Вопль
стихотворение в пяти частях

***

когда в очередной раз
присылают правки к тексту
мне хочется сказать:
ИДИТЕ НАХУЙ
я не хочу исправлять ничего в собственной речи
даже если она несовершенна
я не хочу зачёркивать собственные слова
рассчитывать словоупотребление и исключать клише

вы говорите, что "тихая песня" – это клише
хорошо, но вот я пою еле слышно
идя по улице
и как мне изволите это блядь описывать

вы говорите, что следует уточнить,
какую боль испытывает герой
что мне написать?
об изнасиловании в туалете, когда боль пронзает позвоночник и сворачивает суставы? о том как он колет вены и после дрожит, усевшись в чужую мочу? или о том как я резал руки и понимал, что мне не хватает силы причинить себе боль?
чтобы вы потом посмотрели на текст и сказали
"нет, знаете, давайте лучше вернём как было"
потому что это не та боль, к которой вы были готовы

***

в последнее время у меня часто болит горло
потому что каждый раз когда я вижу своего соседа из общежития
я повторяю себе под нос
идинахуйкакжетызаебалдебилебаныйкакойжетыурод
потому что
я могу позволить себе ненависть к человеку
без достаточных на то оснований

(на этих словах от меня отписалась примерно пять человек
остальные не отписались, потому что не дочитали
такой вот я хуевый современный поэт)

(вообще основания есть, но
мне приятнее думать,
что я просто его ненавижу)

***

моя девушка говорит мне
что чувствует себя только лишь телом

я бы отпилил себе хуй
чтобы не объективизировать её
и ни одну другую девушку
(хуй вообще никак не помогает в жизни
разве что
ты можешь писать стоя
но если быть честным
это хуёвое преимущество)
но кажется
это теперь запрещено в россии

***

из ответов на невысказанные вопросы
современных поэтов в эмиграции:

тебя не лайкают, потому что вокруг война?
нет, потому что ты белый цисгендерный мужчина

но вообще
если быть честным
то просто стихи говно

***

и в конце
если кто-то дочитает
я бы сказал что-то вроде
а теперь отделите лирического героя от автора
«самого нежного поэта современности»
по версии ПОДСЛУШАНО ЛИТПРОЦЕСС

#поэзия

конспект григория богослова кор

Как писать стихи во время войны
Из Дж. Харджо


Нельзя начать с любого места. Это крах.
Шрапнель и глаза
Дома, ряда домов. Вот крыса карабкается
От света с мусорной плотью в зубах. Ребёнок, привязанный
к спине матери, отрывается.
Солдаты ползут по городу,
реке, посёлку, деревне,
спальне, нашей кухне. Они поедают всё.
Или сжигают это.
Они убивают всё, что не могут забрать. Они насилуют. Всё, что не могут убить,
они забирают.

Сплетни падают как капли дождя.
Как бомбы.
Как слёзы матери и отца,
проглоченные ради неспокойного мира.
Как закат, клонящийся к безлунной полуночи.
Как поезд, вырвавшийся из пункта своего назначения. Как семя,
упавшее там,
где никогда не будет деревьев и места для птичьей жизни.

Нет, начнём отсюда. Олени выглядывают из кромки леса.

Раньше мы видели дятлов
Размером с солнце, и нас встречали
цикады своими утренними песнями.
Мы начинали готовить на улице, где было скользко от росы и смеха,
ах эти дымчато-сладкие рассветы.

Мы пытались делать вид, будто войны не будет.
Хотя они начали строить свои дома вокруг нас
и требовать большего.
Они начали учить наших детей истории своего бога,
Истории, в которой мы всегда будем рабами.

Нет. Не так.
Ты не можешь начать отсюда.
Это раздробленная на куски память, и её нельзя удержать словами,
даже в поэзии.

Эти воспоминания остались здесь, вместе с деревьями:
Оторванный карман вручную сшитого платья твоей дочери,
поясок, кружева.
Искусно расшитые бисером мокасины ребёнка всё ещё вместе с ногой,
Записка парня с обещанием своей возлюбленной —

Нет! Это не лучшее место для начала.

