Думаю, вы уже много раз за последние месяцы слышали про то, как меняется мир, что он уже не будет прежним, что никто не понимает, что нас ждет. Вокруг войны, искусственный интеллект развивается с такой скоростью, что даже те, кто его развивает, не знают каким он будет завтра. Кризисы элит, кризисы доверия.

Моя любимая Жасмин Бина, культурный бренд стратег, прочитала лекцию в Карнеги Меллон про это. Рассказала, как окружающие нас сегодня события влияют на развитие культурной среды. Культуры не в высоком смысле, а на то как мы живем, как потребляем информацию, какие у нас ценности.

Очень интересно про то, как экономические кривые и процессы отражаются на культуре общества. Рекомендую!

https://open.substack.com/pub/conceptbureau/p/what-i-shared-at-carnegie-mellon

Несу вам годное эссе с сабстака (снова!). Эссе про будущее работы, предпринимательства и созидания чего-то в принципе.

Основной тезис — в переходе от того как что-то делать к что делать в принципе. Уже понятно, что осталось максимум пара лет до того, как нейросетки научатся любую задачу выполнять лучше человека. Моя отдельная рефлексия посвящается тому, как мы разучимся в принципе думать головой и что-то делать руками. Но идея в том, чтобы понимать какую-либо доменную область настолько глубоко и на кончиках пальцев, что у тебя вырабатывается вкус в ней.

Вкус определяет что хорошо и что плохо, даже когда ты не можешь это сформулировать. Вкус и желание что-то создавать, то есть внутренняя энергия и характер, определяют что мы будем создавать и какой конечный продукт у нас получится. Все остальное сделают ллмки.

Автор сравнивает этот процесс с креативностью Рика Рубина, который сам-то не умеет ни играть ни на одном инструменте, ни петь. Но у него есть бескомпромиссное чувство вкуса и насмотренность в любимом деле, которые позволяют ему понимать, что клево, а что нет. И он постоянно отрезает ненужное, недостаточно хорошее.

Ключевой вывод — пора срочно заиметь какое-то хобби, которым вы бы хотели заниматься в любом контексте. Только то что вы можете делать каждый день с кайфом даст такую глубину насмотренности (только если это не рилсы смотреть).

Видео с интервью Рубина

Давайте не забывать модерн поэта Алекса Тернера, который написал самое красивое любовное послание своей тогда еще девушке Алексе Чанг. Написал его на открытке на День Святого Валентина, которую она потеряла в баре. Кто-то нашел и продал Sun и теперь мы можем наслаждаться.

Когда Алексу спросили как Алекс отнесся к сливу, она сказала, что ему было все равно потому что «это же правда».

Chat gpt would never.

Немного физики и философии нам сегодня: мы же знаем, что количество атомов во вселенной не растет. То есть с Большого взрыва их примерно столько же, и даже медленно становится меньше, потому что часть падает в черные дыры и часть превращается в излучение.

Новых атомов не появляется, а старые собираются в новые конфигурации. А значит углерод в моих клетках когда-то был в дереве, в динозавре, в чьем-то прадедушке, в воздухе, которым дышал кто-то две тысячи лет назад.

Тело состоит из 7×10 в 27 степени атомов, временно собранных в форму, которая ходит, говорит и думает что она отдельный человек. Потом форма рассыпается, атомы уходят обратно в почву, в воду, в растения, в других людей.

Про это же говорили буддизм, даосизм, Спиноза, Экхарт, суфии. Разделенность иллюзорна, все связано, и я — это узел, а не точка. Они пришли к этому через медитацию, через мистический опыт, через размышление. Физика пришла к тому же через математику.

То есть в твоем теле прямо сейчас есть атомы, которые были Марком Аврелием, и атомы, которыми через сто лет будут дышать чьи-то правнуки. Получается, что граница между я и все остальное это скорее привычка восприятия, чем факт.

Карл Саган говорил, что мы — способ, которым космос познает сам себя. Собрала немного книг на эту тему (ну вдруг вы тоже в пятницу вечером упоретесь):

— Из научного — «Голубая точка» Сагана
— Алан Лайтман «В похвалу потраченному времени»
— Нил Деграсс Тайсон «Астрофизика для тех, кто спешит»
— Брайан Грин «До конца времен»
— Билл Брайсон «Краткая история почти всего на свете»
— Роберт Хейзен, «Симфония номер 6. Углерод и эволюция почти всего»
— Из духовного — Алан Уоттс «Книга о табу на знание о том, кто ты есть»
— Из буддистов — Тит Нат Хан, «Мир в каждом шаге»
— Уильям Джеймс «Многообразие религиозного опыта»
— Робин Уолл Киммерер «Плетение сладкой травы», пишет про растения и связанность всего живого
— Для хардкора — Спиноза «Этика»


А в качестве иллюстрации пусть будет детский рисунок Сагана.

Классная статья на Aeon про Леви-Брюля и то, как вообще появляется я.

