#ЛФП_мюсли
#ЛФП_умеренные

Период Второй Мировой войны особенно хорошо запоминается благодаря массовости коллаборационизма. До этой войны коллаборационизм в войнах зачастую являлся пугалкой для гражданских, которую разные группы лиц использовали для создания атмосферы истерического припадка, которая в конечном счете помогал противнику получить преимущества на информационном фронте. Во Второй Мировой войне коллаборационизм становится чем-то большим, вплоть до полноценного фактора победы или поражения сторон.

На территории нацистской Германии существовали группы антинацистских оппозиционеров, находящихся в подполье. В годы войны они окажут важную роль в процессе раскрытия холокоста (я напомню здесь, что союзники вплоть до 1944 года не были уверены, что холокост действительно проводился, хотя правительства в изгнании и местные партизаны с начала войны будут доказывать, что нацисты действительно ведут политику геноцида).

Вопрос коллаборационизма как фактора поражения Германии оказывается еще более "специфичным", ведь в числе передовых коллаборационистов оказываются лица из высших эшелонов власти. Речь здесь не только об офицерах вермахта, готовивших операцию "Валькирия". Самые специфичные случаи касаются немецкой ядерной программы - многочисленные просчеты и ошибки могут быть обоснованы банальным недостатком снабжения и утечкой мозгов, однако отдельные индивиды находят в них некую закономерность, которая оказывается связана с другим органом нацистской власти - разведкой и контрразведкой, и в частности, с личностью Вильгельма Канариса. Если говорить кратко - "сбежавший" из плена адмирал германского флота в годы Второй Мировой войны установит тесные контакты в Ми-6 (связи с Британией у Канариса были еще до Первой Мировой войны). Вместе с несколькими высокопоставленными лицами Канарис занялся сливом информации для Ми-6, тотчас информации о немецкой ядерной программе, благодаря которой, например британские ВВС успешно саботировали и уничтожали станции пр-ва тяжелой воды, необходимые немцам. В отчетах разведки регулярно британская сторона представлялась сильнее, чем была на самом деле, а советская - слабее (абвер умудрялся оценивать силу РККА вплоть до половины от реального положения), чем Гитлер подстрекался к принятию критических ошибочных решений. Столь странное поведение абвера вызвало глубинный конфликт оной с СС, однако Гитлер не обращал на это внимание, ибо для нацистской системы конфликт ведомств был нормой. По итогу диверсионная деятельность "кротов" в Германии помогала не только спасти сотни и/или тысячи евреев от холокоста, но и ставило жирную точку на жизни нацистского государства. Допущение "кротов" к высшим органам власти оказалось одним из первых поражений Гитлера, которое по совместительству может считаться одним из самых летальных.

Со стороны союзников случаи коллаборационизма намного известнее для массового потребителя. Франция и Советский Союз здесь являются бесспорными лидерами, причем в каком-то смысле шаблон поведения коллаборационистов в этих странах схож, как и причины их появления. Обе страны находились на грани массовых антиправительственных выступлений и гражданской войны, и если в СССР это создало атмосферу параноидального поиска тех самых "кротов", то во Франции этот фактор парализовал пр-во. Многие французские радикалы переметались. Коммунистов и ультраправых объединяла ненависть к либеральному правительству, и к 1940-му году на этой платформе многие коммунисты перейдут на сторону фашистов и, в конечном счете, нацистских коллаборационистов. По злой иронии наиболее радикальные левые из числа "перебежчиков" окажутся в числе наиболее радикальных нацистских коллаборационистов".

Тема коллаборационизма в СССР и участия в этом движении российских и иных левых представляет особый интерес. Из-за недовольства крестьян в годы войны произойдет возрождение интереса к народническим идеям в среде оппозиционеров, тотчас и среди тех, кто окажется в числе коллаборационистов.

