Он любил угощать друзей за своим столом, ибо таков был обычай его молодости, но уверенность, что ужинать не полезно, заставляла его морщиться при виде каждого нового блюда; из хлебосольства он счастлив был бы накормить гостей до отвала – из тревоги за их здоровье огорчался, видя, как они отдают должное его угощенью.

— Что за важность, — возразил мистер Вудхаус. — Чем раньше распадается любая компания, тем лучше.

Печеные яблоки и бисквиты по-своему очень хороши, но сначала им принесли такой деликатес, как фрикасе из сладкого мяса и спаржу, а добрый мистер Вудхаус нашел, что спаржа недоварена, и отослал все назад.

– Красиво, – сказал мистер Вудхаус. – Прехорошенький рисунок! Впрочем, они у тебя все красивые, душенька. Не знаю, кто еще так нарисует. Одно только не слишком мне нравится – она сидит, как видно, на открытом воздухе, а на плечах – ничего, кроме легкой шали, так и простудиться недолго.