Леви-Брюль — это тот самый антрополог начала 20 века, которого долго подкалывали за термин дологическое мышление, и он сам потом от него отказался под давлением критики. Но идея, ради которой он его придумывал, была не в том, что примитивные люди как-то хуже думают, а в том, что они мыслят себя по-другому: не как отдельные атомы, отгороженные кожей от мира, а как существа, изначально участвующие в других — в роду, в имени, в тотеме, в близких, в окружающем. Он называл это participation — участие, причастность. Человек не есть, человек участвует.

Статья про то, что эта идея, которую все списали как экзотику про чужие культуры, на самом деле описывает и нас тоже, просто буквально на другой стадии. Потому что ребенок в самом начале не отдельная личность, которая потом учится социализироваться. Он сначала часть тех, кто его растит — вплетен в них, неотделим. И я появляется не как добавление к этому, а как постепенное отделение от участия. Сначала мы, потом я.

Чтобы вообще научиться говорить я, нужно уже уметь смотреть на себя со стороны — а это возможно только потому, что внутри тебя уже есть голоса других.

Современная картина человека — что ты сначала автономный индивид, а потом уже выбираешь, с кем связываться и насколько глубоко — она перевернута. На самом деле наоборот: связанность была первой, а отдельность — это то, что вырастает из нее, никогда полностью ее не отменяя. Ты и сейчас, во взрослом возрасте, не до конца отдельный. Просто привык так о себе думать.

И тогда вся современная идея, что настоящее я — это что-то под слоем влияний, что нужно содрать чужое и докопаться до своего собственного — выглядит немного странно. Потому что копать-то особо нечего. Под слоем участий — снова участия. Это не обнадеживающе и не грустно, просто так устроено.

https://aeon.co/essays/lucien-levy-bruhl-and-the-emergence-of-personhood​​​​​​​​​​​​​​​​

Нашла тут исследование про разницу поведения между людьми, которые воспринимают себя читателями и нет. 

Из интересного: не считающие себя читателями на самом деле читают, и довольно много. То есть отсутствие ярлыка читателя не значит отсутствие чтения, это значит отсутствие социальной принадлежности к какой-то группе людей. Человек скорее откажется называть себя читателем, если его чтение не является частью его социальных сообществ. Чтение чаще понимается как социальная практика и форма культурного капитала — идентичность читателя формируется не прочитанным, а встроенностью чтения в круг общения. 

То есть, получается, прочитал и не рассказал об этом на гудридс — считай, не читатель. У меня в последнее время фрустрация от необходимости фиксировать, что я читаю. Как будто я сама себе придумала какой-то конструкт и стала его заложником, при этом потеряла часть фана и смысла чтения вообще. 

Но у меня при этом все равно остается желание зафиксировать какие-то мысли из прочитанного. Пока решается подчеркиваниями в книге, которые потом как-нибудь можно перечитать.

Нашла решение проблемы нон-фикшна, где обычно 2-3 хорошие идеи на 400 страниц. За прошлый год я прочитала всего пару нон-фикшн книг именно по этой причине. В итоге я разделила форматы и всякий селф-хэлп я слушаю в аудиокнигах пока гуляю с собакой или делаю что-то рутинное. По факту это такой же подкаст, который можно слушать на фоне, потому что в нем основная ценность в информации, а не в форме, стиле или атмосфере.

Художественную литературу читаю в основном на бумаге, подчеркиваю цитаты и выделяю важные мысли, что-то чиркаю на полях. Прочитанная книга это такой артефакт переработанной мысли, мне очень нравится это ощущение как в процессе, так и после прочтения.

Ну и если я читаю что-то с телефона, то там обычно в главных ролях хоккеисты (я знаю, что это читает мой муж, теперь у него тоже будет это знание).

Из последнего прочитанного, раз уж мы тут — Жаклин Харпман, про которую я уже рассказывала раньше, когда читала I who have never known man. В этот раз прочитала Orlanda и тоже жарко всем рекомендую.

Не знаю на какую книгу я возлагала больше надежд, чем на продолжение The Idiot от Элиф Батуман. Я заказала Either / Or сразу после прочтения первой части, хотела как можно на дольше растянуть удовольствие.

Ну не то чтобы это разочарование, но по сравнению с The idiot она довольно проходная. По сравнению с чем угодно другим она, конечно, сильно интереснее и ярче, но вы себе не представляете в каком я экстазе была от первой части. Какого-то продолжения истории не случилось — главная героиня всю книгу (хоть и довольно забавно) обсасывала, что с ней произошло раньше. При этом прикол в ее персонаже был именно в том, насколько она relatable. В продолжении Селин спит с каждый встречным, а ее наивное непонимание мира выглядит уже не открытым любопытством, а тугоумием.

Давайте может что-нибудь вместе почитаем? Что вы давно уже хотите прочитать? Я вот смотрю на "Возлюбленную" Тони Моррисон и "Идиота" Достоевского, они вечно у меня на полке лежат уже