Такой рост роли коллаборационизма зачастую игнорируется, из-за чего, например, сталинские репрессии рассматриваются слишком узко, будь-то как простой итог внутрипартийной борьбы и безосновательную жестокость Кремля, на деле же в тот период фактор внутриполитической стабильности государства (особенно авторитарного) оказывается тесно связан с внешнеполитическим контекстом, ведь так или иначе все участники Второй Мировой войны столкнуться с систематическим коллаборационистским движением, и если Великобритания и США смогут успешно подавить пронемецкий коллаборационизм, что позволит им не испытывать дискомфорта от давления с их стороны, для Франции и Германии коллаборационизм станет катастрофой военно-политического характера, и для СССР мог послужить такой катастрофой.

Подобный рост коллаборационизма не может быть объяснен редукционистским подходом, однако я позволю себе заявить, что без идеологической составляющей он был бы невозможен. В тот период по всей Европе происходила популяризация радикалов, и в этих условиях все политические партии, включая либералов и умеренных социалистов, были вынуждены встать на более радикальные рельсы - в ином случае они оказывались не в состоянии подавить выступление со стороны радикалов. В этих условия политические системы стран, выстроенные в период более умеренного контакта "трех великих идеологий" оказались не в состоянии разрешить идеологический конфликт. Как итог - радикализм уничтожил те политические системы, которые не были готовы себя защищать, тотчас кровавыми методами. здесь Демократические США и Великобритания оказываются очень похожи на СССР, а тоталитарные Италия и Германия - на Францию.

Подобное положение дел продолжается до сих пор, однако с той поправкой, что политические системы государств окончательно оседлали процесс увеличения пропасти между идеологиями, что в конечном счете привело к тому, что эти идеологии просто умерли. Радикализм стал игрушкой в руках либеральной политической системы. В связи с этим надо понимать, что радикальные политические взгляды могут быть сопряжены с идеологической и культурной ориентацией, совершенно не перечащей либерализму, и как итог - эти взгляды в сущности окажутся оппортунистическими и "умеренными". Могут ли при этом умеренные политические взгляды выйти за грань либерализма - точно ответить нельзя, хотя я бы сказал, что это обязательно, как для радикалов, так и для умеренных, в ином случае любые политические движения останутся игрушкой в руках государств и буду числиться в рядах коллаборационистов, продолжая традиции какого-нибудь Канариса, Марселя Деа, и прочих.

Чтобы ни у кого не было сомнений касательно авторства - современное левацкое движение, включая сюда коммунистов и большинство анархистов, окончательно стало частью либеральной политической системы, и соответственно - "коллаборационистами". Выйти из этого положения оно, скорее всего, не сможет, да и банально не захочет. Потенциал был со стороны правого фланга, однако давление со стороны либерализма оказалось слишком сильным, и как итог большинство ультраправых (включая здесь наследников новых правых) капитулировали и решили начать курс на внедрение в систему как младшие браться мейнстримных правых. Пока что либеральный истеблишмент не хочет их принимать, однако если правые популисты получат достаточно прочный электорат, то смогут успешно стать частью политической системы. Единственные силы, способные на выход за рамки либеральной парадигмы - оторванные группы постлевых анархистов, постанархистов в целом, и возможно наиболее радикальные движения ультаправых. Последних мы разумеется осуждаем. Школа умеренных. Подписаться.

#ЛФП_мюсли
#ЛФП_марксисты

В защиту исторического материализма

Среди многих историков-позитивистов и их последователей распространены обвинения в сторону сторонников исторического материализма в ненаучности, отрыве от конкретики, излишнем философствовании. А тот же Карл Поппер вообще отрицал существование объективных законов истории. Что ж, в этой статье я хотел бы выступить адвокатом школы исторического материализма и формационного подхода, дабы дать ответ тем сторонникам исторического позитивизма, которые есть в ЛФП.

