Чем я вчера занималась, кроме пытки окружающих стикерами?

Мы ходили на премию веб-контента. Дорогой нашему сердцу проект призов не взял.

Из радостного: близко посмотрела на Дарью Мороз, которая, на мой взгляд, сняла лучший сериал в прошлом году «Секс. До и после». Если не смотрели — горячо рекомендую. Это по-настоящему качественная работа.

Из юмора: там еще что-то вручили Ольге Бузовой, которую все почему-то называли по имени-отчеству.

Ремарка: Я такая древняя, что Бузову стали называть Ольгой Игоревной.

Церемонию начинал электронный Минаев (на экране). Мы недоумевали — зачем. Плохой текст, не смешно, не харизматично, не интересно.

А потом его проекту тоже досталась какая-то премия. И красивая девушка перед нами пошла на сцену. Оказалось, это его менеджер.

Мы: Как неудачно получилось! Ну... пусть знает правду.

А обычно-то я белая и пушистая. Но есть исключения, да, есть.

Москвичи вчера гадали, чем прогневали природу. Поглядывали друг на дружку с подозрением: кто постирал пуховик и убрал теплые шапочки, кто достал босоножки, чьи коллективные прегрешения, в конце концов, накликали снег с дождем? Я вчера тоже изрядно замерзла в тонком тренче и несколько раз получила зонтиком в глаз.

Страшно подумать, что сделали не так наши предки в 1816 году, когда вслед за привычной зимой вдруг наступила осень. Тот горький катаклизм вошел в историю под названием «год без лета» или «тысяча восемьсот насмерть замерзший». Тем «летом» в Англии шел снег, а многих жителей континентальной Европы затяжные дожди и заморозки лишили урожая и обрекли на голодную смерть.

Причиной этого несчастья стал индонезийский вулкан. Во время извержения в 1815 году он выбросил в атмосферу огромное облако пепла. За год оно распространилось над планетой, затмило солнечный свет и надолго испортило погоду.

Считается, что эта природная катастрофа помогла родиться одному страшному литературному герою – чудовищу Франкенштейна. Его будущая «мать» —писательница Мэри Шелли — пережидала непогоду на вилле под Женевой в компании друзей. Среди них, к слову, был Байрон. А что делать в дождь? Конечно же рассказывать страшные истории: о привидениях, оживших мертвецах и гробике на колесиках других увлекательных случаях. Эта забава и подстегнула фантазию Шелли.

Признаюсь честно, историю об ожившем монстре, сшитом из разных частей, я не читала. Поэтому очень удивилась, что Франкенштейном звали ученого, а не чудовище, которое он создал.

Хотелось бы придумать жизнеутверждающий финал, но нет.

Следите за вулканами.

Друзья мои, я очень люблю цитировать советское кино. А тут с этими стикерами сам, можно сказать, Дуров вдохновил меня сделать подборки крылатых фраз на любой случай. И чтоб я, значит, не страдала этим просто так, предлагаю устраивать гадания по фильмам.

Хотите знать, что день грядущий вам готовит? В роли оракула — тот самый Мюнхгаузен.

Пишем в комментариях хронометраж от 00.01.25 до 1.10.44 Гадаем по первой серии. Предсказания представят сами герои. Если выбранное время падает на паузу — жду первых слов.

Мотор. Камера. Начали! 🎬

Опасные шутки

Люди некоторых профессий обладают специфическим чувством юмора. Врачи, например. Но и журналисты дышат им в затылок. Представляете, что бывает, если их смешать и взболтать. В доказательство приведу стандартное начало беседы корреспондента ведущего информагентства с начмедом большой больницы:

— Продажная пресса на проводе.
— Убийцы в белых халатах слушают!

Но это так, кулуарные шалости. А вот однажды бронебойный журналистский юмор прорвался в эфир.

Корреспондент готовила информацию
об очистке водопроводной воды от хлора. Так себе темочка, прямо скажем. Но тут внимание автора привлекло звучное слово «дехлорация». Еще бы, не каждая скучная информация способна одарить тебя этакой жемчужиной. Чтобы повеселить коллег, девушка от чистого сердца приписала в скобочках «не путать с дефлорацией». Сохранила файл и пошла пить чай с печенькой. 

Этажом выше сотрудники радио готовили новостийный выпуск и взяли полезную информацию в оборот. Через полчаса диктор в эфире торжественно сообщил: «Завтра водоканал проведет дехлорацию воды». Помолчал и добавил: «Уважаемые радиослушатели, обращаем ваше внимание, не нужно путать дехлорацию с дефлорацией!» 

Законы жанра требуют, чтобы корреспондент-юмористка поперхнулась печенькой, но нет. Все в порядке, даже с юмором не завязала.

#односплошноетелевидение

Игривое под вечер

Отсматриваем новые программы. Муж (и по совместительству продюсер проекта) отмечает:
«Все женщины так улыбаются ведущему, будто у них уже было».

Считаю, секрет успеха найден!

А вот еще из профессионального вспомнилось. Как говорится, мушкетеры 2.0 (первые были здесь)

Однажды сотрудники пресс-службы областного суда придумали какой-то перфоманс. Решили познакомить журналистов с судебной системой Франции. На родине Дюма участь подсудимого зависит от целой коллегии: троих судей и девяти заседателей-присяжных.

И вот пресс-секретарь неспешно начинает свою речь: 

— Знаете ли вы, уважаемые коллеги, что во Франции судебное решение принимают сообща трое судей и…
— Палач, — тихо добавляет оператор.

Начитанный!

