – я чувствую, что пишу и рисую не просто так 🙏🏻

среди многих и многих книг моей любимой о юстиниане остаётся вот эта – российского историка, писателя и журналиста с.н. чернявского.

по византии в целом написано немало – от британского историка-византиниста джудит херрин с её очень популярной книгой «византия», до узко-специализированного труда «социальный состав господствующего класса византии» александра каждана.

юстиниан – везде и нигде. он ускользающая крупица и столп. каждый историк переносит его как он захочет, в зависимости от обстоятельств. в основном юстиниан святой – но может ли быть святым тот, кто, трудясь на общее благо, все время идёт на уступки с религией? вряд ли такая страшная власть соизмерима со святостью.

его современник прокопий кесарийский на полном серьёзе называет его демоном, поэтому, знаете ли, никогда не поздно подумать и в этом ключе.

юстиниан ни хороший, ни плохой – в этом я уверена на все сто, ведь у меня есть неопровержимый факт – он человек, а люди постоянно главные герои в тёрках сил добра и зла.

с.н. чернявский писал о юстиниане с той же любовью, с какой люди пишут о здоровом прошлом опыте отношений – не пытаясь уточнить, что было хорошо, что плохо, но рассказывая так, как они сами это поняли.

книга очень вдумчивая, исследовательская, но не грузная – автор делает все, чтобы те, кто знает о юстиниане 0% из 100% точно не запутались в его его именах, датах и войнах.

однажды древние греки изобрели фаершоу и успешно забыли инструкцию к применению. византия была не промах, восстановила рецепт и успешно защищалась им много веков до падения — случайно найденный греческий огонь был потрясающей сознание штукой.

сложно сказать, кто его изобрёл и когда он снова вошёл в повседневный обиход войн — о нём писал энней тактик году этак 350 до нашей эры, описывая битву, в которой греки брызнули чем-то воспламененным и жидким в беотийцев. огонь вновь появился почти тысячелетие спустя, когда плавали на таких же триремах и диерах (звучит страшно, да? учитывая, что у нас за последние полторы сотни лет изменений в мире на целый сборник). шёл 670 приблизительно год, и житель Гелиополя решил проучить завоевавших их арабов, порылся в сознании коренных афинян и выдал рецепт огня повторно, ведь к тому времени его уже успели подзабыть.

фишка в том, что в сохранившихся корешках и корешочках книг, летописей, писем, высказываний, записей и прочего всякого тоже весьма воспламеняющегося и потому сохранившемуся до наших дней через раз, мы встречаем упоминания огня и раньше: у зенона, у константина, и у святого покровителя этого history-art паблика юстиниана. спасибо менандру протектору, евагрию схоластику и иоанну малале, не страдавшим при написании истории «синдромом белой комнаты».

греческий огонь очень хитрая штука, которая как будто никогда полноценно не оставляла константинополь. но что он был такое?

● во-первых, это была гос.тайна. не удивлюсь, если рецепт, состав и способ приготовления передавались устно.

● «неугасимый огонь» метали через сифоны или катапульты, разливали по морю и стреляли заженными наконечниками.

● до нас дошёл приблизительный состав: тугая смесь из смолы, серы, нефти?, и, возможно, селитры или извести. по сути греческого огня было два — один создавал пленку, как от бензина по воде, другой напоминал напалм.

● византия на протяжении веков доминировала на море, используя огонь против арабов, русов и даже крестоносцев, что подтверждается многочисленными историческими свидетельствами. была бы она впереди планеты всей, если бы не огонь?

● секретность изготовления греческого огня поддерживалась вечным способом, проверенным веками до и веками после — михаил панарет, а до него феофан исповедник, пишут, что был целый свод проклятий для тех, кто посмел бы растрепать рецепт великого оружия. учитывая, что к тому времени прокопий кесарийский почил и оставил десятки невыловленных копий истории о юстиниане, в которой тот был демоном и умел гулять с головой под мышкой, проклятие за разглашение было более чем реальным.

● никто не знал, где огонь готовили. предполагали акведуки, а те были щедро разбросаны по стране. «лабораторию» могли также успешно переносить между ними.

● однако во всех этих рецептах было что-то еще. несмотря на многочисленные попытки реконструировать состав огня, включая предложения алхимиков и учёных разных эпох, точный рецепт до сих пор остаётся предметом споров. огонь исчез, когда византия пала.

огонь, надо сказать, сдал позиции чуть раньше падения (и даже раньше самой трапезундской империи, как бы отколовшейся от византии).