Начнем с объективных исторических законов. Если утверждать, что их нет, то история превращается просто в хаотичный набор деятельности различных личностей и группировок, успех или поражение которых зависит исключительно от удачи или же их субъективных качеств. Однако тогда история не может считаться наукой, т.к. наука есть выявление объективных закономерностей в исследуемой области. И у истории, несомненно, есть свои объективные законы, так же, как и у природы. Если посмотреть на развитие истории, то мы видим развитие общества от простых, примитивных сообществ охотников-собирателей до древних, античных обществ и через средние века вплоть до нашего времени. Если анализировать причины этого общественного развития, смотреть на сам процесс, то становится ясным, что это не просто хаотичное действо, и именно что объективный процесс развития со своими законами развития и определенными этапами.

И основа этих законов коренится именно в устройстве производства в ту или иную эпоху. В этой группе есть те, кто отрицают существование общественно-экономических формаций. Но я надеюсь, что они не отрицают деление истории на эпохи вообще – ибо большинство историков делит историю на определенные, качественно различные эпохи в развитии общества. Общепринятым является деление на первобытность, древнюю (античную) историю, средневековье, новое время и новейшее время. Это деление вызвано не просто прихотью тех или иных историков, ибо общество в различное время, века, тысячелетия имеет совершенно разный качественный уровень развития. Надеюсь, сторонники позитивизма в истории, которые читают эту статью, не будут отрицать существование качественно различных эпох в истории человечества и отдельных стран в частности?

Если же вы не отрицаете наличия тех или иных исторических эпох, то речь идет о следующем вопросе: на основании конкретно каких признаков и явлений мы будем выделять эти эпохи? Существует множество разных классификаций исторических эпох, но я, понятно дело, приверженец выделения эпохи на основе стадии развития производства, которое, несомненно, имеет свои качественно различные этапы развития. Надеюсь, никто не будет отрицать, что экономика, основанная на натуральном хозяйстве, соседствующая со слабо развитым торгово-денежным обменом, кардинально отличается от экономики, основанной на крупной промышленной индустрии, которая развивается в условиях, когда все общество охвачено тотальными по своей сути товарными отношениями. И эти качественно различные уровни экономики порождают качественно различные же общественные устройства – феодализм и капитализм.

Вообще, Энгельс не зря сказал на могиле Маркса, что для того, чтобы люди думали над идеями, занимались наукой и политикой, они должны сначала добыть к себе средства для жизни. Следовательно, производство в обществе действительно выступает базисом, и от того, как оно устроено, какой на данный момент технический уровень развития, зависит то, каким будет устройство социальной и политической жизни. Берем тот же феодализм – именно на базе феодального способа производства, когда господствует натуральное хозяйство при слабом развитии товарных отношений, непосредственно и неизбежно появляются отношения крестьянина и сеньора/феодала/помещика, и уже из этих производственных отношений вытекает сословное устройство общества, когда крестьяне заняты хлебопашеством и имеют весьма ограниченные права, а феодалы, владельцы земли, составляют господствующее сословие, не занятое физическим трудом.

Следовательно, социально-политическое устройство общества можно назвать деревом, а устройство производства – корнем.

Можно сказать, что общественное устройство в первую очередь обеспечивает нормальное функционирование производства, причем достигается это конечно на бессознательном, чисто интуитивном для индивидов уровне. В противном случае, если бы целью политического устройство не было бы обеспечение эффективности производства, начался бы голод и прочие неурядицы, не только для низших, эксплуатируемых классов, но и для правящих элит. Ни одному правящему классу не выгоден народный бунт с одной стороны, а с другой, для того, чтобы сами представители высшего общества жили в комфортных условиях, необходимо нормальное, эффективное функционирование производства материальных продуктов и услуг. И то или иное устройство общества (например, феодальная монархия) держится до тех пор, пока сохраняется тот тип производства, который она обслуживает и поддерживает. Когда производительные силы совершают качественные скачок в развитии (как в Европе в XV-XIX вв., когда шло развитие капиталистического способа производства, появление мануфактур, а затем фабрик и заводов, формирование мирового рынка), когда тип производства радикальным образом меняется (натуральное хозяйство уходит в прошлое, а товарно-денежные отношения, имевшие до того ограниченное распространение, охватывают все общество), старое социально-политическое устройство более не поддерживает производство, не соответствует ему, а наоборот, тормозит, мешает его дальнейшему развитию, и соответственно, нормальному функционированию общества в целом.