Обычно все телеведущие в жизни неприлично стройные. Потому что экран, как известно, добавляет минимум 6 кг. Долгое время я тоже загонялась по поводу веса. А в прошлом году решила: негоже цифрам управлять мною. Сколько вешу — все мое. Упакую свои килограммы в красивое и сделаю вид, что так и надо.

Но как на грех заболело в боку. Я немножко испугалась и решила, что с питанием надо разобраться. Записалась на детокс-программу. По итогу болеть перестало. Но вместе с покалыванием ушли сантиметры и килограммы. Ушли, как назло, в то самое время, когда новые костюмы для съемок были раскроены, но не сшиты. Пришлось их срочно подгонять под стройную меня.

Шло время, съемки закончились. Круассаны зазывали в секту обаятельных пышечек. Медленно, но верно я вернулась к весу зрелой дамы. И вот засада: штанишки не захотели расти вместе со мной. Я тянула, сколько могла (во всех смыслах). Но съемочный сезон уже приветственно сигналит ветками сирени. Пришлось идти на детокс снова.

Суть программы схожа с постом. Уменьшается общий калораж и количество животного белка. В пиковые дни мяса и рыбы нет совсем. Новичкам можно есть яйца, прошаренным рекомендуется воздержаться. Итак, в эфире итоги недели.

1 день
Ух ты, какие картиночки. Сколько всего можно! Это будет прекрасная неделя: смузи, авокадо, гребешок. Любовно мою листики шпината.

2 день
Макароны из полбы, вот мы и встретились! Щедро дарю мужу индейку, сама радостно ем пасту с овощами. Минус 300 граммов на весах. Горжусь собой.

3 день
Кто-то должен за это ответить!
Муж, а ты ведь обещал поддерживать меня... А сам тайно ходишь на кухню, бумажкой от печенья шуршишь!

4 день
Вареная картошка, выходи за меня!

5 день
Подруги по несчастью выкладывают в чат свои киноа с овощами и кабачковые оладьи. Пишу им: «Не понимаю, как вы умудряетесь фотографировать еду. Я так сразу жру».

6 день
Какая страсть ослабит тягу к быстрым углеводам? По завету преподобной Сары Джессики Паркер обращусь в шопоголика. Заказала замороженной малины, сушеной земляники, пирог со шпинатом. И банку соленой карамели на потом.

7 день
Целую в обе щеки треску. Славлю индейку, не говоря уже о яйцах. На весах минус полтора кг. Дальше можно не истязать себя, но и в секту круассанов желательно не возвращаться. До поздней осени хотя бы.

Верите в меня?

#односплошноетелевидение

Мне часто говорят, что я легкая и светлая. Даже психиатр служебной комиссии как-то сделал комплимент моей энергетике. Жаль, это нельзя включить в резюме. В принципе, так и есть. Я верю, что к сорока годам человеку положено себя если не простить, то хотя бы принять. Смириться с неидеальностью, всем внутренним демонам дать по конфетке, и лепить жизнь из чего есть.

В младенчестве я очень плохо спала. Совсем не спала так-то. А семья не разделяла моих взглядов. И не теряла надежды, что когда-нибудь этого ребенка удастся убаюкать.

Поэтому каждую ночь меня укачивала мама (с полуночи до трех), а потом — дедушка (с трех до шести). Дед подходил к делу творчески: пел песни. А поскольку колыбельные — это для слабаков, он исполнял «Песню о Щорсе», «Враги сожгли родную хату» и «Тачанку-Ростовчанку».

Больше всех от моего раннего музыкального образования страдала сестра. Мы жили вшестером в трешке. В одной комнате спал папа, которому завтра на работу. В другой — больная бабушка. Оставалась большая-проходная комната, где пыталась спать первоклассница Света (бедная моя, целую тебя тысячу раз!)

Могли ли мы с сестрой после такого вырасти безголосыми?
Не имели морального права!

Вот и сегодня я решила, что тяжелый день понедельник песнями не испортить. Но подожду видео выкладывать, пока вы с работы не вернетесь. Чтоб не отвертелись от искусства!

Двадцать лет я не пела со сцены. А когда начала, то выяснилось: пугачевские жесты безвозвратно утрачены. Хорошо, хоть низы со мной. А чтоб поддержать верхушки, наша мудрая Ами позвала саксофониста. Когда он на финальных нотах вступает, то ничего уже не страшно и злые тети с "Утренней звезды" рыдают в полном бессилии. Но финал песни я пока утаю, а покажу самое начало.

А вот как поет моя чудесная сестра. Это настоящий космос!

Ссылка на ВК. Хочу, чтобы вы послушали этот романс Рахманинова целиком 🙏

Завтра очень резко срываюсь на съемки. Еду в старорусские леса. Звоню знатоку поискового движения и спрашиваю:
— Катенька, что там по воде? Сапоги брать?
Катя отвечает пленительно:
— Сапоги бери в любом случае, там везде жидко.

Приближается съемочный сезон, когда мы мотаемся по стране как бешеные кулики. Я очень люблю этот период, хотя от усталости обычно много жалуюсь и ною.

А вот кто не ноет в нашей команде никогда — это операторы. В прошлом году я все выпытывала, где у них кнопка. Чтоб в 4 утра встать, снять рассвет, пробежать 10 км, искупаться в ледяном озере, на обратном пути в гостиницу открыть какую-нибудь кофейню, где только с 6 до 7 утра дают глазунью и эспрессо за 99 рублей. А бонусом — исповедь хозяина заведения.  А потом выдержать целый съемочный день. И ни одной жалобы. У нашего Вани даже остаются силы, чтобы снять своего компаньона Жоржа с каким-нибудь новым десертом.

В этом году у нас съемки в Суздале. И я уже заранее присматриваю места, где будет вкусно и нам, и Жоржу.