Все спали, несмотря на отдалённые взрывы.
Страх стал привычным незнакомцем.
Наши любимые девочки-близнецы свернулись в своих ночнушках
возле своего отца и меня.

Если мы начнём отсюда, ни один из нас не увидит конца
этого стихотворения.

Кто-то должен остаться живым, - пел дед
внуку, внучке,
когда он вдыхал свою самую сильную песню в сердца детей.
Там она будет спрятана от солдат,
Которые забрали бы их за мили, реки, горы
от пуповины, связывающей с историей происхождения.

Он знал, что однажды, спустя много дней, внуки вернулись бы
через несколько поколений по скользким шоссе, проложенным над старыми тропами
Через стены законов, призванных помешать или уничтожить, через камни,
подпирающие библиотеки ветров.
Он пел нам о возвращении
в родные края, откуда нас когда-то украли,
в эти дымчато-зелёные холмы.

Да, начни отсюда.

#переводика

сейчас как переведу сборник Харджо вместо того чтобы писать курсовую

Возможно мир заканчивается здесь
Из Дж. Харджо

Мир начинается с кухонного стола. Несмотря ни на что, мы должны есть, чтобы жить.
Всё, что дарит земля, приносят и готовят, ставят на стол. Так было с начала времён и так будет.
Мы отгоняем кур или собак от стола. У детей режутся зубы по его углам. Чешутся коленки под ним.
Здесь эти дети узнают, что значит быть человеком. Так мы создаём мужчин, так мы создаём женщин.
За этим столом мы сплетничаем, вспоминаем врагов и призраков любимых.
Наши видения пьют с нами кофе, обнимают наших детей. Вместе с нами они улыбаются неудачам и тому, что мы снова собираемся за этим столом вместе.
Этот стол был домом во время дождя, зонтиком под солнцем.
Войны начинались и заканчивались за этим столом. Это место, где мы прячемся в тени страха. Место празднования жуткой победы.
Мы рожали на этом столе и готовили наших родителей к похоронам.
За этим столом мы поём о счастье, поём о печали. Мы молимся о страдании и раскаянии. Мы благодарим.
Возможно, мир закончится за кухонным столом, когда мы смеёмся и плачем, доедая последний кусочек сладкого.

#переводика

Последняя песня
Из Дж. Харджо

как ты можешь оставаться здесь
спросил он
горячее лето в оклахоме
где ты родилась
этот влажный густой воздух
душит меня
и я хочу вернуться обратно
в нью-мексико

это единственный способ
дыхания который мне знаком
древние напевы
которые знала моя мать
выходят из истории
сплетённые из влажной высокой травы
в её матке
и я не знаю другого способа
кроме как окружить свой голос
летними песнями сверчков
в этом влажном южном ночном воздухе

оклахома будет последней песней
которую я когда-нибудь спою

#переводика

реальные кадры как админ пишет свою курсовую:

февраль продолжается
буквально

сегодня посмотрел оппенгеймера

Целан

Ты всё ещё там?
Из Дж. Харджо

шестьдесят пять миль
телефонного провода
между акомой
и альбукерке
я набираю номер
и слушаю звучание
его низкого голоса
с той стороны
привет
это лёгкое движение западного ветра
колыбель маленьких фиолетовых цветов
что растут возле дороги
к лагуне
я вдыхаю их
как будто я рядом с мостом рио-пуэрко
мой голос обрывается
возвращаясь над песчанником
как будто проходит через канончийский выход
я скучал по тебе говорит он
ритм огибает кривую
меситских утёсов
чтобы встретить меня
но мой голос остаётся
изодранный колючей проволокой
на обочине дороги
и беззвучно дрожит
на ветру

#переводика

а ещё у этого стихотворения есть забавная визуализация-игра

https://djmspaint.itch.io/are-you-still-there