Происходит социальная революция, которая может сопровождаться политической революцией и насилием (буржуазная революция во Франции), так и может проходить мирно, без политических потрясений (страны Скандинавии, где трансформация феодального общества в буржуазное, т.е. социальная революция, произошло, но без политических потрясений, которые обычно и зовутся революциями). И новое социально-политическое устройство общества существует до тех пор, пока производство снова не совершит качественно новый уровень развития, до тех пор, пока это устройство не станет таким же тормозом для развития производства, каким было отброшенное предыдущее.

Также стоит ответить на тезисы одного человека из этой группы, который утверждает, что все эти марксистские деления на формации и этапы бред, что вся история развития человечества – это развитие рыночка. На это можно ответить, что в первобытные времена, когда количество прибавочного продукта было крайне низким, обмен носил лишь непостоянный, редкий и случайный характер. В древности же и в средние века рыночные отношения имели большее развитие, но все ровно имели подчиненное положение по отношению к натуральному хозяйству. Основной прибавочный продукт производился именно в области этого натурального хозяйства и не был охвачен рынком, когда же этот охват начался, феодализм начал приходить в упадок, начало зарождаться капиталистическое общество. Следовательно, капитализм – это высшая стадия развития рынка, та стадия развития общества, на которой этот рынок имеет всеохватный характер. До капитализма рынок имел лишь ограниченный характер, и это важно понимать. Недаром что на средневековом Востоке, что на Западе купцы считали самым презренным сословием – это было отражением в сознании людей подчиненного и не столь важного тогда рыночного обмена. И наоборот, в эпоху капитализма, в эпоху тотального рынка бизнесмен является примером для подражания.

Конечно, для противников истмата мои слова покажутся просто словоблудием, оторванным от конкретики, но я все же хотел изложить свои аргументы в защиту материалистического понимания истории, опираясь на логические доводы и апеллируя к примерам из истории. Формат статьи не позволяет мне в полной мере расписать аргументы, ибо и так получилось слишком длинно. Но я надеюсь, что все-таки что-то ценное я донес до читателя.

#ЛФП_мюсли
#ЛФП_школа_марксистов

Недавно школа марксистов опубликовала пост в котором рассматривалась проблема роста межнациональной вражды в студенческой среде. Но вот, прошло, буквально, несколько дней и мы видим такую новость - «Мигранты начали "флешмоб", суть которого в избиении русских детей на камеру».
Является ли это эпизодическим явлением или такие флешмобы станут нормой - покажет время. Нас же интересует то, что эта стихийная акция стала, как бы странно это не звучало - акцией, - то есть действием, подхваченым несколькими детьми в разных регионах России. Конечно, что то подобное происходило и раньше, но в данный момент, лично мне кажется, это может перерасти в что то более серьезное.

🔎 Видите-ли, читатели, если посмотреть на вышеприведенную новость, то можно заметить, что почти все нападения (3/4) совершали школьники, которые, по всей видимости, приехали сюда с родителями (заробитчанами).

🆕 Случаи нападения школьников трудовых мигрантов за последние две недели.
• Первый случай произошел на Урале в Нижних Сергах, утром 11 ноября, 14-летний мигрант азербайджанец с разбегу пнул школьницу, стоявшую у окна, а стоявшая рядом девушка снимала всё на видео. Позже сам мигрант и выложил это видео в открытый доступ. На допросе он признался, не проявив ни капли раскаяния, что ударил девочку для того, чтобы "получись эпичное видео".
• Следующий случай съемок "эпичных видео" произошел в 291 школе, Красносельского района Санкт-Петербурга. Мигрант бьёт с ноги исподтишка русского школьника, а его чернильник снимает все это на видео. Опять ради социальных сетей и одобрения среди других мигрантов.
• Третий случай произошел в городе Абинске Краснодарского края, школа 38. Уже другой мелкий мигрант для съемок следующего "эпичного видео" вырубил русского школьника. Позже мигрант оправдывался якобы русский "оскорбил семью мигранта".

