STIHL

Копибара купила пилу. STIHL. Маленькая такая. Аккумуляторная. Килограмм на 8. Копибара хотела купить обычную, но не было. А электрическая, это же игрушка! Вжик и готово! Было в этой покупке что-то от старинных детских радостей - быстрее, мощнее, ярче! Если есть моторчик, лампочка, батарейка, значит хорошая игрушка. А если рукой возить - то олдскул.

- Я вот тут надавлю, - сказал продавец, возвращая Копибару в реальность, - чтобы аккумулятор выскочил. Мало ли что, - он поежился, как будто под рубашку проник ледяной холод. - Там, конечно, есть предохранитель, просто так не нажмете пуск, но все же. Вы когда начнете эксплуатацию, снимите защитный чехол, нажмите аккумулятор, налейте масло, нажмите предохранитель….

Копибара человек чувствительный. Ее сердце дрогнуло и перешло на другие частоты. Продавец что-то знал про пилу чего не знала Копибара. Вместо того, чтобы остановиться, она зачем-то спросила,

• А масло зачем?
• Чтобы все шло как по маслу, - механически произнес парень, приковавшись взглядом к пиле. Копибара тоже посмотрела на пилу и вспомнила этот взгляд. Так зачарованно смотрели матросы Курска на стремительно нагревающуюся торпеду и все бы отдавшие за приказ с ней расстаться.

Дома Копибара достала аккумулятор, подключила к сети и неведомая энергия, рождающаяся в далеких атомных турбинах, стала наполнять черный тяжелый блок. Через час четыре вертикальных зрачка, прикрытые матовыми веками пластмассы, загорелись темным изумрудным огнем.
Копибара отключила аккумулятор, взяла в руки и опустила в шахту.

- Щелк, - стальные зажимы захватили сердце и Копибара вздрогнула - электрическая кровь хлынула адреналином в недра пилы.

Копибара подошла к сосне. Сосна - неудачное дерево. Многие ветви растут под горизонт и, наконец, ломаются под ветром и весом своей хвои. Остаются нелепо торчащие обрубки, напоминающие то ли нос Буратино, то ли что-то еще более неприличное. В общем - некрасиво. Выбранный Копибарой обломок был вполне себе порядочным бревном. Сантиметров пятнадцать плотного просмоленного дерева в поперечнике и пару метров в длину. Палица, вполне достойная Ильи Муромца. Копибара сняла защиту, нажала предохранитель и нажала курок. Пила зашелестела, широкое стальное лезвие превратилось в ослепительный круг и бревно упало.

Копибара не поняла как это произошло.

Она чуть тронула сверкающей лентой палицу и пила, как будто ее затягивал невидимый водоворот, ввинтилась в дерево. Нажимать не требовалось, нужно было останавливать. Пятнадцать лет работы природы, непрерывно строящей кольцо за кольцом, спекающей волокна тяжелым клеем смолы, рухнули мгновенно и нелепо, как нокаутированные соперники Тайсона. Все заняло не более двух секунд. В воздухе поплыл тонкий запах опилок, поджаренных на машинном масле.

Копибара очумело поставила пилу и села рядом. В зеркальном срезе на секунду отразилось озеро и тут же выступила смола, выполняя свою уже никому ненужную работу.

Копибара осторожно надела чехол на лезвие и посмотрела на пилу. Та, гордая своей чудовищной, нечеловеческой силой, примолкла и только четыре изумрудных глаза напоминали о затаившейся стихии. Если задеть этой пилой руку, - подумала Копибара, - она отлетит как в самых забавных голливудских фильмах про зловещих мертвецов.

Копибара осторожно вынула сердце. Зрачки погасли. На вытянутых руках отнесла в дом, протерла, сложила в коробку и поехала в магазин.

- Я знал, что вы вернетесь, - на лице продавца был плохо скрываемый страх, - все эти вещи, - он оглядел уходящие в темноту стеллажи с генераторами, моторами и тракторами, - родила преисподняя. Я знаю. Я давно тут работаю. На место каждой проданной приходят две новые, в два раза быстрее, в два раза мощнее, в два раза тише, в два раза ужасней. Это не кончится пока кто то не останется один.

Вместо послесловия.

