на днях я дочитала одну из самых тяжелых книг в моей жизни

не встречала раньше ничего подобного. сегодня-завтра постараюсь, наконец, собрать свои мысли в кучку и выдать что-то вразумительное, это будет непросто. к слову, это первое мое знакомство с белорусским автором, а книга, возможно, станет лучшей в этом году. вот такое вот preview!

правда, изношенная жизнь и пережитки прошлого

книга-притча, книга-воспоминание, книга-памятник, книга Светланы Алексиевич «время секонд хэнд» стала для меня откровением. белорусская писательница буквально работала в своём собственном жанре, создавая документально-художественную хронику «голоса утопии». сама Алексиевич описывает частички произведения как «монологи-исповеди, вырывающиеся из безымянного многоголосия, перекрывающие хор».

«время секонд хэнд» - пятая и, по совместительству, последняя книга цикла, ставшая для меня первой. мне в этом видится некий знак, и я, словно уроборос, пойду от последней книги к первой в надежде, что они никогда для меня не закончатся (и так будет, потому что я буду неоднократно перечитывать их на протяжении жизни). произведение - сборник коротких и не очень покаяний, воспоминаний и просто историй из реки жизни маленьких людей, как называл их Николай Васильевич. рассказы героев реальных, героев эпохи читать в тысячу раз тяжелее, чем вымышленных, кто бы что ни говорил. знакомясь с людьми, которые собсвеннословно изобразили себя на страницах произведения, невозможно опосредованно проживать их истории. невольно задумываешься, а где сейчас этот человек, чем он занят, жив ли…

Светлана Алексиевич устами героев поднимает темы восприятия советским человеком своей истории и развала страны в 90е, о любви и одновременном страхе к советскому союзу. на страницах книги мать снова пропускает через себя самоубийство своего ребёнка, убеждённая коммунистка говорит о восхищении диктатурой, а молодая девушка с храбростью рассказывает о пытках и зверствах. исповедь объединила убийц, пережеванных историей несчастных и молодое поколение. и это, пожалуй, главное. то, что хочется прокричать: палачи и жертвы объединились в хитросплетении жизни, и уже не разберёшь, кто прав, а кто виноват.

писательница (одна из немногих) дала право голоса заключённым, сторонникам и противникам режима в надежде охватить всю картину и составить подлинный портрет эпохи. у каждого своя правда, свои мысли и своё прошлое. не существует скорби в отрыве от светлости мира, и мы должны это понимать. с каждой страницей книги тебя понемногу затягивает в трясину чужих воспоминаний, в последствии становящихся твоими. выйти уже не получится, а когда кончится книга, и последняя страница поймает слезу (иначе никак), ощущаешь себя чем-то отличным от того, чем был прежде.

я рада и одновременно нет тому, что читала только эту книгу, а не несколько параллельно, потому что обеспечила себе полную концентрацию на этой вязкой субстанции, называемой жизнью. слёзы катятся, а оторвать взгляд от строчки не получается. ступор, проглатываешь комок в горле и продолжаешь мучиться, не верить и верить, потому что каждое написанное слово - чистая правда. книга болезненно честная, это бурлящий памятник советским людям.

«моя задача была выбрать главные направления жизненных энергетических потоков и как-то оформить их словесно, сделать это искусством. мне хотелось, чтобы каждый прокричал свою правду»
[из интервью с автором]

мне видится правильным оставить здесь небольшую заметку из книги о русском культурном коде.

«все дело в том какая, людям дается установка. у нас установка на то, что ты или должен жертвовать собой во имя чего-то, как в недавнем прошлом, или как сейчас - живи одним днём, выживай, как можешь. а установка должна быть, как я понимаю, такая человеческая: на осмысление того, зачем ты этот путь проходишь… это гораздо сложнее, чем отрицательный и положительный заряд. у нас нет культуры счастья, радостной жизни. культуры любви. я не могу найти у русских писателей рассказов о счастливой любви, всё кончается или смертью, или ничем, очень редко - замужеством. у нас не было такой жизни - откуда же взяться такой литературе, такому кино? страдания, борьба и война - опыт нашей жизни и нашего искусства».

произведение о времени, о силе и слабости. тяжелое прощание с эпохой, история о новом времени. «время секонд хэнд» должен прочитать каждый человек постсоветского пространства. это наши воспоминания. позвольте себе узнать их и попытаться осмыслить.

#окниге

что я читала у автора:

• «война и мир»
читала дважды. люблю безмерно сильно, один из самых важных романов для меня.
• «Анна Каренина»
очень многоплановое произведение. образы у Толстого такие выразительные и яркие. понравился меньше, чем «война и мир», тем не менее занимает особое место в сердце.
• «воскресение»
можно сказать, роман-откровение для меня. познакомилась в рамках школьной программы, очень хочу перечитать.
• «детство»
читала урывками в школьные времена, жду полноценного знакомства с трилогией.
• «крейцерова соната»
очень яркая повесть! мне кажется, она не может не вызвать эмоций, рассуждения Толстого о семье, религии очень своеобразны:)
• «исповедь»
• «о жизни»
оба произведения читала около 6 лет назад, мало что поняла, нужно в обязательном порядке перечитывать!
• некоторые выдержки из дневников

в планах - познакомиться со всем творчеством автора!

рассказывайте о ваших отношениях с Львом Николаевичем (как звучит!!). читали что-нибудь у писателя? планируете? стоит ли продолжать рубрику?

#описателях

вести с полей!

читаю «ярмарку тщеславия», и пока что эмоции скорее негативные…
поначалу мне очень нравился юмор автора, не зря же Теккерей - мастер сатиры, но к сотой странице уже начинаю от него уставать.

с первых страниц главная героиня подавалась как этакая Скарлетт О’Хара (если бы она родилась в начале 19 века в Англии), но по факту, девушка пока никак не раскрывается. героям не верю вот вообще, они - просто декорации к сцене, на которой отплясывает сам Теккерей.

я очень не люблю, когда автор вторгается в текст и перетягивает на себя одеяло. в «ярмарке» же, у меня складывается такое впечатление, главное действующее лицо - писатель.

встречаются такие пассажи: «главный герой выпил рюмку коньяку, а сам то я не понаслышке знаю, какого это. помните, как я три дня назад выпил 3 рюмки, честно, только три…»

и такие: «и вот наши герои отправляются на бал. а вот представьте, если бы я отправил их не на бал, а в романтическое приключение, а если в гости к родственникам?! но я не отправлю, потому что не испытывал сам таких впечатлений, а посему продолжим».
(цитаты вольные)

все это делает повествование очень рваным, невозможно проникнуться историей вообще. возможно, это вкусовщина, и стоит сделать скидку на то, что это викторианский роман, но как есть, так есть.

120/928
#чточитаю

а, может быть, не стоит?🥲