🔎 Важно учесть эту деталь: проявленное поведение школьников, то есть детей трудовых мигрантов, предположу, является ответом на усиливающееся давление на мигрантов и их детей. После событий в Крокусе, роста правой истерии по поводу мигрантов, ужесточения законодательных норм относящихся непосредственно к детям мигрантов - все это послужило, скорее всего, причиной по которой мигрантская молодежь все больше проявляет открытую агрессию.

🧒 Положение детей мигрантов в сравнении с российскими школьниками имеет особую специфику: проблема с владением языком и доступом к школьному образованию.
Вот ситуация с которой сталкиваются сами мигранты при попытке зачислить своего ребенка в школу.
Венера – мигрантка из Кыргызстана, которая живет в Москве. Устроить сына в школу она пытается уже не первый год: по возрасту ее ребенок должен учиться уже в четвертом классе. Но каждый год Венере приходит отказ в записи в школу. В сентябре в первый класс должна была пойти и младшая дочь Венеры. Но и ее документы у женщины тоже не принимают.
О проблемах записи детей в школу в России говорят и другие мигрантки из Центральной Азии. Марал – гражданка Казахстана, она также все еще ждет ответа от учебного заведения.

💬 «Мне снова и снова приходит отказ. Мой сын должен пойти в 4-й класс. Скоро уже сентябрь. Но я не могу зачислить своего ребенка в школу, – подчеркивает женщина. – Я очень беспокоюсь по этому поводу. Даже не знаю, к кому идти».

Это лишь два случая, которые я привёл. На самом деле таких ситуаций значительно больше, хотя и какой либо статистики по этой теме я не нашел.

ℹ️ По данным Минпросвещения, в российских школах учатся более 15 миллионов человек, из них более 100 тысяч детей — граждане иностранных государств. Какое число из них является именно детьми трудовых мигрантов, а не детьми работников дипломатических служб и иностранных компаний - неизвестно. Однако, рискну предположить, что большинство детей являются именно членами семей трудовых мигрантов (хотя большинством могут оказаться детьми беженцев с 🇺🇦).

🏛️ Для чего я привёл эту цифру? Попробую объяснить.
Недавно Минпросвещения выпустило рекомендацию для школ по установлению лимита на количество детей мигрантов в классах. Что это значит: количество учеников не владеющих русским языком в классе должно составлять не больше 10% (то есть где то не больше 3 учеников). Уважаемые министры аргументируют это тем, что большое количество школьников, которые не говорят по русски «сложнее интегрируются в российскую культурную среду и способствуют образованию этнических преступных группировок». Эво-но как. В качестве ещё двух доказательств приводится:
- нехватка мест в школах, чтобы выпустить всех желающих детей мигрантов;
- торможение в усвоении классом учебной программы.
Последнее на прямую не говорится, но открыто подразумевается. В связи с этими рекомендациями, которые будут исполнены (в этом я почему то не сомневаюсь), приведенная в самом начале цифра может сильно уменьшиться, как и в целом доступ к начальному и среднему образованию для детей мигрантов. Интересно, а будут введены такие же ограничения для детей дипломатических работников? Или детям уважаемых иностранных партнёров не нужно задуматься над такой ерундой, как изучение русского. Не им же бордюры подметать.

Чувствуете, читатели, какие интересные аргументы использует это учреждение? Давайте попробуем их разобрать.

📉 Счетная палата сообщила о резком сокращении числа школ в России. «Результатом проведенной оптимизации стало сокращение с 2001 года числа детских садов с 51 до 48 тыс., сельских школ — с 46 до 24 тыс., городских — с 23 до 18 тыс. единиц», — пояснила аудитор.
При этом количество учителей выросло не много, а вот нагрузка на них увеличилась в два раза.
Кто же виноват в том, что мест в школах не хватает не только для детей мигрантов, но и для самих русских школьников?