огонь был побеждён порохом. он появился на рынке, когда огонь ещё активно применяли, и был безопаснее, хотя и не так убойно нёс смерть и пожары. но его можно было потушить, им можно было зарядить не пару избранных товарищей со специальной трубой на корабле, а несколько пушек на нескольких кораблях. а еще море, объятое огнем, так просто не потушишь. с пожаром на суше всегда было больше шансов.

полководец герман — честный и несчастный — мог стать хорошим императором византии. но не стал, потому что был хорошим человеком.

честно говоря, правильно говорить «германус», потому что в оригинале имя звучит как гερμανός. но германа можно назвать даже арий — одним из его возможных, настоящих имён.

о нём известно немного, а то, что известно, встречает разнокалиберные взгляды историков. например, наши основные источники для изучения — сведения византийских историков VI века агафия миринейского и прокопия кесарийского, а все мы уже должны были запомнить, какой прокопий был ловкач до изображения реальных событий, связанных с юстинианом. ну, не нравился аристократу император-плебей, что поделать. уже делим надвое. а агафий записывал чужие истории — делим ещё раз.

до 1915 герман был племянником юстиниана, пока х.калленберг не перевел рукописи заново. почти ровесник юстиниана все это время был ему двоюродным братом.

отношения германа и юстиниана — вечная муза для фальшивых летописцев, неиссякающая ни на год с момента, как мальчики выросли и впервые подумали, что избавиться друг друга не такая плохая идея.

их детство классический сценарий — сильный герман (хоть и младший) защищал боязливого брата от деревенских мальчиков. стоило дяде юстину вызвать их в армию, дороги дрогнули — и пошли врозь.

герман и дядя юстин понимали друг друга с полуслова — высокие, красивые военные, они брутально носили латы, и не потели ладошками, из которых, как у юстиниана, выскальзывали мечи.

юстиниана (еще саббазия) они по-своему любили, но не от всего сердца — стоило ему очаровать императора анастасия и прыгнуть в должность дорифора (командование дворцовой стражей) любовь стала очень условной.

христианской, в которой важный пункт — не убий.

их тёрки объяснимы — важными персонами становились воины. помешанная на красоте византия метила курсом в своих «арийцев». она поддерживала их, растила, продвигала.

юстиниан, за пять лет не сумевшей выскочить из солдат в дуксы, был не очень высок, не то чтобы красив, и потому не имел шансов, если бы император анастасий не решился ему их дать.

мальчику дали образование и поддержку, а потом все пошло само собой.

когда анастасий стал болеть, юстиниан верно смекнул, что будет дальше — сначала ему выпишут трон, а затем нож в шею.

оружием юстиниана был мозг, умевший спать два часа в сутки — страшнейшее оружие во все времена. он преподнес трон дяде юстину, который вцепился в него и простил племянника.

отношения у братьев стали получше — герман был начеку. у него были все шансы после болеющего юстина занять его место. но удача, скорее всего, просто не не любила имя «герман», потому что юстин тихо умер, а юстиниан также тихо сел на трон. герман даже не успел сшить пурпурную мантию.

теперь для профессионального баттла и гибели одного из участников были все средства — юстиниан надел корону, а герман перехватил штандарт большей части византийских войск. у юстиниана была жена бывшая проститука. у германа — патрицианка.

но у германа не поднялась рука. у юстиниана — вовремя опустилась.

отношения выстроились криво — юстиниан цеплялся за германа, когда дело касалось войны и армии, а герман верил в силу «не убий» и пестовал абьюзивную любовь к брату (императора), в которой его слово вершит судьбу.

но у хорошего германа был шанс избавиться от этого груза.

восстание «ника» поставило все с ног на голову. в прекрасном мультфильме диснея «мулан» отец говорит дочери: «одно рисовое зерно способно перевесить чашу весов. один человек может стать причиной победы или поражения.»

когда восстание захватило ипподром, юстиниан оказался заперт внутри, а герман уже выводил армию за дворцовые стены — все прошло бы гладко, герман вновь поборолся бы за трон и победил бы. но герман повернул назад и спас императора, навсегда отказавшись от того, что так хотел.

от трона и свободы.

годы германа с юстинианом — годы смирения, скорби, ссылок, сражений, разменных монет, любви слуги и любви брата.

полководца германа — честного и несчастного — можно описать одним определением «хороший». и другие слова ему не нужны.