Однажды Копибара видела видео. «Люди» привязали живую акулу к мощному катеру… Самое сильное животное было бессильно против тысячесильного мотора. Ужас был в соотношении сил живого и мертвого.

- Да и пусть ветки торчат, - подумала Копибара, - не очень то и некрасиво.

Если я заговорю двумя голосами?

1. Вы задумывались о том, что когда мы говорим, мы не мыслим? Мы озвучиваем что-то уже обмысленное нами ранее, сохранившееся в памяти.

Может быть такое, что, замолчав на мгновение, рождается мысль и мы возвращаемся к её озвучиванию.

Когда мы молчим, мы так или иначе имеем пространство для того, чтобы запустить процесс думанья.

Много молчать и впускать в себя самые разные мысли, ничем не заглушая процесс – достаточно тяжело. Местами невыносимо, и поэтому мы начинаем говорить, либо слушать как кто-то говорит, или поёт «на фоне» – в общем, глушим мыслепоток.

Если долго и много глушить поток всем подряд, то он атрофируется и в голове во время молчания наступает блаженная тишина. Обсуждаемое понятие называется внутренний монолог и у некоторых людей его вовсе нет, не знаю, почему, физиологически или под воздействием глушителей, думскроллинга и таймкиллеров.

2. Есть люди, с которыми комфортно молчать. Я отношусь к этой фразе положительно с той точки зрения, что молчаливые люди выглядят более настоящими, чем те, кто много говорит. Говорящие без умолку заняли эфир и мы воспринимаем это как должное, стараемся сказать больше всех, заговорить зубы, но забываем за всем этим действия, которые подкрепляют всё сказанное.

Ключевое, что меня волнует в теме пустословия, так это заговаривание зубов самому себе, когда человек начинает поддерживать тренд разговорчивости. Пока идёт раскрутка личного бренда, навешивая себе заслуги, постольку-посколькушные медали и грамоты, теряется реальное представление о самом себе. Иногда в потере самоидентификации человеку помогают другие люди, соглашаясь с заслугами, или же подталкивая человека на следующие путающие дороги. Иногда он сам поверил, что своё предназначение нашёл, прожив два с лишним десятка лет.

Всем же понятно, что автор всегда пишет про себя?

3. Как встретить человека, который бежал посреди улицы, сорвав галстук и бросив рюкзак с тетрадями и учебниками вперемешку
Как встретить человека, в котором было больше жизни и правды?

Глаза выходят из своих орбит и становятся кружащими вокруг спутниками
Снег хрустит под ногами, шаг быстрый и стремительный

Я теряюсь во времени, потому что с нужными людьми ты переставаешь замечать его скорость.
И с нужными песнями. Soundcloud открыт, в одну кучу сбиваются воспоминания.

unnamed_1.mp3

ㅤ
Свет в салоне автобуса, аномально яркий, с безупречностью находит самый дальний угол и направляет в него свои светодиоды

Взгляд вниз. Лбом в перекладину. Холодными пальцами человек крепко сжимает заблокированный телефон, а он, китайская huinya, нагревается, от яндекс-карт.

#$%]*, яндекс-карт.

Древний человек мёрз, разжигал огонь и подставлял руки, а сегодня человек поддерживал свой тепло-обмен, касаясь микросхем.

Был бы телефон клубком ниток, он бы вспыхнул и сгорел. Лишив героя шанса выбраться из городского лабиринта.

Дар Ариадны вспыхнул в руках Тесея. Он сел под камень, в ту же позу, что и пассажир автобуса этим вечером. И смолвил:

- одна звезда на вб
ㅤ

ㅤ
Наступит день, когда со мной будут общаться люди, ныне мне близкие по духу, и получат в ответ набор слов и значений, которые впервые не соприкоснутся с их словами и смыслами, перестанут принимать к сведению их картину мира, а будут только усилять и удерживать тот свод правил и великих дел, которые я возложу на себя. И я буду едва ли в этом виноват, потому что если я на секунду отвлекусь и сомкну плечи, весь взваленный груз упадёт и похоронит меня под собой.

Со стороны эти люди посчитают, что я ненормальный, и будут правы, так как нормы в этом мало – это уже отдельный архитектурный мир из принципов и ценностей, и пока он существует, дела держатся.