Теперь касательно "торможения". Как говорит фиолог (этот человек своих данных не назвал) "Газете.ру", для детей мигрантов более 20-ти лет назад существовала специальная программа под названием "Русская школа". В чём её суть? Под эгидой этого проекта создавали адаптивные методики обучения детей мигрантов русскому языку как иностранному для последующего полноценного обучения по школьной программе. Акцент делался на изучение языка страны пребывания, но при этом совместно обучаться с другими детьми на уроках, не требующих большого словарного запаса (труда, физкультуры и пр.).
Но в последствии от этой программы отказались, видимо причиной тому послужила та же оптимизация.

Интересно выходит - количество школ - уменьшают, программы, позволяющие детям плохо знающий русский подтягивать его и внедрятся в российскую среду - отменяют. Но виновными остаются все равно дети трудовых мигрантов. Отличный пример лицемерия властьимущих!

Российскому государству и, соответственно, буржуям, не выгодно выделять достаточное количество средств на развития школьного образования для российских детей, потому что прибыли с этого много не получишь. Что уж говорить о детей мигрантов, которых те за людей-то не считают. Проблема в том, что они и нам пытаются внедрить эту мысль.

✊ В свою очередь Госдума решила пойти ещё дальше и планирует выпустить запрет на зачисление в школы не знающих русского детей мигрантов.

🚨 Властьимущие же имеют только одно решение - поддержка правых боевых молодчиков, которые укажут недовольным мигрантам (и не только им), как Россию следует любить (привет, Русская община!)

📣 Как с этим бороться?

А если говорить о том, что делать прямо сейчас, то мне кажется - это профилактика.
Вести разговор со своими родителями, с родителями ваших одноклассников, привлекать их к организации сообществ на местном и национальном уровнях по противодействию дискриминации. Нужно, чтобы обидчик испытывал давления не только со стороны потерпевшей семьи, чьего ребенка побили по национальному признаку, а всех семей этого одноклассника.

Ну и конечно нужно вести просветительскую работу в рамках своего учебного заведения, особенно там, где учатся много приезжих студентов.

Пример с семьёй с посёлка Светлого доказывает, что это возможно

Помогайте своим товарищам, вместе с ними способчтвуйте защите вас и ваших семей от дискриминации. И главное, помните, что наш враг не отдельный таджикский хулиган или русская банда, а система, которая натравливает народы друг на друга

Мы приняли участие в организации небольшой папки ТГ-каналоа левой направленности — подписывайтесь

#ЛФП_непонятное

По поводу Штефановгейта: если это правда, то это п****ц.
Ну, кроме момента с судами с владельцами ресторанов, конечно)

Табу на секс как основной инструмент подавления личности
#ЛФП_мюсли
#ЛФП_левые_либертарии

В основе большинства современных культур лежит отношение к сексу, по своей сути патриархальное, двуличное и репрессивно-пуританское. На сексуальность наложено табу. Естественная потребность человека взята под тотальный моральный контроль со стороны общества.

Пусть это и проявляется по-разному, но будь это Исландия с Нидерландами, или халифат в Афганистане, их объединяет представление о том, что секс – нечто неправильное и пагубное, что нужно ограничивать и скрывать. Посмотрим на «прогрессивную» Испанию – правительство вводит талоны на просмотр порно, посмотрим на Австралию – а правительство, оправдываясь защитой детей, запрещает им доступ в соцсети. Что уж говорить о более консервативных странах, где в обществе царят мнения в духе «не выноси сор из избы», и общественное мнение в отношении сексуальности ещё жёстче. Даже такие условно «лёгкие» публичные проявления сексуальности, как поцелуи в общественных местах, в некоторых странах запрещены законом. У нас тоже очень распространена ситуация, когда одни люди клеймят других в «распущенности»

Сексуальность давно стала очень удобным разграничителем и инструментом. Она свойственна каждому человеку, у всех есть свои сексуальные потребности. Общество смогло поставить эту естественную черту человека под контроль. Заточить человека в жёсткие рамки приличия, когда дело касается реализации естественных потребностей – и властвовать над ним.

