Последний день в Котельной открыта экспозиция «Наблюдатели», однако художники Татьяна Баданина и Владимир Наседкин десятилетиями ведут диалог с пространствами куда более масштабными: индустриальными объектами, холмами и водными артериями.

Мы не могли пройти мимо лэнд-арт работ, которые остались «за кадром» выставки, и сейчас существуют лишь на фотографиях:

🔴 «Красная линия» (2001) / Татьяна Баданина
Нижний Тагил, старый доменный цех

Это место силы. Город, где в 1955 году родилась художница, хранит уникальный сплав индустриальной мощи и художественной культуры: старый демидовский завод соседствует с музеем, построенным в 1944-м. Нижнетагильский музей проводит международные семинары, собирая теоретиков и практиков современного искусства.

В 2001 году на таком семинаре Баданина создает инсталляцию в погашенном доменном цехе. Через ржавый пол она проводит светящуюся красную линию. Это метафора огня, памяти и жизни. В основе — личное потрясение юности, когда художница тайком пробралась на завод ночью и увидела «реки огня». «Красная линия» стала светящимся швом между прошлым и настоящим.

🔵 «Тень пролетевшей птицы» (1999) / Татьяна Баданина
Урал, село Чусово

Крылья — сквозная тема Баданиной с 90-х до середины 2000-х. Для неё это символ паломничества души и попытка превозмочь материю.

В 1999 году на Урале вместе с Каролин Гедеке и Олегом Лысцовым она проводит акцию «Тень пролетевшей птицы». Крылатый человек ложится на песок лицом на восток. Вокруг его тела втыкают колышки, затем он уходит. По контуру вынимают песок — углубление заполняет речная вода. Так фиксируется отпечаток «не тела» — тень, ставшая реальностью. Через две недели края осыпаются, и след исчезает.

Лаконичная геометрия и тема исчезновения позже найдут продолжение в светокинетических объектах на выставке.

🟣 «33 вида Клязьмы» (2004) / Владимир Наседкин
Клязьминское водохранилище

Наседкин не прячет объекты в ландшафте — они привязаны к земле и встречают зрителя своей самоуверенностью Его работы становятся частью пейзажа, как скалы или дюны.

Архитектурный объект «33 вида Клязьмы» смутно напоминает фортификационное сооружение. Символизируя непознаваемую душу России, центр композиции закрыт и недоступен — это комната, в которую невозможно войти. Но внутри зритель попадает в эпицентр гидравлического действа. Металлические дорожки и открытые окна предлагают десятки ракурсов на водное пространство. Ни один вид не имеет превосходства — как три богатыря у Врубеля, они равны в своём величии.

🟢 «Архитектура воды» (1999) / Владимир Наседкин
Урал, село Чусово

Здесь художник отказывается от прикладных задач в пользу чистой архитектурно-художественной выразительности. Он создаёт сбалансированные конструкции из металла, воды и камней, переходя от двухмерного изображения к трёхмерному объекту.

Наседкин — отважный странник, равнодушный к функциональному умыслу. Его артефакты становятся метафорами бессмысленного и прекрасного путешествия. Как в ночном лесу, где обычное чувство ориентации покидает нас, или в ледяной пустыне, где стрелка компаса вращается, сбитая магнитным полюсом, — так само путешествие становится и наградой, и предназначением.