Этим людям останется лишь только принять к сведению тот факт, что мой ход мысли изменился, теперь он обстоит вот так. И если они с этим ранее не сталкивались, это потребуется отрефлексировать и принять, как это сегодня делаю я про своих наставников. И в моменте разобраться, что стоит за этими словами, андза-кинза и ждать указаний, либо идти становиться сильнее, учиться брать груз на себя.

У меня не получится быть таким же погруженным и слышащим, если передо мной будет стоять задача держать груз. Едва ли тот, кто переносит ношу на своих плечах, будет подстраиваться под того, кто, проходя мимо, решил предложить ему помощь. Подстраивается как раз помогающий. Болтун идёт к чёрту, если он пришёл налегке разговориться со мной о том, как ему тяжело. Разговоры же будут уместны с такими же тягачами ответственности, но без особого затрагивания и вовлечения в деловую среду друг друга, кроме случаев, когда я или человек сами попросим помощь.

Поможем же друг другу не помогать, чтобы стать сильнее, носить самостоятельно большие грузы и всегда быть наготове помочь тем близким, кто об этой помощи по-настоящему попросит.
ㅤ

Привет! Идея восторг, делюсь 🙌

ㅤ
День, когда я напишу, что я нашел себя, предзнаменует череду событий, ведущих к скорейшему разуверению в том, что я найден.

Наверное, из таких событий и состоит жизнь. Остаётся держать в порядке основу, а это тело, навыки и ощущение себя живым и борющимся за эфемерное чувство счастья.

Основываясь у себя, договариваясь с собой идти в долгую, уйдёт не одна пачка чая. Да и не в пачках измеряется это.

ㅤ
Я всегда пишу, когда мне что-то непонятно и я хочу в этом разобраться. Написание текстов это мой инструмент контроля.

Контроль подразумевает попытку найти объяснение событиям и успокоить себя, обосновав смысл жизни.

Смысл жизни обосновывается для того, чтобы не сойти с ума, оттого что всё вокруг не имеет смысла: мы появились в результате эволюции и живём абсолютно случайно — эта мысль веками сводит с ума, что, например, гром и молнии с небес это химическая реакция, а метеорит астрономическая — это не боги гневаются и дают обратную связь.

Обратная связь это как будто все ради чего живут люди, находя в этом свой смысл. В детстве, в юности это проявляется в улыбке матери, оценке красной ручкой в дневнике. Оценивание со стороны тебя и твоих действий заложено в социальных нормах и менталитете и подробно расписано от 0 до 99 лет, как возрастной ценз для монополии.

Взрослый человек отличается тем, что нашел смысл сам, а не бездумно оставил заимствованный где-то там в прошлом. Мы не рождаемся с пониманием, что хочется, что морально или аморально — с нами этим делятся, кто уже пожил жизнь и мы пользуемся этими знаниями. Жизнь не всех приводит в точку переосмысления, но тот, кто перевёл машинальные знания в понимаемые действия, становится из ведомого идущим.


Есть два подхода к жизни жизни:
- перекладывать контроль на внешние факторы: поведение людей, природные явления, случайные события
- взятие контроля за всё что происходит с тобой

Мой слушатель мне периодически напоминает, что некоторые вещи я не могу контролировать. Действительно, я не могу контролировать внешние факторы. Я сильно ошибался в попытке контролировать, например, поменять отношение человека к себе. Верил, что "дело во мне" означает "проблема во мне" и она требует скорейшего решения, чтобы заслужить любовь. Подрывался и делал. Не верил, что я не могу контролировать результат.

Подорваться я подорвался. Не желая проститься с социальным одобрением, как только у меня не получилось достичь желаемого в реальном мире, я создал воображаемый, и там нашел умиротворение. Время от времени, когда меня ловили на том, что я идеализирую людей, приписываю им желаемые сказанные слова и интонации, какими я хотел бы их запомнить, я считал себя грандиозно несчастным человеком, мастером своей пьесы Пилат, которая в реальности выглядит иначе.

И вот я разрушил стеклянный шарик, как дом у Салли. Возомнил себя идущим, отказавшись от поводырей. Пускай важна не скорость, а направление движения саней. Но везти-то их куда? Всё меньше остаётся дней.
ㅤ