Взяв сексуальность человека в жёсткую хватку, остаётся лишь творить что хочется и создавать благодаря этому самые удобные общественные отношения. Самый яркий пример – патриархат.
В отношении мужчин у нас царит мачизм и культ секса, в отношении женщин же – максимальная объективация и культ девственности. Сюда же хорошо присоединяется и капитализм: тело женщины – товар, мужчины – покупатели. Отношения между людьми даже в любви сводятся к товарно-денежному обмену, что только укрепляет и капитализм, и патриархат.

Удобно и поддерживать существование государства, когда есть с кем бороться – залезть к людям в постель и решать за них, как совокупляться можно, а как нельзя. «Видите ли, когда партнёры одного пола – это не естественно» (!). «Видите ли, аборт – это не естественно» (!!). «Видите ли, контрацепция – это не естественно» (!!!)
...Однако люди таких мнений не понимают: ограничение и табуирование сексуальности – вот что действительно не естественно.

Ещё один институт, один из самых главных в табуировании сексуальности – религия. Всё гомофобное законодательство мира возводит свои корни к древне-иудейским текстам, заловшим основы авраамических религий – там впервые закреплялась смертная казнь за мужеложство. И государству оказались очень выгодны такие позиции – люди должны подчиняться, можно найти много внутренних врагов, ещё и правление монарха можно объявить священным благодаря такой религии! Из табуизации секса происходит и табу на нецензурную лексику. Почти все маты – названия и производные от названий половых органов и непосредственно полового акта, и под влиянием церкви такие темы активно цензурировались.

Общество и независимо от государства и религии использует весь спектр инструментов для давления на личность за излишнюю сексуальную открытость – чтобы навязать стыд и страх, будто бы секс – что-то неправильное. А запуганным и стыдящимся человеком легче управлять, и легче навязать единый образ мышления и действий. Именно стыд и страх внушается человеку в период полового созревания, когда человек впервые раскрывает свою сексуальность, но под давлением общества понимает, что это неправильно и порицаемо.

Общество установило полный контроль над моральной оценкой одной из основных черт и потребностей человека. Это схоже с тем, как если бы у нас табуировалось питьё воды и ее производных. «Пить воду в общественных местах запрещается! Питьё воды из кружек карается смертью! Наши предки всегда пили воду из стаканов! Запретить пропаганду чаехлёбства!».

А теперь представьте, что любое отклонение от стандарта питья воды используется для подавления и контроля личности, и что предрассудки, связанные с кружками и стаканами, есть во всех сферах жизни. Так и происходит с сексуальностью.

Давайте же назовём вещи своими именами. Сексуальность – врождённая потребность и функция человеческого организма, подобно процессам дыхания и пищеварения. Человек рождается с определённым физиологическим сексуальным потенциалом, далее сексуальность формируется уже в рамках индивидуального жизненного опыта. Секс в высшей степени естественен и нормален, и его табуирование несёт только одну цель – изничтожить, закабалить и унизить свободную человеческую личность. Табу на секс не только авторитарно и неэтично, но и объективно противоестественно.

Решение этого противоречия простое – освободить сексуальность. Освободить от табу и запретов, и полностью принять её как нормальную часть жизни. Перестать цензурировать секс и перестать строить вокруг него запретный культ. Ввести наконец сексуальное просвещение в школах и распространять среди молодежи контрацепцию.

Меткам «18+» тоже пора уйти в прошлое, как и законам, ограничивающим публичные проявления сексуальности. Подвергать цензуре половые органы нигде и никак не имеет смысла. Подобные табу как правило имеют сугубо религиозную природу, а конкретно в рамках религии возникли именно с целью контроля личности. Пора выбросить эти устаревшие догмы на свалку истории. Настало время сексуального освобождения человека.

«Всё, что вы делаете в постели, — прекрасно и абсолютно правильно. Лишь бы это нравилось обоим. Если есть эта гармония – то вы и только вы правы, а все осуждающие вас – извращенцы.»
– Зигмунд Фрейд

Умеренные коммунисты, радикальные социал-демократы: образование СЕПГ
#ЛФП_мюсли
#ЛФП_марксисты

Среди марксистов считается, что социал-демократы это предатели рабочего класса, левое подспорье капиталистического строя. И в 99% случаев это действительно так, особенно после того, как большинство социал-демократических партий в 1960-х годах официально отказались от марксизма. Однако бывают и удивительные исключения, и примером может послужить ситуация в Германии после поражения фашистского Рейха в 1945 году.

В Саксонии и Тюрингии, и в других землях Восточной Германии, где располагались индустриальные районы, весной 1945 году вспыхивали низовые антифашистские восстания, ядром которых был союз местных коммунистов и левых социал-демократов, которые до того вели подпольную антифашистскую деятельность. Следствием этих восстаний было создание антифашистских комитетов, требовавших обобществления средств производства и введения прочих социалистических преобразований. Причем, как ни удивительно, местные социал-демократы были в этом деле на равных вместе с коммунистами. Многие из них были из левого крыла СДПГ (лидерами этих леворадикальных соцдемов были Отто Гротеволь и Эрих Гнифке), и хотели исправить ошибки руководства времен Веймара, которое представляло собой правое крыло. Вдобавок, СДПГ в этих промышленных районах пользовалась широкой популярностью среди рабочих.

Но после установления советской оккупации лидирующую роль заняли те немецкие коммунисты, что жили во время войны в эмиграции, в Москве (Вальтер Ульбрихт, Вильгельм Пик, и другие). И они требовали от местных товарищей… поумерить пыл, отложить винтовки и красные знамена, и декларировали первоочередную задачу построения буржуазной демократии. Многие коммунисты подчинились таким требованиям, а левые социал-демократы… продолжали требовать социализм! Удивительно, не правда ли?

Конечно, в тогдашних условиях требования левых соцдемов действительно были левым уклоном: мгновенная советизация советской зоны оккупации могла привести к не предвиденным действиям со стороны союзников, что понимал Сталин и его товарищи в Москве. Но с другой стороны, был перегиб и со стороны коммунистов-эмигрантов, особенно Ульбрихта: когда речь зашла об объединении партии, тот стал проводить негласную политику по выдавливанию левых соцдемов с занимаемых ими мест, хотя те искренне желали исправить ошибки веймарского периода и следовать марксистским принципам политики. Но главным противоречием был организационный вопрос: встав на социал-революционную сторону, т.е. фактически став коммунистами по главным вопросам, левые социал-демократы оставались меньшевиками в плане взгляда на партийное устройство: они категорически отвергали демократический централизм, что и привело к разногласиям между КПГ И СДПГ, и фактическому поглощению последней при создании СЕПГ.

Тем не менее, факт есть факт: левые социал-демократы Восточной Германии, по главе которых стоял Отто Гротеволь, выдвигали требования введения настоящего, пролетарского социализма, хотя и глубоко заблуждались касательно партийного устройства, продолжая разделять мелкобуржуазно-демократические иллюзии в этом вопросе. Такие социал-демократы, которые сегодня называются демократическими социалистами, могут быть союзниками коммунистов, и, не смотря на некоторые заблуждения, могут считаться пролетарской партией.

Но социал-демократы из Западной части страны представляли из себя правое, традиционное крыло СДПГ, их возглавлял Курт Шумахер. Эти соцдемы были настроены, в отличие от восточных сопартийцев, антикоммунистически и антисоветски. Именно подобный тип социал-демократа возобладал в дальнейшем, и сегодня большинство социал-демократических партий состоят именно из таких, воистину, социал-предателей, а такие марксистские соцдемы, как Гротеволь, кажется, канули в лету, или же стали называть себя демократическими социалистами. К таким, я думаю, коммунисты должны протягивать товарищескую руку с одной стороны, и разоблачать мелкобуржуазные заблуждения с другой. Ведь все-таки любой, кто выступает за обобществление средств производства и господство пролетариата - наш.

#ЛФП_мем
#ЛФП_марксисты

Кратко про последовательную борьбу социал-демократов